Горизонт. 312

Глава 12. Тот, кто ответил

В комнате стало тихо.

Лидия больше не листала бумаги.

Егор перестал рассматривать карту.

Мира смотрела на Алексея так, будто именно этого вопроса и ждала.

— Исчез, — сказала она.

Алексей не сразу понял.

— Как исчез?

— Именно так.

— Был человек и не стало?

— Да.

— На глазах у остальных?

Мира посмотрела на Лидию.

Та сняла очки.

— Лучше тебе услышать это не от нас.

— А от кого?

Лидия коснулась пальцем папки.

— От человека, который написал эту фразу.

НЕ ОТВЕЧАЙ, ЕСЛИ ПОЗОВУТ ПО ИМЕНИ.

— Он же больше не говорит.

— Не говорит, — подтвердил Егор.

— Тогда как я должен что-нибудь услышать?

— Григорий пишет, — сказала Лидия. — Когда хочет.

— Тот самый выживший?

— Один из двух.

— А второй?

Лидия помолчала.

— Павел. Умер через два года после экспедиции.

— Савелий сказал: сердце.

— Так записали лекари.

— А вы?

Пожилая женщина посмотрела на него поверх очков.

— Я записываю факты, Воронцов.

— Очень удобный ответ.

— Зато позволяет дожить до моего возраста.

Егор усмехнулся.

— У вас двоих будет прекрасная дружба.

— Уже чувствую, — сказал Алексей.

Мира закрыла папку.

— Григорий живёт возле северной стены.

— И он согласится со мной разговаривать?

— Не знаю.

— Отлично.

— Тогда пойдём узнавать.

Егор сразу покачал головой.

— Сначала разрешение Глеба.

— Мы идём в пределах Рубежа.

— К человеку, который одиннадцать лет никому почти ничего не рассказывает о Двенадцатой.

— И?

— И если он после разговора с тобой решит тебя выбросить через окно, Глеб спросит с меня.

Алексей кивнул на окна архива.

Первый этаж.

— Серьёзный риск.

— Ты его ещё не видел.

Лидия вернула папку в шкаф.

Закрыла ключом.

— Глеб знает, что Григорий иногда помогает с картами.

Егор нахмурился.

— Иногда?

— Последний раз – четыре года назад.

— Очень общительный человек.

Мира посмотрела на Алексея.

— Если пойдём, никаких вопросов сразу про Двенадцатую.

— А зачем мы тогда идём?

— Чтобы он не закрыл дверь.

— Логично.

— И пластину не показывай сразу.

Алексей машинально коснулся кармана.

— Почему?

— Потому что я не знаю, как он отреагирует.

— То есть ты думаешь, он может её узнать?

— Именно поэтому и предлагаю не размахивать ею перед лицом.

Алексей кивнул.

— Хорошо.

Егор посмотрел на него с подозрением.

— Ты слишком легко согласился.

— Я умею слушать разумные советы.

— Когда научился?

— Недавно.

Григорий жил почти у самой северной стены.

Чем дальше они отходили от центра Рубежа, тем реже становились каменные дома.

Здесь преобладало дерево.

Небольшие дворы.

Навесы.

Сараи.

Огороды.

У стены стояли мастерские и склады, для которых не нашлось места ближе к рынку.

По деревянному настилу вдоль укреплений шли стражники.

За стеной виднелись верхушки деревьев.

Алексей невольно посмотрел на север.

Где-то там находилась Двенадцатая зона.

На карте расстояние выглядело небольшим.

На местности оно ощущалось иначе.

Лес скрывал всё.

Можно было представить, что за стеной ничего нет.

Просто деревья.

Птицы.

Старая дорога.

Но Алексей уже знал, что где-то среди них существуют места, где дождь падает вверх, дороги показывают собственное прошлое, а знакомые голоса зовут людей по имени.

— Дом справа, — сказала Мира.

Небольшой.

Одноэтажный.

Тёмное дерево.

Окна узкие, закрытые ставнями только наполовину.

Во дворе лежали аккуратно сложенные дрова.

Под навесом стоял рабочий стол.

На нём – металлические детали.

Алексей остановился.

— Он мастер?

— Был Искателем, — ответил Егор. — Сейчас чинит мелочь. Замки, фонари, ножи. Иногда оружие.

— А до экспедиции?

— Тоже Искатель.

Мира подошла к двери.

Постучала три раза.

Никто не ответил.

Она постучала снова.

Изнутри послышались шаги.

Дверь открылась.

Мужчине было около пятидесяти пяти.

Может, чуть больше.

Высокий.

Очень худой.

Седые волосы коротко острижены.

Правая сторона лица пересечена старым шрамом – от виска почти до подбородка.

Но Алексей сразу заметил не шрам.

Глаза.

Григорий посмотрел сначала на Миру.

Потом на Егора.

И только потом на Алексея.

На нём взгляд задержался.

Надолго.

Мира подняла руку в приветствии.

— Можно войти?

Григорий не ответил.

Разумеется.

Но и с дороги не ушёл.

— Нам нужна помощь, — продолжила она.

Мужчина перевёл взгляд на Егора.

Тот пожал плечами.

— На этот раз ничего не натворил.

Григорий снова посмотрел на Алексея.

Поднял руку.

Показал пальцем на него.

Потом вопросительно приподнял брови.

— Алексей, — представился тот. — Воронцов.

Григорий замер.

Всего на секунду.

Но Мира заметила тоже.

— Ты слышал о нём?

Мужчина кивнул.

— Конечно. Здесь быстрее новостей только Тим.

Егор фыркнул.

Григорий не улыбнулся.

Он всё ещё смотрел на Алексея.

Потом шагнул в сторону.

Пропуская внутрь.

Дом оказался неожиданно чистым.

Мало мебели.

Стол.

Четыре стула.

Кровать за деревянной перегородкой.

Печь.

Полки.

На стене висели инструменты.

Каждый на своём месте.

Ни одной лишней вещи.

Алексей сразу вспомнил мастерские старых слесарей на заводе.

Там тоже существовал особый порядок, понятный только хозяину.

Григорий указал на стол.

Они сели.

Сам он остался стоять.

Мира достала из сумки чистый лист и карандаш.

Положила перед ним.

— Мы были в архиве.

Никакой реакции.

— Смотрели записи экспедиции одиннадцать лет назад.

Рука Григория едва заметно сжалась.

Егор заметил.

Алексей тоже.

Мира продолжила:

— Нам нужно понять одну вещь.

Григорий взял карандаш.

Написал крупно:

ЗАЧЕМ?

Мира посмотрела на Алексея.

Тот понял, что очередь его.

— Потому что два дня назад я оказался возле Запретного.

Карандаш остановился.

Григорий поднял голову.

— Я был внутри Сдвига. Почти.

Егор поправил:

— Ногой.

— Спасибо.

— Точность важна.

Григорий быстро написал:

КАКОГО?

— Дождь шёл вверх.

Мужчина замер.

Потом положил карандаш на стол.

В комнате стало тише.

Даже огонь в печи будто потрескивал слишком громко.

Григорий сел.

Снова взял карандаш.

ЧТО СЛЫШАЛ?

Вопрос был написан резко.

С нажимом.

Она ничего не сказала.

— Женский голос.

Григорий не двигался.

— Она назвала меня по имени.

Карандаш хрустнул.

Графит сломался.

Григорий посмотрел на обломанный конец.

Потом на Алексея.

Егор слегка подался вперёд.

— Спокойно.

Григорий даже не взглянул на него.

Взял другой карандаш с полки.

Написал:

ТЫ ОТВЕТИЛ?

— Нет.

Пауза.

— Кажется.

Григорий резко поднял голову.

Мира спросила:

— Что значит «кажется»?

Алексей вспомнил дорогу.

Капли.

Дом.

Голос.

«Лёш...»

И собственное дыхание.

— Я произнёс что-то. Но не ей.

— Что?

— Не помню точно.

Григорий быстро написал:

ЕСЛИ НЕ ЗНАЕШЬ – НЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ.

— Именно поэтому я здесь.

Григорий задержал на нём взгляд.

Потом зачеркнул написанное.

И ниже вывел:

ИМЕННО ПОЭТОМУ НЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ.

Алексей невольно улыбнулся.

— Кажется, мы с вами будем хорошо понимать друг друга.

Егор пробормотал:

— Не уверен.

Мира положила перед Григорием копию схемы из архива.

Не оригинал.

Ту, которую Алексей только что перерисовал.

Григорий взглянул.

Лицо не изменилось.

Но рука перестала двигаться.

— Узнаёшь? — спросила Мира.

Он не ответил.

— Узел ноль пять.

Тишина.

Алексей наблюдал за ним.

— Вы видели это обозначение в Двенадцатой?

Григорий поднял взгляд.

Не написал ничего.

Просто посмотрел.

Мира тихо сказала:

— Алексей.

— Что?

— Не дави.

Он кивнул.

Некоторое время никто не говорил.

Потом Григорий неожиданно взял схему.

Развернул к себе.

Провёл пальцем по линии от Запретного на север.

Остановился возле отметки узла.

А затем зачеркнул её.

Не полностью.

Один косой штрих.

После этого написал на отдельном листе:

НЕ УЗЕЛ.

Алексей наклонился.

— А что?

Григорий долго не отвечал.

Потом:

ДВЕРЬ.

Егор посмотрел на Миру.

Та напряглась.

Алексей почувствовал, как внутри снова запускается знакомая цепочка.

Дверь под его предприятием.

HORIZON.

Сектор 05.

Модуль Савелия.

Теперь ещё одна дверь.

— Какая дверь?

Григорий зачеркнул слово.

— Нет, подожди.

Алексей придвинулся.

— Там была настоящая дверь? Металлическая?

Григорий отвёл взгляд.

— С надписью?

Никакой реакции.

— HORIZON?

Карандаш выпал из пальцев.

Егор тихо выругался.

Мира резко посмотрела на Алексея.

— Ты обещал не давить.

— Я не давлю.

— Ты сейчас человека словом ударил.

Григорий встал.

Отошёл к окну.

Несколько секунд стоял спиной к ним.

Алексей не двигался.

Теперь сомнений почти не осталось.

Он узнал слово.

Григорий действительно видел HORIZON.

В Двенадцатой зоне.

Одиннадцать лет назад.

Мира поднялась.

— Мы можем уйти.

Григорий повернулся.

Покачал головой.

Подошёл к столу.

И написал:

ГДЕ ТЫ ВИДЕЛ?

Тот еле заметно кивнул.

— Под предприятием. В Запретном.

Григорий замер.

КОГДА?

— Для меня – две ночи назад.

Он подумал.

— Для вашего мира, видимо, триста двенадцать лет после того, как объект построили.

Мужчина смотрел на него так, будто впервые за весь разговор действительно увидел.

Написал:

ТЫ ИЗНУТРИ?

Алексей перечитал.

— Изнутри чего?

Григорий подчеркнул слово.

ИЗНУТРИ.

— Я не понимаю.

Мужчина раздражённо зачеркнул лист.

Потом написал:

ТЫ ВЫШЕЛ ИЗ ДВЕРИ?

Алексей вспомнил последнее, что видел.

Белый свет.

Панель.

Кольцо.

А потом лес.

— Нет.

Он покачал головой.

— Я очнулся снаружи. В развалинах.

Григорий сел.

Провёл ладонью по лицу.

Впервые в нём стало видно не страх.

Усталость.

Огромную.

Старую.

Будто одиннадцать лет он ждал именно такого ответа и надеялся никогда его не услышать.

Алексей коснулся кармана.

Пластина.

Мира сразу заметила движение.

— Не надо.

Григорий перевёл взгляд.

Сначала на её лицо.

Потом на карман Алексея.

Мира тихо выдохнула.

— Поздно.

Алексей достал бумажный конверт.

Положил на стол.

— Вчера это оставили возле моей двери.

Григорий смотрел на конверт.

Не прикасался.

Алексей достал пластину.

Положил рядом со схемой.

Цифрой вверх.

5.

Григорий побледнел.

Не образно.

Лицо действительно стало почти серым.

Он резко отодвинул стул.

Ножки царапнули пол.

Егор встал.

— Спокойно.

Григорий показал на пластину.

Потом на Алексея.

Его рука дрожала.

Он схватил карандаш.

ГДЕ?

— Я же сказал. Возле двери моей комнаты.

Григорий несколько раз подчеркнул:

КТО ДАЛ?

— Не знаю.

Мужчина замер.

Посмотрел на Миру.

Она покачала головой.

— Мы тоже не знаем.

Григорий снова сел.

Но не приблизился к пластине.

Алексей спросил:

— Ты такую видел?

Кивок.

— В Двенадцатой?

Ещё один.

— Где?

Григорий написал:

У ДВЕРИ.

Алексей почувствовал, как по спине прошёл холод.

— Такой же номер?

Мужчина не ответил.

— Пять?

Кивок.

Егор тихо произнёс:

— Вот теперь совпадений многовато даже для тебя.

— Я уже перестал считать.

Алексей подвинул пластину на несколько сантиметров.

Григорий резко ударил ладонью по столу.

Все вздрогнули.

Он написал:

НЕ ТРОГАЙ ЕЮ ДВЕРЬ.

Алексей остановился.

— Почему?

Григорий смотрел на бумагу.

Карандаш завис над листом.

Потом появилось одно слово.

ОТКРОЕТСЯ.

Никто не произнёс ни звука.

Егор первым нарушил молчание.

— Ты хочешь сказать, эта железка – ключ?

Григорий покачал головой.

Написал:

НЕ ЗНАЮ.

— Но ты видел, как её использовали?

Кивок.

Алексей наклонился.

— Кто?

Рука мужчины застыла.

Медленно он написал три имени.

ПАВЕЛ

СЕРГЕЙ

Я

— Трое участников экспедиции, — тихо сказала Мира.

Григорий кивнул.

Алексей показал на первое имя.

— Павел вернулся.

Да.

— Потом умер.

Да.

Палец переместился ниже.

— Сергей?

Григорий перестал смотреть на Алексея.

Мира произнесла:

— Тот, кто не вернулся?

Кивок.

Алексей понял.

— Он ответил.

Григорий закрыл глаза.

И снова кивнул.

Дальше они двигались по одному вопросу.

Иногда Григорий писал.

Иногда отвечал жестами.

Иногда просто сидел неподвижно, и тогда Мира останавливала Алексея взглядом.

Экспедиция вошла в Двенадцатую с юга.

Тогда граница Зоны находилась дальше от Рубежа.

Шли три дня.

Первые два ничего необычного, кроме проблем с компасами и радиосвязью.

На третий нашли строение.

Не развалины.

Не обычный бункер.

Большая часть находилась под землёй.

Вход закрывала металлическая дверь.

Материал почти не был повреждён.

Алексей спросил:

— Тёмно-серый?

Григорий кивнул.

— Гладкий?

Да.

— Без ржавчины?

Да.

HORIZON.

Он уже не сомневался.

Возле двери нашли несколько небольших металлических пластин.

Некоторые повреждены.

На одной сохранялась цифра пять.

Сергей приложил её к углублению.

Дверь открылась.

— Просто так?

Григорий долго смотрел на лист.

Затем написал:

СВЕТ.

— Какой?

Он нарисовал тонкую вертикальную линию.

Потом рядом несколько коротких.

— Зелёный?

Григорий посмотрел на него.

Медленно кивнул.

Алексей откинулся на стуле.

Перед глазами возникла лаборатория под заводом.

Зелёная полоса.

Та самая.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.