Истории долины Желтых цветов

Глава 2.

На утро внезапно по всему дому раздались крики маленького Джонни. Родители вскочили на ноги и бросились к спальне своего сына, резко открыв дверь, они замерли на месте, не в силах пошевелиться. В спальне на столе сидел их Джонни и дико кричал, задрав голову вверх, а под ним на полу бегал на четвереньках и рычал Джек Харпер (младший).

– Джонни!? – сквозь пересохшее горло выговорил Чил Милани. – Что с тобой, что случилось?

– Ничего, – мальчик ловко спрыгнул со стола и подбежал к родителям. – Мы играем. Мама, папа, спасибо, что вы подарили мне братика, с ним так интересно. Я играю главного волка и рычу на всех, а он меня охраняет, а сейчас мы должны пойти на охоту.

– Подожди, – Чил хотел улыбнуться, но не смог. – Не надо на охоту. Джек, – обратился он к маленькому гостю. – А может, поиграете в другую игру, например, в лошадей, можно скакать как будто в горах?

Джек бросил беглый взгляд на кровать Джонни, та была взбита просто до неузнаваемости.

– А мы уже скакали как лошади, – тихо произнес он.

И только теперь Чил громко рассмеялся, увлекая своим смехом и Сьюзен.

– Ну вы молодцы. Значит, вы уже познакомились, тогда давайте завтракать, а потом мы поедем к дяде Найду.

– Ура! – Джонни радостно закричал и забегал по комнате, затем он метнулся к Джеку. – Знаешь, дядя Найд самый сильный на свете и еще самый добрый, он тебе понравится.

Найд Салтон снял чайник с огня и заварил травяной чай, когда к его дому подъехала машина. Первым в дом ворвался Джонни, он с разбегу бросился на мужчину.

– Привет, дядя Найд, а чай уже готов?

– Да, дружище, готов, ну-ка давай знакомь меня со своим другом.

– А это не друг, это мой братик, пойдем, Джек, дядя Найд добрый.

Джек медленно вышел на середину комнаты и остановился, а когда Найд попытался к нему приблизиться, оскалил зубы и глухо зарычал.

– Слушай, – весело произнес Найд, – а у тебя здорово получается. Давай твою ручонку, и пойдем пить чай из белой травы, такого ты, наверно, еще не пробовал?

– Нет, – тихо ответил мальчик и, безропотно подчинившись, уселся за стол.

Разлив детям чай, Найд отвел Чила к дверям и тихо, чуть слышно произнес:

– Посмотри на Джека и теперь на портрет Глории. Ты видишь это? Скажи? Я же не сошел с ума?

– О! Боже, они похожи друг на друга как две капли воды!

– Дружище! Это ее сын! Это сын моей Глории! Этот ублюдок Харпер выбрал себе в матери наследника самую лучшую женщину!

Найд вдруг сорвался с места и буквально подлетел к столу.

– Джек, послушай, – голос мужчины дрожал, – у меня много животных, есть коровы, быки, есть целый табун лошадей. Ты хочешь на них посмотреть? Я покажу тебе моего нового жеребенка, Звездочка сегодня его родила. Ну что, хочешь посмотреть?

– Да, очень, – отозвался мальчик.

– А еще я знаю один секрет, как сделать так, чтобы конь слушался только тебя одного, Джонни уже знает, – Найд подмигнул малышу, и тот, довольный тем, что уже посвящен в эту тайну, хитро заулыбался. – Нужно, когда конь родится, успеть раньше, чем его мать закричит, проговорить ему его имя на ухо, чтобы он запомнил твой голос. Чил! Это удивительный ребенок, посмотри, как он развит для своего возраста, у него очень крепкое телосложение, сразу видно, что с ним занимались. Я очень хочу показать его мастеру Ли, это же можно?

-Как сам Джек скажет, я не против, тем более в монастыре Гор дают неплохое образование. Джек? – Милани склонился над мальчиком. – Ты хочешь учиться у дяди Найда, он умеет слышать горы и море, он понимает язык животных и может победить горного льва. Хочешь? Джек немного растерялся, он примерно с минуту смотрел то на Найда, то на Чила. Еще вчера утром он был в пещере с отцом, ночью попал в дом Милани, а уже сегодня переходит в руки Найда…

– Да, – наконец произнес мальчик. – Я хочу учиться слышать горы и море, можно только я еще поживу у вас с Джонни?

– Конечно! – Чил крепко обнял ребенка и потрепал его черные непослушные локоны. – Ты только днем будешь учиться, Джонни учится в школе для маленьких, а ты будешь учиться в школе для больших, а после уроков или я, или дядя Найд будем тебя и Джонни забирать домой.

– Джек? – вмешался Найд. – А давай поедем туда прямо сейчас. Я покажу тебе всякие интересные вещи, на которых можно тренироваться, а потом я отвезу тебя назад к дяде Чилу и Джонни, поедем? – мальчик кивнул головой.

После завтрака они все вместе вышли из дома, Чил и Джонни сели в свою машину, а Найд с Джеком в свою, и тут Найд заметил, с какой грустью мальчик смотрит на отъезжающую машину Милани.

– Не переживай, скоро мы к ним вернемся. Они тебе понравились?

– Да очень, с ними интересней даже, чем с папой. Папа хоть и добрый, но он у меня убийца, его полиция арестовала.

– Ничего, мы тебя не бросим, теперь ты будешь жить с нами, а когда вырастишь, сам решишь, куда тебе идти…

Стрелка на часах показывала уже почти десять часов вечера.

– Мама, мама, – капризничал Джонни. – А когда Джек вернется, а что, он у дяди Найда останется? Я не хочу, папа, едь за ним, я не буду без него спать.

– Действительно, – встревожено произнесла Сьюзен. – Где они пропадают, ты звонил Найду?

– Да, трубку никто не берет, дома их явно нет. Погоди. – Чил поднял указательный палец вверх. – Приехали гуляки, вот я им сейчас задам.

В этот момент дверь дома распахнулась, и на пороге появились Найд и сияющий от счастья, немного усталый Джек, который тут же вместе с Джонни убежали в детскую комнату.

– Найд, ты что с ним сделал, у него глаза горят. – Заулыбалась женщина.

– Вы не представляете, что это за ребенок! Мастер Ли восхищен им! Джек прошел всю первую ступень сразу и за один раз, он несколько раз сильно ударился, но ни разу не заплакал, даже не застонал, как будто ничего не произошло. Знаете, такой силой воли в моей жизни обладала только моя Глория. Чил, я благодарен тебе, что ты позволил мне сегодня прикоснуться к ее частичке.

– Вообще-то, – робко произнес Милани, – я надеялся, что ты займешься его воспитанием. Понимаешь, я целыми днями пропадаю на съемочных площадках…

– Не продолжай. Я займусь этим ребенком с огромным удовольствием.

– Да, только завтра нам с ним нужно поехать в клинику к Самуэлю, нужно поставить его на учет, завести карточку, прививки там всякие.

– Чил, хочешь добрый совет: не разрешай Самуэлю лечить Джека. Если что случится, не дай Бог, конечно, я сам займусь здоровьем мальчика. А эта традиционная медицина ничего ему хорошего дать не может.

Чил не стал спорить с другом, тем более этот спор между травником Найдом и доктором Самуэлем длился уже много лет, хорошо только то, что на их дружбу как людей это никак не влияло.

– Ладно, друзья, – продолжил Найд, – Я поехал. У меня там Красавица одна целый день, а ей не сегодня так завтра рожать.

Чил хлопнул друга по спине:

– Найд, ты сумасшедший, когда дело касается лошадей. Да справиться твоя кобылка и без тебя. Давай лучше чай пить или даже лучше ужинать.

– Нет, спасибо, мы с Джеком в монастыре поужинали, так что и он тоже сыт. Завтра, после Самуэля, приезжайте ко мне.

…Ближе к полуночи дом, наконец, уснул, только Чил Милани не то, чтобы задремать – глаза не в силах был закрыть. Прошлая ночь выдалась беспокойной, какая она будет сегодня, чего следует ожидать – снова волчий вой?

«Так, во сколько вчера я услышал эти ужасные звуки? – начал усиленно думать мужчина. – Кажется, в часа три ночи? Да, точно, в три. Значит, надо встать на час раньше и что-то предпринять, чтобы волчица не разбудила Джека. Что же сделать? Спугнуть ее? Нет, это тоже не выход, тем более такое животное вряд ли испугаешь. Что же все-таки сделать? Ладно, встану и посмотрю по ходу дела».

Чил спрятал будильник под подушку, и поэтому тот прозвенел тихо, не разбудив Сьюзен. Чил встал, оделся и быстро вышел во двор, дойдя до ворот, мужчина остановился. До свидания с волчицей, по его подсчетам, оставался еще примерно час, может, переждать это время во дворе дома? Нет, надо все-таки идти, мужчина шагнул за ворота и замер на месте: в свете луны под большим деревом он увидел фигуру волчицы.

Чил Милани почувствовал, как его рубашка прилипла к спине. Мужчина попытался пошевелиться, но не смог – тело абсолютно не слушалось. И тут животное подняло голову – волчица собиралась завыть.

– Не надо, – само по себе вырвалось у мужчины. – Не надо этого делать.

Невероятно, но животное его услышало, зверь опустил голову, и, даже стоя у самих ворот, Чил расслышал его глухое рычание. В следующую минуту мужчина сделал то, что в нормальном состоянии ни за что бы не согласился повторить – он шагнул в сторону волчицы, та зарычала громче, но с места не сдвинулась. Тогда Чил сделал еще несколько шагов вперед, животное по-прежнему оставалось неподвижным.

Когда же до большого дерева оставалось пару волчьих прыжков, мужчина замер на месте. Волчица низко опустила голову, прижала уши, но рычала уже тише.

-Не надо его будить, прошу тебя. – Чил с трудом верил, что смог заговорить с диким зверем, животное же стояло как вкопанное и, кажется, действительно слушало человека. – Джек любит тебя, но он ребенок, и ему надо спать по ночам. Он у тебя талантливый. Ты воспитала сильного, ловкого сына, ему надо развиваться дальше. Я обещаю, что позабочусь о нем, поверь мне. Иди домой, иди, не бойся за него, твой ребенок в надежных руках. Иди же, иди.

Мужчина замолчал, еще с минуту оба, и зверь, и человек, оставались неподвижны, а затем волчица сделала шаг назад и, все время оглядываясь на Чила, убежала прочь.

Еще несколько ночей подряд мужчина вставал и выходил за ворота, но волчица больше не приходила, неужели животное поняло человека и поверило ему?

Прошло примерно два месяца. Джек и Джонни сдружились еще сильней, и, возвращаясь каждый из своей школы, они бежали друг к другу, и играли до позднего вечера, пока их не разводили по своим комнатам.

Чил и Сьюз наслаждались воспитанием мальчиков, хотя в городе не все с пониманием отнеслись к тому, что Милани взяли на воспитание сына убийцы. Но маленький Джек, к счастью, всё время проводил с Найдом в монастыре Гор, а в выходные дни часто пропадал с ним на ферме или в горах с диким табуном.

И вот прошел очередной день, очередной вечер, и наступила такая же очередная ночь. Чил Милани поцеловал жену и, повернувшись на бок, уснул. И, как ему показалось, уже через минуту проснулся, но стрелки на часах показывали уже третий час ночи. Третий час! Мужчина резко встал – опять это же время, но почему!?

Чил потихоньку оделся и вышел за ворота. Давно он этого не делал, но сегодня, как будто что-то заставляло его совершить этот безумный поступок. И уже через мгновение он понял, что: в свете луны под большим деревом стояла волчица.

Чил Милани уже смелее двинулся ей навстречу, на этот раз животное не рычало. Мужчина решился подойти еще ближе, чем в ту сумасшедшую ночь, он остановился всего лишь в паре метров от зверя.

-Привет, мама, – робко начал Милани, – Джек спит, у него всё хорошо. Он счастлив, всё время тебя вспоминает, скучает по тебе. Но ты молодец, что его не разбудила, ты хорошая мать. Как у тебя дела?

Чил слегка вздрогнул, когда волчица сделала шаг ему навстречу. Страх ни на минуту не покидал его, но животное по-прежнему не рычало, не было ни намека на агрессию. Что все это могло бы значить?

Шаг за шагом волчица подошла к мужчине вплотную, посмотрев ему прямо в глаза, она медленно опустилась на землю и, положив свою огромную голову на ноги человека, вздохнула и замерла.

-Мама, ну что ты, в самом деле. Я понимаю, что вы животные благодарные, но не до такой же степени, все будет хорошо с твоим малышом. Иди домой.

Животное не двигалось.

– Мама? Мама? – голос Чила дрогнул, он отступил на шаг назад, и голова зверя безжизненно съехала на землю.

– О, Боже! Мама? – Чил встал на колени и слегка коснулся животного, затем положил руку на его бок – волчица не дышала. Мужчина не заметил, как по его щекам потекли слёзы, да он и представить себе не мог, что будет оплакивать дикого зверя.

– Мама, ты пришла попрощаться. Ты не смогла жить без своего волчонка, ты любила его больше своей жизни. Прости меня, я отнял у тебя сына, прости людей, это люди звери, а не ты. Ты была просто матерью. Спи спокойно, я сделаю всё, чтобы Джек был счастлив.

Чил Милани вскочил на ноги, он не помнил, как добежал до ворот, как нашел лопату на хоздворе, как вернулся к дереву. Он быстро выкопал довольно большую яму и, стащив туда труп волчицы, забросал его землей, сделав аккуратный холмик.

– Я расскажу Джеку про эту ночь, про твою могилу, обещаю тебе, но только чуть позже. Я думаю, ты всё поймешь. Покойся с миром, мама.

Буквально через неделю события этой ночи вновь встали перед глазами Чила. Тогда-то он и понял, как был прав, сравнивая людей и волчицу…

Джеку предстояло сделать очередную прививку, и чтобы мальчик не так переживал, Чил Милани взял с собой и Джонни в клинику к Самуэлю как группу поддержки.

Когда, наконец, все процедуры были завершены, Самуэль обратился к Чилу:

– Дружище, мне надо кое-что с тобой обсудить, и желательно сейчас, как нам лучше это сделать?

– Может, отправить мальчиков в игровую комнату? Только, конечно, не одних.

– Я тебя понял, – ответил доктор, затем он присел на корточки перед детьми. – Ну что, ребята, вы хотите пойти поиграть? У нас тут замечательная игровая комната есть на нашем этаже, здесь недалеко.

– Да! – в один голос закричали мальчики.

Самуэль поднял трубку и набрал пару цифр:

– Генри, подойди ко мне, пожалуйста.

Через минуту в кабинет вошел высокий худощавый человек в медицинской одежде. Самуэль передал ему детей и, дав ценные указания, отправил их в игровую комнату.

– Итак, – подсел он поближе к Чилу. – То, что я тебе расскажу, когда-то касалось только Глории. Никто, кроме моего отца и меня, не знал об этом, да и знать уже как бы незачем, пока я не обследовал Джека.

-Сэм, ты меня пугаешь.

-В общем-то, да. И этот страх будет для тебя полезен, а еще более он будет полезен для мальчика. Глория была больна редкой болезнью, она не чувствовала боли. Такие люди обычно долго не живут и нередко бывают умственно отсталыми, но Глория, к счастью, во всем другом была абсолютно здорова. Так вот, у Джека тот же диагноз.

-И что? – Чил с трудом проглотил ком в горле. – А у него с психикой все нормально?

-Да, не считая влияния тех условий, в которых он родился и вырос. Но это ты прекрасно шаг за шагом исправляешь. А страшна эта болезнь для мальчика тем, что он может сломать себе что-нибудь и даже не почувствовать этого. Болезни внутренних органов, воспаления, все это ни ты, ни он не сможете узнать. Единственный выход – никаких физических нагрузок, частый отдых, потому что усталость он тоже не почувствует. Ты должен будешь приучить его отдыхать по времени. И постоянно приходить ко мне на обследования. И прошу тебя, просто умоляю, в случае какой-нибудь экстренной ситуации вези мальчика сначала ко мне в клинику, а уже потом к Найду, не все болезни можно вылечить травами, чтобы там этот отшельник не говорил.

Чил хотел было задать следующий вопрос, и в этот же самый момент в кабинет с силой постучали. Доктор открыл дверь и невольно сделал шаг назад – на пороге стояло несколько женщин с маленькими детьми на руках.

– Простите, доктор, – возмущенно начала самая активная. – Но это уже слишком. Вы хоть представляете, какую потенциальную угрозу представляет этот ребенок?

Самуэль сдвинул брови и взглянул на мальчика в женских руках.

– Да не мой сын, – догадалась женщина и, заметив в кабинете Чили Милани, начала говорить еще громче. – Я имею в виду сына Джека Харпера, этого Маугли, он же абсолютно дикий! И еще неизвестно, какую заразу он принес из своей волчьей пещеры, и вообще мы все против, чтобы вместе с нашими детьми лечили этого звереныша.

– Миссис, как вы можете так говорить, он вполне человеческий ребенок, а не звереныш…

-Сэр, – женщина даже слушать не хотела доктора. – У нас у всех одна единственная просьба: оградить наших детей от этого маленького зверя, или в противном случае мы все вместе подадим на вас в суд за…

Внезапно женщину прервали испуганные крики собравшихся вперемешку со странными нечеловеческими звуками. Женщины отскочили по сторонам, образовав некий коридор, и то, что Самуэль с Чилом увидели в следующую минуту, повергло их в подобие шока. Милани опустил низко голову, а доктор прикрыл рот рукой, так чтобы никто не заметил его улыбки – сквозь строй перепуганных мамочек на четвереньках пробирались первый Джек, а за ним Джонни. Джек виртуозно рычал и бросался на людей, пытаясь укусить их за ноги, маленький Джонни изо всех сил старался подражать своему «вожаку». После того как дети заползли в кабинет, Самуэль медленно закрыл за ними дверь, оставив женщин за порогом, и, наконец дав волю чувствам, весело рассмеялся.

Мальчики же перебрались на диван и, глядя друг на друга, на смеющегося доктора, тоже занялись веселым смехом, но затем Джек, несколько раз дернув плечами, опустил голову и замолчал. Чил быстро подсел к ребенку и крепко обнял его.

-Ну что ты загрустил? Так было весело, вы с Джонни просто молодцы!

-Почему они такие злые? – по щекам мальчика скатились слезинки. – Они все меня ненавидят? Да?

-Джек, послушай меня, в мире людей, в который ты попал, всё совсем не так, как было в твоем волчьем мире. У волков всё просто, у них нет ненависти, они даже не знают, что это такое. У них есть семья, и, если семья голодная, они все вместе идут на охоту, ведь так было у тебя?

-Угу, – качнул головой ребенок.

-А в мире людей ненависти полно, некоторые люди только ей и живут. Но ты не должен об этом думать, у тебя есть мы: я, мама-Сьюзи, Джонни, вот Самуэль, доктор, Найд, твой учитель, Джефф, он самый главный в городе полицейский. Мы все твоя новая семья, и мы все всегда будем тебя любить. Всегда! Посмотри на меня, малыш, и послушай, пусть весь мир возненавидит тебя, но мы всегда будем с тобой. Ты должен жить нашей любовью, дышать нашей любовью, ты меня понимаешь, сынок?

Мальчик вытер слезы, он посмотрел на Чила, на доктора, на маленького Джонни.

-Да, я понимаю, только можно поскорее отсюда уехать к вам домой.

Чил широко улыбнулся и прижал мальчика к себе еще крепче.

Время полетело еще быстрее. Чил Милани более тщательно старался ограждать маленького Джека от ненужных переживаний, приучая мальчика жить, развлекаться, играть, учиться и отдыхать строго по расписанию, предупредив об этом всех, включая мастера Ли из монастыря Гор. И вскоре Чил решился впервые в своей практике попробовать себя как режиссера детского кино. Сценарий он взял по знаменитой книге про Маугли и, естественно, на главную роль утвердил Джека Харпера (младшего), что ни у кого не вызвало никаких возражений. Все понимали, что ни один ребенок на свете не смог бы так правдоподобно сыграть волчонка, как сам волчонок. Первые съемочные дни прошли как по маслу. Вся съемочная группа буквально наслаждалась процессом, восхищаясь талантом мальчика. А Джеку, кажется, начинала нравиться его новая роль в жизни – роль будущей кинозвезды…

И вот в очередное утро перед съемками Чил Милани разбудил мальчиков, накормил их завтраком, стараясь не побеспокоить Сьюзен, которая с раннего утра проводила онлайн консультацию с супружеской парой с другого конца страны. Мужчина уже хотел выходить из дома, как вдруг в гостиной зазвонил телефон.

– Алло? А, Сэм, привет.

– Чил, надеюсь, ты не забыл, какое сегодня число?

– Да вроде помню, ой! – Чил Милани стукнул себя ладонью по лбу. – Прививка! Самуэль, прости, я забыл, понимаешь, новая картина и всё такое.

– Я понимаю, но прививка – это очень серьезно. Ты Джека ко мне привезешь или мне подъехать к вам?

– Лучше к нам, если ты помнишь, прошлый визит к тебе в клинику закончился не очень хорошо для Джека. А ты можешь приехать прямо сейчас, а то Билли с ребятами уже заждались нас в павильоне?

– Хорошо, еду.

Чил Милани усадил детей смотреть мультфильмы в ожидании доктора, а сам хотел пройти в библиотеку, но тут в дверях раздался раздраженный звонок.

Мужчина открыл дверь и под натиском гостя сделал пару шагов назад.

– Кирк? Кирк Браун? – удивился Милани.

Огромный детина лет тридцати, зайдя в дом, презрительно посмотрел на мальчиков и вывел из-за спины ребенка такого же возраста, как и Джон с Джеком.

– Чил Милани, это мой сын Роберт. Мы только что, можно сказать, с трапа самолета, который привез нас сюда из Голливуда. Там мой мальчик успешно снялся в нескольких рекламных роликах, и голливудские режиссеры усмотрели в нем скрытый талант. Если не помните, то пару лет назад вы отказались работать с моим сыном.