Отель в Паттайе

Он вытащил из шкафа ярко-зелёный прибор Mantone Boy's. Вот, произнёс он торжественно, только для тебя и за эти зелёные. Я посмотрел на примитивный для меня и прогрессивный для того времени звуковоспроизводящий прибор.

Беру, произнёс я буднично. Рассчитавшись, мы, гружённые поклажей, вышли.

Ну ты удивляешь меня, Пашкец, произнёс Анатолий. Какой-то подпольный миллионер. Да, мы такие комсомольцы, ответил я браво.

Глава 10

Вернувшись домой, я разложил вещи и, облачившись в германский костюм, пошли с Анатолием в ресторан. Мы вошли в ресторан. Деревянные полы слегка скрипели под ногами, а запах жареного мяса, свежего хлеба и крепкого чая наполнял воздух. Свет ламп был мягкий, желтоватый, отражался от полированного дерева столов и стульев. В углу тихо урчал старый радиоприёмник, издавая приглушённые мелодии советских песен. Рядом за соседними столиками сидели люди в простых костюмах и платьях, кто-то делился новостями с работы, кто-то шептал про цены и дефицит. Разговоры вели осторожно, каждое слово взвешивалось политика чувствовалась даже в тоне, но напрямую её обсуждать никто не смел. Люди смеялись, но смех был приглушённым, словно опасались, что его услышат не те. Мы с Анатолием сели за один из столов. Официантка в тёмно-синем платье с белым воротничком принесла меню, обернутое в липкую от времени обложку. Что будете? спросила она, стараясь улыбнуться. Столовать себя, сказал Анатолий с улыбкой, а ты как? То же самое, ответил я. Мы заказали суп, котлеты с картофельным пюре и бутылку вина. Вино наливалось медленно, густо, чуть сладковатое. Я отпил и почувствовал, как тепло разливается по телу день был длинным, море, поезд, покупки, новая жизнь. Знаешь, сказал Анатолий тихо, вот здесь, среди людей, понимаешь, кто чего стоит. Кто смелый, кто осторожный. Он посмотрел на меня с интересом. А ты, Паша… не простой парень. Я улыбнулся, не раскрывая всех тайн, которые не хотел обсуждать. Всё вокруг казалось живым: звон вилок о тарелки, тихие шепоты, смешки, запахи еды и вина. Это было другое чувство свободы медленное, осторожное, но настоящее. Че то меня вино не берет. Но помутненный алкоголем разум уже воспринимал мир по другому. Я подозвал официанта и заказал бутылку армянского коньяка . мясную нарезку и шашлык . Вот о чем я говорил произнес Анатолий есть в тебе размах. Мы ели, наблюдали за окружающими, а разговор постепенно перешёл на лёгкие темы море, поездки, живопись, покупки. Всё это казалось одновременно обычным и необычным: жизнь шла своим чередом, но каждый момент имел оттенок тревоги и одновременно радости, которой не хватало в поезде и на вокзале. Оглядев зал, я обратил внимание на группу девушек в глубине зала. Подозвав официанта, я отправил им бутылку шампанского. Получив её, девушки зашептались, поглядывая на нас. Коньяк дошёл ещё куда надо, и меня понесло. Остановись, тормозил меня Анатолий, мы пришли просто перекусить. Щас я перекушу кого надо, ответил я и, увернувшись от его руки, подошёл к столику с девушками. Разрешите представиться, произнёс я шутливо, поручик Ржевский. Девушки засмеялись. В эту эпоху явно поручик Ржевский был неизвестен. Что молодцеваты вы для поручика, произнесла одна из девушек со смехом. Да мы гусары такие, ответил я браво. Они снова рассмеялись. Разрешите украсить ваш стол своим присутствием? спросил я, щёлкнув каблуком, чем привёл девушек в восторг. Они подвинули стулья, которые скрежетали по кафелю. Официант тут же услужливо поднёс стул. Я сунул ему в карман рубль, что вызвало у девушек неоднозначные эмоции. На столе стояла бутылка шампанского, преподнесённая мной, сырная нарезка и пустые тарелки от какой-то еды. Может, барана целиком? предложил я, размахивая рукой. Подбежал официант, а девушки испуганно затихли, переглядываясь. Братец, сказал я официанту, мне закуску с моего стола перенесите сюда и того дипломата тоже, указал я на Анатолия. А что ваш друг дипломат? спросили девушки, уловив сказанное. Видно, дипломаты девушкам нравились больше, чем поручики. Когда закуску начали переносить за наш столик, Анатолию пришлось присесть к нам. Это Анатолий, представил я его. Художник. Ооо! изумились девушки. Художники им тоже нравились. Когда наш стол был сервирован, я заказал ещё вина и фруктов. Разговор заструился непринуждённо, как и бывает среди молодых незнакомых людей. Как оказалось, они отдыхали на юге, наслаждаясь последними тёплыми днями. Они отдыхали в местной здравнице устали от однообразной столовской еды и после сельхозработ решили выбраться на неделю к морю. К тому моменту они были там уже третий день. Я пригласил их на пленэр попозировать нашему художнику.

Глава 11

Во время разговора определились кандидатки: Люся и Маша согласились не только на съемку, но и посмотреть наш домик. Когда ужин закончился, мы вдоволь натанцевались, попрощались с остальными девушками и поехали к нам. Куда ты их тащишь? тихо, почти сквозь зубы, бросил мне Анатолий. У меня же жена… Не переживай, отмахнулся я. Аппетит приходит во время еды. Наш дом произвел на девушек сильное впечатление они с любопытством разглядывали комнаты, мебель, детали интерьера. Выбрав момент, я повел Люсю показать свои апартаменты. Стройная рыжеволосая девушка, разгоряченная вином и общим весельем, смеялась и шутила. Но когда мы остались вдвоем, её настроение изменилось. Она отстранилась, стала серьезнее. Я не такая, сказала она, мягко, но уверенно, давая понять, что не готова к продолжению в том направлении, на которое я рассчитывал. Я замолчал. В комнате повисла пауза, и стало ясно вечер может повернуть совсем иначе, чем я себе представлял. Чтобы сгладить паузу я рассказал анекдот : Едут в поезде Наташа и поручик. Наташа вздыхает, смотрит в окно, потом на поручика: Поручик, скажите, а вы верите в любовь с первого взгляда? Верю, Наташа. Правда? Конечно… но предпочитаю взглянуть ещё разок на всякий случай. Люся немного оттаяла. А ты женат спросила она вдруг. Нет ответил я не задумываясь. А Анатолий спросила она смотря на меня с пристрастием. На ее вопрос я ответил очередным анекдотом : Муж приходит домой под утро. Жена: Где был?! У друга ночевал. Жена молча достаёт телефон, звонит: Привет, он у тебя был? Нет. Второй звонок: Был? Нет. Третий: Был? Конечно был, и сейчас сидит рядом, хочешь дам трубку? Я подошел к ней ближе. Так значит ты относишься к третьей группе спросила она обдав меня перегаром. Да мне нравиться число три сказал я касаясь ее руки . Она отодвинула руку . Расскажи лучше еще анекдот попросили она. Я и рассказал :Ржевский учит молодого офицера этикету: Когда вы подаете даме цветы, никогда не выбирайте слишком мелкие. Иначе она подумает, что вы бедны. А если большие? Тогда она подумает, что вы безумны, но это лучше, чем беден. Люся рассмеялась . А вы дарите девушкам цветы спросила она затаившись. Понимая , что девушка не проста я решил идти ва банк . Знаете Люся произнес я откровенно я люблю дарить цветы девушкам. Но в этом году такой чести ни кто не удостоился. А я могу дарить не только цветы. Она кокетливо покачала головой а что вы еще дарите спросила она улыбаясь. Я снова погладил ее по руке и произнес я могу подарить свое сердце. Она отвела свою руку. Я отошел от нее и открыл шкаф . Достав Джинсы бросил их на кровать. Увидев их девушка подошла и взяв их в руки произнесла с придыханием настоящие монтана. Она сжимала их руками как будто боялась , что их отнимут. Хочешь примерить спросил я .Подходя к ней ближе. Она обернулась ко мне вытаращив глаза . А можно произнесла радостно она и расстегнула пуговицу своих брюк. Заглянув мне в глаза она остановилась. Отвернись произнесла она почти шепотом . Нет ответил я твердо и подошел вплотную прижав ее к кровати. Когда ее грудь коснулась моей . Она подняла голову приготовив губы для поцелуя. Я не заставил ее долго ждать. Наши губы слились в жарком поцелуе. Тело ее обмякло и я повалил ее на постель. Закрой дверь шептала она мне сквозь поцелуй . Закрыто отвечал я ей стягивая штаны. Когда мой член проник в нее я уже не стал торопиться и стал спокойно раздевать ее. Она улыбалась чему то своему . Я встал закрыл дверь и стал раздеваться любуясь ею. А ты обманщик произнесла она притворно сдвигая бровки. Оставшись голым встал перед нею. И бесстыжий произнесла она в вдогонку. Присев на кровать я стянул с нее брюки и снял всю одежду. При свете люстры ее белоснежное тело покрытое мелкими крапинками канапушек как будто мерцало. Взяв в ладонь ее маленькую грудь я поиграл розовым соском. Ты наверное тоже художник томно произнесла она . Я поцеловал ее в губы и лег на нее. Она раздвинула ноги и легко впустила в себя. О боже как это было прекрасно. Это мой первый секс в этом теле. Но ум то оставался прежним . Поэтому я выплеснул свою страсть ей на животик. Нависнув над ее грудью пульсирующим членом я произнес лучший мой подарочек это ты. Она закрыла глаза и улыбнувшись произнесла , а ты опытный мужчина. Встав я обтерся полотенцем . В это время она облачилась в мои джинсы которые были еще с этикеткой. Они были ей в пору только длинноваты . Но она ловко закатила их концы и мечтательно улыбалась . Девчонки обзавидуються произнесла она восторженно. Затем быстро сняла их оставшись голой и повернувшись стала искать свои трусы. Ее кругленькая попка привлекла мое молодое тело и я обхватив руками ее бедра прижал к себе. Ну подожди взмолилась она у нас вся ночь впереди произнесла она обещающе. Но я все ровно вошел в нее. Она обреченно опустила голову на кровать . Но я вышел из нее и стал одеваться . Она удивленно обернулась рассматривая меня. Да ты непростой мальчик произнесла она удивляясь . И ты не простая девочка подумал я . И дождавшись когда она приведет себя в порядок открыл дверь .

Глава 12

Анатолий показывал Маше свои наброски. Где вы пропадали обиженно сказала Маша . Анатолий демонстративно не отрывался от своих картин. Я взял его под руку и произнес ты куда дел вино и увел его из комнаты, Ты что творишь шипел он на меня . Утащив его в другую комнату я произнес все будет хорошо не дрейфь . Сейчас девчонки поговорят и все будет хорошо. Что хорошо возмущался он . Но по глазам было видно он хотел что бы все решилось . Мы дали время девушкам пошептаться и вошли в комнату . Маша была уже другой . Она улыбалась и уже ни куда не торопилась . Мы пошли на кухню пить чай . Оставив Машу хозяйничать на кухне я снова уволок Люсю в спальню. Она шутливо отбивалась ладошками и смеялась уже не стесняясь . Маша тоже хочет такие джинсы произнесла сквозь смех она . Я подошел к шкафу и достав джинсы в пакете бросил их на кровать. Люся склонилась к ним и прочитала Левис . Я тоже хочу такие взмолилась она сложив ручки в мольбе. Взглянув ей в глаза я подошел к ней . Мой извращенный ум в старом сознании действовал на автомате. Опустив ее на колени я расстегнул ширинку. Да она была девушкой непростой поэтому все сделала как надо. Или все женщины такие когда видят предмет своего желания. Дав ей время потерзать его у себя во рту я отодвинулся. Тебе понравилось спросила она вытирая губы ладонью. Ты была изумительна похвалил я ее . Она подняв свою самооценку торжествующе улыбнулась. Я скажу Маше что у нее тоже будут джинсы спросила кокетливо она . Я качнул головой и добавил если только Толян будет доволен. Она прижалась ко мне поверь он очень будет доволен произнесла она шепотом. Мы вернулись на кухню. Маша сидела как на иголках ожидая результата переговоров. Их взгляды пересеклись и они поняли друг друга. Маша как бы невзначай прикоснулась к плечу Толяна . Где же чай спросила она игриво и ты обещал нарисовать меня помнишь . Анатолий удивился переменчивости девушки но поймав мой взгляд тоже понял что решение принято. Я не стал мешать им пить чай и забрав бутылку вина повел Люсю к морю. Мы спустились к пляжу по узкой тропинке, и это было не больше пяти минут, но казалось, что мы идём сквозь вечность. Ветер играл с нашими волосами, доносил тепло уходящего дня и запах соли с моря, нежно обнимая кожу. Мы шли, сжимая руки друг друга, и это прикосновение казалось единственным якорем в этом мгновении. А ты где живёшь? тихо спросила Люся. В темноте её взгляд был почти невидим, но голос таил в себе любопытство, которое немного тревожило меня. В Астрахани, сказал я, не обманывая. Носитель моего тела действительно был оттуда, и правда звучала спокойно. Когда мы подошли к берегу, молчание решило за нас: без слов мы разделись и шагнули в море. Вода была тёплой, словно нежная ткань, обволакивающая тело, и каждый её всплеск играл на коже. Солёная вода попадала в рот и волосы, но смех и лёгкость, что разливались между нами, перебивали всё остальное. Мы дурачились в волнах, прыгали и ныряли, почти не видя лиц друг друга, лишь глаза блестели в лунном свете зеркала радости и свободы. Луна отражалась в воде, волны тихо шептали, и казалось, что весь мир замер, оставив нас одних с этой ночью, со смехом и солёным воздухом, который мы втягивали полной грудью. Вдоволь накупавшись, мы вернулись домой. На кухне никого не было, и мы направились в спальню. Люся аккуратно убрала джинсы в шкаф и разделась. Она была прекрасна и молода, и в её движениях чувствовалась лёгкость и естественность, которой мне так не хватало в прошлой жизни. Вспоминая свою историю, я понимал, как мало настоящего оставалось после трёх лет с женой и бесчисленных случайных связей. Быстрые интрижки, чужие жёны, воспоминания, которые растворялись сразу после встречи. Всё это казалось пустым, почти несуществующим. А здесь, с Люсей, было иначе. В её присутствии всё казалось новым, как будто открывалась дверь в другую жизнь жизнь, где можно быть честным с собой, где каждое мгновение наполнено смыслом. Может, это и есть то, к чему я стремился, подумал я, ложась на кровать, ощущая, как прошлое тихо растворяется в тепле комнаты, а будущее вдруг стало осязаемым, как свет луны, мягко скользящий по стенам. Обняв её и только призадумавшись о том, как прекрасно было это утро, мы услышали стук в дверь. Паша, вставай, проспим рассвет! донёсся голос сквозь сон. Я открыл глаза и осторожно растормошил Люсю. Вставай, надо идти. Нет . хныкнула она, я хочу спать. Встаём! повторил я приказным тоном. Одевшись, мы вышли. Анатолий нагрузил меня мольбертом, и мы пошли. По дороге я прихватил бутылку коньяка и весело помахал ей перед глазами девушек, догоняя Толяна. Девушки поморщились при виде спиртного. Голова не болела, но хотелось спать. Мы прошли километр, и девушки начали ныть: «Куда так далеко? Зачем туда идти?» Но вот Толя дошёл до своей точки и расставил оборудование, а мы упали в тень раскидистого дерева. Я открыл коньяк и сделал глоток, поморщившись. Люся тоже пригубила, а Маша, увидев нас повеселевшими, не удержалась и тоже попробовала. Настроение поднялось, солнце уже поднималось над морем, а Толя корпел над холстом. Трава была колючей и полна живности, которая перебиралась по нашим телам, но после третьего глотка всё стало мягко и приятно. Мы уснули, убаюканные теплом и шумом моря. Разбудил нас Толя: Пора вставать! кричал он, собирая инвентарь. Мы, как вьючные лошади, потащились домой. А там нас ждал обед: дородная тётка накрыла стол и удалилась. Мы набросились на еду, сытые и довольные, а Толя, поев, лёг спать, и мы последовали за ним.

Глава 13

Я проснулся, отдохнувший и лёгкий, и рядом тихо сопела Люся. Её дыхание было ровным, мирным, а кожа под утренним светом казалась почти прозрачной. Осторожно скинув с неё простынь, я любовался её молодым телом такой свежей, живой и естественной. В этот момент всё вокруг казалось новым: воздух, солнце, лёгкий шум за окном, и я ощущал, как каждый вдох наполняет меня энергией новой жизни. Не раздумывая, я приблизился к ней, и наши тела слились в страстном, но нежном объятии. Всё внутри меня откликалось на её тепло, на мягкость её кожи, на ритм дыхания. Сквозь это мгновение, сквозь лёгкую дрожь и смех, я услышал её тихий, игривый шёпот: Ты обещал мне джинсы…Эти слова, полные лёгкой насмешки и доверия, заставили меня улыбнуться. Они были маленьким мостиком между нами, между прошлым и тем, что начиналось сейчас между привычным и новым, настоящим ощущением жизни, в котором каждый момент был ценен. Мы вышли на кухню, хлебнули чаю и по рюмке коньяка. Толя рисовал, и я не хотел ему мешать. Мы съездим к Феде? спросил я Толю. Он кивнул. Выйдя из дома, чтобы не палить хату, я снял мерки с Маши и купил ещё одни джинсы «Мантана». По дороге мы узнали, что на городской площадке будут танцы. С этой новостью мы вернулись домой, спрятали джинсы в шкаф и отправились на пляж. Море было тёплым, по берегу продавали раков и холодное пиво. Мы не удержались и выпили по кружке. Настроение поднялось. Раки кололи губы и язык, но голод не утоляли, поэтому мы купили рыбы и наконец насытились. Так, с запахом копчёной рыбы, мы вернулись домой. Толя спал, и мы не стали его будить. Когда мы поели и немного отдохнули, я тихонько подошёл к Толе: Пойдёшь на танцы? Он лишь отмахнулся, и мы пошли втроём. Уже было темно, и мы шли на звук музыки и света. Танцы были потрясающими. Мы пронесли с собой небольшую бутылку коньяка, подогревая настроение армянским спиртным, и весело смеялись. Кружась, я заметил, как Маша случайно коснулась меня этот момент отложился в голове. Проходя мимо, я тоже невзначай отвечал ей взаимностью. Мы танцевали до последнего звука местного ВИА. На выходе нас никто не остановил, и мы спокойно вернулись домой. Достав из холодильника колбасу и закуску, устроили небольшой пир с коньяком. Танцевали дальше под пластинки, обнимаясь и целуясь, наслаждаясь музыкой, весельем и опьянением. Анатолий был занят, и мы не мешали ему. Когда устали окончательно, легли спать втроём, и сразу вырубились. Наутро нас разбудила головная боль и неприятный запах перегара. Я вышел на кухню, нашёл вино и похмелился. Вышел Толя с красными от недосыпа глазами: Ну ты и жеребец! произнёс он восхищённо. Я не стал его разубеждать. Допив вино, я пошёл будить девчонок. Они ещё спали, вещи были разбросаны по комнате, и воздух был наполнен запахом прошлой ночи. Почему то попа маши смотрела на меня . побудив во мне вчерашнюю страсть . Приняв это как приглашение я разделся и прилег рядом . Сердце колотилось и меня бросило в жар. Не желая спугнуть удачу я не снимая ее трусиком проник в нее. Мокрая щелка легко приняла меня в себя. От ощущения новизны и предчувствия опасности меня накрыло возбуждением и я быстро кончил в нее. И как будто по сигналу проснулась Люся . Обдав меня палящим от возмущения взглядом. Она крикнула подлец ты что делаешь . А ты сучка кинулась она на спящую подругу хватая ее за волосы. Ни чего не понимая Маша заревела от боли и от обиды . Но потом остервенело стала отбиваться . Началась потасовка. На шум прибежал Толя с испуганными и удивленными глазами он увидел голого меня и дерущихся девушек. Девушки хлестали ладошками друг друга пока не устали. Потом стали браниться . Я сел на стул и наслаждался боем. Окончательно устав, девушки наскоро оделись и ушли. Их крики и брани ещё долго слышались по улице. Наверное, нам пора… сказал удручённо Толя. Ты закончил? спросил я спокойно. Он ухмыльнулся.

Да… ты жеребец, сказал он восхищённо. Мы поспешно собрали вещи и, сев в машину, поехали в Сочи. Как только наше пристанище скрылось из виду, Толя спросил: А ты зачем ходил к Феде? Я расхохотался: Да вот, джинсы прикупил, ответил ему сквозь смех. По дороге заехали в придорожное кафе и поели шашлыка. Я хлебнул пива и сел за руль. Ты чего? удивился Толя. Согнал меня с руля? Пьяным за руль нельзя! Расслабься, ответил я, и он сел рядом, порулив дальше. Остановились уже в темноте. Домик был на окраине Сочи, что меня не радовало: я, разбалованный цивилизацией, хотел поближе к людям, а Толя, творческий, тянул к природе. Дом был прекрасен, утопал в зелени, напоминал правительственную дачу с охраной и прислугой. Я разместился в большой комнате. Что, девушек не водить? спросил я. Нет, отрезал Анатолий. Я не стал спорить, хотя, в принципе, мог позволить себе отель. Но это всё же СССР: здесь ты букашка, а с деньгами всё равно какашка. Повяжут и отберут. Поэтому я согласился на общество Толяна с его пленэрами.

Глава 14

Как только он прилёг вздремнуть, я сел в машину и укатил в город. Подъехав к ЖД-вокзалу, припарковался и подошёл к таксистам. Товарищ, произнёс я пронзительно, отвези меня в лучший ресторан города. Таксист кивнул понимающе. А не скажешь, как пройти внутрь? спросил я молчаливого шофёра. Он улыбнулся: В «Лазурный» не всякого пускают, но деньги решают всё. Я понял, что иностранца пустят везде, а я в германском костюме, кепке и очках выглядел «своим». Машина остановилась у входа, рассчитавшись с водилой. Я прямо пошёл к внушительной овальной двери ресторана: Hi, do you do? произнёс я на английском. Швейцар у двери замер. White? спросил я, делая шаг к нему. От моей наглости он быстро открыл дверь и впустил меня в «святая святых». Махнув рукой, он позвал официанта. Чего желаете? спросил тот, заглядывая мне в глаза. Русская водка и икра, сказал я с жутким акцентом. Официант улыбнулся и проводил меня к столику. Мне принесли меню. Я пролистал буклет и непонимающе спросил: White? Официант поморщил лоб, потом сообразил: Сделаю в лучшем виде. Через несколько минут на столе появились разнообразные закуски и холодный графин водки. Я достал десять долларов и положил их в салфетку. Официант провожал это взглядом. Русская девушка, хорошо, сказал я, и официант тут же взял салфетку, кланяясь. Я выпил обжигающую рюмку: холодная струя прокатилась по внутренностям, и я приятно улыбнулся. Запели цыгане, подошли к столу, но я демонстративно кинул им десятку, и они ушли. Официант налил ещё одну стопку и указал в сторону. Я повернулся: за столиком сидела девушка. Не особенно эффектная, но аккуратная. Я, от досады , наступил официанту на ногу, он стиснул зубы, но стерпел. Хорошая русская девушка, прошипел я и отпустил ногу. Я выпил ещё рюмку. Краски стали ярче а, женщины красивее. От спиртного захотелось есть, и я намазал на хлеб икру, закрыл глаза и наслаждался вкусом. Когда открыл глаза, передо мной стояла красивая молодая женщина , женственная, излучающая тепло. Hallo you! произнёс я восторженно. Окей, ответила она, усаживаясь рядом. Where are you from? спросил я, гладя её руку. Она натянуто улыбнулась и сказала: Russian, Russian. Я махнул официанту, и он подал ей меню, но она его даже не взяла. Мне как всегда сказала она ему. Ей принесли шампанское и фрукты. Наверное, берегла фигуру, подумал я. Oo, yes, fruit, gut-gut, произнёс я, наблюдая за ней. Гармони, сказал я многозначительно, окидывая взглядом. Она слегка покраснела. В эту эпоху я уже начал подозревать: валютная проститутка или агент КГБ? Мысли о том, что меня могут «повязать», не давали покоя. А я водитель из Нижнего Тагила, с баксами в кармане и амнезией. Кушать перехотелось, девушка перестала нравиться, всё стало чужим и страшным. В каждом сером костюме я видел агента КГБ. И чем дольше я находился в ресторане, тем сильнее ощущалось, что нет ни одного «невинного» взгляда. Каждый человек, даже улыбающийся официант или сосед за соседним столом, казался частью сети наблюдения. Внутри меня росло напряжение, смешанное с лёгким алкоголем: красиво, вкусно, роскошно, но страшно потому что в этом ресторане мир был лишь маской, а за ней агентура КГБ, наблюдающая за каждым моим движением. Желая покончить со всем этим хаосом и напряжением, я подсел ближе к девушке и осторожно провёл рукой по её ноге. Я подсел ближе к девушке, сердце стучало быстрее. Осторожно провёл рукой по её ноге, ожидая, что она возмутится и уйдёт. Но она, напротив, слегка подставила ногу ближе к моей. «Не сработало», подумал я, улыбнувшись себе. Подозвав официанта, я спокойно попросил счёт: Zebyl, good, сказал я, слегка коверканием слов. Официант подал бумажку. Разглядывая цифру «11», я положил ему 15 рублей. Встав, я направился к выходу. Швейцар замер, но быстро открыл дверь я прошёл, не встречаясь с его услужливыми глазами. Такси стояло у дверей. Я подошёл и открыл дверь… и едва не подпрыгнул: в салоне уже сидела девушка, которую я до этого не заметил. Она села, закрыв дверь за собой, а я осторожно уселся напротив. Внутри меня всё напрягалось, а сердце билось в такт тихому шуму двигателя. На вокзал, сказал я водителю с притворным акцентом, голос слегка дрожал. На вокзале я открыл ей дверь и пересадил в свою машину. Коленки дрожали, тело будто не слушалось, но мы тронулись. Каждый поворот казался ловушкой, каждая тень потенциальной угрозой. Когда ворота дома открылись, я вздохнул с облегчением. Ты где был?! набросился на меня Толя, но увидев девушку, тут же ослабил пыл. Я проводил её в зал, налил воды, и хотел выйти к Толе… но остановился. «Раз уж всё так, надо довести до конца», подумал я. Взяв её за руку, я повёл к себе, движения были медленными, осторожными, почти ритуальными. Русская девушка, хорошо, сказал я с акцентом. Олрайт, ответила она, улыбаясь и слегка кивнув. Я достал из шкафа упаковку с джинсами и бросил их на кровать. Девушка с восторгом посмотрела на пакет и подошла к нему, слегка склонившись, словно каждый её шаг был сценой из фильма. Её глаза светились любопытством, а лёгкая улыбка играла на губах. Обозрев ее не маленький зад я подошел и обхватил руками .В комнате стало тёпло и напряжённо. Каждое движение, каждый взгляд, каждый звук создавали ощущение близости, интриги и того, что сейчас всё может повернуться неожиданно. Прижав ее к себе и не почувствовав отказа я толкнул ее и она упала на кровать. С азартом зверя перед решающим сражением я стянул с нее трусы задрав юбку . Передо мной лежала прекрасная молодая женщина . Ее голова безмятежно лежала на покрывале. Предчувствуя засаду я быстро снял штаны и вонзился в нее. Быстрых три движения и я почувствовал наслаждения и восторг. В зале послышались голоса . Но я уже сделал свое дело и мне не страшна уже кутузка. В дверь вошел Толя . Он увидел меня восседающего на девушке без штанов и в пиджаке. . Девушка испуганно обернулась, сбросила меня и торопливо начала одеваться. Там пришли из органов, сказал озадаченно Толя. Девушка испуганно собралась и выскочила из комнаты. Я сел, как был, на кровать, а потом полностью лег. «Будь что будет», подумал я. «Пусть берут таким, какой есть». Вскоре шум стих. Скрипнула дверь, и я услышал голос Толи: Прикройся, жеребец. Ты что, вообще псих? обиженно спросил он. Знаешь, кто приходил? я, не открывая глаз, помахав головой.