Вдоль границы трех миров. Колодец невесты

Глава 3

01 июня, четверг

Первое летнее утро Яна встретила на грядках, потому что за прошедший день дедушка все-таки умудрился расчистить и вскопать часть огорода. И теперь она ползала на коленях в очень старых и протертых во всех возможных местах джинсах, высаживая в землю пророщенные бабушкой огурцы. С подоконника ее окна солист Skid Row на довольно приличной громкости ставил соседей в известность о том, что юность становится дикой. Том-Слэш-Мася развалился на рыхленной земле, подставив утреннему солнышку белый живот, и Янке приходилось двигать кота по мере собственного перемещения на четвереньках по грядке.

В этой интересной позиции ее и застал Прохоров, выйдя на крыльцо своего дома, которое тоже было достаточно высоким, и соседский огород был виден оттуда как на ладони. Леха ржанул, поздоровался и спустился по лестнице с ведрами в руках.

– Тебя тоже припахали? А я за водой, – проинформировал он, приостановившись у забора. – Ни черта не выспался, нас вчера еще на деревню занесло, когда вы ушли.

– Как сходили? – поинтересовалась Янка, встав с колен и убавляя громкость.

– Да Славка с Лешкой двинули в сторону дома, они живут наверху недалеко от клуба. А Михе надо было к Лизке, это девчонка его. Я и пошел прошвырнуться с ним за компанию.

– Здорово, – улыбнулась через силу Яна, снова сделала музыку громче и вернулась на грядку.

Леха, гремя ведрами, направился к колодцу.

Днем к ней зашла Света. Яна в это время валялась на диване в своей комнате, гоняя по третьему кругу все тот же любимый сборник, с которого началось утро.

– Кошмар какой, а говорила, что Цоя любишь, – возмутилась Светка.

– И Цоя тоже люблю, – кивнула Янка. – А это Себастьян Бах.

– Кто? – вытаращила глаза Светка.

– У солиста псевдоним такой, – вздохнув, пояснила Янка. – Музыка под настроение.

– Зашибись у тебя настроение, судя по всему. Пойдешь со мной за девками?

– Пойду. Я пока освобождена от посадочно-прополочных работ. В душ бы сходить, только нет его. Буду сегодня кипятить тазы.

– Не кипяти, – махнула рукой Светка. – Тамарка собирается вечером топить баню, тазов на всех хватит.

– Отлично, – обрадовалась Яна. – Спасибо, Свет.

– Да не за что. Ты Тамарке понравилась, а девки так вообще от тебя в восторге. Сегодня с бабулькой еще познакомлю. Она у нас чудна́я, – Светка слегка призадумалась. И резюмировала: – Может, и вовсе с прибабахом. Но добрая, – отметила она. – Собирайся, давай.

– Да я готова, – ответила Яна.

– Ты вот прям так и пойдешь? – усомнилась Света, оглядев внешний вид своей новой знакомой.

Грязно-синие джинсы девушки были щедро оснащены прорехами с фрагментами белых и местами рваных поперечных нитей, особенно в районах коленей и подтянутой профессиональными танцами задницы. А облегающая белая борцовка слишком демонстративно подчеркивала почти четвертый размер ее высокой груди.

– Плевать, – упрямо сказала Янка и как попало заколола пряди черных волос, спасая от жары шею и плечи. – Вечером после бани переоденусь.

Нацепив на голову темные очки, она пристегнула к поясу малиновый собачий поводок и посмотрела на приятельницу:

– Идем.

Светка лишь хмыкнула и направилась к двери.

На подходе к дому Градовых, Яна опустила очки на глаза. Мишка возился во дворе с мотоциклом. Увидев девчонок, он распрямился и махнул им рукой. Светка поздоровалась, а Яна едва заметно кивнула и бегом спустилась вниз по лестнице. Светка едва поспевала за ней.

– Поздравляю. Он чуть шею не свернул, – догнав Янку, сообщила она.

– Кто? – делая вид, что не понимает о чем речь, переспросила Яна.

– Вот только не надо, ладно? Вчера уже было все понятно, Мишка на тебя запал.

– Пройдет, – деланно равнодушно ответила Яна. – У него вроде есть девушка.

– А тебе без разницы? – прищурилась Света.

– Ну, да, – как можно более спокойно сказала Яна.

– Да, так я и поверила. Тебя-то вчера я тоже видела.

– Тебе показалось.

– Ага, щас, – заявила Светка.

– Хорошо, – сдалась Янка. – Кто такая Лиза?

– А я не в курсе, – ответила Светка. – Честно. Она вроде местная, или откуда-то из соседнего села. Я же с Мишкой почти не общаюсь. Так что знаю только то, что они встречаются где-то год уже, и больше ничего. И еще я знаю, что псих тоже из-за тебя завелся, – добавила она.

– Ты про Славу? Как я понимаю, из всех знакомых здесь этот диагноз ты ставишь исключительно ему, – радуясь перемене темы, уточнила Янка.

– Угадала.

– Свет, почему ты его так не любишь?

– Потому что больной на голову, – лаконично объяснила Светка.

– Это я уже поняла. И все же?

– Не знаю, – искренне ответила Светка. – Просто не люблю. С ним невозможно разговаривать, не поймешь, когда он серьезно, а когда шутит. И всегда такая язва, что уже без разницы – шутит или серьезно, лишь бы отвязался. Такое ощущение, что он видит тебя насквозь, и все прилюдно выворачивает наизнанку. Ты еще увидишь, – пообещала она.

– Очень приятно, наверное, – с сомнением прикинула Яна.

– Не то слово, – кивнула Светка.

За разговором незаметно дошли до школы, забрали Женечку с Надюшкой и направились к почте.

Джесси запсиховала у поворота напротив парка. Присела на задние лапы, уперлась передними в землю, круто повела головой, словно пытаясь высвободиться из ошейника, и заскулила.

– Джесс, в чем дело? – испугалась Янка.

Овчарку трясло мелкой дрожью. Она тянула назад, преданно глядя хозяйке в глаза.

– Джесс, да что с тобой?! – наклонилась к ней девушка.

И в этот момент собака вдруг успокоилась. Встряхнулась, осмотрелась и, как ни в чем не бывало, деловито затрусила вперед. Яна переглянулась со Светой, удивленно пожала плечами в ответ на ее вопросительный взгляд и повернула к почте.

На пыльных ступеньках лестницы двухэтажного кирпичного здания сидел Слава. В белом джинсовом костюме, светло-коричневых казаках и солнцезащитных очках.

– Твою мать! – тихо выругалась Светка.

– Вспомни солнце, вот и лучик, – не удержалась от легкой колкости Янка, посмотрев на подружку.

Лестничный пролет был узким, и чтобы попасть наверх пришлось бы протискиваться вплотную между перилами и Радонежским или перешагнуть через его голову, не иначе. В том, что он не сдвинется с места, Янка уже не сомневалась.

– Хочешь, я поднимусь? – предложила она Свете.

– Второй этаж, налево, – с облегчением ответила та, забирая у нее из рук поводок.

Яна подошла к лестнице и приостановилась:

– Добрый день.

– Клевые джинсы, – глядя на нее сквозь черные стекла, вместо приветствия отвесил спорный комплимент Радонежский.

– Мне тоже нравятся, – так же скрывая глаза за темными очками, согласилась Янка и шагнула через его плечо сразу на третью ступеньку.

Растяжка была отличная, так что вторую ногу она действительно с легкостью перенесла через его голову, и спокойно пошла вверх по лестнице.

Отыскав кабинет Тамары, Яна уведомила ее о том, что они ждут на улице, и вернулась обратно.

– Спускаться вниз будет так же удобно? – не оборачиваясь, поинтересовался Радонежский, заслышав ее шаги.

– Вниз сложнее, – призналась Янка.

Уперлась левой рукой в его плечо, правой – в перила, и слегка подтянувшись, перебросила обе ноги через две ступеньки вниз. Мысленно поблагодарив изнурительные танцевальные тренировки за то, что сумела сейчас удержать равновесие, она картинно красиво выпрямила спину и направилась к Светке с двойняшками.

– Просто отлично, – незаметно аплодируя, похвалила довольная Светка. – Так ему.

– Мне не показалось, что его впечатлило, – ответила Яна.

– Тебе неправильно показалось, – возразила ее новая подруга. – Ой, ну ты глянь, какие манеры, – язвительно добавила она, глядя ей за спину.

Яна обернулась. Славка встал, освобождая Тамарке путь вниз, и приветливо с ней поздоровался. Тамарка заулыбалась, ласково тронула его за локоть, что-то сказала и, засмеявшись, пошла к девчонкам.

После обеда подружки сидели на низеньком крылечке террасы Светкиного дома и ждали, когда истопится баня. Сестрички возились на траве с собакой, рядом с ними шастали разномастные куры под предводительством рыжего петуха с иссиня-черным пышным хвостом. Светка развлекалась тем, что незаметно швыряла в них мелкими камешками, а Яна полулежала на нижней ступеньке, вытянув вперед скрещенные ноги и опираясь локтями на верхнюю. Баба Клава в выцветшем халате и галошах присматривала за младшими внучками с лавки.

– Девки, как мыться пойдете, ба́нника там не пужайтесь, – улыбаясь беззубым ртом, предупредила она.

– Банник, это еще кто? – задрав голову к небу и глядя на солнце сквозь темные очки, спросила у Светки Яна.

– В бане живет, дух, – невозмутимо пояснила та.

– А-а, в доме – домовой, в бане – банник. Я правильно поняла? – усмехнулась Янка.

– Ага, – кивнула Светка. – Шалит иногда, тазы переворачивает, веники треплет…

– И шампунь пьет, – пробормотала Яна. – Скоро я тут с вами тронусь.

– Засветло-то, глядишь, и обойдется, – задумчиво прикинула баба Клава. – А вот опосля́ четвертого пара людя́м там делать не́ча, то его время с женой обдери́хой побаниться. В потемках они токмо чертям да шиши́ге мыться дозволяют.

– А шишига кто такая? – от нечего делать поинтересовалась Янка.

– Лихая она нечисть, тех привечает, кто в баню идет не помолившись. Знакомой аль родственницей обернется, да запарит до смерти. Коль такая напасть случилась, иль же банник с ба́нницей вдруг осерчали, бежать оттудова задом наперед надо. А чтоб их всех усмирить, задушенную черную курицу у бани прикапывают.

– Жесть какая, – фыркнула Янка.

– Здоро́во, Клавка, – произнес рядом с ними скрипучий голос.

Яна оторвалась от созерцания неба и посмотрела вбок.

– Вера, – одними губами прошелестела Света.

У лавки стояла сухонькая старушка, вся нескладная, в синей юбке и бордовом пиджаке. Правый глаз бабушки был голубой и тусклый как у снулой рыбы, а левый – затянут белой пленкой. На согнутой в локте левой руке у нее висела плетеная корзинка, прикрытая узорчатым тканым полотенцем.

– Здоро́во, Верка, – ответила баба Клава. – Далече собралась?

– Да новым соседям пирогов вот несу, – сказала баба Вера. – С хозяйкой познакомлюсь. Ихняя девка что ли? – кивнула она на Яну.

– Ихняя. Ступай себе, делать будто нечего, людей тревожить. На огороде б своем торчала, – недовольно проворчала Клавдия.

– А чего там торчать-то? – засмеялась баба Вера. – Игорек и воды уж натаскал, и грядки окучил, теперь забор латает. А мне что, отдыхать только остается.

– Золотой у тебя внук, – похвалила баба Клава.

– Да вот и я говорю, золотой, – согласилась баба Вера и помолчала. – Женить его пора.

– Успеется, – отмахнулась Светкина бабушка. – Такого хозяина с руками оторвут.

Яна со Светой переглянулись и прыснули.

– Ну, пойду я, – сказала соседка.

– Ой, Янка, она таперича от твоей бабки не отвяжется, – покачала головой баба Клава, когда Вера отошла подальше. – Вот как прицепится, так не отвадишь.

– Дед ее быстро отцепит, – ответила Яна.

– Вот увидишь, – пообещала Клава.

С верхнего луга послышался треск мотора мотоцикла. Мимо Светкиного огорода, сбросив скорость, проехал Мишка Градов и направился к дому Прохорова. Заметив Яну, слегка притормозил, а потом наддал и лихо заложил поворот. Светка обменялась взглядами с подошедшей к ним Тамаркой и покатилась с хохота.

– Что ты ржешь? – вздохнула Янка.

– Барин-то, чай, влюбился, – засмеялась и Тамарка.

– Да ну вас, – отмахнулась Яна.

– Светк, ты помнишь, чтоб он хоть раз сам к Лехе приезжал? – продолжая веселиться, задорно спросила тетка.

– Да я и пешком его тут не помню, – издевалась Светка. – Хотя куда как ближе по тропинке, дорогой-то крюк выходит.

– Свет, Том, прекратите, – тоже начиная смеяться, попросила Янка.

– Да чего прекращать, девка. Влюбился, как пить дать, – лучисто улыбнулась Светкина тетка. – Так, а ну мыться, быстро! – без перехода громко крикнула она дочкам.

Первыми в баню пошли двойняшки с Тамарой, следом за ними отправилась баба Клава. Света с Яной были последними в очереди.

Испытывая настоящее удовольствие, Янка напоследок несколько раз окатила себя прохладной водой из деревянной бочки, а Светка тем временем уже расчесывала мокрые волосы, завернувшись в короткую простыню.

И тут вдруг стоявшее на высокой лавке у приоткрытого окна железное ведро неожиданно покачнулось, секунду побалансировало на краю сиденья и с грохотом обвалилось на пол. Светка взвизгнула и вжалась в стену рядом с дверью. Яна схватила полотенце, быстро прикрылась им и растерянно посмотрела на Свету.

– Я же говорила, банник, – прошептала разом побелевшая Светка.

– Прекрати, – неуверенно проговорила Янка.

С улицы раздался смех, и в окошко заглянула Тамарка.

– Чего, девки? Наложили со страху? – заливалась она.

– Тамарка, чтоб тебя! – завопила Светка. – Я чуть не померла тут!

– Ой, не могу! – продолжала сквозь смех тетка. – Обдерихи испугались. Дурынды!

После бани девчонки сушили волосы на кухне у Ширяевых. Тамарка периодически косилась в их сторону и похохатывала, глядя на дующуюся Светку. Надолго, правда, у племянницы терпения не хватило, и она, не выдержав, прыснула. Яна тоже рассмеялась, за ней – двойняшки. Баба Клава присоединилась к общему веселью, шамкая беззубым ртом. Помещение наполнилось дружным громким смехом.

За огородом снова затрещал мотоцикл, Мишка проехал обратно.

– Не дождался тебя, – пихнула Яну плечом Светка.

– Мало ли, по каким делам он приезжал к Лехе, – попыталась отвертеться Яна.

– Да ясно, по каким, – выходя в сени, опять хохотнула и без того веселая Тамарка.

– Перестаньте… – улыбнулась Янка, причесывая Надюшку.

– Янк, а он тебе нравится? – прищурилась Света.

– Не знаю, – не стала говорить категоричное «нет» Яна.

– Значит, нравится, – уверенно кивнула Светка.

– «Не знаю», это значит, что я пока не знаю… может быть, и нравится…

– Ну, если «может быть», то точно нравится, – снова засмеялась Светка.

– У него эта, как ее, Лиза, – напомнила Яна.

– Лизка сегодня есть, завтра нет, – махнула рукой Света. – Сейчас Тамарку про нее спросим, она всех тут знает.

– Не надо, – попыталась остановить подружку Яна, но куда там.

– Томк! Ты про Лизку, которая с Градовым гуляла, знаешь что-нибудь?! – намеренно поставив глагол в прошедшем времени, заорала с кухни Светка.

– Тихо ты! – шикнула на нее Янка.

– Кондрашовых что ль девку?! – в полный голос отозвалась Тамарка из сеней, громыхнув ведрами.

– Как на вокзале, – вздохнула Яна. – В матюгальник на всю платформу.

– У ней дед с бабкой живут ниже по бугру от почты. Как раз напротив Мишкиного дома через ручей. Ну, вот оттуда она ему, видать, и примелькалась. Здоровая девка, выше его на голову, – высказалась Тамара, заходя на кухню. – Чего он в ней нашел, непонятно.

– А давно они гуляют? – продолжила допрос Светка.

– Да года полтора-два уж… – прикинула в уме Тамарка. – Что я, слежу за ними?! – рявкнула она на Светку, но та и ухом не повела.

– А живет она где? Ну, то есть, постоянно. Она ж не местная?

– В Богословске.

– Это соседнее село, как я тебе и говорила, – пояснила Света Яне. – Значит, глаза она ему мозолит только летом.

– По-моему, доехать на мотоцикле до соседнего села – не проблема, – возразила Яна.

– Бери больше, она с ним раньше училась в нашей школе. На автобусе сюда два года ездила, – сказала Тамарка. – А потом уж встречаться начали.

– Ну, значит, сама его высиживала, и точно уже успела надоесть, – сделала следующий полезный вывод Светка. – Раз ему теперь тут медом намазано.

– И правильно. Янка-то у нас, погляди, какая девка симпатишная да статная, – вмешалась подслушивающая разговор баба Клава.

– Ты-то куда в их дела лезешь?! – гаркнула на нее Тамарка. – Сами разберутся! А вообще, хорошо б смотрелись, – уже совсем другим тоном добавила она. – И он парень ладный.

– Эй, а меня кто-нибудь спросил, собираюсь я «смотреться» с этим ладным парнем? – со смехом поинтересовалась Янка.

– Чего тебя спрашивать, – отмахнулась Светка. – И так все ясно. Не с Радонежским же тебе смотреться. Тьфу ты, не к ночи будет помянут!

– А этот чего, тоже? – проявила интерес Тамарка.

– И этот тоже, – специально, чтобы позлить Светку, кивнула Янка. – Так что, давай теперь про него рассказывай. Я, может, еще выбирать буду.

– Очень смешно, – скривилась Светка.

– А про него я тебе мало чего расскажу, – задумалась Тамара. – Он сюда всего несколько лет как переехал. Сейчас вроде один живет, не знаю точно.

– Это понятно, – перебила тетку Света. – Ты нам про то, какой он, расскажи.

– А какой? Нормальный парень, – пожала плечами Тамарка. – Всегда вежливый, культурный.

– Мы, наверное, о разных парнях говорим, – проворчала племянница.

– Чуть за двадцать ему сейчас должно быть, как и Мишке. Хотя он старше кажется, – добавила Тамара.

– А мозгов так и нет, – продолжала бубнить Светка.

– Если не прекратишь, я начну думать, что ты влюбилась, – поддела ее Янка.

– Офонарела что ли?! – с испугом открестилась та.

– Ладно, я домой. Спасибо за баню, Тамар, – сказала Яна.

– Да брось ты, – улыбнулась она.

– Вечером пойдем? – спросила Светка.

– Опять костер?

– Там посмотрим, – уклончиво ответила подружка.

– Хорошо. Заходи за мной, – Янка свистнула дремавшей у крыльца терраски Джесс и отправилась к себе.

Света зашла, когда Яна с дедушкой заканчивали ужинать.

– Присаживайтесь, Светлана, – радушно пригласил гостью дед.

– Ой, нет, дядь Петь, спасибо. Я только из-за стола, – отказалась Светка.

– Тогда по стопочке наливки. Пока бабушка не видит, – заговорщицки подмигнул он.

– Я не пью совсем, – замахала руками Света.

– Бог с Вами, барышня, – удивился Петр Егорович. – Это же не крепкий алкоголь, а ягодный бальзам. Матери моей покойной рецепт сохранился. Исключительно полезно для сердца, – и ловко достал из неразобранной еще картонной коробки три рюмки. – Вот так, совсем чуть-чуть, – сказал он, аккуратно наливая рубиновый напиток в хрустальную посуду. – За знакомство, соседка.

Яна улыбнулась деду и наклонилась к Светке:

– Не паникуй. Она совсем слабая и сладкая как сироп, – и легко выпила свою порцию.

Света поднесла стопку к носу, пригубила, собралась с духом и опрокинула ее залпом.

– Выжила? – посмотрела на нее Янка.

– Вполне, – ответила Светка и засмеялась.

– Пойдем тогда, – встала из-за стола Яна.

– А я вам что говорил, – удовлетворенно подтвердил дедушка. И поинтересовался: – Снова в ночную?

– Как получится, – пожала плечами Яна. – Куда сегодня? – выйдя за калитку, спросила она Свету.

– НЛО смотреть, если прилетят, – объявила Светка.

– Здесь еще и НЛО водятся, помимо привидений? – порадовалась Янка.

– Здесь всего полно, – согласно кивнула Светка. – Сейчас пойдем наверх, там первые малые стожки стоят. Я при Тамарке говорить не стала, потому что если валяться в сене, оно потом «горит», и корова его есть не станет. Тамарка нам головы отвинтит.

– Зачем тогда идем? – резонно поинтересовалась Яна.

– Да это Томка на днях косу налаживала у леса. Пробный покос, смотрела, как трава ложится. Курам подстилка в лучшем случае, рано еще косить на сено, – отмахнулась Светка. – Но орать все равно будет. Если сильно стог не мять, то ничего не случится. И лугови́к за это пока не рассердится, – добавила она.

– Ясно, – проигнорировав очередной Светкин бред про местных духов, отозвалась Янка.

Девчонки вышли на верхний луг и направились по тропинке к лесу.

– А Леха где? – вспомнила про соседа Яна.

– А кто его знает, может, на деревню поперся, – пожала плечами Светка. – Или ты вовсе не Лехой интересуешься?

– Да нет, я просто так спросила.

– Ну да, ну да… – усмехнулась Светка.