Одиночки

7

Лара

Около семи утра я подошла к окну — и как раз вовремя, потому что из подъезда вышли и отправились дальше быстрым шагом мой недавний знакомый и маленький мальчик. Хотя… не такой уж и маленький. Либо подготовительная группа детского сада, либо первый класс.

— Ой! — воскликнула Агата, встав рядом со мной. — Это же Вова, наш новенький.

Значит, подготовительная группа.

— Ну, поздравляю. Именно его папа нас и разбудил, — улыбнулась я дочери. — То есть их мы и затопили, они наши соседи.

— Здорово! — восхитилась Агата, слегка удивив меня этим, и тут же смутилась. — Я имею в виду… Вова мне понравился, он хороший. И у него нет мамы!

— Нет мамы? — протянула я растерянно и вновь посмотрела вниз, где Том Круз и его сын уже заворачивали за угол дома. — А где она? Умерла?

— Я не очень поняла, если честно, — протянула Агата озадаченно. — Мне кажется, Вова сам не до конца понимает. Он просто сказал, что папа на эту тему предпочитает не говорить, а вот бабушка называла её кукушкой. Бабушка умерла недавно, а насчёт мамы я не уверена.

Кукушка, значит. Мне, в отличие от Агаты и Вовы, не нужно объяснять, что это такое. Хотя прежде я о подобных случаях только читала или слышала, но никогда не сталкивалась в жизни, чтобы матери кидали собственных детей, оставляя их папашам.

Мне в этот момент Дениса стало даже жаль. Парню, судя по всему, лет двадцать пять—двадцать семь, то есть Вова родился, когда Денису было двадцать. Совсем молодой ещё; наверное, институт не успел окончить. Тяжело с ребёнком в таком возрасте; даже если есть жена, тяжело, а тут один воспитывал.

Всё, Лара, прекрати! А то сейчас доведёшь себя до того, что начнёшь сочувствовать этому мальчишке, почувствуешь вину за то, что утром — или считать это время ночью? — нахамила ему, извиняться пойдёшь. Ни к чему это. Может, всё совсем не так, как тебе представляется, а ты уже целую историю у себя в голове сочинила?

— Вову его папа забирает самым последним, — продолжала Агата забивать гвозди в крышку шкатулки моей жалости. — Прямо перед закрытием садика. Вова сказал, что это нормально. Представляешь, как не повезло?

— Ну, у многих родители работают полный день, а не как я — перекати-поле, — всё ещё сопротивлялась я. — Это не самое страшное.

— Согласна, то, что у него нет мамы, страшнее, — вздохнула Агата, и я едва не прослезилась от горестности в её голосе.

— А у тебя нет папы, — напомнила я ей. — Всякое бывает.

— Хм… — в глазах Агаты вдруг что-то вспыхнуло, словно ей внезапно пришла в голову какая-то мысль, но я не обратила на это внимания.

А зря!

8

Лара

Я отдаю Агату в детский сад обычно около половины девятого. Мы вместе завтракаем дома и спокойно идём сдаваться, а сразу после этого я либо еду к ученикам, либо занимаюсь домашними делами — как повезёт.

Когда-то давно я преподавала в школе историю, но пришло время и я поняла, что не в силах больше выдерживать творящийся идиотизм, а главное — абсолютную бесправность учителей, которые за всё отвечают, но при этом ученики вполне могут хамить и грубить, и ничего им за это не будет. А стоит учителю повысить голос или не дай бог вывести ученика за шкирку из класса — всё, скандал на весь интернет. Вот учителя и бегут из школ в массовом порядке, предпочитая зарабатывать репетиторством — денег больше, а нервотрёпки меньше. Только один недостаток у подобного способа: большинство учеников предпочитают заниматься вечером или в выходные, поэтому Агату я периодически оставляла бабушке с дедушкой. Но были у меня и ребята, обучавшиеся на дому по разным причинам, — с такими я работала по будням. В общем, выходные у меня порой скакали как сайгаки — то густо, то пусто. Сегодня вот я должна была заниматься с пятиклассницей Настей утром, затем шёл десятиклассник Дима — а потом всё, свобода.

Я рылась в Агаткином шкафчике, перебирая одежду и отбирая что-нибудь для стирки, когда из группы вдруг выскочила моя дочь под руку с каким-то мальчиком.

— Вот, Вова, гляди! — заявила Агата, останавливаясь рядом с недоумевающей мной. А я, услышав совсем недавно названное имя, с любопытством посмотрела на мальчика.

Он оказался очень похож на отца — тоже Том Круз, только маленький. Волосы короткие, тёмно-русые, пушистые, как пёрышки у птенчика, взгляд голубых глаз совсем не шкодный и хитрый, каким порой бывает у мальчишек, а очень чистый, почти доверчивый. Хороший парень, не злой, сразу видно.

— Привет, — сказала я, улыбнувшись ребёнку, и Вова тоже улыбнулся мне, продемонстрировав дырку на месте верхних зубов.

— Вова хотел на тебя посмотреть, — объяснила Агата с важностью маленького павлина. — Он же не знал, что это мы наверху живём! Я рассказала.

— Приятно познакомиться, — кивнул мальчик. — Агата сказала, что вы очень красивая, и я с ней согласен.

Надо же, такой маленький, а уже ловелас.

— Спасибо. Вы с папой как, справились с последствиями затопления? — решила поинтересоваться я и ужаснулась, когда Вова беспечно ответил:

— Наверное. У папы времени нет по утрам, он должен на работу бежать. Поэтому мы просто штору на пол бросили.

— Штору?..

— Ага. Мы же недавно переехали, где тряпки, не знаем. А может, их вовсе нет, поэтому папа сказал — берём штору из гостиной и кидаем. Она, кстати, хорошо всё впитала.

Я пробормотала что-то невнятное в ответ, и дети, попрощавшись, ушли в группу.

Подхватив пакет с грязной Агаткиной одеждой, я как сомнамбула направилась к выходу, не в силах перестать думать об услышанном и… чёрт побери… Я чувствовала себя виноватой!

Возможно, чувство вины было бы чуть поменьше, если бы я не нахамила Тому Крузу сегодня у порога — будто он был виноват в том, что разбудил меня. Нет, Лара, так не пойдёт! Ты либо прекращай мучиться и мусолить в голове эту ситуацию, либо пойми наконец, что надо нормально извиниться. Тем более что Том и его сынишка — наши соседи, дети ходят в одну группу, а с осени, возможно, ещё и в школу одну пойдут. Надо если не дружить, то хотя бы нормально общаться.

Так что придётся извиняться.

9

Лара

Занимаясь с ребятами, я прокручивала в голове всю эту ситуацию, и чем больше думала, тем сильнее склонялась к мысли, что всё решила правильно. Я, конечно, женщина суровая и ни на какую романтику не рассчитывающая, поэтому надо постараться быть формальнее, и если Том Круз решит пофлиртовать, не поддаваться.

Вернувшись домой, я пропылесосила квартиру — ненавижу это занятие, но чистоту всё-таки люблю — а затем вытащила из шкафа коробку конфет и решила попытать счастья. Да, Агата говорила, что сосед забирает сына чуть ли не последним, но сегодня у него дома бедлам — может, он придёт пораньше? А уж потом побежит в детский сад, как и я, часам к пяти.

Марафет я специально наводить не стала — так и отправилась на этаж ниже в домашнем костюме. Нет, не в пижаме с мороженым, а в старых джинсах, обрезанных у колен, и голубой линялой футболке с надписью «Я тут босс» по-английски.

Честно говоря, я малодушно надеялась, что соседа дома не окажется и тогда я почти с чистой совестью пойду доделывать домашние дела, а потом и в сад за Агатой. Но мне не повезло — и через полминуты после того, как я позвонила в дверь, она распахнулась, явив моему взору Тома Круза в ещё более неприличном виде, чем ночью, — в одних только шортах, похожих на семейные трусы.

— Вы бы хоть оделись, прежде чем дверь открывать! — тут же огрызнулась я, стараясь скрыть собственный интерес к мускулистой груди и дорожке тёмных волос, нырнувшей за пояс шортов.

— Да я вроде одет, — удивлённо приподнял брови Денис. — Штаны на месте. А что вы хотели, Лара? Опять полотенцесушитель сорвало?

Моё имя в его устах прозвучало почти как слово «любовь» в устах французского певца Гару. Чистейший акустический оргазм!

Так, Лара, не надо тут про оргазмы.

— Да, — зачем-то кивнула я, но затем исправилась: — То есть нет. Но мне кажется, что он вот-вот отвалится. На соплях висит.

— Он ещё утром на них висел, — фыркнул сосед. — А что сантехник? Вызвали?

— Честно говоря, пока нет. Не могу дозвониться, — вновь соврала я. Причём зачем понять не могла. — Может, вы посмотрите…

— Я могу посмотреть, без проблем, — пожал плечами Денис. — Но позже. Мне сейчас нужно убрать всё безобразие с пола, я почти закончил. А потом ещё ужин приготовить, иначе мы с Вовкой останемся голодными.

— Давайте я вам помогу? — вновь зачем-то предложила я, и взгляд парня стал ещё более удивлённым.

— Котлеты пожарите? — пошутил Денис, улыбнувшись так, что у меня дух захватило и не улыбнуться в ответ не получилось.

— Нет. Я, по правде, плоховато готовлю. И котлеты — это как раз то, что у меня всегда плохо получалось. То недожарю, то пережарю… Проще курицу запечь, там сложнее напортачить.

— А Вовка котлеты любит, — произнёс Денис и отошёл в сторону. — Да вы проходите, проходите, не будем на пороге стоять. А что у вас за коробка за спиной?

Ой.

— Котлеты, — растерянно ответила я, и сосед, кажется, обалдел. — То есть конфеты! Совсем заговорилась, простите…

Парень хмыкнул, обворожительно и настолько по-доброму рассмеявшись, что я уже почти перестала сомневаться.

Плохи мои дела. Очень плохи.

И до влюблённости мне, циничной тётке с именем из СССР, остался один крошечный шажок.

10

Денис

С работы он сегодня ушёл при первой возможности, но вовсе не из-за Кати, хотя клеилась она, конечно, знатно. В любую свободную минуту подходила, улыбалась, зазывала в гости или погулять. Но свободных минут у неё было мало, поэтому в конце концов Катя предложила уединиться в туалете, из-за чего Денис покрутил пальцем у виска и сказал:

— Нет, спасибо, обойдусь. И вообще ты бы лучше переключилась на кого-то менее проблемного, а? Мне не до тебя, Кать. Ночью соседи залили, надо убраться, потом ребёнку ещё ужин приготовить. И себе…

— Давай я приготовлю, — оживилась Катя. — Зря ты так, Деня! Мальчику мама нужна.

Денис не стал говорить, что в роли ответственной и любящей мамы для своего Вовки не представляет ни одну знакомую женщину. Чего воду в ступе толочь? Поговорит-поговорит Катя, а потом найдёт себе другую цель. Вон хоть Пашку-тестовода — тот недавно с женой развёлся, чем не кандидат?

В общем, своеобразные ухаживания Кати, конечно, тоже не доставляли удовольствия, но ушёл из пекарни Денис не из-за этого. Он привык к тому, что девушки клеятся к нему, по крайней мере до поры до времени, как когда-то Саша. Нынче девушки какие пошли? Им подавай богатеньких буратин, ну или по крайней мере перспективных женихов с хорошей работой. Вот Дениса и оценивали только как временного трахателя, без серьёзного отношения и дум о будущем. Под настроение ему такое и правда заходило — проблем меньше, переспали и разошлись, никто мозги не компостирует. Но последний год как-то достали подобные стереотипы, хотелось, чтобы в нём видели человека, а не пресс с кубиками, симпатичную мордашку и твёрдый член. И не кривили носы, как только он сообщал, где и кем работает и что воспитывает сына один.

Денис сказал Кате правду — надо было нормально убраться в квартире и приготовить ужин, — из-за этого он не стал, по обыкновению, оставаться на переработку, а ушёл домой сразу как вытащил из печки последний на сегодня заказ.

И только погрузил пропитавшиеся шторы в мусорный пакет и собирался дотирать принесённой с работы ветошью остатки ночных луж, как в дверь позвонили. Утерев вспотевший лоб рукавом, Денис пошёл открывать — и изрядно удивился, обнаружив за порогом соседку сверху. Ту самую, красивую, но злую. Правда, сейчас она злой вовсе не выглядела: скорее Лариса — боже, ну и имя! — была неуверенной. Будто сама не до конца понимала, какого чёрта припёрлась к Денису.

Кстати, и правда — что ей нужно?

Так и не разобрав из её сбивчивых объяснений, что конкретно требуется, Денис лишь мысленно понадеялся, что злая красавица не из тех, кто рассчитывает на лёгкий трах без обязательств. Будет обидно наткнуться на неадеквашку ещё и здесь! В конце концов, должно же ему повезти?

Пусть она окажется нормальной женщиной, жалеющей о своём ночном поведении, а не озабоченной тёткой, которая смотрит на него как на сосиску в тесте.

11

Лара

Он пах булочками.

Серьёзно! Взрослый мужик — и распространял вокруг себя запах сладкой выпечки, будто весь день просидел в кондитерской. Я отлично помнила, что ночью ничего подобного не было, поэтому с недоумением принюхивалась, стараясь не слишком залипать на голой спине соседа. Внешность у него, конечно… Хоть сейчас Кена для Барби можно делать, используя как образец. Девок, наверное, было множество!

В нарисованный собственным воображением образ совершенно не вписывался тот факт, что Денис, кажется, отец-одиночка, и я изо всех сил пыталась натянуть сову на глобус. Допустим, женился рано по залёту, а мама Вовы умерла после родов или чуть позже, в результате какого-нибудь несчастного случая…

Я так задумалась, что совсем не смотрела под ноги — и в полной мере поплатилась за это, поскользнувшись на влажном линолеуме и полетев задницей на пол. Ещё и умудрилась упасть прямиком на коробку с конфетами, позорище!

— Осторожнее, Лара! — воскликнул Денис, поворачиваясь, и подал мне руку. Схватил за ладонь и помог подняться, из-за чего я оказалась прижата практически вплотную к его голому торсу. — Я ведь ещё не закончил убираться, а этот старый пол скользкий и без воды…

Голова кружилась, но вовсе не от падения, и я, насилу удерживая шаловливые руки, которые так и тянуло потрогать скульптурные кубики на мужском прессе, брякнула:

— Вы что-то печёте, что ли? Я чувствую запах…

— Почти, — засмеялся Денис. — Я же с работы только что, даже душ ещё не принимал. А работаю я в пекарне, булки всякие вкусные пеку.

Вот-те раз! Том Круз — булочник.

— Удивительно, что у вас совсем нет лишнего веса, — я опустила глаза, вновь залипнув на теле соседа. Он по-прежнему сжимал мою ладонь, и от этого мне было одновременно и лучше, и хуже. Лучше — потому что иначе я бы точно дотронулась до Дениса, а хуже — потому что так я чувствовала его близость острее.

— Так я ведь их пеку, а не ем, — вновь улыбнулся парень, продемонстрировав идеально ровные и белые зубы. — Впрочем, ем тоже, но не целыми противнями. И в целом я больше по обычному хлебу, а не по сладким булкам, как и сын. Он свежеиспечённый хлебушек обожает, но у нас тут, к сожалению, что-то не так с духовкой — я позавчера пробовал испечь хлеб, низ пригорел, а середина не пропеклась. Вовка расстроился.

О Господи, он ещё и хлеб печь умеет…

— Можете пользоваться моей духовкой, — опять сказала я какую-то лютую дичь. — Мы с Агатой будем не против. Всё равно без дела простаивает. Я, в отличие от вас, так себе кулинар.

— Ну, я тоже не шеф, — улыбка соседа стала шире, и я почувствовала, что ещё немного — и у меня на самом деле потекут слюни. — Повар четвёртого разряда. Шеф — следующий этап.

Боже, боже, ну и парень. И внешность Тома Круза, и готовит отлично, и сына один воспитывает, и пахнет потрясающе.

— Может, вы ещё и шить умеете, а? — спросила я, особенно остро чувствуя собственное несовершенство, ибо сама тот ещё рукожоп.

— Шить — нет, — покачал головой Денис, и я почти вздохнула с облегчением, но оказалось — рано. — Пуговицу могу пришить, дырку заштопать, джинсы укоротить. Но чтобы что-то прям сшить — это нет.

Вот так тебе, Лара! Не зря родители бывшего мужа тебя не любили. Какой-то Аполлон — и тот умеет больше.

— Простите, — Денис вдруг выпустил мою руку, и я чуть не запротестовала. — Я продолжу уборку, пожалуй. А вы пройдите на кухню, там чисто. Пять минут, и я приду, попьём чаю за знакомство.

— Да не с чем теперь, — вздохнула я, посмотрев на раздавленную моей пятой точкой коробку. — Конфеты почили смертью храбрых.

— Ничего страшного, — Денис наклонился, и у меня почти перед носом оказалась его идеальная крепкая шея, чуть влажная мускулистая спина и затылок, на котором совсем по-мальчишески торчала прядь тёмных мягких волос. — Я смогу их реанимировать.

— Как? — не поняла я, таращась на соседа и ощущая, как взволнованно колотится сердце. Гормоны сегодня будто взбесились, давненько я ничего подобного не чувствовала…

— Увидите.

12

Лара

Моя мама часто говорит: «Если хочешь узнать человека лучше — зайди на его кухню». Я была с ней согласна, особенно когда заходила на свою. Бардак на столе, не самая чистая плита в мире, в шкафчиках вообще всё перепутано и непонятно, где что лежит, — сразу можно сделать вывод: хозяйка из меня аховая. Хорошо хоть посуду я никогда не оставляла — терпеть не могу мыть засохшие тарелки.

Понимаю, Денис и Вова только переехали, но по себе знаю — навести бедлам можно и за пару часов, не говоря уже о нескольких днях. Здесь же всё было идеально, по-армейски чисто. Особенно меня умилила плетёная хлебница, в которой лежал нарезанный и завёрнутый в пакет батон белого хлеба. Рядом с ним примостилась салфетница, и в ней даже были салфетки, причём детские, с персонажами из «Трёх котов», — сразу становилось понятно, что их покупал сам Денис. Солонка и перечница на подставке, тёмно-синий графин с водой, возле него — два прозрачных стакана.

А в центре стола — пластиковая миска с хлебом, отмокающим в молоке. Видимо, заготовка для котлет. Да, точно, вон и фарш — упаковка в четыреста грамм стоит возле плиты, греется. И зелёный лук рядом лежит.

Ну хотя бы фарш этот идеальный мужчина сам не крутит — уже облегчение!

Улыбнувшись своим мыслям, я положила почти сплющенную коробку на стол и села на табуретку поближе к окну. Огляделась — и изрядно удивилась, заметив на подоконнике знакомую книгу.

Тит Ливий. «История от основания города». Толстенный том — у меня дома то же издание…

Да ладно, быть того не может. Скорее всего, Том Круз держит эту книгу, чтобы… не знаю… придавливать её тяжестью крышку кастрюли с квашеной капустой, или когда там требуется что-то придавить? Вот именно тогда. Не может же парень с подобной внешностью, трудящийся обычным пекарем, читать не самый лёгкий исторический трактат? Был бы он ещё студентом истфака…

— Всё, я закончил с коридором, — возвестил Денис, заходя на кухню. — Повезло, за прошедшее время почти всё высохло, и в ванной тоже. Потолок, конечно, пока мокрый, и стены, но…

— Я вам оплачу ремонт, — поспешила вставить я, но сосед покачал головой, вставая рядом со мной, из-за чего у меня вновь сердце подпрыгнуло к горлу.

— Не нужно, вы не виноваты, Лара. Так-с, — Денис протянул руку, и мне на миг показалось, что он сейчас возьмёт мою ладонь, лежавшую на столе, — но парень взял конфеты. — Будем реанимировать. Повезло, что вы принесли обычный молочный шоколад — так проще.

— Проще?..

— Да. — Он кивнул и отвернулся к плите.

В течение следующих пяти минут я наблюдала настоящее чудо. Впрочем, не сомневаюсь, для кого-то в этом нет ничего особенного, но я-рукожопка была под впечатлением. Мне и в голову не пришло бы разогревать конфеты на водяной бане, потом переливать в красивую вазочку и подавать вместе со свежей клубникой на шпажках.

Красотища. И вкуснотища.

Слопав первую же ягоду и чуть не застонав от удовольствия, я вновь пробормотала какую-то глупость:

— Не вижу очереди.

— Какой очереди? — не понял Денис, тоже закидывая в рот одну из ягод. — Отличная клубника, кстати. Краснодарская. Я думал, в мае вкусной клубники не бывает, но эта очень даже ничего.

— Я, получается, Вовку объедаю? — забеспокоилась я, но сосед отмахнулся.

— Перестаньте, у меня целый килограмм, вряд ли вы всё съедите.

— На самом деле, я могу…

Он засмеялся и напомнил мне о моём позоре, поинтересовавшись:

— Так про какую очередь вы говорили?

И почему я не промолчала? Не иначе, гормоны виноваты. И клубника в шоколаде. И сам Денис, одуряюще пахнущий выпечкой.

Первый мужик в моей жизни, которого до безумия хотелось облизать, как бы по́шло это ни звучало…

— Про очередь из невест. Вы какой-то фантастический, но очереди нет. Странно. И что нам, женщинам, надо?

Денис сначала поперхнулся клубникой, а затем, откашлявшись, начал хохотать, глядя на меня с искренним весельем. В его серо-голубых глазах даже заплясало что-то почти демоническое, искушающее — но, прежде чем он успел что-то сказать, я решила сменить тему.

Хоть на это мозгов у меня хватило!

— Ваша книжка? — кивнула я в сторону подоконника, готовясь услышать что-то вроде: «Нет, предыдущие жильцы забыли», но Денис, по-прежнему улыбаясь, спокойно ответил:

— Да, моя. Читаю понемножку, перед сном. Пока еду до работы, про Древний Египет сейчас читаю, а эту вот дома.

Я не выдержала и, перегнувшись через стол, ткнула соседа в руку пальцем.

13

Лара

— Эй! — шутливо возмутился Денис, вздрагивая, будто его током ударило. — Ты чего?

— Проверяю, точно ли ты настоящий, — ворчливо сказала я, убирая ладонь несмотря на то, что очень хотелось продолжить. — Мало того, что готовить умеешь и крестиком вышивать, так ещё и книжки умные читаешь. Так не бывает!