2.0.8.4
- -
- 100%
- +
– Только бы отец не узнал, Астагфируллах! Меня заживо закопают в реголите в легком скафандре!
– Будет обидно, если тебя казнят за то, что ты не совершала, – беру Хадиджу за руку, – поэтому давай хотя бы я тебе кофе сварю, пока ключ достану.
Девушка вспыхнула и отдернула руку. Я подхожу к кофеварке.
– Тебе покрепче? Арабику?
Хадиджа кивает и садится в углу кухни. Смотрю на часы – полпервого ночи по земному времени.
– У тебя какой номер?
– Триста шестой, – отвечает Хадиджа.
– Ладно, посиди пока. Сейчас все будет, – накидываю куртку и выхожу в коридор.
Старый дедовский способ открытия электронных дверей никогда меня не подводил. Нахожу место, откуда идет питание на замок. Отключаю электричество, перерезав провод, все, вуаля.
Забираю хиджаб и бегом назад.
– На, держи. Можешь переодеться здесь – клянусь этой кофеваркой я на тебя и глядеть не стану. Хотя конечно хочу. Но выпить кофе гораздо важнее, ведь правда? – я отворачиваюсь и разливаю кофейный напиток по чашкам. Терпкий запах щекочет ноздри. Предвкушаю как мы сейчас мило побеседуем, но моим желаниям не было суждено сбыться – в коридоре раздаются крики и шум.
– Сиди на месте – я узнаю, – твой лучемет в машине?
Хадиджа кивает.
Открываю дверь, выглядываю в коридор. Через дверь от меня на полу лежит истекающий кровью мужчина, рядом дергается в конвульсиях еще один. Над ними стоит покачиваясь секс-робот, на его губах и руках кровь. Из другого номера выходит еще один робот, тоже весь в крови. Он держит за волосы оторванную мужскую голову. Я начинаю медленно возвращаться в номер, когда меня замечают роботы. Захлопываю дверь и роняю на пол шкаф. Кидаю еще какой-то хлам. Дверь начинает содрогаться под ударами.
– Что за хрень придумал твой папаша? – кричу я Хадидже, – только что привезенные нами секс-роботы убили троих. А через пару минут и нас!
– Как убили? – бледнеет Хадиджа.
– А вот так! Нужно валить отсюда!
Смотрю на потолок. Так, где тут у нас вентиляционные трубы? Вот, кажется. Выбиваю рукой секцию на потолке и подтаскиваю стол.
– Давай сюда лезь!
Подсаживаю девушку и мы ползем по трубе. Через полчаса мы подымаемся на крышу отеля. С него хорошо видны строения базы под огромным прозрачным куполом.
– Алмаз, смотри! – Хадиджа показывает рукой на соседнюю улицу и закрывает лицо руками. Там секс-роботы выбрасывают из окон людей вниз с высоты. Видны вспышки лучеметов, слышны крики.
– Это все твой отец, шайтан его задери, – сплевываю я, – а вот похоже и он сам. Я показываю на сверкающую лысину визиря в группе вооруженных боевиков, прорывающихся в центр базы.
– Я не хотела этого! – шепчет Хадиджа, – мы должны были наставить их на истинный путь и только если они откажутся…
– Расскажи это своему отцу.
***
– Ну что, чужеземец, ты блестяще справился со своей задачей! – Юсуф хлопает меня по плечу перед строем боевиков, выстроившихся на центральной площади – наконец-то мы вернули контроль над нашими землями, где свили гнездо прихвостни Иблиса. Наконец-то мы покончим с этой кяфирской заразой, опутавшей нашу и соседнюю планету грязными щупальцами! А начнем мы наш путь с нее.
Халиф делает знак рукой и на площадь волоком тащат Фирюзу. Она вся в кровоподтеках, одежды почти нет, руки связаны колючей проволокой.
– Но мы не будем ее казнить! – кричит Юсуф- она будет сидеть в клетке посреди базы до конца своих дней. Дабы все знали что я, великий халиф Луны, не проливаю зря кровь и милостлив даже к таким слугам шайтана.
– Повелитель, – шипит визирь, зыркая глазами в мою сторону, – только прикажите и мы…
– Нет-нет, – морщится халиф, – хватит уже крови. Ты и так уже здоров напортачил – ты же говорил, что все пройдет тихо. А что вышло, а? Я хочу отметить нашу славную победу и скорей забыть обо всем этом.
Юсуф подходит ко мне и говорит.
– Пойдем посидим покурим кальян. Хочу узнать у тебя как там живется в кяфирских колониях. Мне скоро могут понадобиться эти знания…
***Вечером мне удалось незаметно подобраться к клетке, где держали Фирюзу. Я принес ей воды и немного еды.
– Простите, мы не знали, что привезли роботов-убийц.
Фирюза грустно улыбается.
– На все воля Аллаха.
– Что же теперь делать? Или может все еще обойдется? Халиф обещал больше не проливать крови.
– Халиф завтра уедет и верховный визирь начнет массовые казни. Он не успокоится пока не уничтожит последнего неомусульманина. Но вы можете этому помешать.
– Как?
– Я успела спрятать пульт управления секс-роботами до того как меня притащили сюда. С его помощью ты сможешь вместе со своей девушкой спасти нас.
Фирюза рассказала куда она спрятала пульт и я побежал за Хадиджей.
Я нашел девушку в кабине лунохода. Ее глаза грустно блестели, из-под платка выбивалась челка.
– Послушай, – начал было я.
– Я не хочу никого видеть…
– А спасти людей от смерти ты тоже не хочешь?
Девушка подняла взгляд.
– Ты что-то придумал?
Мы легко проникли в отсек, где жила Фирюза. Пульт был там, где она сказала.
–Сигнал бьет на три километра, – Хадиджа посмотрела на монитор, – как мы сможем обезоружить солдат халифата? А они сразу откроют огонь, роботы включат режим проактивной защиты и снова получится кровавая каша.
– Не получится, – усмехаюсь я, – ну-ка дай ка мне пульт.
***Через три часа после того как я отдал команду роботам все боевики Халифата лежали связанными на главной площади и безоружные. Только халиф успели сбежать с небольшой группой солдат. Тяжело раненный визирь лежал в госпитале под усиленной охраной
– Ты поступил не так как предписано в Коране, – краснея сказал после Хадиджа, -но ты спас людей и это зачтется тебе в день страшного суда.
Я усмехнулся про себя вспоминая как обнаженные секс-роботы почти без сопротивления обезоруживали солдат, пока те пялились на их силиконов-пластиковые прелести. Да я и сам бы ничего не смог сделать в ситуации, когда к тебе подбегают несколько голых девушек, начинают тебе мило улыбаться и заигрывать, а потом хрясь, хук слева или сразу в солнечное с ноги и ты лежишь на земле, ничего не понимая.
Фирюза решила отпустить назад солдат халифата. Но не сразу, а только после того как они поживут какое-то время здесь на базе. С правом внеочередного доступа к секс-роботам. Почувствуют разницу. А уж потом вместе с группой секс-роботов они прибудут на базу Халифата и Халифату настанет хана.
Однако я решил не участвовать во всем этом и договорился, что вернусь на свою родную базу. Обещанных кредиток от халифа мне так и не обломилось, а на моем счете сиротливо лежали 18 рублей. Луноход, который мне достался был чуток лучше моего прежнего – ему было лет на пять меньше. Зарядив батареи, я пришел попрощаться с Хадиджей.
Я нашел ее в госпитале, где она устроилась медсестрой. Увидев меня, она покраснела и опустила глаза.
– Ты пришел попрощаться? – спросила она.
– Да, я еду домой. А ты?
Хадиджа пожала плечами.
– Я не могу оставить отца. Уезжай. Уезжай с этой проклятой планеты на Землю. И когда голубой диск будет восходить на горизонте я всегда буду вспоминать тебя. Прощай.
Хадиджа взяла ампулы с лекарствами и ушла в палату.
Больше я ее никогда не видел. Через полгода я вернулся на Землю. И каждый раз, когда Луна вечером появлялась на небе я искал взглядом знакомые контуры лунных морей. Где ты, Хадиджа?
Халиф и дворец
– Господин! О мой господин, скорее проснитесь! – кто-то трясет меня за ворот ночной рубахи.
Шайтан тебя забери, это что за дерзость такая! Скатываюсь с ложа на ковер и выхватываю толедский клинок из ножен. Острие сабли упирается в отверделый сосок обнаженной женской груди. Зулейха. Моя новая наложница. Еще совсем юная и глупая. И никакого уважения к старшим. Даже к своему хозяину. Самому Сахибу Аш-Шурте. Главному сыщику всего Кордовского халифата. Вот возьму и отправлю тебя в монастырь к неверным. Там тебя мигом к порядку приучат. Ладно, что ж там стряслось такого?
– Господин, ради Аллаха простите, что посмела вас разбудить! Но там внизу стражники халифа, они…
Бросаю саблю оземь и накидываю халат. Спускаюсь по лестнице к воротам под испуганными взглядами слуг. Так-так, неужто сам Тарик пожаловал? Вряд ли бы он ко мне сунулся без приказа халифа. А халиф присылает в гости начальника стражи и главного палача халифата, как правило, лишь в одном случае. О Аллах, вот и я, наконец, удостоился этой высокой чести.
– Халиф ждет тебя, Камал, – жидкая бородка не могла скрыть злобную ухмылку Тарика, – живо садись в повозку.
Делаю шаг назад и упираюсь в железо доспехов стражников. Воины обступили меня, держа руки на эфесах сабель. И, как назло, ни одного джинна рядом. Всех до единого вчера отпустил на свадьбу джиннии в соседнем халифате. Конечно, я могу их мигом вызвать. Нужно лишь трижды повернуть кольцо на безымянном пальце. Да только какая от них польза сейчас в их полупьяном виде. К тому же стражникам достаточно прочесть всего один аят из священного Корана, чтобы джиннов как ветром сдуло. Только и годятся, что пугать простолюдинов, пуская огонь изо рта.
Что ж, на все воля Аллаха. Запрыгиваю в повозку, за мной захлопывается решетчатая дверца. По дороге во дворец халифа огни факелов выхватывают десятки скачущих во все концы всадников. Всюду видны отряды стражников, перекрывающих узкие улочки. Неужели опять бунтовщики? Я же сам переловил всех главарей и дал приказ джиннам закинуть их в те земли, откуда родом воины-сакалиба.
Повозка, дребезжа колесами, проехала по мосту через Гвадалквивир и остановилась у ворот. Дверцы повозки открылись.
– Дайте ему чалму, – прошипел Тарик стражникам, – еще не хватало, чтобы он предстал перед повелителем с непокрытой головой.
Лучи предрассветного солнца уже вовсю пробивались сквозь узорчатые орнаменты решеток на окнах. Халиф стоял к нам спиной, рассеяно слушая главного визиря Абу-Саида, который что-то зло шипел, подымая палец к небу.
Я склонился в поклоне. Последний раз меня вызывали к халифу, когда украли его любимого коня, подаренного королем франков. Коня я так и не смог найти. Зато смог найти колдуна, который наложил заклятье беспамятства на весь двор халифа и его самого. Может, мне и сейчас сделать такой же фокус?
– Подойди ближе, – прошипел визирь и обратился к повелителю: – Государь, привели вашего главного сыскаря.
Халиф повернулся ко мне. Его стальной взгляд не предвещал мне ничего хорошего.
– Камал, сколько лет ты во главе шурты? – халиф подошел ко мне и положил руку на эфес сабли. Я смотрю прямо в его черные глаза. Мы почти сверстники, но только он уже почти весь седой и слегка обрюзг. А я еще нет, хотя моя работа тоже весьма нервная.
– Повелитель, я служу вам пять лет, с тех пор как вы взошли на престол и…
– Пять лет. Целых пять лет ты наводил порядок в халифате. Пять лет твои люди и джинны ловили воров и убийц. Ты заверял меня, что очистил Кордову и ее окрестности от всех преступников. Так?
– Государь, я и правда почти очистил город…
– Почти? Ты сказал – почти? Я не ослышался?
Визирь подкрался сбоку к халифу и прошипел:
– Этот проходимец заслуживает смерти за то, что посмел врать вам, государь. И теперь после такого неслыханного преступления, что произошло этой ночью. Преступления, которое он бессовестно проспал, – не лучше ли будет сразу отрубить ему голову и разогнать всю его шайку? Тем более что главный палач здесь, и только прикажите…
Тарик достал из-за пазухи шелковый шнур и зашел мне за спину.
– Я еще не закончил, Саид. Или ты теперь мне будешь указывать, кого и как казнить?
– Что вы, что вы! Я всего лишь хотел сберечь ваш покой от общения с подобными людьми. Ваше время бесценно, о повелитель! Мы могли бы поручить Тарику и его воинам обыскать все кварталы дом за домом и…
– И ты думаешь, что там ты найдешь пропажу? – халиф покачал головой. – Может, и тебе лучше сразу отрубить голову, чтобы не тратить мое драгоценное время на обсуждение подобных вещей?
Я кашлянул и как можно более смиренно спросил:
– Государь, умоляю, расскажите мне, что случилось? Чем вы так расстроены? Я клянусь найти преступников и…
– Дворец.
– Простите, что, повелитель?
– Они украли мой дворец, что я построил в горах. В честь своей фаворитки Аз-Захры.
Сдвигаю чалму за затылок. Кто же не слышал о постройке огромного дворца. Мадина Аз-Захра. Жемчужина халифата. На следующей неделе халиф собирался устроить торжества в честь завершения строительства. И вот теперь дворец украли? Но как?
– Это невозможно, государь!
Халиф усмехнулся.
– Поезжай в горы и сам убедись в этом. Даю тебе три дня. Найди мне мой дворец и тех, кто украл его. Уверен, что ты более всех других знаешь тех, кто способен на такое.
***Я действительно намного лучше других знал тех, кто был способен украсть. И если не дворец, то уж точно дом или корабль. Их было не так много. По крайней мере среди тех, кто сейчас ошивался в халифате. Что ж, с них и начнем. А пока я объявил общий сбор шурты. Мы собрались, как обычно, в караван-сарае у восточных ворот. И, как всегда, джинны напоили вусмерть всех купцов и их слуг, чтобы те ничего не могли подслушать. Как правило, на следующий день никто из них не жаловался: одни – потому что не хотели огрести по полной от имамов за харам, другие – потому что харам им пришелся вполне по душе. Как говорится, без обид.
На мой призыв пришли все, кто был трезв и способен прийти сам после вчерашней пирушки. Таких было аж трое. Джинны Акбар и Хайдар да писарь Рахим. Впрочем, больше на самом деле никто и не был нужен. Только эти трое и помогали мне ловить преступников. Все остальные были выпивохи и бездельники. Которых я держал лишь для того, чтобы они создавали шум и суету, столь ценимые в халифате как знак усердия в исполнении воли халифа.
– Ну, что скажете, служители закона? – спросил я сразу после того как поведал собравшимся о визите к халифу.
– Сахиб, это вряд ли кто из наших! Какой-то заезжий джинн по дороге в земли франков, – подал голос Хайдар, – клянусь…
– Да погоди клясться, – сплюнул Акбар, – наши тоже могли бы запросто. Чего только они не крали у людей – и девственность в брачную ночь, и дожди летом, а уж сколько своровали виноградников и галеонов!
– Дворец – это не галеон, – задумчиво почесал бороду Рахим, – я был в горах неделю назад и видел дворец. Его размеры – тысяча локтей в ширину, две тысячи в длину и полтысячи локтей высоты. Чтобы украсть такое сооружение, нужно обладать невероятными магическими способностями. Что-то не припомню я джиннов, обладающих таковыми у нас в халифате. Хотя…
– Слушайте все, – я встал и трижды повернул кольцо на безымянном пальце, – мы сейчас разделимся и начнем искать вора. Или шайку воров. Рахим, подыми все архивные записи и изучи похожие случаи в древности и в недавнее время. Любой джинн, который украл самую захудалую лачугу, должен быть задержан и допрошен. Да и разыщи все записи из казны халифа о строительстве дворца. Мне нужно знать всех, кто его строил. Все расходы до последнего золотого динара. Кто кому платил. Кто доставлял камни и дерево. Какие были закуплены светильники и ковры. Ты, Хайдар, собирай шурту и начинай обыски у скупщиков краденого. Вряд ли мы что-то у них найдем. Но, может, кто их них начнет делиться своими подозрениями на других и выведет нас на верный след. А потом, когда Рахим составит списки всех джиннов, что совершали похожие кражи, – хватай подозреваемых и тащи в зиндан. И не забудь взять с собой пару имамов. На твоих обалдуев надежды мало. Вечно путают строчки в аятах и упускают подозреваемых. Ну а мы с тобой, Акбар, сейчас же вылетаем на место преступления. Готовь свой ковер.
***– И где же сейчас все рабочие, каменщики, резчики, водоносы, слуги, где вообще все люди, шайтан их задери?
– Сахиб, они все… исчезли… вместе с дворцом, – главный архитектор Абу-Хаким часто моргал глазами и прижимал руку к груди, – клянусь Аллахом, я…
– Прибереги свои клятвы для пыточной камеры, – я подошел к Абу-Хакиму почти вплотную, – рассказывай, как все было на самом деле. Почему исчезли все, кроме тебя? Может, ты был в сговоре с ворами, а?
Архитектор схватился за грудь и застонал. О Аллах, только смерти единственного свидетеля мне еще не хватало.
– Акбар, ну-ка живо влей ему в рот воды из священного источника Зам-Зам. И продолжи допрос.
Джинн подхватил теряющего сознание старика и стал отпаивать его водой из кувшина. Я оставил их и еще раз пошел осматривать то место, где еще прошлой ночью стоял огромный дворец. Солнце уже вовсю припекало. Я вышагивал по основаниям фундамента, пытаясь найти хоть какие-то следы преступников. Увы, ни малейшей зацепки.
Поворачиваю перстень, и через мгновенье передо мной приземляется Хайдар.
– Господин, ваше распоряжение выполнено. Задержано двадцать джиннов и восемь скупщиков краденого.
– Что-нибудь нашли у скупщиков из предметов дворцовой обстановки?
– Мы нашли множество украденных вещей из тех, что мы искали. Но ни одной вещи из дворца…
Пинаю камень и еще раз оглядываю пустырь на месте дворца.
– Возвращаемся в Кордову. Архитектора в зиндан.
***– Рахим, я возлагал на тебя большие надежды… – я потягиваю дым из кальяна и качаю головой.
Мы сидим с джиннами в караван-сарае и запиваем вином усталость.
– Сахиб, мы допросили всех подозреваемых. Мы обыскали все лавки скупщиков и развалины домов, где любят собираться джинны, способные на подобное преступление, но, увы…
– И что, даже под страхом смерти они не признались?
– Да, мой господин. Джинны очень боятся смерти, и обычно они сразу признаются во всех своих темных делишках. Но не в этот раз.
– Акбар, ну а ты что скажешь?
– Сахиб, одно из двух. Или мы не взяли того джинна, что украл дворец. Или… или это преступление джинны не совершали.
Рахим ехидно зацокал языком.
– Кто же тогда? Неужто сам Иблис удостоил? Только джиннам под силу такие кражи. Я находил записи в архиве диван аль-хатима столетней давности. Там упоминался случай, когда один джинн по прозвищу Аль-Хабиб перенес мечеть в соседний квартал из-за раздоров в местной общине. Но она была совсем небольшая, а сам джинн вскоре после этого умер. В записях сказано, что причиной тому могло послужить его крайнее истощение в связи с переносом мечети по воздуху.
Хайдар покачал головой.
– Наши джинны если и могут что стащить, то лишь верблюда на соседнюю улицу. Таких могучих джиннов в нашем халифате отродясь не было. Если только кто из них не прибегнул к помощи колдунов.
– Колдуны?
– Да, Сахиб. Колдуны не так заметны, как джинны. Они творят свои дела тихо и неприметно. Но мало кто знает, сколь могущественна бывает их магия, когда они направляют ее в услужение шайтанам.
Затягиваюсь дымом и пускаю кольца вверх. Как я сразу не подумал, что здесь могут быть замешаны колдуны. Наверное, потому что сам марабут. Колдун, использующий силу Корана, а не силу Иблиса. Колдун, скрывающий от людей свои силы.
– Рахим, что у нас есть на колдунов?
– Сахиб, за ними не числится явных прегрешений. Как вы помните, мы пытались не раз привлечь их к суду за отравления и ворожбу, но никто не хотел свидетельствовать на Коране, и мы всякий раз их отпускали.
– У тебя есть их имена и адреса?
– Да, сахиб.
– Что ж, тогда я повелеваю задержать их всех до единого. Тащите их всех в зиндан. Хайдар, возьми записи у Рахима и собирай людей. А тебя, Акбар, я попрошу снова слетать со мной на ковре.
– Мы снова летим в Медину Аз-Захру?
– О нет, гораздо ближе. Кстати, ты, Рахим, тоже летишь с нами.
***Полеты на ковре никогда не были моим любимым занятием. Я всегда предпочитал лошадь. Но сейчас только с высоты птичьего полета я мог бы увидеть то, что хотел.
– Куда летим, сахиб? Вы так и не сказали…
– В западное предместье.
– Но, сахиб, вы же знаете, что там нам строго запрещено летать и нас могут…
– Акбар, веди ковер куда сказано. А ты, Рахим, смотри внимательно.
Через несколько мгновений мы уже были над западным предместьем. Местом, где за высокими заборами жили самые знатные вельможи в роскошных дворцах. В садах при которых они резвились со своими наложницами. И предавались грехам.
– Рахим, что ты видишь внизу?
– Сахиб, я вижу поместья самых знатных придворных и…
– Ты ведь помнишь предметы из обстановки дворца? Приглядись-ка повнимательней. Я уверен, что кое-кто из наших казнокрадов мог прикупить что-нибудь из украденной утвари.
– Сахиб, я внимательно смотрю, но я могу что-нибудь пропустить. Нам нужно спуститься пониже.
– Твоя идея придется по душе лучникам, стоящим по периметру дворца визиря. Они вот-вот начнут стрелять по нам. Акбар, быстрей поворачивай назад!
– Слушаюсь, сахиб! А вы действительно надеялись разглядеть сверху краденые вещи?
– Прежде всего я хотел, чтобы наши казнокрады хорошенько разглядели меня. Они никогда не должны забывать, что я наблюдаю за всеми ими. И когда халиф прикажет заключить кого-нибудь из них в зиндан, я мигом окажусь над их дворцом.
– Сахиб, но это бывает так редко…
– Главное, что все-таки бывает, Акбар.
***Первый колдун, которого джинны попытались задержать, вначале попытался обратить их в камень. Хайдар разрубил его пополам, за что получил от меня огромный нагоняй.
– Но Сахиб, да ну его к шайтану, – оправдывался джинн, – я не хочу быть каменным идолом!
– Хорошо, – устало киваю, – ну а других-то за что вы изрубили на куски? Неужели не было никакой возможности задержать их?
– Увы, сахиб, слишком опасны были их чары. Но мы все-таки схватили нескольких.
– Есть какие-то подозрения?
– Сахиб, под пытками один из колдунов проговорился, что колдун по имени Аль-Харис часто наведывался к верховному визирю. А еще иногда ездил в гору, туда, где был дворец. А теперь он скрывается в горных пещерах и собирается сбежать в Рабат.
– Тащите немедленно его сюда!
Хвала Аллаху, я редко когда занимаюсь пытками. Люди боятся джиннов и сразу со страху выдают им самые сокровенные тайны. Джинны боятся людей, читающих священные аяты, и тоже особо не упираются. А вот с колдунами приходится повозиться. Вот и сейчас едва в пыточный подвал втащили Аль-Хариса, я понял, что этот так просто не заговорит. Что ж, у меня и не такие начинали петь как райские соловьи, когда я применял магию. Дозволенную магию священного Корана.
– Послушай меня внимательно, Аль-Харис, и сделай то, что я прошу. И тогда я оставлю тебя в живых, если не выясню за тобой более грязных и кровавых делишек.
– Я служу Иблису, – зашипел колдун, – он скоро придет за мной.
– Иблис приходит к тем, кто его боится или что-то хочет от него получить. А я служу Аллаху и халифу. Моя магия дозволенная, в отличие от твоей.
– Ну да, как же, дозволенная, – усмехнулся Аль-Харис, – ты такой же вероотступник, как и мы.
– Иногда я поступаю не так, как предписывает Сунна. Но сейчас мы хотим поговорить с тобой не об этом. Это ты украл дворец халифа?
– Клянусь Иблисом, я его не крал.
– Ты лжешь! Хайдар, ты ведь кастрировал этим летом своего жеребца?
Джинн довольно ухмыляется и подмигивает мне.
– Да, сахиб! И теперь мой жеребец самый быстроногий в халифате!
– Что ж, твои навыки сейчас нам пригодятся. Здесь достаточно ножей?
Колдун начинается извиваться в веревках.
– Стойте! Я сказал вам правду! Я не крал дворца! Как можно украсть то, чего не было на самом деле!
Мы переглядываемся с джиннами
– Что это значит?
Колдун зло зыркает на нас.
– Никакого дворца Аз-Захра никогда не существовало.
– А что же тогда все видели на его месте?
– Никто ничего не видел. Я накладывал заклятья по ходу строительства. Все думали, что они видели дворец, но они восхищались миражами. Мне это стоило много сил, я изнемогал, и я…
Подбегаю к колдуну и хватаю его за бороду.
– Кто приказал тебе наложить магию? Хотя постой, что за глупый вопрос. Но скажи-ка лучше, почему магия исчезла? Твои заклятья могли быть вечными!
– Я имел глупость проболтаться об этом тому, кто приказал мне их наложить. И он решил, что более уже не нуждается в моих услугах.
– Что ж ты не превратил его в камень?
– Увы, я много лет тому назад сделал ему амулет, защищающий от любой магии Иблиса. Ему и его людям, которые бросили меня в мешке на дно Гвадалквивира.
– Хорошо. Хайдар, отведи-ка пока его в темницу и не убирай далеко ножи.
***– Рахим, ты внимательно проверил все записи из казны халифа?
– Да, господин! Я ознакомился с каждой строчкой расходов на строительство дворца. Строителей, которых якобы наняли строить и которые получали деньги, никто в глаза не видел и не знает. Архитектор сказал, что все они якобы приехали из Самарканда и Бухары. Утром они появлялись, вечером исчезали. Никто не знает, где они обитали.