Одиночки

14

Денис

Злючка соседка оказалась вовсе не такой уж и злючкой, так что Денис сделал вывод: ночью она хамила просто от неожиданности и растерянности. Знакомая история: его бабушка тоже порой ворчала и язвила, но не была злым человеком.

Лара пришла извиняться — это было понятно по конфетам, — но в какой-то момент, как говорится, что-то пошло не так. И извинений Денис так и не услышал, зато услышал целую кучу неловких, но искренних комплиментов, благодаря которым сделал вывод: кажется, он ей нравится.

Хотя дело было не только в словах, но и во взглядах. Лара старательно их прятала, но у неё плохо получалось — и Денис замечал, с каким восхищением она смотрит на его тело. Ему бы сердиться, что и соседка видит в нём сексуальный объект, но сердиться не получалось: наверное, потому что намёков Лара не делала, да и его умение жарить котлеты восхищало её не меньше.

Надо же — женщина, ещё и с ребёнком, которая плохо готовит. Денис раньше не думал, что такое в принципе возможно. Все его знакомые женского пола отлично умели кашеварить, если не считать Сашу — но она всё-таки была совсем молоденькая, студентка, которая жила с родителями. Теперь, выйдя замуж, наверное, научилась уже.

Вот интересно: Лара была замужем или нет? Когда Денис спросил её утром, замужем ли она, Лара ответила: «Боже упаси, никогда в жизни». Что это может значить? Что не была, а дочь родила от случайного прохожего? Или была, но настолько разочаровалась в мужиках, что больше никогда?

Хотелось поинтересоваться, но Денису почему-то казалось, что подобным вопросом он испортит Ларе настроение, поэтому он промолчал.

— Ой, — вдруг пробормотала Лара, когда Денис уже почти закончил с котлетами и гречкой. — Я тебе мешаю, наверное. Сижу тут, любуюсь…

Не удержавшись от улыбки, Денис ответил, выключая газ и закрывая сковороду крышкой:

— Не мешаешь. Но мне пора идти за Вовкой.

— А мне — за Агатой.

Лара встала, а Денис сделал пару шагов вперёд, подходя к ней почти вплотную. Заметил, как соседка сглотнула, глядя куда-то в область его кадыка, и пошутил:

— Я несъедобный, честное слово.

— А пахнешь как съедобный, — улыбнулась Лара, слегка порозовев, и красноречиво облизнулась, из-за чего Денис ощутил напряжение в паху. — До этого только булочками, а сейчас — булочками и котлетами. Убойное сочетание.

— Надо душ принять, — засмеялся Денис. — А то мало ли, вдруг кто перепутает меня с едой и попытается откусить кусок?

— Это вполне возможно, — кивнула Лара, а затем…

Он глазам своим не поверил, когда она, встав на цыпочки, подалась вперёд и коснулась кончиком языка кожи на его груди. Правда, тут же красноречиво поморщилась и выдала:

— Солёный-то какой! Не-е-ет, пахнешь ты точно вкуснее. Не буду ничего откусывать!

— Можно не откусывать, — чуть хрипловато произнёс Денис, удерживая себя от любых активных действий — просто стоял столбом и смотрел на Лару. Чувствовал, что именно так правильно. — Я согласен на облизать.

Кажется, она была не готова к продолжению шутки — в глазах появилась растерянность, влажные губы приоткрылись, делая лицо удивлённым, и с них раздался тихий прерывистый вздох.

— Надо баллончик со сливками купить, — продолжил Денис, улыбнувшись Ларе, а затем подмигнул и сделал шаг назад. — Чтобы солёным не быть. Правда, вряд ли я до него доберусь — Вовка его раньше весь слопает.

— Провокатор ты, — выдохнула Лара, и Денис возмутился:

— Я?! Кто меня тут на вкус пробует?

— Я чуть-чуть. Самую малость.

— Вот и я — самую малость!

Кажется, момент упущен — впрочем, был ли он вообще? Денис не был уверен, что соседка на самом деле напрашивалась на секс, а не слишком откровенно шутила. Если бы напрашивалась, точно бы подхватила его шутку про «облизать» — а она напряглась.

Наверное, это как раз тот случай, когда и хочется, и колется.

15

Лара

Гормоны мои, гормончики…

Конечно, у меня было оправдание: давненько я даже просто не обнималась с мужчиной, не говоря о большем. А тут такой клубок тестостерона! Кто бы выдержал на моём месте?

Впрочем, я всё-таки выдержала, раз в итоге мы с Денисом не завалились на ближайший диван, а отправились за детьми.

А звучит, звучит-то как — мы с Денисом! Я прекрасно понимала, что никакого «мы» нет и быть не может, и лучше больше не шутить с ним на пошлые и провокационные темы — себе дороже. Завязаться узлом, сцепить зубы и забыть про классного соседа. В конце концов, бывший муж тоже когда-то казался мне идеальным мужчиной — и умным, и красивым, только что готовить не умел, — а вышло? Вот именно, что вышло — как гной из прыща, и не больше. И вся его идеальность была кажущейся. Так что смотри, Лара, не выдави тот же прыщ во второй раз.

Я была несправедлива к Денису и понимала это. Но как ещё защитить собственное сердце? Предубеждение — отличная броня, прививка от влюблённости. Помогало плоховато, но помогало.

Правда, сосед периодически подливал масла в огонь.

На улице, шагая рядом с Денисом к зданию детского сада — оно находится совсем рядом, идти около пяти минут, — я зачем-то сказала:

— А за знакомство мы с тобой так ничего и не выпили.

Да, сегодня я била рекорды по идиотизму.

— Мы выпили чаю, — хмыкнул Денис. — А ничего другого я и не могу предложить — не пью.

Я чуть не упала.

— Серьёзно?..

— Абсолютно.

— И пиво?

— Пиво вообще терпеть не могу. Горькое.

— Точно, — я шутливо хлопнула себя по лбу, ощущая растерянность пополам с восхищением. Ну что за парень, а? Может, его ещё раз чем-нибудь потыкать, вдруг всё-таки ненастоящий? — Ты же сладкий мальчик, зачем тебе горькое пиво?

— И не только пиво, — кивнул Денис. — Я не люблю всё, что горчит. Грейпфруты, например. И бруснику.

— Ага, ты из тех, кому на свадьбе кричали не «горько», а «сладко», да?

— Да не был я женат, — совсем огорошил меня этот фантастический мужчина. Засмеялся, посмотрев на моё офигевшее лицо, и объяснил: — Так получилось. Случайный залёт, выходить за меня замуж она отказалась. По медицинским показаниям тоже опоздала, хотела отказ написать. Ну я и забрал Вовку себе. Отказ она всё-таки написала, но позже, так что мы с Вовкой вдвоём.

Я молчала, не зная, что сказать.

Разумеется, я понимала, что в жизни случается всякое. Однако до сих пор я видела только матерей-одиночек и была знакома с женщинами, от которых, как от меня, уходили мужья, забывая о совместных детях. Будто не только с женой разводились, но заодно и с детьми. А чтобы ситуация была обратной…

— Вот же монстр, — вырвалось у меня, но Денис лишь плечами пожал.

— Если бы ты слышала, что она мне говорила, когда узнала о беременности, думаю, согласилась бы с ней. Там сложно не согласиться.

— Да? — протянула я с сомнением. — Быть не может.

— Точно тебе говорю, — в голосе Дениса, наоборот, звучала вселенская уверенность, и я даже слегка разозлилась.

— Тогда повтори. Хоть буду знать, почему ты считаешь меня таким же монстром.

— Я не считаю её монстром. Просто она тогда училась на первом курсе, впереди была учёба, ей не хотелось прерываться. И замуж не хотелось, потому что жених я незавидный — голая жопа, а не жених.

— Ты — голая жопа? — не поверила я. — Что за бред?

— А скажешь — не голая? — засмеялся Денис. — Я тогда жил с бабушкой в квартире, принадлежащей моему отцу. Закончил я кулинарное училище, работаю пекарем, перспектив никаких. Машины нет, да и не только машины — ни фига нет, кроме морды симпатичной. На неё она и клюнула.

— Кто?

— Саша. Мама Вовы.

— На маму она не тянет, — огрызнулась я, ещё больше разозлившись. Нет, и этот… фантастический парень считает, что я соглашусь с подобными бредовыми рассуждениями?! Ну ладно, не бредовыми — но меркантильными до мозга костей. Да где я — а где меркантильность? — Настоящая мама никогда в жизни не бросила бы собственного ребёнка, и плевать на то, сколько зарабатывает его отец. При чём здесь вообще деньги?

— При том, что ей хотелось жить красиво, а я предлагал ей жить некрасиво.

— Ну тем более! — откровенно возмутилась я, встав посреди дороги и уперев руки в боки. — С чем здесь соглашаться?! С безответственностью девахи, которая как трахаться — так она первая, а как взять на себя ответственность за последствия — так в кусты? С мыслью о том, что жизнь нам дана ради денег, красивых тачек и больших квартир? С откровенным унижением мужчины, который был готов жениться и в итоге не отказался от ребёнка, в отличие от горе-мамаши?! Нет уж, никогда я с таким не соглашусь!

Я столь бушевала, что Денис тоже остановился. Посмотрел на надутую, как рыба-ёж, меня, улыбнулся — ласково, мягко и благодарно — и негромко сказал, из-за чего вся моя воинственность разом закончилась:

— Спасибо, Лара.

16

Денис

Соседка была такая смешная в своём бунте, что Денис решил сделать вид, будто он ей поверил. В любом случае — даже её попытка подбодрить его дорогого стоит, и неважно, думает так Лара на самом деле или нет.

Денис допускал, что она искренне считает именно так, как сказала, но был уверен: если бы её дочь забеременела в восемнадцать лет, Лара бы начала рассуждать иначе. Со стороны всегда проще судить, возмущаться чужой безнравственностью, а вот захотела бы Лара сама, чтобы Агата вышла замуж за парня без перспектив, денег и уникальных мозгов? Вряд ли. Может, отказ от ребёнка не одобрила бы, заявила, что будет помогать дочери, но вот в том, что Лара не позволила бы Агате выйти замуж за парня типа него, Денис почти не сомневался.

Но за попытку спасибо — ему было приятно. И хотелось самому сказать Ларе что-то приятное, но что Денис никак не мог сообразить. А потом они подошли к зданию детского сада, вошли внутрь, зашагали к веранде — и стало уже не до разговоров, так как им обоим навстречу понеслись две детские фигурки.

— Вы в одной группе, что ли? — удивился Денис, моментально вспомнив, что слышал имя Агата не только от Лары, но и от сына.

— Ага! — кивнул Вова, на мгновение обняв Дениса. Обнимашки он с недавних пор почти разлюбил, и если обнимался, то совсем недолго. — Здравствуйте, тётя Лара!

— Можно просто Лара, без тёть, — улыбнулась соседка, и Денис что-то заподозрил.

— А вы знакомы?..

— Я видела Вову сегодня утром, — пояснила Лара. В отличие от Вовы, Агата по поводу объятий не комплексовала — чуть не задушила мать. — Я Агату привожу попозже, к половине девятого, и она вывела Вову познакомиться.

— А давайте пойдём вместе гулять! — тут же предложил сын. — Агата сказала, здесь недалеко есть классная площадка с кораблём, я такую ещё не видел. Пойдём, пап?

— Я бы не сказала, что она недалеко, туда минут двадцать идти, — пробормотала Лара немного растерянно. — Но, в принципе, можно, если вы никуда не торопитесь…

— Мы только ужинать торопимся, но ужин часа через два, — улыбнулся Денис, протягивая руку Агате. — С тобой мы ещё не познакомились. Я Денис.

— Очень приятно, — вежливо ответила девочка, пожав его ладонь. — Агата. Извините, что мы вас затопили.

— Ничего страшного, я уже всё убрал. Ну, будешь сегодня нашим проводником? Показывай, где твой корабль.

— Если корабль, то не проводником, а капитаном, — оживилась Агата. — Мам, можно же?

— Можно, — согласилась Лара, и кто бы объяснил Денису, почему сразу после её ответа он почувствовал воодушевление? — Только недолго, максимум в половине девятого надо быть дома.

— Хорошо! — подпрыгнула Агата, схватила Вову за руку — и они вместе помчались к воротам детского сада.

17

Лара

Меня не слишком удивило то, что Агата сразу спелась с Вовой. Она больше дружила с мальчишками и очень тянулась к мужчинам — видимо, подобным способом добирала отсутствие отца. С удовольствием общалась с дедушкой, собирала коллекцию машинок и хвасталась ею на улице, носилась с мальчиками и в футбол, и в другие подвижные игры. Кроме прочего, Агата была лидером по характеру, любила наводить порядок и брать под покровительство — так что ничего удивительного, что она решила подружиться с новичком.

Удивительным было другое. Обычно мне было всё равно в отношении чужих родителей, хотя кто-то нравился больше, а кто-то меньше, но в случае с Денисом я чувствовала безмерную радость оттого, что дети идут впереди нас, держась за руки, и болтают о своём.

Абсурд. Ну ладно гормональный взрыв — Денис для меня был словно тортик для голодающего, — но это-то почему?

— Ты теперь обо мне почти всё знаешь, — неожиданно сказал сосед, и я напряглась, ощутив — сейчас я услышу нечто не очень приятное. И точно. — Давай тогда про тебя. Где папа Агаты?

— А можно матом? — съязвила я, моментально ощетинившись. — Я знаю отличную рифму к слову «где».

— «В Караганде»?

— Не угадал!

— Да ладно, — засмеялся Денис, глядя на меня с весельем. — Можешь не отвечать, по реакции понятно. Развод, игрушки пополам.

— Если бы пополам, — хмыкнула я. — Всё своё унёс, всё общее — в том числе Агату — оставил. Там новые дети появились, старые не нужны.

— Знакомо.

— В смысле? На свою бывшую намекаешь?

— Нет, на моего отца. Только развода не было — мама умерла, когда мне было пять, — спокойно пояснил Денис. Точнее, с виду спокойно — я по глазам видела, что эти воспоминания для него до сих пор одни из самых больных. — Отец отдал меня бабушке с дедушкой, решив, что не справится с ребёнком. А потом женился на другой женщине. У меня вроде как брат и сестра есть, но я их ни разу не видел.

— Дикость какая-то, — вырвалось у меня, но больше ничего сказать я не успела — Агата и Вова достигли цели, хором восторженно взвизгнули — и побежали покорять корабль.

— Ничего себе сооружение, — присвистнул Денис. — Внушительное. И горки есть, и лестницы, и внизу местечко, как трюм… Окошки ещё круглые… Пожалуй, Вовка сюда будет часто наведываться.

— Мы тоже раньше ходили, но потом Агате надоело.

Несколько минут мы просто стояли на краю площадки, наблюдая за детьми, причём периодически теряли их из виду — по кораблю бегало столько ребят, что зачастую они сливались в единое многоногое и многорукое чудовище, — а затем Денис предложил сесть на лавочку, и я согласилась.

Несколько минут мы сидели и молчали. Не знаю, о чём думал сосед, с улыбкой глядя на Вову, а я вот рассуждала о судьбе своего нового знакомого.

Есть у меня с детства одна особенность… Я за справедливость. Терпеть не могу, когда страдают невиновные, когда конкурсы выигрывают недостойные и бесталанные, зато с деньгами, когда жизнь раз за разом больно бьёт беззащитных.

Честно говоря, пока мне казалось, что судьба обошлась с Денисом несправедливо. Если он, конечно, не врёт насчёт детства и ситуации с биологической матерью Вовы — но я не верила, что он может врать. Зачем? Наверняка так всё и было. Но за что Денису так достаётся от жизни? Он в прошлом воплощении был серийным убийцей, чиновником-взяточником, надзирателем в концлагере? Иначе подобную жестокость не объяснить.

Как он вообще умудрился остаться добродушным парнем, а не обидеться и озлобиться? Ещё и ответственность за Вову на себя взял.

Я невольно покосилась на безмятежно-голубое небо и мысленно вопросила:

«А когда воздаяние? За плохие поступки надо, но и за хорошие тоже!»

— Ты чего таращишься в небо? — внезапно спросил Денис, и я вздрогнула. — Самолёт, что ли, летит?

— Вроде нет, — пробормотала я, смутившись. — Просто интересно, почему одним — всё, а другим — ничего.

— И ответ ты ищешь в небе? — развеселился Денис.

— А где ещё его искать как не там?

— В себе, мне кажется. В душе.

Я была не уверена в том, что смогу найти ответ на этот вопрос где бы то ни было. Миллионы людей не находят, пишут по этому поводу философские трактаты, а меня вдруг осенит? Нет уж.

— Философия — это всё-таки не моё, — заключила я, решив поменять тему. — А почему ты читаешь Ливия? Интересуешься историей?

— Ага, — подтвердил Денис и начал рассказывать.

18

Денис

Давно он не получал такого удовольствия от обычного разговора. Хотя, на самом деле, разговор не был обычным — по крайней мере для Дениса не был. Он редко обсуждал в реальной жизни то, что его интересовало, — а именно историю, архитектуру, политику, культуру и искусство, нынешние и прошлые. Мог поговорить с незнакомцами в группах, на которые был подписан, но редко — времени не хватало. Да и возникал порой один любопытный эффект, который Денис называл «эффектом соцсетей», — когда собеседники стремятся поссориться, что бы ни обсуждали. Давно заметил, что споры бывают практически под любым постом, а он не любил конфликты.

Но с Ларой легко было не конфликтовать — злючкой она была, по-видимому, лишь когда включалась защитная реакция. А при обычном обсуждении особенностей римской истории — нет, её вредность спала. Зато включалась эрудированность и умение интересно рассказывать — Денис даже толком не заметил, как почти полностью отключился от реальности, с открытым ртом слушая лекцию Лары о Троянской войне.

И ни он, ни она совсем не заметили, как прошло больше двух часов, — до тех пор, пока Вова и Агата не подошли к ним сами и не поинтересовались, когда вообще домой.

— Кушать хочется, — сообщил Вовка доверительно, и только тут Денис очнулся.

— Точно, пора домой, — кивнула Лара, поднимаясь с лавочки и потягиваясь, из-за чего футболка соблазнительно обтянула её невеликую, но аппетитную грудь — две маленькие булочки. Даже изюминки наверняка есть…

Покачав головой и удивляясь, что умудрился влипнуть в соседку меньше чем за сутки — как мальчишка с бушующими гормонами, — Денис тоже встал и сказал, обращаясь к сыну:

— Хорошо, что вы с Агатой следили за временем, а то мы с её мамой заболтались.

Дети странно переглянулись, а потом Вовка произнёс совсем уж неожиданное:

— Пап, а может, пригласим их в гости?

— Кого? — не сразу понял Денис и совсем обалдел, когда сын пояснил:

— Агату и тётю Лару.

— Можно просто Ларой меня называть, — вмешалась соседка, вздохнув. — А то, когда я слышу слово «тётя», мне становится грустно. Хуже только «бабуся», но это ещё впереди.

Агата рассмеялась, Денис тоже улыбнулся, а вот Вовка явно не понял, в чём смысл.

— Почему? Я бабушку так не называл, но вроде тоже нормально…

— Нормально. Но знаешь: любой взрослый в душе — ребёнок. И представь: я в душе — маленькая девочка, а ты мне — «тётя Лара». Не хочу быть тётей!

Вовка фыркнул и кивнул.

— Ладно, договорились, тогда не буду называть вас тётей.

— Вот и отлично, — улыбнулась соседка. — А насчёт гостей… На нас с Агатой котлет не хватит. По крайней мере сегодня. Но если твой папа нажарит побольше — мы, пожалуй, придём.

Денис даже восхитился, о чём сразу и сообщил:

— Ты нахалка, тебе кто-нибудь говорил об этом?

— Увы, — развела руками Лара, смеясь, — у меня множество недостатков, и один из них — я люблю вкусно покушать. Когда сам почти не умеешь готовить, это ужасный недостаток.

— А папа готовит отлично! — откровенно похвастался Вовка. — Особенно хлеб печёт. А какие тортики делает!

— Вова! — цыкнул на сына Денис, но мальчишку-хвастунишку было не остановить:

— Я правду говорю! Мне семь будет в сентябре, а в прошлом году на шестилетие папа делал такой торт… Как он назывался-то, пап?