2.0.8.4
- -
- 100%
- +
И вот какие комментарии дает российский политолог Дмитрий Шайтановский:
– Мы уже несколько отвыкли от таких громких арестов. Казалось был после того как аппарат чиновников была очищен по всей стране мы могли бы ожидать, что другие поостерегутся повторять ошибки других. Тем более после того как по телевидению последние два года еженедельно показывали казни коррупционеров. Увы, некоторые так и не смогли смириться и попытались украсть у российского народа. Чтож, видимо нужно преподать еще один, надеюсь, последний урок.
– Как по вашему оценит суд действия преступников?
– На пожизненное уже заработали.
– Спасибо, господин Шайтновский. И к другим новостям. Двадцатый по счету авианосец сошел со стапелей верфи во Владивостоке…
Айдар переключил канал на музыкальный. Слушать очередной рассказ ведущей об открытии космодрома, строительстве нового города или рекордном урожае ему было скучно. И самое забавное, что ни грамма вранья во всех этих новостях не было. За последние три года после того как к власти стали приходить люди, прошедшие обучение по его программе, в стране все изменилось. Экономика, промышленность, наука, культура, социалка – везде было покончено с бардаком, воров посадили, бездарей разогнали. Страна как-будто очнулась от долгого, тяжелого сна. Вот только пробуждение было болезненным – сотни тысяч коррупционеров посаженных в лагеря были не в счет – это были преступники, попавшие в надлежаще место. Но вот что касается простого обывателя – ох как несладко ему пришлось. Шестидневная рабочая неделя и всеобщая трудовая повинность не давала шанса избежать труда на благо страны никому.
Айдар въехал на Большой каменный мост. До института оставалось не более десяти минут, когда он увидел как полицейский лазерным жезлом дает ему знаки остановиться.
Выйдя из машины Айдар протянул права.
– Лейтенант Шаймарданов, – представился полицейский,– вы превысили скорость на два километра.
Айдар пожал плечами.
– Лейтенант, ну извини, на работу опаздываю. Может отпустишь, земляк, а?
– Что значит отпустишь? Вот что, господин Казаков, – нахмурился полицейский, – закон един для всех. А если вы решили, что я не привлеку вас к ответственности как земляка, то вы жестоко ошибаетесь. Приговариваю вас к шести месяцам лишения прав и штрафу. Паркуйте машину – через полчаса ее заберет дрон-эвакуатор. Теперь вы поняли свою ошибку?
– Да, – осевшим голосом буркнул Айдар.
***– Айдар Петрович, подойдите немедленно к Кристине Сергеевне.
– Иду, – бросил трубку Айдар и быстро надел пиджак. За последнее опоздание на совещание к своей жене он был лишен месячной премии. И это но еще легко отделался. Все-таки супруг. Других Кристина увольняла за опоздание не глядя. Хотя, что опоздание – если камера в кабинете зафиксирует недовольную гримаску после выволочки по селектору – как минимум словишь выговор.
Весь институт стонал под игом Кристины, очень быстро сменившей Пашку, как только она прошла обучение на моделяторе. И как Паша сразу не понял чем дело кончится – наивный московский юноша. Он так и не узнал, кто посоветовал Кристине пройти тот же самый курс, что лютовавшие по всей просторам страны новые управленцы Президента. Правда кроме стонов в институте происходили огромные перемены – после того как Кристина уволила половину сотрудников, а другая половина работала с утра до ночи институт и так неплохо зарабатывающий стал получать такие деньги будто они торговали оружием или наркотиками.
Айдар вошел в кабинет Кристины. Она сосредоточенно печатала на компьютере.
– Привет! – начал дружелюбно Айдар.
– Садись, – бросила Кристина и продолжила печатать.
Айдар сел в кресло и взял в руки смартофон.
– Выключи, – Кристина достала из ящика стола папку, – знаешь что это?
Айдар покачал головой.
– Отчет о продажах моделятора за последний квартал.
– Ты хочешь сказать, что продажи сильно упали?
– Хуже. Они не упали. Они просто остались почти на той же отметке, что и в предыдущем квартале.
Айдар почесал затылок. Он ничего не понимал в коммерции. Сколько бы Кристина не втолковывала ему о самоокупаемости, марже, кеш-фло и прочих мудреных словах бизнес-новояза. А в последнее время каждый ужин дома плавно перетекал в деловое совещание с конференц-связью с замами и продажниками.
– Ну это еще не конец и даже не…
– Айдар, услышь меня. Да, это еще не конец. Но именно с таких цифр рушились все бизнес-империи. А я не хочу, что бы все, во что я вкладывалась последние три года, вылетело в трубу!
– И что ты хочешь от меня, дорогая? – попробовал улыбнуться Айдар.
– У тебя в лаборатории сейчас работает двадцать человек, так?
– Ну да.
– Их придется уволить. Всех.
– Да как?! Ты что, это же все высококлассные специалисты, штучный товар! Знаешь с каким трудом я их все собрал у себя? Как мы долго притирались друг к другу? А сколько они таймлайнов разработали? Да не будь их…
– Завтра тебе нужно собрать их и объявить о сокращении. Все документы уже готовы. Наши эйчары проведут с ними работу, что снизить издержки на выходных пособиях.
– Но почему?! – Айдар вскочил с кресла.
– Услышь меня. Они перестали генерить прибыль и сейчас тупо протирают свои штаны, если не хуже. Я уже дала задание нашим безопасникам проверить все. В последнее время в твоей лаборатории подозрительный перерасход бумаги для печати.
– Да ты вообще понимаешь что говоришь?
– Успокойся. Я уже все продумала. Ты же владеешь английским?
– Ну да.
– Окей, тебе будет очень просто понять твоих новых подчиненных, пусть даже по скайпу.
– Каких еще подчиненных?
– Очень исполнительных и компетентных. Я наняла фрилансеров из Мумбая.
– Какого еще Мумбая?
– Это город в Индии. Там очень недорогие программисты. И историки, хорошо говорящие по-русски. Выпускники МГУ, Лумумбы и МГИМО. Они помогут тебе разработать новые таймлайны как только ты избавишься от старой команды, тянувшей нас на дно.
– Ты это серьезно?
– Вполне. Окей, иди к своим бывшим подчиненным, подготовь их. Через полчаса их начнут вызывать в кадры.
***Айдар тяжело переживал потерю своих соратников. Никто из них и слова не сказал. Все понятливые. Айдару даже показалось, что он видит в их взглядах проблески сочувствия и жалости к нему. И вот он остался один. Хотя нет. Если бы один. Жители славного города Мумбай с утра до ночи ревностно выполняли его малейшие указания. Казалось, что прикажи он достать Луну с неба и через два часа максимум его приказ будет исполнен.
А еще Кристина. Раздающая ему и немногим оставшимся институтским аксакалам всевозможные поручения и разносы и штрафы по малейшему поводу. Зато все в институте было на своем месте. Каждый вкалывал ни на страх, а на совесть. Да и на зарплату грех было жаловаться. Таких премий и окладов еще надо поискать даже на Западе.
И все бы хорошо. Кристина регулярно исполняла супружеский долг. Они купили огромное поместье на западе Подмосковья с шикарным видом на Москву-реку. Вот только никак Айдар не мог привыкнуть к тому, что в любой момент его жена могла наорать, унизить, а потом походя уволить любого, кто по ее мнению стал обузой и не приносил прибыли институту. Хотя чему было удивляться – сейчас повсюду только такие и были у власти. И все как один прошли обучение по его программе. Поговаривали, что даже Сам регулярно тренировался на моделяторе. Правда никто не знал какой он выбирал себе таймлайн. Вряд ли Сталина, но судя по последним событиям на границе с Халифатом видимо Жукова или Тухачевского.
Айдар возможно еще бы долго терпел выходки жены, пока в один день она не сказала, что китайцы работают быстрее и стоят на десять процентов дешевле индусов. Непонятно почему, но теперь Айдару было еще больнее терять своих подчиненных, для которых эта работа позволяла содержать и кормить всю их многочисленную родню и кучу смешных малышей. Айдар успел познакомиться с каждым из тех, работал в далеком южном краю. И вот теперь он снова лишался тех, кто вкладывал всю душу в работу.
Только после этого он решился пройти усиленный курс «Макиавелли» с полным погружением. Кристине он ничего не сказал. Этот таймлайн был экспериментальной и только Пашка мог знать о его существовании. Но Пашка был уже далеко. Он вовсю нырял в Египте, обучая дайвингу престарелых немцев.
Зато Айдар теперь стал вращаться в тех кругах, что до этого старательно избегал. Он завел знакомства на самом верху и одновременно собирал компромат на жену. Долго ему трудиться не пришлось – несправедливо уволенные бухгалтера с института помогли найти ему все до единого нарушения закона. Айдар аккуратно собрал гигабайты информации и передал все в счетную палату. Расплата не заставила себя долго ждать – проверяющие оторвались по полной и выписали Кристине волчий билет. Даже папа-генерал не смог помочь. Или побоялся. И вот теперь Кристина сидела дома, безуспешно обзванивая старых знакомых в поиске работы, а Айдар занял ее кресло. Ну а кто еще как не он, знающий лично и министра и главу комитета и всех-всех начальников с большой буквы с кем он многие месяцы налаживал контакты в саунах и банях, днях рождения, рыбалках и шашлыках.
Получив в очередной раз благодарность министерства Айдар решил поделиться радостью с женой. Войдя в дом он чуть не запнулся о бутылку дорогого коньяка. Он быстро зашагал в спальню, где увидел полупьяную жену, втыкающую коллекционные ножи в дверь спального гарнитура.
– Аааа…это ты, мой дражайший… ик…и драгоценейший…ик…супруг, – сказала Кристина.
– Перестань немедленно! – закричал Айдар и отобрал ножи. Он уложил жену в постель и лег рядом.
– Ну что, доволен? – пробормотала Кристина, – как тебе работается на моем месте?
– Нормально работается. Так же как и тебе после Пашки, – Айдар пристально посмотрел на жену, – больше не пей, пожалуйста.
– Ну а что мне еще делать? – глаза Кристины заблестели.
– Правильные вещи, – сказал Айдар и поцеловал ее в губы.
***– Айдар Петрович, с вами хочет поговорить жена. Я сказала ей, что у вас встреча, но она…
– Соединяйте, Елена Петровна. Китайцы приедут через пять минут в лучшем случае – Айдар откинулся в кресле и включил наушник в ухе. Лучи заходящего солнца били прямо в глаза в окно его кабинета в Сити, но Айдар только слегка щурился. Ему нравилось наблюдать за тем как солнце медленно садится за небоскребами, простирающимися далеко за горизонт.
Институт занимал верхние пять этажей в самой дорогой башне Сити-центра, но оно того стоило. Здесь был лучший вид на Москву.
– Алло, Айдар, ты не забыл, что мы вечером идем в цирк?
– Да, помню, Крис, помню, конечно. Только, может младшую оставим с робоняней?
– Ни за что! Тем более, что ей вчера в садике одна девочка сказала, чтобы она больше с ней не играет и другие девочки тоже. А потом они толкнули ее с лестницы и Оленька очень сильно плакала. Так что давай устроим ей и Тимурчику маленький праздник.
– Окей. Давай устроим.
Айдар отключил телефон и забарабанил пальцами по столу, а затем набрал номер своего первого зама.
– Андрей, ты кажется говорил, что у тебя есть идея запустить программу для детей? Подготовь мне до конца недели прототип.
– Как скажешь, Айдар Петрович. А какие таймлайны?
– Я думаю для начала княгиня Ольга.
– Гмм…а не слишком ли жестоко? Все-таки дети.
Айдар усмехнулся.
– Дети – наши лучшие учителя.
ИГра
– «Убей неверного»?
– Че, читать разучился? – Фагим медленно шевеля губами еще раз вслух прочел надпись, – у-бей не-вер-но-го. Иг-ра.
– А кто подарил? – спросил со вздохом Рашид. Он, не отрывая взгляда, смотрел на большую черную коробку с символикой халифата, стоящую посреди комнаты. Кто бы ему такой подарок сделал. Рядом с ним восхищенно цокали языками близнецы Саид и Халит.
Фагим довольно усмехнулся.
– Дядя Ибрагим. Он давно уже обещал, что когда мне исполнится двенадцать…
– Это который из Алеппо?
– Не, из Ракки, – Фагим пошарил по карманам, – нож есть?
– На, – Саид протянул выкидуху, – дашь поиграть?
– Посмотрим, – бросил Фагим и стал вскрывать подарок. Через минуту крышка полетела на пол. Подросток погрузил руки в стружку и потащил из коробки что-то тяжелое.
– Ого! – хлопнул себя по бокам Халит, – а я то уж думал, что это комп для виртуальной реальности со шлемом и дисками GTA в комплекте.
– О, Аллах, – Фагим держал в руках два автомата Калашникова, – неужто настоящие?
Рашид поднял с пола лист бумаги, выпавший из коробки, и стал читать.
– Кяфиры вряд ли бы пропустили через границу, – затараторил Саид, заглядывая в коробку – да и на почте…
– У дяди Ибрагима везде свои люди, – фыркнул Фагим, – и у нас в парижском эмирате, и в берлинском.
– Да не нужно никаких своих, – усмехнулся Рашид, – вот же, написано: «В игровой комплект входят макеты снайперской винтовки, трех автоматов Калашникова и четырех пистолетов. Также в наборе игры есть холостые патроны с шумовым эффектом, точно воспроизводящим звуки выстрелов настоящего боевого оружия…
– Дай почитать! – Фагим вырвал из рук Рашида бумагу.
– Фагим, смотри что тут еще есть! – закричал Саид и замахал черным знаменем с надписью белой арабской вязью.
– Да тихо ты! – Рашид одернул подростка, – забыл какой срок в нашем эмирате за такое знамя дают? Ажаны и так лютуют.
Халит достал из коробки черную балаклаву и надел на голову.
– Рашид, читай вслух, – Фагим ткнул бумагой в бок подростку, – чего-то я плохо вижу, тут правила игры вроде.
– Да че правила, все то ж самое, что в GTA, – Халит хотел сплюнуть, но вовремя вспомнил, что не на улице, – бери калаш, задерживай неверных, суди, а потом казни. Или просто сразу казни. Не так что-ли, Рашид?
Рашид поправил очки и начал читать:
– Двадцать макетов гранат, балаклавы с символикой джихадистов, сборник фетв о проступках кяфиров и джахилей.
– Ясно, – усмехнулся Фагим, – ну что, дадим прикурить этим галлам, а?
– Че, прям под знаменем халифата? – Саид вставил в автомат магазин и прицелился в окно на сверкающий полумесяц Эйфелевой башни.
– Фагим, – голос Рашида немного дрожал, – так нельзя. Халифат запрещен, сам знаешь, что с нами сделают, если поймают со всем этим. И вообще мусульмане так не должны поступать. Мой отец…
– Не хлещи верблюда лифчиком. Твой отец всего лишь имам мечети на содержании у властей, – Фагим подскочил к Рашиду, – вы ведь не жили в лагерях беженцев? И тебя не топили в ледяной воде контрабандисты? И мать у тебя жива, да? А у меня и мать и отец… Американский беспилотник – слышал о таком?
– Слышал, но…
– Они никого не трогали! – глаза Фагима заблестели, – просто кому-то очень понравились наши нефть и земли. Понимаешь? А наша вера и наш народ им очень мешали. И сейчас только в халифате, где воюет дядя Ибрагим, еще чтут Коран по настоящему, а не так как здесь!
Рашид положил руку на плечо Фагима.
– Такова воля Аллаха, Фагим. А то, что делают в халифате…Аллах им судья. А порядок и здесь наведут, мы сможем жить в мире и согласии с галлами. И взрослые и подростки. Дай время, парижскому эмирату всего лет пять. А Аллах любит терпеливых – так написано в Коране.
Фагим покачал головой и сбросил руку Рашида с плеча.
– Дядя Ибрагим никогда не верил в нашего эмира. Тому бы только гарем трахать да скачки верблюдов проводить на ипподроме Лоншан.
Халит с Саидом захихикали. Они уже нацепили балаклавы и увлеченно делали селфи на фоне флага.
– Короче, – Фагим достал из коробки снайперскую виновку, – если ты трус, который боится обоссать от страха кяфирские джинсы и тебе плевать на Коран, то ты можешь валить отсюда на все четыре стороны. А если…
– Фагим, ты же мой друг!
Фагим протянул снайперку Рашиду. Тот аккуратно взял ее в руки.
– Что еще написано в правилах игры?
Рашид поправил очки.
– Прежде чем казнить неверных их нужно бросить в тюрьму и подвергнуть пыткам.
***Жители района Сен-Дени испуганно шарахались от бегущих в свете фонарей четырех людей невысокого роста с автоматами в руках. Не то, чтобы это было им внове. Тут ведь каждый второй таскал с собой ствол или приторговывал наркотой. Просто флаг халифата и зеленые повязки с арабской вязью на головах – это было чересчур даже здесь.
Подростки бежали в сторону сгоревшего здания базилики. Когда-то здесь покоились останки всех королей Франции. Теперь собиралась молодежь из ультра-правых группировок. Готы, панки, наци. Арабские подростки пару раз сюда сунулись, но когда огребли по полной – интерес остыл.
Солнце еще не село. Возле входа в базилику несколько человек гоняли мяч.
Фагим подал знак всем пригнуться и незаметно подобраться поближе.
– Рашид, – позвал тихо Фагим, – что там было написано в сборнике фетв про футбол? Харам?
Рашид пожал плечами. Он с детства мечтал стать футболистом, но из-за плохого зрения и слабой координации его не взяли в школьную команду даже запасным.
– Фагим, – захихикал Саид, – а ты глянь, кто играет. Это же девчонки с параллельного класса. Вон на воротах стоит Мари, а это Луиза, Жанна и Селин бегают. Помнишь, как они нас отметелили стульями по голове в четвертом?
– Ага, – Халит взял на прицел играющих, – а может их в рабыни и в гарем, а?
– Какой гарем, кретин, – цыкнул Фагим, – заходите с Саидом сбоку, а мы с Рашидом пойдем прямо. Когда я выстрелю – тоже выскочите и дайте очередь вверх, ясно? А потом берем их в плен. Давай, погнали!
Девочки играли в футбол при свете горящих автомобильных покрышек лысым бесцветным мячом. Их радостный визг почему-то разозлил Рашида. Ему и так не нравились готы, а эти выкрасились так как слуги шайтана в страшном сне праведника.
Фагим толкнул друга в бок. Рашид кивнул и они выбежали на свет. Фагим передернул затвор и выстрелил в воздух. Девочки бросились врассыпную.
– Всем стоять! Лечь на землю лицом вниз – руки за голову! – заорал Фагим, – воины халифата вперед!
Из полутьмы на площадь выбежали Саид с Халитом и дали несколько очередей в воздух. Девочки испуганно завизжали и вжались в асфальт.
– Тащите их в базилику, – приказал Фагим, – будет где перед смертью помолиться!
***– Бисмилляху рахмани рахим, – голос Рашида гулко разносился по всему залу собора, – объявляю открытым заседание шариатского суда района Сен-Дени. Слушается дело по обвинению в нарушении норм шариата эээ… неверными. Назовите ваши имена.
Девочки уже немного пришли в себя, но все равно не могли понять чего от них хотят люди в черных масках, говорящие детскими голосами. Самая старшая из Мари поднялась с пола и сказала:
– Эй, вы, что вам от нас надо? Денег за нас никто все равно не даст!
– Заткнись и сядь! – оборвал Фагим и навел на нее автомат, – быстро сказала имена, а то я тебя тут же кончу.
– Хорошо-хорошо, – закивала девушка, – меня зовут Мари Вилар, а это Луиза Делаж, Жанна Дюкре и Селин Клеман. Чего вам нужно?
– Вопросы здесь задаем мы, – весомо сказал Фагим. Эту фразу он запомнил из одного фильма и давно хотел произнести при случае, – читай дальше Рашид.
Рашид прокашлялся и поправил очки.
– Согласно фетве халифа на территориях Дар аль-ислам запрещены игры, изобретенные неверными во искушение мусульман к коим относится и так называемый футбол. За нарушение запрета полагается наказание – смертная казнь.
– Но ведь у нас не запрещен футбол, везде гоняют мяч, вы же всех не казните?– захныкала рыжая Луиза, размазывая локтем черную тушь по щекам, – даже эмир спонсирует ПСЖ.
– Мы не подчиняемся эмиру! – выдохнул Фагим, – мы служим халифу. А он запретил футбол и приказал нам карать всех, кто ослушается! Начнем с вас – другие сами бросят. Единственный футбол, который он дозволил – это играть отрезанными головами неверных! Хочешь сыграть?
– Послушай, ты, – Мари поднялась на ноги, – вы все долбанные конченные психи! Быстро отпустите нас, пока полиция вас не загребла!
– Сейчас ты огребешь по полной, кяфирка! – Фагим кивнул, – давай дальше, Рашид!
– Рашид? – повторила Мари, – погоди-ка да я же узнала твой голос! Ты же с нашей школы, недавно делал доклад по участию мамелюков в русском походе Наполеона. Помнишь? А это с тобой друзья твои как их там Фарид, нет Фагим…
Рашид закашлялся и выронил из рук винтовку.
– Тебе это не поможет, – Фагим кивнул близнецам, – где их будем кончать?
– Возле алтаря, – Халит подмигнул Фагиму – из автоматов или просто гранатами закидаем?
– Не, – покачал головой Фагим, – забыл что-ли как в роликах показывали? Ставить на колени и из пистолета в затылок. Эх, забыли взять оранжевые робы смертников из комплекта…
– Мальчики, вы что это по правде? Рашид, что ты молчишь? – Мари протянула к нему связанные руки, – мы же все с одного квартала! А твой отец в прошлом году приходил к нам в школу с лекцией об исламе!
– Страна откуда я приехал тоже дружила и с Францией и с Америкой, – Фагим ткнул дулом автомата в плечо девушки, – а потом раз и хоп, дружба тю-тю! А моих родителей и их родителей и близких отправили предстать перед судом Аллаха. Пока вы все тут, галлы, с жиру бесились.
– А с чего ты решил, мелюзга, что мы тут с жиру бесимся? – Мари сделала шаг в сторону подростков, – тебе рассказать, как моя мать пошла на панель, чтобы прокормить меня и трех моих братьев и сестер? Или про моего отца, застреленного жандармами по ошибке? Луиза – покажи им синяки и расскажи, что от тебя хотел отчим! Жанна – сколько раз тебя заставляли…
– Хватит, неверная! Мы избавим тебя и твоих товарок от всех грехов и страданий! – Фагим передернул затвор, – Рашид огласи приговор кяфиркам!
Рашид поправил очки и сказал тихо Фагиму, наклонившись:
– Может не надо так, как будто мы и вправду их убивать собрались? Это ведь всего лишь игра. Давай им прямо сейчас скажем…
– Ты, что – Фагим зло усмехнулся, – пускай трепещут от страха до самой последней минуты.
– С именем Аллаха, Милостивого и Милосердного! – голос Рашида звенел от напряжения, – вы приговариваетесь к смертной казни! Приговор привести в исполнение немедленно!
***Халит шустро настроил камеру на автоматическую съемку, чтобы самому суметь попасть в кадр с пистолетом в руках. Девочки обреченно стояли на коленях, склонив головы. Фагим оглядел мальчиков, приставивших пистолеты к затылкам приговоренных. Вид Рашида ему не понравился. Фагим буркнул:
– Отставить стрелять! Неверные, даю вам пять минут на молитву!
Подростки со вздохом убрали пистолеты и задымили сигаретами. Мари подняла голову и сказала:
– Ребята, оставьте покурить.
Рашид дрожащими руками подкурил сигарету и вставил ее в рот Мари.
– Спасибо, – одними губами сказала девушка и затянулась, – знаешь, а мы ведь постоянно в нашем кругу о смерти говорим. На кладбищах абсент пьем, там так классно тусоваться. Я вообще люблю зависать на кладбище Пер-Лашез, где могила Джимми. Жаль, что там меня никогда не похоронят.
Помолчав девушка продолжила.
– А в футбол мы все равно будем играть. Там. И пусть весь мир катится к чертой матери!! Давайте скорее покончим с этим!
Рашид сжал кулаки и закричал.
– Нет! Вы не будете там играть, потому что…
Девушка поднялась с колен и запела хрипловатым голосом:
–This is the end, beautiful friend!
This is the end, my only friend!
The end!
Фагим подбежал к девушке, швырнул ее на колени и приставил пистолет к виску.
– Я тебя сейчас су…
Договорить он не успел – брызги крови и мозга вылетели из его головы прямо в лицо Мари и Рашиду. Близнецы Саид и Халит задергались и упали, окрасив кровавыми фонтанчиками стены ризницы. Рашид бросился к Мари, вытолкнув ее с линии огня. Через мгновенье Рашид услышал, как и падают на пол мириады осколков витражей, раскуроченных пулями снайперов.
– Немедленно сложить оружие! Здание окружено, сопротивление бесполезно! – слышалось из динамика откуда-то сверху сквозь рев моторов полицейского вертолета, – даю вам пять минут на размышление и выходить из здания с поднятыми руками! Отсчет пошел!
Рашид лежал рядом с Мари за колонной, где их не могли достать снайпера.
– Уходите, – сказал Рашид, – все кончено.
Он достал нож и освободил от веревок руки Мари. Девушка стащила с него балаклаву. Рашид провел рукой по своей груди – что-то красное потекло между его пальцев. Он улыбнулся и сказал:
– Жить – классно.
Мари хмыкнула и взяла его за руку.
– А ты не знал?
Рашид покачал головой
– Вспомнил…
– Ну?
– Ты когда там играла… клево ты пасуешь, только…когда бьешь по воротам – всегда бей пяткой…Погба так пробил недавно.
Мари улыбнулась.
–Ты научишь меня?
Лунное солнце пустыни
Луноход подкатился к внешнему валу кратера и замер. Бью кулаком в подлокотник. Ёкаламэнэйный бабай! И почему именно в мой рейс? Кратер по лунным меркам совсем небольшой. Всего-то пара сотен метров в диаметре. Месяц от роду. Ученые как узнают – сразу примчатся. Вот только мне теперь делать крюк в полтораста километров. Потому как кердыкнулся единственный проход между кратерами Магин и Соссюр.