Сводный псих

Дверь в комнату распахивается, и я замираю от удивления.

— Кирилл? — пищу, глядя на не совсем трезвого парня. — Что ты здесь делаешь? Как ты здесь?

— Мне просто необходимо было встретиться с тобой, — недобро усмехается.

— Ночью? — спрашиваю, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Кирилл ведёт себя слишком непредсказуемо в последнее время, и я понятия не имею, чего от него ожидать.

— Что ты думаешь о союзе наших родителей? Ты ведь их поддерживаешь, не так ли? — медленно направляется ко мне, и я инстинктивно пячусь назад.

— Что я могу думать? — лихорадочно тараторю. — Они взрослые люди и заслуживают счастья…

— Мой отец был счастлив! — грубо перебивает меня. — Твоя мать позарилась на состояние моего отца!

Не сдерживаюсь и прохожусь по лицу Кирилла звонкой пощёчиной.

Как он смеет говорить так о моей маме?

Его голова дёргается в сторону, но он тут же возвращается в прежнее положение. Только теперь его взгляд полыхает яростью.

Он буквально выжигает все мои эмоции, оставляя только дрожь в теле.

— Может ты такая же? — спрашивает с какой-то дикой улыбкой. — Я наследник приличного состояния! Давай, покажи мне, на что ты способна, может я женюсь на тебе, и ты тоже станешь богата?

— Что? — пищу, словно напуганная до смерти мышь. — О чём ты?

— Не строй из себя дуру! — в одно мгновение Кирилл преодолевает расстояние между нами и толкает меня на кровать.

— Ты с ума сошёл? — кричу, когда он нависает надо мной и опускает губы на мою шею. — Кирилл! Остановись! — брыкаюсь, пытаясь оттолкнуть его от себя, но он словно с ума сошёл. — Кирилл! Приди в себя!

В какой-то момент мне удаётся перевернуться, но он быстро возвращает меня в прежнее положение.

Хватает мои запястья и прижимает их к кровати над моей головой.

Продолжает покрывать мою шею и ключицы поцелуями. Он не слышит меня. Игнорирует мои мольбы и крики.

— Прошу тебя, прекрати! — кричу надрывно, не сдерживая слёзы и всхлипы. — Кирилл! Приди в себя! — мои всхлипы превращаются в рыдания.

Внезапно Кирилл замирает.

Хватка на моих руках ослабевает, и я медленно поворачиваю голову.

Встречаюсь взглядом с карими глазами Кирилла и читаю в них что-то новое…

Испуг? Сожаление?

Он резко отстраняется и быстро покидает комнату общежития.

Принимаю позу эмбриона и продолжаю плакать. Кричать. Выть.

Выпускаю наружу всю свою боль, не боясь, что буду замеченной.

Глава 1

— Коротышка, ты едешь? — дверь в комнату распахивается.

— А-а-а! — кричу, хватая кофту с кровати и прикрываю грудь. — Ты с ума сошёл?

— Чё ты визжишь? — Кирилл демонстративно прочищает ухо. — Чё я там не видел?

— Ничего, — топаю ногой. — Ты не можешь вот так врываться в комнату! Да и вообще, не можешь находиться в женском общежитии!

— Не парься, — нагло заходит в комнату, подходит к моему столу, берёт шоколадную конфету и закидывает в рот. — Ты не в моём вкусе. Да и сисек у тебя нет.

— Хам! — не сдерживаю негодования. — Выйди! Мне нужно одеться!

— Одевайся, я не смотрю, — отворачивается к окну, и я быстро накидываю кофту.

Какой же он наглец!

Но такой красавчик…

— У нас гости? — в комнату заходит Алина, моя соседка и по совместительству подруга.

Кирилл одаривает её презрительным взглядом и обращается ко мне:

— Ты готова?

— Я поеду на автобусе, — подхожу к зеркалу, беру расчёску и собираю волосы в высокий хвост.

— Что за бред? — раздражённо фыркает Кирилл. — Зачем ехать на автобусе, если я на тачке и еду туда же?

— Не знаю… — пожимаю плечами. — Может, ты будешь не один?

— Я буду один, — выглядывает в окно. — Готова?

— Почти, — поворачиваюсь к нему лицом. — Иди на улицу. Я выйду через пару минут, — Кирилл вопросительно смотрит на меня, и я продолжаю. — Слушай, я не хочу из-за тебя получить втык от вахтёрши. Не хватало ещё, чтобы она подумала, что я вожу парней в комнату.

— Ты? Парней? — внезапно он начинает хохотать.

— Всё, — разворачиваю Кирилла спиной к себе и выталкиваю из комнаты. — Жди на улице, — захлопываю дверь перед его носом.

— Как ты вообще можешь с ним общаться? — удивлённо спрашивает Алина. — Он наглый, грубый, ещё и психованный.

— У меня нет выхода, — закидываю в сумочку телефон и ключи от комнаты.

— Да-да, — дразнит Алина. — Ты по уши влюблена в него, и дело тут не в выборе.

— Тс-с! — быстро оказываюсь рядом с ней, и зажимаю её рот ладонью. — С ума сошла? А если он услышит?

— Не услышит, — хихикает, убирая мою ладонь. — Хорошо вам отдохнуть, — подмигивает.

Если бы она только знала, что нас ждёт.

Хотя я сама не знаю, чем закончится сегодняшний семейный ужин.

— Пока, — целую Алину в щёку, накидываю пуховик и покидаю комнату.

Спускаюсь на первый этаж, и к счастью, вахтёрша ничего не говорит.

— До свидания, — улыбаюсь ей, и она кивает в ответ.

На улице сильнейший снегопад, и так просто не увидишь, где стоит автомобиль Кирилла.

Вглядываюсь в машины, и всё-таки вижу нужную.

Быстро забираюсь внутрь и захлопываю дверь.

— Могла бы отряхнуться, — недовольно бросает Кирилл.

— Прости, — скованно отвечаю, потому что что-то делать уже поздно.

Пристёгиваюсь ремнём безопасности, и устраиваюсь на сиденье поудобнее.

— Не знаешь, что они задумали? — спрашивает, выезжая на дорогу. — В честь чего этот обед?

— Нет, — отвечаю слишком быстро. — Не знаю, — поправляю сама себя. — Мама просто позвонила и попросила приехать, — вру ему, потому что не имею права говорить правду.

— Странно, — задумчиво произносит Кирилл, не сводя взгляда с дороги.

На самом деле его отец и моя мама хотят официально признаться, что собираются пожениться.

И я безумно боюсь реакции Кирилла. И не только я.

Мы все знаем, что Кирилл слишком вспыльчивый.

Его реакция непредсказуема.

Он хорошо относится к моей маме, но исключительно как к домработнице. Боюсь, перспектива мамы стать его мачехой ему не очень понравится.

Мама работает в доме Королёвых уже пять лет. Жена дяди Славы умерла десять лет назад, и они с Кириллом остались одни.

Мама устроилась к ним домработницей и оживила атмосферу.

Я часто приходила к маме, так мы и познакомились с Кириллом.

Дядя Слава помог мне попасть в тот же университет, где уже учился Кирилл.

Два года назад между мамой и дядей Славой начали завязываться отношения. Никогда прежде я не видела маму такой счастливой. Да и дядя Слава изменился. В его глазах теперь горит огонь.

Они счастливы друг с другом, и я ничуть не против. А вот Кирилл… Он даже не знает о их отношениях, и о предстоящей свадьбе тем более.

Кирилл резко тормозит, и я сильно ударяюсь головой.

— Ай, — морщусь и тру место ушиба.

Не сразу понимаю, что нас подрезали.

Кирилл бросает на меня взгляд и в ярости выходит из машины.

Ну всё. Сейчас что-то будет.

Его руки сжаты в кулаки, и не нужно быть особо умным, чтобы понимать, что он разгневан.

Я с ужасом наблюдаю за происходящим через окно. Кирилл как разъяренный бык несется к машине, которая чуть не стала виновницей аварии, что-то крича водителю.

Тот, судя по жестам, пытается оправдаться, но Кирилла это только больше злит. Кажется, еще немного, и он полезет драться.

Он открывает дверь, хватает водителя за грудки и выдёргивает из машины.

Вокруг начинают собираться люди, и я понимаю, что должна что-то сделать.

Выскакиваю из машины и бегу к Кириллу.

— Остановись! — кричу ему. — Отпусти его! Ничего ведь не случилось! — Кирилл поворачивается ко мне. — Мы торопимся, — продолжаю, пытаясь его вразумить. — Пожалуйста.

Кирилл шумно вздыхает и отталкивает мужчину от себя.

Разворачивается и возвращается в машину.

Торопливо следую за ним, забираюсь в машину, и Кирилл давит на газ.

Вжимаюсь в сиденье и не произношу не звука, чтобы не разозлить его ещё больше.

Глава 2

— Какого чёрта вылезла из машины? — грубо спрашивает Кирилл после нескольких минут молчания. — Если бы за рулём той тачки был псих? Что, если бы у него был травмат, например?

— Если честно, — отвечаю с обидой. — В этой ситуации на психа был похож только ты…

— Серьёзно? — вспыхивает парень. — Считаешь, что я был неправ?

— Считаю, что выходить из машины и доводить бедолагу до сердечного приступа было лишним.

— Ты нормальная? Мы из-за него могли сейчас в кювете валяться!

— Послушай, — пытаюсь говорить как можно спокойнее. — Всё ведь уже в прошлом, и не стоит спорить из-за этого инцидента. Ты всё-таки ведёшь машину, и я хочу добраться до дома твоего отца живой. Просто попробуй успокоиться.

— Охрененно, — злобно произносит Кирилл и сосредотачивается на дороге.

Всем он хорош. Не обделён чувством юмора, внешностью. Первый парень в университете. Нет отбоя от девчонок. От улыбки Кирилла тают даже взрослые женщины. Но его гнев, который он не умеет контролировать, портит всё.

Вот и сейчас он не может взять себя в руки.

Смотрит на дорогу, и другой человек бы не понял, что с ним происходит…

Но я вижу, что его челюсть сжата. Руки чуть ли не впиваются в руль. А в глазах леденящий холод.

И от этого мне становится ещё страшнее.

Была надежда, что он отнесётся к новости о наших родителях терпимо, если будет в приподнятом настроении. Но теперь точно всё пропало.

Засматриваюсь на Кирилла дольше положенного, и резко беру себя в руки, когда он бросает на меня короткий взгляд.

— Что? — возвращает его на дорогу. — Презираешь меня?

— С чего бы? — отворачиваюсь к окну, чтобы спрятать румянец, выступающий на щеках. — Я знаю тебя довольно давно, и… Всё хорошо, — пытаюсь как можно скорее закрыть тему.

К счастью, Кирилл тоже больше не произносит ни слова, и мы доезжаем до дома его отца в полной тишине.

Почти все дома в коттеджном посёлке, где живут Королёвы, украшены к Новому году.

На улице темнеет, и благодаря этому отчётливо видны огни новогодних гирлянд.

Замечаю несколько снеговиков, и на лице самопроизвольно растягивается улыбка.

Наверное, единственное, чего я не одобряю в выборе родителей, это то, что они выбрали предпраздничные дни для посвящения Кирилла в свои отношения и предстоящую свадьбу.

Можно было подождать до января.

Но это их выбор, и я не могу их осуждать.

Выходим из машины и проходим к крыльцу.

Дверь перед нами открывается, и на пороге нас встречает дядя Слава.

Кирилл прищуривается в сомнении, но ничего не говорит.

— Здравствуй, отец, — пожимает его ладонь. — Почему ты сам открыл? Где Татьяна?

— Она заканчивает с обедом, — обнимает сына и хлопает его по плечу.

— Здравствуйте, дядя Слава, — киваю ему с улыбкой.

— Привет, Анют, заходите.

Мы проходим в дом, разуваемся и уже через несколько секунд оказываемся в просторной гостиной.

Большой стол накрыт на четыре персоны, но наготовила мама куда больше, чем на четверых человек.

— У меня почти всё готово, — мама ставит на стол запечённую индейку.

— Татьяна, — усмехается Кирилл. — Вы явно перестарались.

— Не соглашусь с тобой, — скованно улыбается мама.

Глядя на неё, понимаю, что напряжение чувствую не только я.

Дядя Слава более спокоен.

— Что ж, — произносит дядя Слава. — Давайте садиться за стол.

Мы с Кириллом размещаемся друг напротив друга, а мама и дядя Слава по разные стороны от нас.

Мужчина наполняет наши бокалы вином. Мама нервно проверяет, у всех ли есть столовые приборы, но на самом деле я знаю, что это лишь для отвода глаз.

Она просто тянет время.

И я понимаю её нервозность.

— Так что за повод? — разрывает тишину Кирилл.

— Повод есть, — уверенно отвечает Вячеслав. — Большой повод.

— Мы ждём, — Кирилл бросает на меня короткий взгляд и возвращает его к отцу.

— Сын, — начинает мужчина, держа в руках бокал с вином. — Татьяна работает в нашем доме очень давно, — набирает полную грудь воздуха и это не остаётся незамеченным. — За это время мы стали очень близки. Что говорить, даже вы с Аней стали почти братом и сестрой.

Кирилл снова поворачивается ко мне, и я вижу, как заостряются черты его лица.

Взгляд наполняется леденящим холодом, а рука, лежащая на столе, сжимается в кулак.

Всё.

Он всё понял.

— Продолжай, — хрипло произносит Кирилл.

— Мы с Таней любим друг друга и решили пожениться, — выпаливает ключевую фразу дядя Слава, и могу поклясться, что время останавливается.

Никто не произносит ни слова.

В гостиной воцаряется гробовая тишина, и кажется, что даже на улице всё стихает.

— Ты сейчас серьёзно? — с презрением спрашивает Кирилл, глядя отцу прямо в глаза. — Женишься на уборщице?

Вижу, как глаза мамы наполняются слезами, но она сдерживает их.

— Прояви уважение и следи за языком, — строго произносит дядя Слава.

— Следить за языком? — рычит Кирилл с дикой злобой. — А ты следишь за чем-то? Какого хрена, отец? Тебе баб вокруг мало, и ты решил выбрать ту, что долгое время моет унитазы в твоём доме?

— Заткнись! — со злостью произносит дядя Слава. — Не смей осуждать мой выбор!

— Прости отец, но твой выбор… — бросает на маму полный презрения взгляд и переводит его на меня. — Ты знала? — громко орёт, и я вздрагиваю от страха.

Отвожу взгляд в сторону, потому что врать ему бессмысленно. Он всё понимает и начинает смеяться в голос. Только вот смех этот совсем недобрый.

Внезапно он замолкает и изо всей силы ударяет по столу. Бутылка вина падает на белую скатерть, и её содержимое растекается по столу.

— Кирилл! — рычит дядя Слава. — Какого чёрта ты себе позволяешь?

— Какого чёрта я себе позволяю? — его брови поднимаются вверх. — Не так много, как позволяешь себе ты!

— Дата свадьбы определена! Это не изменится!

— Поздравляю вас, мать вашу! — одним махом Кирилл хватает скатерть, дёргает её, и всё содержимое со звоном и грохотом падает на пол.

Еда рассыпается по полу, вино и вода создают большие лужи, в которых блестит битое стекло.

— Счастливо оставаться, — яростно выплёвывает Кирилл и исчезает в проёме прихожей.

Уже через несколько секунд мы слышим хлопок входной двери, после которого следует визг шин по замёрзшему асфальту.

Я ожидала от него бурной реакции, но не такой. Всё же, он настоящий псих.

Глава 3

— Мам, я всё уберу, — подрываюсь с места и бегу в кладовку, где обычно лежат тряпки.

Беру всё необходимое и возвращаюсь в гостиную.

— Успокойся, Таня, — дядя Слава пытается утешить маму, и я стараюсь не смотреть в их сторону, чтобы не смущать ещё больше.

На самом деле, даже я не ожидала от Кирилла такой реакции. Я догадывалась, что ему будет не по душе эта новость, но не до такой степени.

Он всегда относился к маме хорошо, как к человеку и домработнице, и в связи с этим я не думала, что он опустится до унижений. Но он превзошёл самого себя.

Теперь я даже не представляю, чего ещё можно от него ожидать.

— Может быть, мы и правда поторопились? — шмыгает носом мама. — Может быть, этот брак — ошибка?

— Не говори глупостей, — строго произносит дядя Слава. — Тебя заставил сомневаться сопляк, который ни черта не смыслит в жизни! Мы взрослые люди и сами вправе решать свою судьбу! Пусть дорастёт до наших лет!

— Но он твой сын…

— И я от него не отказываюсь, — берёт мамины ладони в свои руки, и украдкой я замечаю, с какой нежностью он смотрит на неё. — Но он должен уважать мой выбор. А если нет — это его проблема.

В дверь раздаётся звонок, и дядя Слава идёт открывать.

— Я помогу тебе, — мама садится на корточки рядом со мной и начинает собирать битое стекло в мусорный пакет.

— Мам, — произношу с сожалением. — Дядя Слава прав. Ты не должна обращать внимание на Кирилла. Все мы знаем, что он вспыльчивый. И это скоро пройдёт.

— Не знаю, — всхлипывает мама, вытирая слёзы с лица. — Я не ждала такой реакции.

— Я тоже, — шумно вздыхаю. — Но теперь он, по крайней мере, всё знает.

— Как ты? У тебя не будет проблем в университете из-за этого?

— Конечно же нет, — усмехаюсь, словно она спросила что-то неправдоподобное.

На самом деле я об этом и не думала.

Возможно, Кирилл захочет отыграться на мне. Но мне не хотелось бы верить в это.

Через пару минут в гостиную возвращается дядя Слава, и следом за ним три мужчины заносят огромную ёлку. Причём живую.

— Что это? — тихо задаю вопрос.

— Слава думал, что после обеда мы все вместе подготовим дом к Новому году, — губы мамы растягиваются в неестественной улыбке и я понимаю, что она снова вот-вот расплачется. — Всё вышло не так, как мы планировали.

— Мам, успокойся, пожалуйста, — крепко обнимаю её. — Я здесь. И сегодня никуда не уйду. Мы вместе нарядим дом и посидим, как семья.

— Только неполная.

— Забудь о нём.

— Ладно, — мама глубоко вдыхает воздух. — Всё. Я взяла себя в руки, — обмахивает лицо ладонями, пытаясь прийти в себя.

Мужчины устанавливают ёлку в углу комнаты, и я не могу не отметить, какая она пушистая и высокая.

Пахнет хвоей на всю гостиную, и этот запах немного отвлекает от унылых мыслей.

Мы с мамой заканчиваем убирать бардак, который устроил Кирилл, и выкидываем мусор.

Дядя Слава расплачивается с доставщиками, и те, попрощавшись, уходят.

— Ну что, девочки, — хлопает в ладоши дядя Слава, — пора приступать! Тань, ты у нас главная по новогоднему декору, руководи процессом!

Мама слабо улыбается, и я киваю, стараясь изобразить энтузиазм.

Иду в кладовку, достаю коробки с ёлочными игрушками, гирляндами, мишурой.

Всё яркое, блестящее, призванное создать праздничное настроение.

Но сейчас это кажется какой-то насмешкой. Хотя, может, если мы и правда украсим дом, маме станет легче.

Начинаем с гирлянд. Дядя Слава ловко развешивает их по ёлке, а мы с мамой подаём ему игрушки.

Сначала самые крупные, потом поменьше. Мама выбирает особенно красивые, и какое-то время даже забывает о своих переживаниях.

А я украдкой наблюдаю за ней и дядей Славой. Они смотрятся вместе так гармонично, так естественно. Видно, что он её любит. И она его. И глупый Кирилл не имеет права разрушать их счастье.

— Красота, — завороженно произношу, глядя на пышную красавицу, переливающуюся разноцветными огнями.

— Мы неплохо постарались, — с улыбкой произносит мама. — Может, немного посидим? У меня кое-что осталось из блюд.

— Я не против, — пожимаю плечами.

Мы с мамой быстренько накрываем на стол.

Теперь он не кажется таким шикарным, как был днём, но на троих нам вполне хватает.

Дядя Слава приносит из бара бутылку вина и разливает его по бокалам.

— Сегодня выдался непростой день, — с лёгкой улыбкой на губах, мужчина поднимает бокал. — Но всё же мы справились.

— Выпьем за вас! — перевожу взгляд с дяди Славы на маму.

Мама кивает и соприкасается своим бокалом с нашими.

Мы выпиваем и принимаемся ужинать.

— Анют, — в какой-то момент произносит мама. — Ты не должна оставаться у нас, если этого не хочешь. Я уже в порядке, правда.

— Но…

— Не спорь, — мама выдавливает из себя улыбку. — Я помню, что сегодня ты собиралась с Алиной на каток. Не стоит менять свои планы из-за того, что произошло.

Мама права.

Я говорила ей, что мы собирались погулять вечером.

Но после того, что устроил Кирилл, мне неудобно оставлять её.

— Мам, — вытираю рот салфеткой.

— Не обсуждается, — снова перебивает меня. — Сейчас поужинаем и я вызову тебе такси.

— Хорошо, — решаю не спорить с мамой.

— Новый год ты будешь встречать с нами? — уточняет дядя Слава.

— Конечно, — улыбаюсь ему. — Мы же это обсуждали.

Только вот теперь понятия не имею, как это будет выглядеть.

Дядя Слава забронировал несколько столиков в элитном ресторане, чтобы встретить Новый год с самыми близкими людьми.

А именно, со мной и Кириллом, и близкими друзьями.

За пять дней Кирилл вряд ли успокоится, а значит остаётся только надеяться, что он снова не выкинет какую-нибудь глупость.

Глава 4

Выхожу из такси и направляюсь к женскому общежитию.

Снег сыплется огромными хлопьями, и я ловлю себя на мысли, что сегодня просто потрясающая погода. Не холодно, но красиво.

Самое то для проведения времени на катке.

Приближаюсь к входу в общежитие, но внезапно замираю, когда вижу несущуюся на меня машину.

И эта машина принадлежит Кириллу.

Он не сбавляет скорости, и от ужаса я распахиваю глаза.

Визг шин по асфальту, и машина тормозит в метре от меня. От неожиданности я падаю прямо в сугроб. Открываю и закрываю рот, не в состоянии произнести ни слова.

Тело оцепенело, и я не могу даже пошевелиться.

Он что, совсем с ума сошёл?

Кирилл резко выходит из машины и подходит ко мне. Окидывает меня презрительным взглядом и встаёт надо мной словно коршун над своей жертвой.

— Ты… ты… — заикаюсь и чувствую, как слёзы застилают глаза. — Ты с ума сошёл?

— Ты же сама сказала, что я похож на психа, — высокомерно отвечает. — Что тебя удивило?

— Ты чуть меня не убил! — беру себя в руки и стираю слёзы с лица. — Ты не в себе? — поднимаюсь на ноги и отряхиваю снег с пуховика.

— Не в себе! — рычит со злостью. — Какого хрена ты мне не сказала о том, что происходит между нашими родителями?

— Это была не моя тайна! — пытаюсь говорить уверенно, но голос предательски дрожит.

Я его боюсь. Впервые за долгое время я действительно боюсь его действий.

Ведь он на многое способен.

Я видела, как он обращается со сверстниками. И только меня его отношение обходило стороной, потому что я была близка его семье.

Порой он не замечал меня или вёл себя холодно, но никогда не вредил.

Может быть, поэтому он и стал мне нравится. Его отношение ко мне отличалось от остальных.

А теперь, возможно, я стану его главным врагом.

— Тайна? — Кирилл закипает ещё больше. — Для кого тайна? Для тебя, быть может? Или для кого-то ещё?

— Кирилл… — нервно сглатываю и опускаю взгляд, но тут же возвращаю его к парню. — Прости, но…

— Прости? — снова не даёт мне договорить. — Вы все скрывали от меня то, что они вместе! Держали меня за осла! А теперь так просто — прости и всё?

— Что я ещё должна сказать? — устремляю на него взгляд. — Твоя реакция дома отвечает на вопрос, почему от тебя это скрывали! Ты же не можешь контролировать свои эмоции! Не можешь усмирить гнев!

— Почему я вообще должен с этим мириться? — продолжает нападать на меня.

— Не должен, — до боли закусываю губу. — Ты можешь думать что хочешь. Относиться к этому как хочешь. Но не можешь лезть в их жизнь! Это их выбор, и им с ним жить! А теперь мне пора! — поворачиваюсь к нему спиной, но он хватает меня за локоть, не давая уйти. — Что ещё?