ПОСЛЕДНИЙ ОТСЧЁТ Полёт Кондора

Глава 10

Разговор с Милой произвел на меня неожиданно яркое впечатление и на многие вещи заставил посмотреть с другого ракурса. Со стороны я видела идеальную картинку – мама, папа и маленький сынишка, но оказалось, что даже в столь образцово-показательной семье имели место нереализованные амбиции и личностные кризисы. Кто знает, как сложилась бы моя жизнь, если бы мы с Захаром стали родителями уже в первый год брака… Честно сказать, мы никогда не обсуждали, как долго продлится мой декретный отпуск, в каком возрасте мы отдадим ребенка в детский сад, и как будем распределять между собой обязанности по воспитанию малыша, но вполне вероятно, что мы бессознательно пошли бы по стопам Руслана и Милы. Захар зарабатывал достаточно, чтобы я могла всецело сконцентрироваться на материнстве, а я изначально не страдала карьеризмом, и скорее всего без сожалений рассталась бы с розовыми мечтами юности. В конце концов, не так уж я и хотела стать знаменитым дизайнером, за которым дружно охотятся состоятельные заказчики с миллионными бюджетами! Но если я сроду не блистала выдающимся талантом и выезжала преимущественно на упорстве и целеустремленности, то Милу можно было смело назвать фотографом от бога. Ее кадры публиковались в глянцевых журналах, хранились в известных мировых фотобанках и регулярно взрывали социальные сети. Сейчас я смутно припоминала, что на раннем сроке беременности Мила еще вовсю ездила на съемки, но Руслан крайне неодобрительно относился к подобным командировкам жены, и, по всей видимости, ему удалось убедить вторую половину временно оставить работу. Но, как говорится, нет в мире ничего более постоянного, чем временное…

До сего дня я и не подозревала, что могу для кого-то выступить ролевой моделью, мне и в голову не приходило, что я способна вдохновлять и мотивировать на перемены и свершения. Но эта удивительная история помогла мне понять, что большинство идеалов являются таковыми лишь в нашем воображении, и пока ты презираешь себя за сам факт своего существования на синей планете, в твоем окружении непременно найдется тот, кто переживает гораздо более серьезный внутренний разлад.

Когда я поделилась своими выводами с Захаром, он понимающе кивнул, но в ответ на мое предложение по-дружески поговорить с Русланом, лишь скептически хмыкнул:

– Поверь мне, они сами разберутся. Руслан уже не тот, что прежде, он повзрослел, остепенился, и для него на первом месте – благополучие семьи. Естественно, от Милы он ждет того же. Годами всех всё устраивало, папа работает, а мама – красивая, и по большому счету Миле ведь никто не мешал заниматься любительской фотографией, чисто для души. Руслан никогда не ограничивал ее творческие порывы, и вся проблема в том, что в объектив попадали в основном родственники и друзья, а Мила сделала себя имя на съемке модных ивентов. Ты же в курсе, что ее лучшие кадры – это не фотосессии ньюборн и цветочные композиции, а сюжетные снимки с рок-концертов, байкерских слетов, неформальских сейшнов и прочих мероприятий подобного свойства, где, по мнению Руслана, совершенно не место замужней женщине. Он приложил все усилия, чтобы рядом с ним Мила чувствовала себя, как за каменной стеной, и ни в чем не нуждалась, поэтому если она оставит сына на бабушку и опять начнет ездить по всей стране, гоняясь за эксклюзивными кадрами, для Руслана это будет сродни удару в спину. Но не будем забывать, что практически в любой ситуации можно прийти к разумному компромиссу, было бы желание. Например, Руслан вряд ли будет возражать против того же ньюборн – милые младенцы в корзиночках с бантиками – это все-таки не волосатые мужики в наколках. Но главное, что это сугубо внутрисемейное дело, и нам с тобой точно не стоит в это лезть. Что скажешь, Кэсс, я прав?

– Мрряу, – с некоторым сомнением в голосе высказалась кошка, задумчиво дернув кончиком хвоста, выдержала минутную паузу и уже с другими интонациями добавила, – мяу-мрр!

Последняя фраза, по всем признакам, выражала сдержанное согласие с позицией мужа, а так как Кэсс с ее богатым жизненным опытом обладала в нашем доме непререкаемым авторитетом, я даже не попыталась вступить в дискуссию, и тема была успешно закрыта. Но тем не менее у меня осталось некое ощущение недосказанности и странное послевкусие, как если бы формально все было правильно и логично, но не совсем… Справедливости ради, Кэсс тоже, по всем признакам, терзалась определенными сомнениями, и вечером долго что-то рассказывала мне на сон грядущий, будто бы перебирая все аргументы за и против, но потом свернулась клубочком в ногах и мирно засопела с философским выражением мордочки. Мол, попробуй пойми вас, человеков, весь сон тут с вами потеряешь.

После новогодних каникул, в нашей стране традиционно продолжавшихся десять дней, я постепенно втягивалась в рабочую рутину, и повседневные дела быстро вытеснили собой размышления о высоких материях. Несмотря на то, что предпраздничный ажиотаж с его сумасшедшими дедлайнами сменился неизбежным затишьем в начале года, маяться от безделья мне не приходилось. Да, большей частью заказы были мелкими и не слишком прибыльными, но я действовала сообразно принципу «курочка по зернышку клюет и сыта бывает». Мне было нужно пополнять копилку, содержимое которой мы с мужем в шутку называли «сурматеринским капиталом», и я не отказывалась даже от набивших оскомину визиток. Еще были этикетки для мороженого, вывеска для бутика женской одежды и карточки товара на популярном отечественном маркетплейсе, но если бы я просто сидела и выжидала, пока в мои сети заплывет по-настоящему крупная рыбка, то по закону подлости могла бы так и не дождаться ничего путного, а в моем случае на счет регулярно капала хоть какая-то копейка.

Никогда бы не подумала, что однажды до этого дойдет, но в один прекрасный момент Захар внезапно заявил, что я слишком много работаю, и мне нужно слегка поумерить пыл, дабы мое избыточное рвение плавно не переросло в профессиональное выгорание. В ответ я резонно возразила, что работаю-то я, может и много, но зарабатываю маловато, и другого выхода, кроме как наращивать объемы, у меня нет, но мужа такой расклад категорически не устроил.

– Ты же толком не отдыхаешь, – увещевал меня Захар, – у меня хотя бы выходные есть, а ты утром только встала и сразу за компьютер. Твоя проблема в том, что тебя бросает в крайности. Я очень рад, что ты вышла из депрессии, но зачем с таким фанатизмом убиваться в работу? Всех денег ты все равно не заработаешь, и потом, куда ты так торопишься? Наши эмбрионы хранятся в надежном криобанке, с ними ничего не может случиться. С нового года мне повысили зарплату, тебе совершенно незачем упираться из последних сил. Мы непременно осуществим нашу мечту, но я прошу тебя, давай сделаем это спокойно, без авралов и нервотрепок.

– А у меня и нет авралов, да и с нервами все отлично, – в недоумении пожала плечами я, – я тоже не вижу необходимости в спешке, но и тянуть смысла не имеет. Я рассуждаю так – пока работа есть, за нее надо браться. И я же всё успеваю, дома чисто, еда на плите, я понемногу возвращаюсь в форму… Не понимаю, что тебе не нравится? Или ты считаешь, что я уделяю тебе недостаточно внимания?

– Ну, что ты такое говоришь?! – воскликнул муж, – я думаю в первую очередь о тебе, а не о себе. Так всегда было и так всегда будет.

– Я знаю, – в порыве щемящей нежности крепко обняла Захара я, – ты даже вообразить не можешь, насколько я это ценю. И я обещаю тебе, ты слышишь, обещаю, что никогда в жизни не поставлю работу превыше семьи. И никакое выгорание мне грозит, потому что я не собираюсь прыгать выше головы. Пойми, я работаю в удовольствие и ни капли не перетруждаюсь, я не гонюсь за большими деньгами, да и кто их заплатит дизайнеру без опыта, но я хочу развиваться, хочу учиться чему-то новому и постоянно идти в ногу со временем. Для меня это очень важно!

– Конечно…, – как мне вдруг показалось, с некоторой досадой вздохнул муж, и хотя секундное наваждение быстро развеялось, где-то на периферии сознания впервые прозвенел тревожный звоночек.

Глава 11

Я всю жизнь считала, что моя интуиция не заслуживает доверия и потому не привыкла полагаться на внутреннее чутье. Вместо того, чтобы попытаться проанализировать, что вообще заставило мужа поднять эту тему, я просто выбросила наш разговор из головы и уже на следующий день забыла о своем необъяснимом предчувствии. Однако дальнейшие события наглядно продемонстрировали, что я напрасно отнеслась к словам Захара с таким легкомыслием.

Марго вышла на меня по чистой случайности. В таких ситуациях было принято употреблять выражение «звезды сошлись», но поначалу я даже не подозревала, насколько близко данная фигура речи в итоге окажется близка к правде, и уже тем более не могла представить, как вскоре изменится моя едва успевшая наладиться жизнь.

Когда пользователь с ником «Марго Кубик» в первый раз написал мне в социальной сети, я долго разглядывала фотографии в открытом профиле и упорно не понимала, откуда у меня ощущение, что я знакома с этим человеком целую вечность, но при этом я никак не могла вспомнить, при каких обстоятельствах состоялось наше знакомство. Присмотревшись повнимательнее и сопоставив факты, и я с изумлением осознала, что эта яркая творческая личность с разноцветными волосами, броским макияжем и невообразимым сочетанием стилей в одежде и есть Рита Кубанцева с параллельного курса – каноничная заучка и ботаничка в карикатурно круглых очках с безумными, судя по толщине стекол, диоптриями.

Если я не ошибалась за давностью времени, то в бытность мою студенткой кафедры дизайна Рита училась на маркетолога, и наши потоки периодически пересекались на общих лекциях. Мы не были подругами, но иногда встречались на университетских мероприятиях преимущественно интеллектуального характера – олимпиадах, викторинах, брейн-рингах. И вот уж там невзрачная серая мышка преображалась буквально на глазах – уже в те годы Рита удивляла острым умом, энциклопедическими знаниями и потрясающей находчивостью. Краем уха я слышала, что ей прочили блестящее научное будущее – магистратура, докторантура, защита диссертации, преподавательская карьера в одном из ведущих вузов, но после вручения диплома наши пути разошлись в разные стороны, а я никогда не интересовалась судьбой своей даже не однокурсницы. Но я была уверена, что Рита осталась таким же «синим чулком», превратившись в типичную «профессоршу» – строгую и неподкупную грозу прогульщиков и невежд, или, как вариант, продолжает заниматься научными исследованиями в качестве штатного сотрудника соответствующей академии. О, как же велика была глубина моих заблуждений!

Марго Кубик была не похожа на Риту Кубанцеву ровно в той же степени, что и бабочка отличалась от гусеницы, и я даже, грешным делом, подумывала, не перепутала ли я. И всё-таки это точно была она, и чем дольше я листала фотографии на странице, тем сильнее поражалась невероятным метаморфозам, произошедшим с моей старой знакомой. Впрочем, старой на фоне эффектной Марго выглядела как раз я, хотя мы и были одного возраста. Я бы никогда не отважилась примерить такой гардероб или нанести такой макияж, и это я еще молчала про волосы. Я одевалась в скучную классику, красилась главными образом в пастельной цветовой гамме и абсолютно искренне считала, что смелые эксперименты с внешностью –это удел бунтующих подростков. Но внезапно обнаружилось, что Марго не портили даже три массивных серьги в каждом ухе, а зеленые линзы прекрасно гармонировали с фиолетовыми стрелками. Марго либо сохранила превосходное качество кожи, либо не вылезала от косметолога, но даже если некоторые вмешательства и присутствовали, то их можно было без сомнения назвать ювелирной работой. Я машинально бросила критический взгляд в зеркало, и в этот миг меня так накрыло, что я в ужасе шарахнулась от своего отражения. Перепуганная Кэсс с громким мявом грохнулась с коленей, где царственно возлежала в максимально расслабленной позе, и в падении невольно оцарапала мне ногу, но я толком не почувствовала боли.

Нет, я знала, что незаметно обабилась и стала теткой, но на контрасте с Марго эти перемены казались особенно явными. Марго не выглядела на свои годы, а мне запросто можно было дать больше моего реального возраста. Удивительно, но причина здесь была не в морщинках, прическе или одежде – молодой и сияющей Марго делал не ультрамодный прикид, а ослепительный блеск в глазах, присущий исключительно юности. При желании я с легкостью могла бы выкраситься во все цвета радуги или пройти комплекс омолаживающих процедур, но никогда больше у меня уже не будет такого взгляда. За свой недолгий век я повидала слишком много горя, испытала слишком много разочарований и выплакала слишком много слез, поэтому даже сейчас, когда в моей жизни всё наладилось, я продолжала нести на лице неизгладимую печать прошлого.

Мне вдруг безумно захотелось запустить в зеркало чем-нибудь тяжелым и вдребезги расколошматить «мерзкое стекло», но я в упор столкнулась с укоризненным взглядом Кэсс и в последний момент решила все же не учинять разгром в квартире. Кошка с опаской высунулась из под стола, удостоверилась, что меня вроде как отпустило, привстала на задние лапки, оценила обстановку и запрыгивать обратно на колени благоразумно не стала – аккуратно пристроилась между принтером и ноутбуком, свернулась теплым меховым клубочком и теперь пристально наблюдала за мной круглыми янтарными глазами.

– Не бойся, все нормально, – успокоила я Кэсс, но та с таким неприкрытым сомнением прищурилась в ответ, что мне в одночасье стало стыдно за свою жалкую ложь.

До определенного времени единственным мерилом женской успешности я считала наличие ребенка, в идеале, не одного, но сегодня неожиданно поняла, каким узким было мое мышление. Сама концепция семейного счастья сводилась для меня только к материнству, но в профиле у Марго я не нашла даже косвенного упоминания о детях, и при этом увидела счастливую, состоявшуюся женщину. Я могла лишь догадываться, вышла ли она замуж, и как сложился ее брак, но зато Марго явно не отказывала себе удовольствиях: заграничные поездки, трендовые заведения, популярный фитнесс-клуб. Ее социальные сети пестрели геолокациями и отметками, она постоянно находилась на гребне волны, да и в целом жила на полную катушку. Конечно, все это могло быть всего лишь красивой картинкой, предназначенной специально для трансляции в публичное пространство, а за вдохновляющим фасадом пряталось звенящее одиночество, но в таком случае Марго, по всей вероятности, была сверхталантливой актрисой, раз умудрялась водить за нос внушительное количество подписчиков. По-моему, сыграть такую очевидную удовлетворенность жизнью было сложно даже для профессионального лицедея, и при всем своем скепсисе я была склонна верить первому впечатлению.

Если бы я не вернулась к дизайну, мы с Марго так ничего бы и не ведали друг о друге, но иногда изобретательная судьба совершала такие причудливые зигзаги, что оставалось лишь диву даваться. В нынешней комбинации удивительных совпадений та, кого я когда-то знала под именем Риты Кубанцевой, выступала в роли заказчика и прямым текстом предлагала сотрудничество в области дизайна полиграфической продукции. Учитывая, что Марго фактически ткнула пальцем в небо, шансы на подобную встречу были близки к нулевым, однако, провидение позаботилось, чтобы невозможное стало возможным. Насколько я поняла из личного сообщения, Марго не повезло нарваться на недобросовестного дизайнера и сейчас у нее горели сроки. Мой коллега пообещал сдать готовый заказ еще вчера, но ни с того, ни с сего прекратил выходить на связь – не брал трубку, игнорировал сообщения в мессенджерах и будто бы бесследно исчез с радаров, тем самым поставив Марго в крайне затруднительное положение. В переписке она честно признавалась, что первым делом опросила всех знакомых дизайнеров, но, как назло, они оказались по уши завалены работой и не рискнули взяться за такой большой объем. Судя по всему, Марго согласна была заплатить любые деньги, только бы получить свой заказ, но не иначе, как по закону подлости, даже те златые горы, которые она щедро сулила за оперативность и качество, не помогли ей найти подходящего исполнителя. В отчаянии Марго была вынуждена прибегнуть к «ковровым бомбардировкам» социальных сетей, в результате чего меня, что называется, зацепило по касательной.

Моим первым порывом было удалить входящее сообщение, вторым – ответить отказом, сославшись на занятость, но что-то меня остановило. По непостижимому наитию я приняла запрос на переписку и попросила более подробно изложить условия. Не ожидавшая от меня столь бесшабашной решимости Кэсс изумленно муркнула и красноречиво навострила ушки – мол, сейчас такое начнется, как бы ни ничего не пропустить, и когда Марго откликнулась почти мгновенно, я с невероятной отчетливостью поняла, что обратный путь безнадежно отрезан.

Глава 12

У меня в профиле не имелось ни одной личной фотографии, поэтому у Марго не было никаких шансов сходу вычислить, кто скрывается за авторским логотипом с изображением черной кошки. Но, думаю, в данной ситуации, это было последним, что волновало мою заказчицу, и она без колебаний подписала бы договор хоть с чертом лысым, только бы он успел все сделать вовремя. Вчера вечером я как раз сдала очередной заказ и еще не набрала новую работу, так что с объективной точки зрения ничто не мешало мне ознакомиться с предложением Марго, однако, я вдруг впала в неконтролируемую панику, и пару минут не могла заставить себя прочесть сообщение.

–Мррар! – устав наблюдать за моими хаотичными метаниями нетерпеливо подала голос Кэсс и тем самым мгновенно вывела меня из оцепенения. Я резко встряхнулась, задержала дыхание и на выдохе дважды щелкнула кнопкой мыши. Вид у меня при этом был такой, словно в следующий миг я собиралась перейти Рубикон, и даже обычно невозмутимая, как египетский сфинкс, кошка на этот раз инстинктивно замерла в напряженной позе.

Я знала, что без скрытого подвоха здесь не обойдется, и как в воду глядела, однако, разворачиваться на сто восемьдесят градусов было не то чтобы прямо поздно, но уже достаточно неприлично, поэтому я опять глубоко вдохнула и, задействовав в мыслительном процессе все имеющееся у меня серое вещество, с трудом выбрала наиболее приемлемую линию поведения. По крайней мере, навскидку я именно так и считала, а насколько я оказалась права, покажет время… Наверное, покажет…

Марго позиционировала себя как пиар-менеджер, но, похоже, что в команде своего нынешнего клиента она заодно выполняла обязанности специалиста по SMM и параллельно тащила на себе еще кучу организационных вопросов. Например, сегодня к вечеру ей позарез были нужны пригласительные на презентацию нового альбома некого «знаменитого музыканта», и если верить Марго на слово, то в случае срыва сроков, под угрозу ставилась судьба ответственного мероприятия, а сама Марго автоматически попадала под раздачу со всеми вытекающими последствиями. Спасти положение могло лишь чудо, ну, или доброволец, готовый, не поднимая головы корпеть над макетом, и до 18.00 предоставить оный на утверждение заказчику. Сложно сказать, что заставило меня так поступить, но в ответном сообщении я вопреки своими изначальным намерениям просто прощупать почву обратилась к Марго с просьбой отправить мне техзадание, дабы трезво оценить свои возможности и не внушать напрасных надежд.

Я удивилась, но по большому счету ничего страшного в техзадании в общем-то не было, и если я сейчас покормлю Кэсс, налью себе кофе и безвылазно засяду за компьютер, то к шести вечера Марго гарантированно получит вожделенный макет. Само техзадание было сформулировано исключительно грамотно и четко, к прилагаемым референсам претензий у меня тоже не возникло, так что по идее бери да делай. С предоплатой Марго не жадничала, красных флагов в тексте договора не обнаружилось, а соблазн заработать кругленькую сумму всего за один день окончательно перетянул чашу весов.

Судя по реквизитами отправленного мне на подпись договора, в паспорте моя заказчица так и осталась Кубанцевой, зато я сменила фамилию сразу после замужества, и Марго, похоже, даже не заподозрила, что мы знакомы. Имя у меня, конечно, было достаточно редкое, но не настолько уж и уникальное, чтобы полностью исключить вероятность совпадения, поэтому когда я выслала Марго заполненный экземпляр, она предсказуемо не проявила ни малейшего любопытства к моей персоне. Сейчас значение имели только сроки и качество выполнения работы, и я легко допускала, что Марго лишь пробежала шапку договора глазами, не особо вдаваясь в детали. Предоплата поступила на мой карточный счет буквально пару минут спустя, и хотя меня по-прежнему одолевало странное предчувствие, я тут же отложила на потом все ранее запланированные дела и побежала на кухню ставить чайник. Кэсс резво потрусила за мной, села рядом с пустой миской и недвусмысленно подняла переднюю лапку – давай уже корми, раз пришли. Я налила себе самую большую чашку кофе и, к вящей радости возбужденно нарезающей круги Кэсс, не стала жадничать с кошачьим кормом. Мне было нужно, чтобы в ближайшие часы меня никто не отвлекал, и я надеялась, что с сытой и довольной кошкой урегулировать сей животрепещущий вопрос будет гораздо проще.

Формально это был мелкий ординарный заказ, отличавшийся от себе подобных только наличием жесткого цейтнота, но я неожиданно отнеслась к сегодняшнему заданию в разы серьезнее, чем к более крупным и прибыльным проектам. Можно даже сказать, что для меня это стало своего рода делом чести, и я жутко боялась ударить лицом в грязь. Я прекрасно понимала, что готовый макет мог не понравится заказчику по тысяче причин, но дабы свести такой исход к минимуму, изо всех сил старалась придерживаться референса и не отклоняться от базовой концепции. Сам по себе дизайн пригласительных не являлся чем-то запредельно сложным, но в моей случае основная проблема крылась в стилистике предстоящего мероприятия.

Музыка всегда была частью моей жизни, да и работать я привыкла под ненавязчивый аккомпанемент любимого плейлиста, однако, так вышло, что в подборке треков не было ни одного отечественного исполнителя, а уж рэперов и тем паче. Я с юности любила классический зарубежный рок, регулярно слушала пару-тройку современных инди-групп, под настроение мне хорошо заходили романтичные баллады с виртуозными гитарными соло, а иногда в душу и вовсе западали незатейливые попсовые композиции, занимающие топовые позиции в ротации радиостанций, но рэп-музыка была мне совершенно неинтересна. Если уж говорить начистоту, я вообще не считала рэп музыкой, потому что речитатив под рваный бит – это все-таки немного о другом. В музыкальном искусстве я больше всего ценила мелодичность, которая в той или иной степени присутствовала даже в самом зубодробительном хэви-металле, а рэп, как я понимала, прежде всего был про текст –злободневный, цепляющий, зачастую остросоциальный и даже местами агрессивный. Но все мои познания в этой специфической области смело можно было назвать голой теорией. В противоположность поп-музыке, известной своей массовостью, рэп изначально был ближе к молодежным субкультурам, а учитывая, что в отрочестве я успешно проскочила этап неформальства, то данное музыкальное направление и поныне представляло для меня сплошную терра инкогнита. Тем не менее судьба распорядилась так, что я поневоле открыла для себя новое имя. Или все же не совсем новое, так как кое-то о Кондоре я определенно слышала, но мои ассоциации были слишком смутными и расплывчатыми, чтобы составить целостное представление об этой неоднозначной фигуре.