Двойной латте в дождливый день. Горячий шоколад в зимнюю ночь. Комплект из двух книг

2

Рэйден

Обслужив последнего посетителя, я убрал рабочее место, закрыл кофейню и направился в общежитие. На улице по-прежнему тарабанил дождь, и та лужица, в которой несколько часов назад копошилась Кнопка, превратилась в целое болото. Пора бы руководству кампуса заняться ремонтом тротуара. Я накинул на голову капюшон джинсовой куртки и, вставив наушники, врубил Modern Talking.

Мой плей-лист всегда напоминал сборную солянку из современной поп-музыки, хип-хопа, рэпа, старого доброго рока и легендарного ретро. Сегодня же настроение требовало последнего.

Нырнув ладонью в карман куртки, я проверил, не забыл ли взять наушники Айви. Я лишь надеялся, что Зак будет в хорошем настроении и согласится посмотреть их. Надо бы задобрить этого ворчуна и прикупить ему парочку любимых шоколадных батончиков.

Ливень усилился, и я ускорил шаг. Внезапно в кармане зазвонил телефон, но мне не хотелось разговаривать под проливным дождем. Я сбросил звонок через наушник, решив перезвонить позже.

К тому времени, когда я добежал до корпуса, мои куртка и конверсы промокли насквозь. Теперь мой вид наверняка был не менее удручающий, чем у Кнопки. То есть Айви.

Я случайно заметил ее через окно. Хотя сложно не заметить девушку, которая сначала падает посреди тротуара, а потом возится в грязной луже. В огромной толстовке, с влажными волосами, в намокших кедах и рваных, грязных джинсах она выглядела такой беззащитной и хрупкой, что прозвище Кнопка пришло на ум само собой. Но больше всего меня привлекли ее глаза. Большие, необычайно синие, полные грусти и одиночества.

Вот почему мне захотелось развеселить ее. Я ведь тоже, когда только переехал сюда после крупной ссоры с родителями, чувствовал себя потерянным и одиноким. Хотя моя попытка поднять незнакомке настроение наверняка смотрелась как дешевый подкат. Что же, пусть так, зато со своей задачей я справился отлично. Да и первокурснице явно не помешают новые знакомства. В том, что она только поступила, я даже не сомневался. Ее рюкзак, увешанный значками и прочими побрякушками, был доверху забит книгами, а с таким энтузиазмом к учебе подходят лишь законченные зубрилы и новички. Сам таким был в прошлом году.

Я взялся за ручку двери в свою комнату, потянул на себя и обнаружил, что она заперта. Несколько секунд прислушивался, не доносятся ли из комнаты женские стоны.

Закари, мой сосед-третьекурсник, мог месяцами ни с кем не встречаться и лишь метать в девушек злые взгляды, а потом запереться средь бела дня с какой-нибудь новой знакомой. В такие моменты я на сутки лишался доступа к собственной комнате.

В комнате было тихо. Я выдохнул, со спокойной душой открыл ключом дверь и уже на пороге начал стягивать с себя промокшую одежду.

Остаток вечера прошел за мелкими домашними делами. Фоном на ноутбуке шел «Гарри Поттер». Я не сомневался, что выиграю этот спор, и уже мысленно прикидывал, на какой фильм сводить новую знакомую, но надо отдать фильму должное: сказочная атмосфера и впрямь завораживала. В какой-то момент я даже пожалел, что не взял у Кнопки номер, потому что комментарии сыпали из меня словно искры: мне хотелось обсудить с ней некоторые детали и возмутиться относительно того, какого черта бедных ребятишек отправили отбывать наказание в жуткий лес. Я уже молчу про квиддич, в котором напрочь отсутствовало честное судейство, а игроки калечили друг друга просто так; про проникновение тролля в подземелье и трехголового огромного пса в одном из коридоров. Не школа, а квест на выживание какой-то.

Я почти досмотрел фильм, когда раздался стук в дверь. Стоило открыть ее, как в комнату влетела зареванная и покрасневшая Мэл.

– Рэйден… Коул… он… он… бросил меня… по «Фейстайму»! – заикаясь, прохныкала она, а затем уткнулась мне в грудь и громко разрыдалась.

– Вот засранец… – протянул я и сочувственно обнял подругу.

Мы с Мэл знали друг друга с пеленок. Наши отцы были партнерами по бизнесу, а матери состояли в одном светском клубе и руководили благотворительным фондом. Один детский сад, одна школа, один круг общения. Мы с детства вместе. Поэтому, когда ее парень Коул отправился учиться по обмену в Англию, она не поехала с ним, а перебралась из Нью-Йорка в Арден-Сити и поступила в местный университет. В отличие от моих предков, которые до сих пор с периодичностью несколько раз в неделю требовали перестать страдать ерундой и вернуться в Нью-Йорк, ее родители потакали любому капризу любимой дочери. Мэл пока не определилась, чем хочет заниматься в жизни, собственно, поэтому она здесь. В маленьком городке, в кампусе хорошего, но все же далеко не самого престижного университета Америки. Просто потому, что верит в меня и мою мечту. Мэл – мой самый дорогой друг, так что я готов придушить любого, кто ее обидит.

Мы устроились на диване, и Мэл, положив голову мне на плечо, проплакала еще где-то полчаса. Я молча поглаживал ее по спине и мягким кудрям цвета сливочного крема.

Они с Коулом встречались больше года, и Мелани как-то поделилась, что они уже говорили о возможной свадьбе. Пусть только этот мерзавец приедет на каникулы! Я готов слетать в Нью-Йорк только ради того, чтобы начистить его самодовольную рожу.

Мэл немного успокоилась, и ее внимание привлек экран ноутбука, на котором отображался стоп-кадр волшебной шахматной партии Гарри, Рона и Гермионы.

– Ты смотришь «Гарри Поттера»? – с удивлением спросила она осипшим от плача голосом.

– Решил провести эксперимент, – уклончиво ответил я, пожимая плечами. Мне казалось неправильным рассказывать о знакомстве с симпатичной девушкой, когда моя подруга переживает болезненный разрыв. – Хочешь, перемотаю на начало и посмотрим вместе?

– Нет, Рэй, ты же знаешь, я не люблю такое, – она сморщила покрасневший нос.

Мэл обожала классику и мелодрамы и никогда не интересовалась фэнтези, но тем важнее мне была ее поддержка. Даже несмотря на нелюбовь к этому жанру, она всегда с восторгом отзывалась о моем слоге и сюжете, когда я делился с ней отрывками из своей истории.

Да, я писал книгу. Эпичное фэнтези про молодого колдуна королевских кровей, чей брат погиб при загадочных обстоятельствах. Издать книгу и стать популярным автором – моя большая мечта, которую почти все мои близкие считали пустой тратой времени.

– Спасибо тебе, Рэй, – шепнула Мелани, отвлекая меня от размышлений.

– За что? – удивился я.

– За то, что всегда рядом, когда мне плохо. – Она обхватила меня за шею и мягко поцеловала в щеку. Ее миндалевидные карие глаза все еще блестели от слез, но на губах заиграла слабая улыбка.

Мелани хотела сказать что-то еще, но тут дверь распахнулась, с грохотом стукнувшись об стену, и в комнату зашел злой как черт Зак.

– Привет, – пискнула Мэл и смущенно отодвинулась от меня. Она всегда побаивалась моего соседа, и я не мог ее в этом винить. С девушками он вел себя как настоящий орк. Моя бывшая его тоже терпеть не могла.

– Ага, – вместо приветствия буркнул Зак. Не обращая внимания на Мэл, он стянул мокрую толстовку вместе с футболкой, демонстрируя крепкое тело.

– Зак, тут девушка вообще-то, надеюсь, ты не сильно увлечешься и не разденешься при нас до трусов.

– В своей комнате я могу раздеваться хоть догола. Не нравится – отвернитесь, – огрызнулся он и, схватив с кровати домашнюю футболку с AC/DC, надел ее, а затем сел за свой компьютер.

Мелани поднялась с кровати:

– Ладно, я лучше пойду.

– Давай я тебя провожу.

– Не стоит, я и так отвлекла тебя. Отдыхай. – Она послала мне воздушный поцелуй и, помахав на прощание, скрылась за дверью.

Я перевел взгляд на Зака, который уже что-то усердно печатал на клавиатуре.

– Чудовище, ты совсем одичал, что ли?

– Отвянь.

– Какая муха тебя покусала? Неудачный день на работе?

Зак работал сразу в двух местах. В будние дни он занимался ремонтом техники и чинил поломанные телефоны, ноутбуки и прочие гаджеты студентов, а по выходным подрабатывал помощником тренера в детской секции по кикбоксингу – с малышней, на удивление, он был само спокойствие и непоколебимость. Правда, в особенно тяжелые дни напряжение и злость Зак сбрасывал, либо пиная боксерскую грушу, либо нервируя меня.

– Я был не на работе.

– А где? – Я подошел к холодильнику и, взяв банку колы, вернулся на кровать.

– На свидании.

От удивления я поперхнулся газировкой.

– Где?

Зак стрельнул в меня злым взглядом.

– Рассказывай уже, что стряслось? – Я видел, что ему самому неймется выплеснуть негодование.

– Она. Весь вечер. Выносила мне мозг. Как фанатеет по дорамам. И по BTS. И втирала. Что я похож. На какого-то, блин, Те Хёна! – С каждым срывающимся с губ словом он клацал по клавиатуре так яростно, что я даже пригляделся, не задымились ли кнопки под его пальцами.

– Ну… Может, она хотела сделать тебе комплимент. Показать заинтересованность вашей культурой. – Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не засмеяться в голос от того, как нервно задергался глаз моего соседа.

– Ты издеваешься?

– Что плохого в том, что девушка запала на тебя настолько, что пыталась найти общие интересы?

– Я был в футболке Led Zeppelin, какие, к черту, общие интересы? – Зак провел языком по внутренней стороне губы, прокручивая языком пирсинг в виде стального колечка. Явный признак того, что скоро в меня полетит что-то тяжелое.

Мне было все сложнее сдерживать смех.

– Давай колись, что стало последней каплей?

Зак стукнул по клавиатуре и развернул кресло на колесиках ко мне. Он прищурил зеленые раскосые глаза, как будто размышлял, поделиться со мной правдой или же развязать драку. Мы часто колотили друг друга в шутку, как последние придурки. Должен признать, этого чертяку одолеть крайне тяжко, как-никак Зак занимался кикбоксингом, а я – волейболом. Ради своего спокойствия надо чаще ходить в качалку.

– Она попросила меня сходить на встречу с ее подружками, такими же чокнутыми идиотками, и представиться айдолом известной кейпоп-группы.

– И ты что? – Моя грудь тряслась от едва сдерживаемого хохота.

– Обматерил ее на французском. Только она приняла мои слова за комплимент и сказала, что я очень романтичный.

Моя выдержка треснула, и я громко заржал.

– Засранец, – проворчал Зак и засмеялся сам.

Все дело в том, что Зак никогда не бывал в Корее и ни черта не знал о родной стране. Он был рожден от ядерного союза корейца и француженки арабского происхождения. Когда Зак был еще ребенком, его родители развелись и отец уехал в Корею и с сыном больше не общался. Тем не менее многие девушки называли Зака айдолом и просили обучить корейскому, что дико его раздражало.

– А как тебя вообще угораздило сходить на свидание?

Зак долго молчал, уставившись в монитор, а потом совсем тихо, безжизненно ответил:

– Кейси родила. Мальчика. Назвали Зейном.

Дерьмо.

Ну, рождение ребенка – всегда радость, но в данном случае это полное дерьмо.

Кейси была бывшей девушкой Зака. Они встречались с подросткового возраста, почти восемь лет, а потом Кейси залетела от его двоюродного брата. С тех пор Зак стал затворником и не ладил с девушками.

Я не осуждал его. У меня было не так много опыта в отношениях, но с изменой я тоже успел столкнуться. Правда, с той девчонкой мы встречались всего пару месяцев. Конечно, было неприятно узнать об этом, но уже через неделю я забыл про нее.

Зак надел наушники, давая понять, что разговор окончен. Я знал, что любые слова поддержки будут лишними и только выбесят его, поэтому решил разрядить обстановку и отвлечь. В кармане моей куртки до сих пор ждали своего часа наушники Кнопки.

– Эй, приятель! – Нарочно громко крикнул я.

– Чего тебе, мелкий?

Зак был старше на два года – и на три дюйма ниже, – но со дня нашего знакомства называл меня мелким.

– Тут у одной девушки наушник угодил в лужу. Сможешь спасти?

Зак спустил наушники на шею и забрал из моих рук футляр.

– Девушка, значит?

– Познакомились сегодня в кофейне.

– Ты же только расстался. С Габи… Барби… Забыл, как ее имя?

– Бекки, – ответил я. – И мы расстались еще перед летними каникулами. А с Кнопкой у нас ничего нет, и я даже не планировал. Просто решил помочь первокурснице.

Зак скептически фыркнул, а затем включил настольную лампу и полез в ящик стола за инструментами, чтобы разобрать наушник.

– Говоришь, что между вами ничего нет, а сам уже дал ей милое прозвище.

Я не смог сдержать улыбки.

– Она действительно милая. За один разговор уломала меня посмотреть все части «Гарри Поттера». На спор, правда.

– О-о-о, и на что поспорили?

Я в общих чертах рассказал ему о нашем споре, на что Зак многозначительно выгнул бровь:

– Признавайся, девчонка была красивая?

Я усмехнулся и швырнул в Зака шоколадным батончиком – плата за помощь с наушником.

Да, черт возьми, Кнопка была очень красива, и мне снова хотелось увидеть ее завораживающие глаза.

Пока Зак с сосредоточенностью хирурга изучал внутренности аирподс, я вернулся к просмотру фильма. Первая часть оставила после себя приятные впечатления, но в моем личном топе и близко не подобралась к «Властелину колец».

Интересно, Кнопка уже начала смотреть? А если да, хотелось ли ей так же, как и мне, обсудить фильм?

С этими мыслями я потянулся к стопке книг и тетрадей, возвышавшейся на краю стола, и выудил черный блокнот. Открыл чистую страницу и начал заполнять карточку второстепенной героини, которая появится в третьей части моего фэнтези-цикла. Я давно планировал ввести ее, поскольку того требовал сюжет, но никак не мог представить ее внешность – «оживить», придав характеру особенные черты. Теперь же образ Крессиды обрел у меня в воображении четкость и глубину. А еще я точно знал, что она маленького роста, с синими глазами и любит клубнику.

Когда карточка персонажа была готова, часы показывали пятнадцать минут третьего ночи. Сняв исписанные страницы и небрежный эскиз портрета Крессиды с пружинки блокнота, я приколол их булавкой к доске, висевшей над кроватью. Уставший, но довольный, я уже собирался идти в душ и ложиться спать, как вдруг вспомнил, что мне кто-то звонил.

Я не был привязан к телефону, потому как практически не сидел в социальных сетях. Мой приятель и напарник по работе Дэн иногда называл меня стариком, говорил, что мне нужно было родиться в другую эпоху.

Возможно, так и есть. У меня были весьма старомодные взгляды на многие вещи. Именно по этой причине мы разошлись с Бекки. Точнее, она меня бросила. Как и все другие девушки до нее. Для них я был скучным, занудным и слишком правильным парнем. Бекки даже предлагала мне вместо серьезных отношений секс без обязательств. Я устраивал ее исключительно как любовник, а не бойфренд.

Я достал телефон из куртки и обнаружил, что он полностью разряжен. Подключив его к зарядному устройству, я отправился в душ. К этому времени Зак завалился спать в одежде, а наушник остался лежать разобранным на столе.

К моему возвращению телефон включился, и на нем отобразились уведомления о нескольких пропущенных звонках от отца, Дэна, однокурсника и Триса – моего старшего брата.

И одно сообщение в мессенджере. От отца.

Я внутренне сжался. Вряд ли он интересовался моими делами или писал, как сильно скучает. К слову, мы не виделись с ним почти год.

Я нажал на иконку чата и приблизил экран – без линз зрение у меня было так себе, – чтобы вчитаться в текст.

Папа

Рэйден, раз ты не считаешь нужным отвечать на мои звонки, пишу, чтоб донести до твоего сведения. Я целый год потакал твоим прихотям в надежде, что ты отдохнешь, развеешься, поиграешь во взрослого и самостоятельного мужчину и, наконец, возьмешься за ум. У тебя блестящие данные и большие перспективы, чтобы стать отличным юристом. Я верил, что ты поймешь это сам и вернешься домой. Но поскольку ты продолжаешь зарывать свой потенциал в каком-то захолустье среди неудачников, я помогать тебе в этом не собираюсь. С сегодняшнего дня ты лишен нашей с матерью материальной поддержки. Надеюсь, когда-нибудь до тебя дойдет, что все, что я делаю, ради твоего блага. Мы с матерью ждем тебя дома.

Я долго гипнотизировал безучастным взглядом сообщение, надеясь, что оно просто исчезнет. Но вместо него исчезала моя надежда, что отец поймет меня и позволит прожить жизнь так, как я этого хочу, самому делать выбор и набивать шишки.

– Дерьмо, – прошептал я, положив телефон на стол экраном вниз, а затем накрылся одеялом с головой и попытался уснуть.

3

Айви

Первую неделю занятий, чтобы не ударить в грязь лицом, я каждый день просыпалась пораньше, что мне несвойственно. Вот и сегодня я подскочила с кровати за пять минут до будильника. Вместо привычных джинсов и толстовки надела юбку, кеды и белую блузку, волосы собрала в высокий хвост и вставила в уши сережки в виде редисок, как у Луны Лавгуд. Кто-то скажет, что это нелепо. Но за что я любила этого персонажа поттерианы, так это за то, что она плевать хотела на мнение окружающих.

Добравшись до учебного корпуса, я долго блуждала по коридорам в поисках нужной аудитории. Мама до сих пор удивлялась моей суперской способности заблудиться даже в родном доме, хотя это неудивительно. Учитывая то, как часто мы переезжали, я и планировку очередного «родного дома» запомнить не успевала.

Пока я с трудом отыскала нужную аудиторию, занятия начались.

Блестяще!

Миссия «не опаздывать хотя бы в первую неделю учебы» успешно провалена уже на третий день.

– Прошу прощения за опоздание, – запыхавшимся голосом промямлила я, переминаясь у двери с ноги на ногу. – Можно войти?

Высокий седовласый мужчина в квадратных очках окинул меня суровым взглядом. Кажется, его звали мистер Кроуфорд. Я еще не успела запомнить имена всех преподавателей, которые числились в моем расписании на семестр.

– Чтобы это было в первый и последний раз, мисс…

– Харт, сэр.

Он кивнул, и я направилась к свободному месту, втянув голову в плечи и проклиная свой топографический кретинизм. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы бесшумно достать из рюкзака тетрадь и ручку. Хотя половина ребят в аудитории сидела с ноутбуками или планшетами, мне всегда было удобнее записывать учебный материал от руки.

– Эй, так это ты обронила наушник в лужу, – донеслось сбоку от меня.

Раздосадованная опозданием, я даже не заметила своего соседа. Им оказался широкоплечий парень с карими глазами и каштановыми волосами, про которых обычно говорят «приторный красавчик». Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что я его уже видела. Это он на днях указал мне на оброненный в лужу наушник.

– Меня зовут Майк, а тебя? – прошептал он и протянул руку, широко улыбаясь.

– Оу, ты не собираешься называть меня Лохматой? Я тронута до глубины души.

Майк добродушно усмехнулся:

– Не собираюсь. Да и ты сегодня не лохматая. Так ты назовешь свое имя?

Я оценивающе осмотрела его модельное личико, белоснежное поло, обтягивающее накачанный торс, большую крепкую ладонь, которую он протянул мне, и со вздохом сдалась. Конечно, не стоило начинать знакомство с обиды на глупую шутку.

Я пожала его руку:

– Айви.

– Смогла спасти наушник?

Но ответить на вопрос не дал профессор Кроуфорд.

– Мисс Харт, мистер Торн, вы хотите покинуть лекцию или провести ее вместо меня? – грозным тоном спросил он, привлекая к нам всеобщее внимание.

– Ни то ни другое, профессор Кроуфорд, мы с мисс Харт восхищались вашими ораторскими способностями. – Майк приложил руку к груди, словно собрался принести священную клятву или спеть гимн нашей страны.

Я с трудом подавила смешок, замаскировав его кашлем.

– Не паясничайте, мистер Торн. То, что вы играете в основном составе футбольной команды, не дает вам никаких преимуществ на моих занятиях.

Мы замолчали и остаток лекции внимательно слушали о Платоновой пещере.

– Ты не первокурсник? – спросила я уже после занятия, пока мы направлялись в кафетерий кампуса. Я сомневалась, что студент первого курса мог попасть в основной состав еще до отборочных.

Майк самодовольно пригладил и без того идеально уложенную шевелюру.

– Я на втором. Из-за интенсивного графика тренировок у меня скопились долги по некоторым предметам. Так что мне дали возможность закрыть оставшиеся часы с первокурсниками. – Он широко улыбнулся, отчего на его щеках появились ямочки.

Я невольно вспомнила улыбку Рэйдена. У него была всего одна ямочка. На левой щеке. Которая делала его улыбку хитрой, дразнящей, но при этом доброй.

Ямочки же на щеках Майка буквально кричали: «Я – тот самый красавчик альфа-мачо, по которому ты будешь сохнуть».

Черта с два.

У меня был не лучший опыт общения с футболистами. С одним из их братии я встречалась несколько месяцев еще в старшей школе – мой первый и последний парень.

Сначала все было довольно мило. Цветы, конфеты, походы в кино, первый поцелуй. Мне казалось, что у меня идеальные отношения, и я даже рассорилась с мамой, когда она попыталась запретить мне встречаться с Алексом. Но потом он пустил слух, что лишил меня девственности в школьном туалете, приправив свой рассказ такими подробностями, что в глазах его друзей-идиотов я стала настоящей порно-дивой.

С тех пор у меня предвзятое отношение к футболистам.

От старых воспоминаний меня отвлек Майк, помахав ладонью перед лицом:

– Ну а ты? Чем увлекаешься?

Оказавшись в кафетерии, мы устроились за свободным столиком. Я взяла себе йогурт и яблоко, потому что у меня была очередная мания – похудеть любой ценой. Хотя, зная мою силу воли, я забуду о ней уже к выходным, когда поеду к маме и объемся вкуснейших жареных крылышек, приготовленных Грегом по особому рецепту.

– Фанатею по фэнтези, – лаконично ответила я, слизывая йогурт с фольги.

– А-а-а, типа «Гарри Поттера»? Я тоже его люблю! – радостно сообщил Майк, когда я согласно кивнула. – А какие еще у тебя интересы? Может, ходишь на какие-нибудь кружки?

– Пока не думала над этим.

– Как насчет группы поддержки? Одна моя знакомая – капитан по чирлидингу, и она ищет новых девочек для замены.

Меня аж передернуло.

– О нет. Умирать на тренировках в группе поддержки и выступать перед толпой зрителей на стадионе – точно не для меня.

– Зато чирлидерши часто становятся девушками футболистов. – Он многозначительно подмигнул мне, и я застыла, так и не успев поднести ложку ко рту.

Сначала плейбой-бариста, теперь альфа-мачо.

Мои новые духи оказались с феромонами? Или я освоила магию вне Хогвартса и теперь одной силой мысли притягиваю к себе симпатичных парней?

Не то чтобы ко мне раньше не подкатывали красавчики, но двое за несколько дней – новый рекорд.

Где моя волшебная палочка? Во второго «околдованного» я бы с радостью запустила какое-нибудь заклинание, чтобы он прекратил подкатывать ко мне.

– Меня не привлекают футболисты, – ответила я, когда затянувшееся молчание стало неловким.

Майк подавился протеиновым батончиком.

– Спорим, к концу семестра ты пойдешь со мной на свидание? – Он снова продемонстрировал ямочки на щеках, но на меня это никак не подействовало.

Не уровень плейбоя-бариста.

Я тяжело вздохнула. Что ж, придется воспользоваться старым добрым методом, который работает лучше любого заклинания.

– Прости. Ты очень милый и все такое, но я кое с кем помолвлена. – Я показала ему позолоченное колечко с выгравированным Always[3] на ободке, сверкавшее на безымянном пальце. Я купила его на «Амазон» всего за два доллара.

Майк вздернул брови:

– Помолвлена? Тебе сколько лет?

– Восемнадцать.

– Не рановато ли для замужества?

А теперь настало время для контрольного выстрела. Я придала лицу самое невинное выражение.

– У меня очень верующая семья. Поэтому я сказала своему парню, что пересплю с ним только после свадьбы. Собственно, она будет летом.

Майк буквально позеленел у меня на глазах. Наверное, мысленно посочувствовал моему несуществующему парню и отпел панихиду по его синим яйцам.

– Что же, счастья вам и все такое, – промямлил Майк, все еще пребывая в шоке.

– Спасибо, – ответила я, с трудом скрывая улыбку.

После того как мой новый знакомый вырубил режим завоевателя, мы с ним довольно мило пообщались. Он рассказал о братстве, которое проводит самые крутые тусовки, и о других, на его взгляд, полезных вещах. Обещал познакомить со своими друзьями, среди которых были в основном футболисты и девчонки из группы поддержки.

На лекции по литературе я познакомилась с рыжей кудрявой девушкой с очаровательными веснушками по имени Лу. Немного пообщавшись, мы выяснили, что вместе посещаем две дисциплины, и сразу подписались друг на друга.