В плену романа

Raquel Arbeteta García Entre Dos Finales

Copyright © 2024 Translation rights arranged by IMC, Agencia Literaria S.L. All rights reserved.

cover illustration by Celia Mallada No part of the cover of this book may be used or reproduced in any manner for the purpose of training artificial

Перевод с испанского Анастасии Гостюниной

Во внутреннем оформлении использована иллюстрация: © Shtefan Yelizaveta / Shutterstock.com / FOTODOM Используется по лицензии от Shutterstock.com / FOTODOM

© Гостюнина А., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1

Главная героиня – идиотка (хотя сама она об этом не подозревает)

Я прочла свою любимую книгу уже шестнадцать раз, и сегодня ночью, пока за окном бушует гроза, я вот-вот побью собственный рекорд и перечитаю ее в семнадцатый раз. И это учитывая тот факт, что я не выношу главную героиню!

Если описать Кэтрин Реммингтон одним словом – она просто-напросто идиотка. Китти – одна из этих пресных, блеклых пустышек без капли индивидуальности, у которых все проблемы волшебным образом решаются благодаря силе любви и доброты.

Как же бесит!

Зачем тогда ты, Лаура, с таким фанатизмом перечитываешь «Бриллиант сезона», шестую и финальную часть саги «Эпоха магии», где все действо крутится вокруг этой самой Китти? Неужели ты тоже идиотка? Вот уж нет. Я-то как раз умная, и даже очень. «Невыносимая всезнайка» – так с любовью зовут меня подруги (и с ненавистью – придурки из школы).

По правде говоря, «Бриллиант сезона» – моя любимая книга, потому что, за исключением блеклой Китти, все остальное просто И-ДЕ-АЛЬ-НО. Именно так, заглавными буквами.

Каждый второстепенный персонаж заслуживает свой собственный спин-офф (скрестим пальцы, чтобы загадочная А. С. Гарден когда-нибудь услышала наши мольбы), история читается на одном дыхании, а сеттинг просто невероятный. Все происходит в эпоху Регентства[2], но только в этом мире есть еще и магия. Это как если бы в книгах Джейн Остин водились драконы, ведьмы и призраки. Кому такое может не понравиться?

И это я еще ни словом не упомянула главного героя.

Джордж Китинг, герцог Олбани, он просто… у меня слов нет! Бесстрашный и в то же время романтичный, этот герой пафосно зажигает с аристократками в бальных залах днем, а ночью регулярно дерется на шпагах в трущобах Лондона. Ну и конечно же, он невероятный красавчик с блондинистыми локонами.

Да кого я обманываю? Это из-за него я бодрствую в три часа ночи. Джордж сейчас находится в лондонском Ист-Энде, на его календаре тысяча восемьсот тринадцатый год. Всего пара страниц, а он уже случайно раскрыл планы главного злодея этой истории, афериста Эрвина Седдона, который намерен нанять колдуна Лира и с его помощью совершить покушение на королеву Шарлотту.

Это очень насыщенная глава. Да еще и полупьяные внутренние диалоги Джорджа – это просто умора! Обожаю его!

А тем временем Китти Реммингтон в своем Мэйферском особняке… спит.

Как увлекательно…

Пока я читаю, дождь за окном усиливается. Капли бьют по стеклу так сильно, что кажется, будто кто-то настойчиво стучится снаружи.

К счастью, моя любимая ароматическая свеча разгоняет мрачные тени в комнате. Она из лимитированной коллекции «Лев королевы» (это название второй книги саги), и она пахнет деревом и ладаном (это запахи из сюжета той самой книги). А еще у меня на прикроватной тумбочке горит лампа.

Я слишком умная, чтобы не бояться темноты. Ведь в ней может прятаться что угодно. Те, кто не боятся ее, – настоящие глупцы. Именно это я пытаюсь донести своему отцу каждый раз, когда он попрекает меня тем, что к своим почти восемнадцати годам мне пора бы уже преодолеть эти «детские страхи». Однако когда у него ломается компьютер и ему нужна моя помощь, он почему-то не считает меня ребенком.

Внезапно вспышка молнии освещает стену комнаты.

Последовавший за ней раскат грома звучит гораздо ближе, чем предыдущий, да так громко, что я подпрыгиваю от испуга. Я натягиваю простыни на голову, прячась в домик, в убежище из белой ткани, пропускающей свет лампы, и концентрируюсь на книге, которую держу в руках.

Именно этим для меня и является «Бриллиант сезона»: убежищем, в котором я чувствую себя в безопасности. Впрочем, как и во всей саге в целом. Мир, который создала Гарден, – это мой побег из реальности. Место, где я не чувствую себя одинокой.

Я знаю каждого персонажа, будто он мой друг, и каждый сюжетный поворот, как будто сама его придумала. Я могла бы часами говорить (доказано на практике) о деталях мира, в котором такие строгие правила этикета и при этом существуют искровые драконы (они милые и зажигают камины).

Из всех моих друзей (их всего двое) я самый большой фанат «Эпохи магии», и это беря в расчет тот факт, что мои подруги просто обожают книги Гарден.

Обсуждение сюжета – одно из моих любимых занятий, ведь ощущение, что я знаю каждую деталь, придает мне уверенности в себе. В консерватории я упорствовала до тех пор, пока преподаватель не разрешил включить в репертуар класса фортепианные мелодии, которые играют на балах, когда герцог и Китти влюбляются друг в друга.

И сегодня я снова с головой ушла в эту историю. Вот почему я почти не обращаю внимания на очередной раскат грома, нарушающий тишину ночи. И почему я смеюсь вслух, даже когда дождь превращается в настоящий потоп, который, кажется, вот-вот поглотит город.

Впрочем, роман захватывает меня не настолько сильно, чтобы я не вскрикнула, когда внезапно что-то громко трещит, а затем свет в комнате гаснет.

Ладно, Лаура, успокойся. Вырубившейся лампе есть объяснение: буря настолько сильная, что наверняка повредила проводку. А свеча… Она наверняка погасла из-за сквозняка.

Хотя, с другой стороны, окно и дверь у меня плотно закрыты.

Надо бы вылезти из-под простыней, чтобы проверить и заново зажечь ее, но я не решаюсь. Хуже всего, что без света я больше не смогу читать. А жаль, потому что сцена была замечательная: дракон Лира вот-вот собирался испепелить плащ Джорджа.

Очередной раскат грома, еще мощнее прежнего, заставляет меня прижать книгу к груди.

Я перевожу дыхание и зажмуриваюсь, стиснув книгу изо всех сил.

– Спокойно, спокойно, спокойно, спокойно, – шепчу я, как это обычно делает моя мама. – Все хорошо. Думай о красивых старинных платьях. Думай о драгоценных камнях. О том, как Джордж Китинг приглашает тебя на танец. О том, как королева Шарлотта называет тебя «бриллиантом сезона» вместо Китти. – Я не могу удержаться от улыбки. – Какую же чушь я несу.

Уже не в первый раз я придумываю фанфик. Ничего не могу с собой поделать, постоянно сочиняю истории по мотивам саги, но в которых я – главная героиня.

Да, я знаю, что я такая не одна, что многие, очень многие читатели делают так же, но мне все равно трудно признаться в этом.

– Если бы я была там, – бормочу я, плотно прижимая роман к груди, – я бы изменила несколько вещей. Начиная с…

Следующий раскат грома, кажется, гремит уже внутри моей комнаты.

Я даже не слышу собственного крика, хотя уверена, что пронзительно завопила.

Я утыкаюсь лицом в подушку и сворачиваюсь в клубок на матрасе, потея от страха, и компанию мне составляет лишь роман с кучей стикеров и выделенных фраз.

– Там ничего нет, – бормочу я. – Только твой дом. Только твои вещи. Спокойно, спокойно, спокойно.

Никто мне не отвечает, конечно же. Даже буря. Через несколько секунд я понимаю, что она прекратилась.

В комнате воцаряется гробовая тишина. Дождь, гром, ветер – все стихло.

Если б я не знала, что в наших краях не бывает торнадо, решила бы, что мой дом находится в эпицентре и после затишья последует еще более страшная встряска.

Проходят минуты. Слышно только мое взволнованное дыхание. Вокруг по-прежнему тихо, и я дрожу, то ли от облегчения, то ли от предвкушения, сама не знаю.

Странное ощущение поселилось внутри меня. Такое впечатление, будто что-то во мне изменилось. Не понимаю, что именно, и это заставляет меня нервничать. Интуиция меня никогда не подводит. Вот и теперь она шепчет мне, чтобы я была готова.

Готова к чему? Не имею ни малейшего представления. Но судя по тому, как бьется сердце, уснуть сегодня не удастся. Я себя знаю. Что ж, я могу воспользоваться этим и набраться смелости, чтобы наконец встать с кровати и снова зажечь свечу. По крайней мере, я могу еще почитать. Что ж, это будет не первый раз, когда рассвет за окном застанет меня за дочитыванием книги (которую я уже читала шестнадцать раз).

Я усаживаюсь в кровати, выныривая из-под одеяла, и меня тут же ослепляет яркий свет. Приходится проморгаться, полминуты, не меньше, чтобы глаза привыкли.

Боже мой, неужели уже день на дворе, неужели прошло столько времени после грозы? Может, я задремала, сама того не заметив… Хотя я не помню, чтобы засыпала хоть на секунду.

Распахнув глаза, я оглядываю комнату, ожидая увидеть привычное зрелище. Да, все верно: надо мной огромный бордовый полог двуспальной кровати. На стенах цветочные обои в стиле эпохи Регентства. Ага. У камина стоит кушетка с голубой атласной обивкой. А над ним, конечно же, огромное зеркало в позолоченной раме, из которого выглядывает призрак…

Стоп.

Стоп-стоп-стоп.

Где я?!

Что случилось с моей комнатой с плакатами Тейлор Свифт, башнями недочитанных книг и потрепанными нотами для фортепиано?!

Наблюдая мое очевидное отчаяние, призрак высокомерно ухмыляется.

Он выглядит как человек. Но вместо того, чтобы быть непрозрачным и осязаемым, его тело – словно серая дымка. На нем пальто на пуговицах, расшитый пояс и треуголка, как у полкового военного, а под шляпой поблескивает парик с кудряшками. И он по-военному отдает мне честь своей единственной оставшейся рукой.

Его не может существовать.

Но он есть. Прямо передо мной. Я узнаю его. Если опираться на рисунки фанатов, это может быть только он.

– Полковник?.. – Я сглатываю. – Полковник Реммингтон?

– Вы наконец-то соизволили проснуться, мисс. – Он смеется. – Моя внучка ждет вас уже несколько часов.

Я моргаю. На спине выступает холодный пот, отчего моя белая кружевная ночная рубашка прилипает к коже.

Секунду, а куда делась моя пижама с надписью «Не разговаривай со мной первые 24 часа в сутки!» (ее в шутку подарили мне друзья)?

– Твоя… внучка?

Клянусь, обычно я не задаю таких глупых вопросов.

– Она самая – моя милая Китти, – говорит призрак. – Мисс Лавиния Лабби, не сердитесь. Вы же знаете, что вас я тоже считаю своей семьей, хоть вы и с другой ветви фамильного древа. – Он гримасничает. – Простите за невезение, которое затянуло вас сюда: Лабби всегда были обременены им, это их личное проклятие!

«Мисс Лавиния Лабби».

Не могу в это поверить.

Из всех персонажей моей любимой книги я должна стать именно ей?!

– Так вы собираетесь увидеться с Китти? – настаивает призрак. – В конце концов, вы же ее компаньонка.

Глава 2

Порой не получается стать главной героиней (очень жаль, дорогуша)

Я бы запустила подсвечником в голову этого призрака, если бы знала, что попаду.

Но я знаю, что не попаду. Призраки неосязаемы. И даже если бы я вдруг забыла об этом факте, покойный полковник Реммингтон тут же напоминает мне, проходя сквозь опоры кровати, поддерживающие балдахин, и садясь на прикроватный столик с другой стороны.

Я вижу сон, это ясно как белый день. И не просто сон, а невероятно реалистичный сон.

Со мной такого никогда не случалось, а вот у моей подруги Джиллиан было. Я помню, как она рассказывала об осознанном сновидении: в нем все было реально и у нее была возможность действовать и принимать решения. Если отбросить мое первоначальное замешательство, то я ощущаю сейчас то же самое.

Должно быть, так оно и есть. Мой мозг просто взорвался от того, сколько раз я перечитала этот роман (неудивительно, бедная моя головушка), и это не что иное, как крик о помощи с его стороны.

Ну или подарок.

Я оказалась внутри своей любимой книги, так почему же я напугана до смерти? У меня есть возможность делать все, что я захочу. Уже совсем скоро я проснусь, чтобы пойти в школу (лучше не думать об этом, иначе у меня начнется депрессия), не чувствуя вины за все, что я сделаю в этом мире грез.

– Мисс Лавиния?

Я поворачиваюсь к (очень надоедливому) дедушке Китти.

– Да?

– Мисс Реммингтон ожидает вас, – напоминает он мне. – Сегодня важный день. – Увидев, что я не отвечаю, он добавляет: – Представление королеве.

О, точно. Моя память меня не подводит – я помню роман Гарден дословно. Это самое начало.

Именно так все и завязывается: с того дня, когда дебютанток представляют королеве Шарлотте, дабы получить ее одобрение. Китти, разумеется, не привлечет внимания, но на самом деле ее величество втайне оценит ее скромность.

Фу, я даже не хочу думать об этом глупом сюжетном ходе.

Но если я правда в самом начале истории, это значит…

Я вскакиваю с кровати. Моя ночная рубашка настолько длинная, что сковывает движения. Призрак старика, следящий за каждым моим шагом, тоже не доставляет особого удовольствия. К счастью, в комнате есть перламутровая деревянная ширма, за которой мне удается спрятаться.

Не знаю, оставила ли одежду на комоде настоящая Лавиния Лабби или это была горничная, но я поспешно одеваюсь. Сиреневое платье имеет ампирный крой; оно облегает меня под грудью и ниспадает до ног, не подчеркивая больше ничего в фигуре. Что… странно. Я сплю, поэтому, наверное, мне кажется, что мое тело – это не мое тело.

Как можно догадаться, на все встречи фанатов «Эпохи магии» я ходила в костюме того времени, потому и теперь, не раздумывая ни секунды, натянула под платье подъюбник, чулки, короткий корсет, а поверх накинула плащ.

Ни одна «благородная» женщина этой эпохи не стала бы носить волосы распущенными, но, поскольку это сон и нигде вокруг я не вижу шляпы, я выхожу из-за ширмы с неубранной прической. У камина я замечаю пару ботильонов.

При взгляде на мои волосы призрак возмущенно взвизгивает.

Боже, мне нужно выбраться отсюда.

– Мисс Лавиния, – слышу я его слова, – вы уже привыкли к Лондону?

– Заткнись, – приказываю я, садясь на ковер рядом с ботильонами. – Ты мешаешь мне думать. И не входи в мою комнату без разрешения! – Я начинаю торопливо завязывать шнурки. – Или ты хотел подглядывать за мной голой? Мерзкий старикашка! Не ты ли сам говорил, что мы одна семья?

– Какая грубость! – оскорбляется полковник (но при этом даже не делает вид, что собирается уходить). – А раньше вы притворялись вежливой! И нет, на самом деле мы не одна семья, наглая девчонка! По крайней мере, я так не считаю! В вас течет кровь моей жены. И даже несмотря на это Реммингтоны приютили Лабби только потому, что…

– Я кузина Китти, – перебиваю я его, не поднимая головы и завязывая второй ботильон. – То, что она богатая наследница, а я – бедная родственница без приданого, не дает Реммингтонам права обращаться со мной как с прислугой.

– Как с прислугой? Неужели вы не видите вашу одежду или вашу комнату? – спрашивает военный, размахивая своей шпагой. – Леди Реммингтон и ее дочь Китти обращались с вами со всей учтивостью в мире!

– Я сплю на пуховой кровати, но гожусь только на то, чтобы бегать за Кэтрин как собачка, – бормочу я, поднимаясь на ноги. – Лавиния приняла их милость, сбежав из заточения в глуши, только для того, чтобы оказаться обычной придворной дамой.

Полковник Реммингтон искоса улыбается, словно только что увидел, как я споткнулась.

– Почему вы говорите о себе в третьем лице, мисс Лабби?

Я отворачиваю голову, чтобы избежать его неприязненного взгляда, и встречаю свой собственный в зеркале над камином.

В романе о Лавинии рассказывается нечасто. Гарден так занята подробным описанием прелестей Китти, что забывает о девушке, которая всегда сопровождает главную героиню.

Отражение в зеркале показывает мне чужое лицо. Я приняла облик книжного персонажа, поэтому, какой бы незначительной ни была роль Лавинии, теперь я гораздо красивее, чем в реальности.

Вместо тусклого блонда у меня черные локоны, густые и роскошные, и небрежная челка на лбу, которую моя мама бы возненавидела. Я выше и фигуристее – не плоская, как доска, и не мелкая, как хоббит. Хоть какие-то плюсы.

Только глаза остались прежними – песочного цвета, и, осознав это, я облегченно выдыхаю.

Мне нравятся мои глаза. Мама называет их «янтарными» (бедняжка никак не может смириться с тем, что они светло-карие, как и у нее). Пусть и не голубые, они все равно красивые, а темные вкрапления вокруг зрачка напоминают мне крошечные капельки чернил.

В общем, все могло быть и хуже. Я могла стать матерью Китти (сплетницей и пронырой леди Реммингтон) или ее бабушкой (баронесса Ричмонд – отличный персонаж, но ей семьдесят пять лет и у нее первые симптомы подагры).

Правда, есть фанаты, которые пишут фанфики о Лавинии Лабби, в основном потому, что персонаж, которому посвятили лишь пару фраз, может быть таким, каким ты хочешь его видеть. Однако меня она никогда не интересовала. Она просто всегда на подтанцовках у Китти. Всегда рядом, будто ее тень, следит, чтобы у кузины не было ни царапины и чтобы она выглядела как можно эффектнее.

Я не собираюсь играть эту роль. Я – главная героиня собственной истории, и этот сон ничем не будет отличаться от других.

– Куда вы, мисс Лабби? – слышу я голос призрака, направляясь к двери. – Мисс! Если будете продолжать в том же духе и выйдете за рамки того, что от вас ожидают!..

– Я иду веселиться! – восклицаю я, не оборачиваясь. – О боже, какой страшный грех для девушки!

– А ну-ка, вернитесь, недотепа, куда это вы собрались?!

За тем, что лучше всего в этом мире.

Ладно, лучшее – это герцог, Джордж Китинг. Исправляюсь: я собралась за вторым в списке лучшего.

Я иду за магией.

Глава 3

Если врешь тому, кому не стоило, можешь пожалеть (так оно и оказывается)

Дом выглядит впечатляюще. Я еле сдерживаюсь, чтобы не завопить от удивления и благодарности своему разуму за то, что он так подробно воссоздал интерьеры особняка Реммингтонов.

Коридор, по которому я иду, отделан панелями из палисандра, позолоченной лепниной, потолки украшены ангелами, а под моими ногами расстилается длинный пушистый ковер до самой лестницы.

Все поверхности вокруг сверкают от чистоты в утреннем свете. По пути на первый этаж мне встречается лишь служанка примерно моего возраста. Она выглядит так безупречно и опрятно в своей униформе, что, обогнав ее, я невольно оборачиваюсь, чтобы еще раз полюбоваться ее внешним видом. Я не чувствую себя виноватой, потому что девушка бросает такой же взгляд на меня в ответ.

Да, мне правда стоит причесаться, но сейчас самое главное – выбраться отсюда. Я должна отправиться в подземный мир Лондона за столь необходимой мне магией. Несмотря на то что Реммингтоны являются аристократами, в них нет ни капли собственной магии.

Леди Реммингтон отчаянно жаждет, чтобы ее дочь удачно вышла замуж (как и все матери этой эпохи), но прежде всего она хочет, чтобы королева Шарлотта назвала ее Китти бриллиантом сезона.

Причина проста: королева в буквальном смысле дарит бриллиант дебютантке, которая по какой-то причине привлекла ее внимание. И это не простая драгоценность: в ней заключена Магия Пробуждения. Она раскроет дремлющие таланты обычного человека.

По словам королевы, это ее способ уравновесить ущерб, который понесет эта многообещающая девушка, когда выйдет замуж. Идея отличная, но в этой книге Шарлотте стоило бы проверить зрение.

Неужели она действительно отдаст его этой совершенно пресной Китти, ничего из себя не представляющей? Есть много других достойнейших дебютанток. Например, Этель Седдон, дочь графа Седдона, злодея (это был бы захватывающий поворот сюжета, если бы она получила бриллиант). Или Пэтти Макдональд – ее история так печальна, бедняжка заслужила подарок (все мы, фанаты, молимся, чтобы однажды вышла отдельная книга про нее).

Спустившись на первый этаж, я понимаю, что попала в фойе. Идеально. Если я не ошибаюсь, драконьи конюшни находятся сразу за особняком, чуть правее…

– Лавиния! – Пронзительный окрик заставляет меня вздрогнуть, как тогда от грома в моей комнате. – Что ты тут делаешь, да еще и непричесанная! О боже, вы с баронессой сведете меня в могилу!

Я оборачиваюсь. Женщина с напудренными волосами и в эффектном золотом платье подбегает ко мне и хватает за предплечье. Она сжимает его так сильно, что я издаю жалкое «ай». К счастью, мне удается быстро взять себя в руки и резким движением освободиться из ее хватки.

– У меня нет времени на ваши приступы истерии, леди Реммингтон. Мне нужно идти.

– Идти, ха! Я привезла тебя сюда по уважительной причине! Или ты пытаешься сбежать, неблагодарная девчонка? – Она снова делает попытку схватить меня, но я уворачиваюсь и бегу к дверям, сопровождаемая изумленными взглядами двух слуг. – Вернись сейчас же! Ты не выглядела такой скользкой, когда я подобрала тебя в том коттедже!

Я распахиваю парадную дверь и вылетаю наружу как пуля. Даже сильный ветер не способен замедлить меня, пока я бегу к зданию справа. Ворота конюшни распахнуты настежь, и скучающий конюх разгребает то, что похоже на драконьи экскременты.

Бедняга успевает только поднять голову и что-то пробормотать. А в следующую секунду я уже внутри конюшни запираю за собой тяжелые ворота с замком.

Я хватаюсь обеими руками на деревянную опору и позволяю себе сделать пару вдохов, прежде чем обернуться.

Мамочки, неужели это тот самый ущипните-меня-момент?

В глубине конюшни я вижу двух драконов, выглядывающих из стойла, которых явно заинтересовал устроенный мною шум. Хотя больше я не вижу никаких других существ, я делаю вывод, что они есть, судя по ворчанию, доносящемуся из остальных частей конюшни.

Тысячу раз мне снились волшебные существа, но так ярко и детально – никогда. Эти драконы настолько реальны и жутки, что у меня перехватывает дыхание.

И слава богу, потому что пахнет здесь ужасно. Смесь экскрементов, пота и горелой плоти. Просто тошнотворно. Тем не менее, игнорируя и вонь, и инстинкт самосохранения, я осторожно подхожу к одному из них.

Он размером с огромную лошадь и с чешуей землистого цвета. У него нет крыльев, шея мощная, а на лапах длинные острые когти.

Исходя из описаний Гарден, передо мной прекрасный экземпляр тяглового дракона.

Аристократы запрягают их в кареты вместо обычных лошадей, потому что драконы намного эпичнее (это очевидно) и потому что их пламя защищает пассажиров от потенциальных грабителей.

Этот, похоже, не собирается меня испепелить, что не может не радовать. Пока что это существо относится ко мне намного лучше всех с тех пор, как я очутилась в этом сне. Когда я приближаюсь, дракон лишь качает головой и позволяет себя погладить. Его матовая чешуя кажется мягкой и теплой под моими пальцами.

– Мне нужно в Ист-Энд, – тихо сообщаю я ему. – Ты отвезешь меня?

Он прищуривается (его глаза карие, с вертикальным зрачком), но из его ноздрей не выходит дым.

Отлично. Теперь у меня есть союзник.

Я открываю калитку его загона ровно в тот момент, когда начинают стучать в дверь снаружи. С той стороны слышны громкие голоса, среди которых наиболее пронзительный (и наиболее травматичный для ушей) принадлежит леди Реммингтон.

– Выходи, Лавиния, ты сошла с ума! Мы дали тебе кров, а ты пытаешься украсть наших драконов?! Я вмиг сошлю тебя обратно в деревню!

– Я собираюсь одолжить только одного! – восклицаю я, сдерживая злорадный смех.

Приходится задрать платье до бедер, чтобы забраться на дракона.

Уздечка уже на месте, так что, хотя на драконе и нет седла, мне есть за что держаться. Я ездила верхом всего пару раз (моя подруга Элис – очень хорошая наездница), но я помню основы. Я снова погладила дракона, прежде чем крепко натянуть поводья.