- -
- 100%
- +
— Поли!
Я попала в фильм ужасов, в котором добрый и ласковый муж обратился в маньяка. И ведь не из-за ревности хочет меня прибить, а из-за того, что я отказалась участвовать в его сексуальных фантазиях с изменами. Ну и вилка тоже была лишней.
Хватает меня за шиворот, впечатывает в стену, и с воплями выдергиваю вилку. И опять ее втыкаю под рев Паши, который отшатывается и заваливается на перила. Соседи не торопятся выглядывать из своих нор, и я опять бегу. Паша с клекотом вытягивает вилку и с хриплым рыком отшвыривает ее.
— Поли… Поли… Поли…
От голоса Паши волосы на загривке поднимаются и шевелятся. Воздух густой, как холодный кисель, и я в нем захлебываюсь. Выскакиваю в промозглую тьму на крыльцо. У черного внедорожника курит Олег, а рядом с ним скучает Влад, который разглядывает перчатки, натянутые на ладони. Поднимает настороженные глаза и решительно шагает в мою сторону, а я в ужасе ныряю за его широкую спину, когда из подъезда выползает Паша с кривой улыбкой и окровавленным воротом.
Глава 17. Импровизированный шантаж
— Я…ему… вилкой в шею, — отрывисто шепчу я, — прямо… в шею… два раза...
Олег, поперхнувшись дымом, кашляет.
— Поли, вернись домой, — шипит Паша гадюкой. — Поговорим о разводе и о супружеском долге. И о том, какая ты плохая девочка.
Олег опять кашляет, захлебываясь в дыме и слюнях. Отбрасывает окурок, сипит и кряхтит. Я тоже немного обескуражена, и слышу по голосу Паши, что его воспитание из меня покорной и хорошей девочки будет жестким. О пальцах, как в случае с его братом, можно не надеяться.
— Павлуша, обычно тебя учат быть хорошим мальчиком, — Влад делает несколько бесшумных шагов к Паше.
— Так, — Олег сплевывает и кривится, — он может быть свитчем.
Влад недоуменно оглядывается на него.
— Перевертыш, — поясняет он.
— Что? — вопросительно изгибает бровь.
— И вашим, и нашим, — Олег пожимает плечам.
Влад переглядывается со мной, а я тоже ничего не понимаю. Что за перевертыши?
— С превеликим удовольствием отстегаю жену ремнем до кровавых полос, — хрипит Паша в черном безумии и зыркает на меня, — домой, сука!
— Паша… — я отступаю к крякнувшему в удивлении Олегу, — что на тебя нашло?
— Ты же хотела быть идеальной женой… Я тебя научу этому тонкому искусству…
Влад преграждает Паше путь:
— Кажется, у Полины нет желания ремнем по попе получать. И как-то ты резко, братец, сменил свои пристрастия. Я не успеваю за тобой.
— О каких пристрастиях идет речь, кроме фантазий… — я жмусь к машине и тихо проговариваю, — о моей измене…
Олег очень странно смотрит на меня. С сочувствием, сожалением и отчаянием. Такой коктейль эмоций не предвещает ничего хорошего.
— Я не думаю, что Полине стоит смотреть на фотографии, — шмыгает Олег. — Влад, не надо. Я, — прикладывает ладонь к груди, — психологическую травму получил.
— Фотографии? — Паша меняется в лице.
— Да, Павлуша, — кивает Влад. — Фотографии. С хороших и подробных ракурсов.
— Владик, — криво улыбается с нервным смешком, — не надо. Влад… Ты лжешь… нет у тебя никаких фотографий.
— И я умею удивлять, да, Павлуша? — тихо и с угрозой смеется Влад. — А я ведь тебе поверил, что ты весь такой уставший от жизни.
— Влад…
Паша в отчаянии смотрит на Олега, который передергивает плечами и гадливо кривится. Меня трясет, зуб на зуб не попадает. Влад оглядывается, стягивает пальто и подходит.
— Что за фотографии? — я поднимаю на него глаза.
— Жуткие и отвратительные, — сдавленно отзывается Олег.
Влад вздыхает и накидывает мне на плечи пальто. Меня коконом окутывает теплое облако пряного парфюма:
— Да, тебе не стоит на них смотреть.
— Что за фотографии? — тихо повторяю я.
— Полина… — Паша истерично хихикает и расстегивает ворот рубашки, — давай, мы с тобой дома обо всем поговорим. Вспылил я чуток. Прости. Неделя тяжелая выдалась.
— Что за фотографии?! — в ярости вскрикиваю я и сжимаю кулаки. Закрываю глаза и шепчу. — Я должна увидеть их.
— Влад… не надо… — сипит Паша. — Хочешь, я на тебя квартиру перепишу? Машину? Влад, мне очень жаль… Влад, мой психолог говорит, что всему виной соперничество и борьба за родительскую любовь, понимаешь?
— Фотографии, — хватаю Олега за борта его кожаной куртки и вглядываюсь в испуганные глаза, — показывай.
— Там ничего интересного…
— Показывай, — холодно отзывается Влад. — Он сама этого пожелала.
Олег отстраняется от меня, аккуратно разжимая мои замерзшие пальцы, и открывает дверцу машины, с немым протестом глядя мне в глаза. Неуклюже ныряет в салон, и через несколько секунд его осуждающих вздохов я держу в руках пластиковую папку.
— Полина…
Влад приваливается к авто, медленно потирая ладони в перчатках. Смотрит на Пашу с нескрываемым презрением. Похоже, его месть претворяется в жизнь, потому что муж мой ненаглядный весь съеживается и кулак прижимает ко рту.
В гнетущем молчании вскрываю с щелчком папку на круглой кнопке. Достаю глянцевые фотографии и шагаю под фонарь у клумбы с свеже-перекопанной землей. Про себя отмечаю, что управляющая компания отлично справляется со своими обязанностями: двор держит в порядке, к зиме готовится и растения вовремя пересаживает. Одним словом, молодцы.
На фотографиях вижу откровенный изврат. Грязный и гадкий, и он пробирает до самых потаенных глубин подсознания, которое покрывается плесенью отвращения. Когда я думала о любовнице, я боялась, например, о внебрачном ребенке, а не о том, что мой муж вечерами лижет ноги своей начальницы.
— Полина…
Больше ни одна живая душа не должна увидеть эти фотографии. Нельзя позволить, чтобы кто-то узнал, что я замужем за извращенцем. Маму точно хватит удар, а папа на рыбалке утопится. Да я сама хочу нырнуть в лужу лицом вниз и захлебнуться.
— Полина…
— Заткнись, — цежу сквозь зубы я, и Паша замолкает, с готовностью потупив глазки.
У меня и в мыслях не было, что мой муж настолько падший человек с изуродованной душой.
— Ты должен уничтожить эти фотографии, — прячу снимки в папку и подхожу к Владу. — Все копии и все носители.
— Встала на защиту мужа?
— Нет, — я поднимаю взгляд. — Дело не в этом. Я не хочу, чтобы был хоть мизерный шанс того, что эти снимки попадут в руки моих родителей. Они у меня хорошие, Влад, и они, возможно, даже слова мне не скажут о том, что мой муж— извращенец, смолчат, но ты же все понимаешь, да?
— Прекрасно понимаю.
— Я выходила замуж за приличного и ответственного мужчину. Мои друзья и родственники были за меня невероятно рады и хочу, чтобы и развод прошел без скандала, сплетен и тихо.
Касается щеки, вглядываясь в глаз, и я знаю, какую цену он запросит за услугу. Да, это не меня порят на фотографиях и одаривают золотым дождем, но эта грязь касается и меня. Моей семьи, которой скоро не станет, но я не желаю быть целью пересудов, косых взглядов и того, чтобы меня, например, жалели. Мой муж не просто завел интрижку с другой женщиной, а стал ее рабом.
— Я избавлюсь от снимков, Поли, — наклоняется и едва слышно шепчет на ухо, — если ты сядешь в машину и поедешь со мной.
Глава 18. Сделка с дьяволом
Что мне делать? Домой к Паше-неадеквату возвращаться, рисковать своей репутацией и подвергать риску других людей “увидеть
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.