13 Королей Зодиака. Книга 1. Танец теней

Девушка стояла вся в крови, дыхание её было тяжёлым и прерывистым, а в глазах стояла полная растерянность. Осознав случившееся до конца, она чуть не лишилась чувств от ужаса: ей не верилось, что она могла такое сотворить. Однако она взяла себя в руки и, с тревогой взглянув на свою одежду, принялась смывать с себя пятна крови, а после торопливо стала осматривать полки и ящики в поисках ценных предметов. Собрав несколько серебряных ложек и вилок, а также украшения – зажимы для волос, амулеты и изящный женский ножик, служивший скорее украшением, но при необходимости годившийся и для защиты, – она сложила всё в небольшой мешочек. Той же ночью Софилия закопала тело кухарки, чтобы спрятать следы своего преступления.

Ранним утром следующего дня она покинула дом, осторожно пробираясь по улицам в поисках безопасного жилища.

Под лучами восходящего солнца, разгоняющего утренний туман, город Нойл-Вир начал пробуждаться. Внутренний мир Софилии резко контрастировал с красотой этой идиллической картины. Девушка ощущала, как под властью неутолимого желания он превращается в бурлящий океан. Жажда крови, подобная беспощадному приливу, затапливала каждую клетку её тела, проникала в самые глубины её сущности. Казалось, что неудержимые инстинкты скоро поглотят её сознание.

Выпивший мужчина, вышедший из здания, похожего на бордель, неуклюже прошёл мимо неё и упал неподалёку, лишившись сознания. Взгляд Софилии сосредоточился на нём, и после недолгой борьбы между жаждой крови и человечностью она схватила мужчину за руки и попыталась перетащить в более уединённое место, чтобы избежать посторонних взглядов. Однако её сил не хватало, чтобы совладать с весом мужчины. Внезапно из здания вышла местная куртизанка.

– Эй, что ты делаешь? – резко выкрикнула она тоном, полным возмущения.

– Я его жена. А ты, позволь узнать, кто? – застигнутая врасплох, Софилия всё же сумела искусно парировать выпад.

Оцепеневшая куртизанка, не ожидавшая такого отпора, молча повернулась и торопливо вернулась обратно в здание. Вздохнув с облегчением, Софилия вновь схватила за руки пьяного мужчину и принялась его поднимать. Однако, несмотря на все её старания, она не смогла даже сдвинуть его с места. Понимая тщетность попыток перетащить тело, Софилия оглянулась, желая убедиться, что поблизости нет посторонних. Убедившись в тишине и пустоте вокруг, она вынула из мешочка женский ножик, который сейчас должен был послужить иному. Сжимая его в руке, Софилия осознавала: вонзать зубы в плоть человека нельзя, иначе случится то же, что и с кухаркой, превратившейся в бездушного мертвеца. Потому она решила иначе утолить свою жажду: пролить кровь мужчины лезвием, не превращая жертву в проклятую тень.

Пьяный мужчина начинал шевелиться и открывать глаза, и Софилия быстро спрятала ножик. Его мутный взгляд остановился на ней, и он, не сомневаясь, решил, что перед ним куртизанка. Разум, ещё затуманенный алкоголем, не мог верно оценить происходящее. Поднявшись на ноги, он последовал за ней подальше от людских глаз.

Городские улицы пробудились к жизни, наполнившись движением и шумом. Люди суетились, занимаясь своими повседневными делами. Торговцы выставляли свой товар, перекрикивая друг друга для привлечения внимания прохожих. Стайки детей играли в уголках улиц, а прохожие спешили по своим делам, создавая мозаичный портрет многолюдного города.

Софилия, с опущенной головой, ускоренным шагом стремилась уйти подальше отсюда, словно пытаясь сбросить с себя невидимое бремя. Лицо под капюшоном было скрыто от взглядов, и никто не видел, как расцветал румянец на её щеках, будто дневной ветер принёс ей свежесть и жизненную энергию. Однако причина была не в ветре. В кожаном сосуде для воды плескалась кровь, которую Софилия, вдоволь напившись, оставила на потом.

Проходя мимо стойки, где пожилой купец деятельно грузил товар в повозку, Софилия невзначай услышала, что он направляется в город Парамон. Девушка почувствовала волнение, её взгляд оживился. Внутренний голос, некогда гнавший её из родного города, молчал, и она тут же предложила купцу обмен: мешочек с серебряными приборами и драгоценными вещицами – за место в его повозке. Купец, взглянув на блеск украшений, с радостью согласился. Только один предмет остался при ней – ножик, скрытый под тканью платья.

В гуще леса под знаменем знака Девы воины короля Вилиса терпеливо ожидали прихода врагов, прячась в засаде.

Военачальник Ризар был среднего телосложения, с густыми кучерявыми волосами; его пышные усы добавляли живописности лицу с холодным взглядом, говорившим о готовности к предстоящему бою.

Воины выглядели внушительно, но были уже порядочно изнурены. Один из них осмелился обратиться к командиру:

– Командир, позвольте спросить?

– Говори!

– Мы уже слишком долго в засаде, а никакого наступления так и нет. Почему мы выполняем грязную работу, в то время как войска других королевств сидят в тёплых крепостях и едят нормальную пищу? – сдержанно возроптал воин.

– Во-первых, отряды короля Ялу точно так же сидят в лесу, как и мы. Во-вторых, основные силы у крепости будут первыми, кто примет удар. А в-третьих, ты смеешь ставить под сомнение решение своего короля? – спросил невозмутимо Ризар.

– Нет, командир, – с испугом в голосе ответил воин, вытянувшись по струнке.

– Немедленно возвращайся к своим обязанностям, пока я не расценил это как бунт.

Воин вернулся в строй.

Вдалеке замаячил гонец верхом на коне, стремительно приближавшийся к Ризару; копыта лошади ритмично барабанили по тропе. Судя по спешке, вести, с которыми он прибыл, были крайне важны и требовали немедленного внимания.

В преддверии надвигающейся угрозы на границе земли короля Палади, в крепости Райго-Сап, царила напряжённая тишина. Рыцари, одетые в блестящие доспехи с узорами, символизирующими знаки стихии земли, стояли в боевой готовности, располагаясь по всему периметру крепости. Их лица были сосредоточенны и полны решимости. Взгляды их то и дело скользили по густым облакам на горизонте, обещающим ливень.

Флаги развевались на ветру, и трепещущие полотнища казались предвестниками предстоящей борьбы. Король знака Козерога Ялу и король знака Девы Вилис вместе с королем Палади стояли на высокой башне, окидывая взглядом просторы.

– Уже месяц прошёл, а Гаро бездействует, – обратился Ялу к Палади.

– Нам следует остерегаться не Гаро, а Цитрона. Мой отец всегда подчёркивал, что он хороший стратег. Прожитые века сделали этого старика ещё более опасным, – произнёс Палади.

С южной стороны из теней густого леса выступил отряд знака Девы, предводительствуемый Ризаром. Топот коней и твёрдая поступь воинов заглушали шелест ветра в кронах деревьев. В строгих рядах воинов царила железная дисциплина. Полоскались высоко поднятые знамена, украшенные гербом знака, а доспехи рыцарей, сверкая в последних лучах закатного солнца, отливали бронзой.

Палади и Ялу удивлённо уставились на союзников, не понимая, почему воины Девы внезапно оставили свою позицию. Вилис рассеял их недоумение, заявив: