Дочь тренера. Бой без правил

Глава 5

Лекси

Спускаясь по ступенькам, вчитываюсь в список, выданный мне в колледже. В принципе, все документы у меня есть. Надо только медкомиссию пройти, и можно подавать.

Голова кругом. Мне все еще не верится, что это со мной происходит. Я морально совсем к другому готовилась. Надеялась, конечно, но надо быть честной с собой: такой исход был наименее вероятен. Притащилась взрослая девочка непонятно откуда, дочерью назвалась. А Терехов вот так…

Вчера вечером у нас на руках уже был документ, подтверждающий, что я не солгала и действительно его дочь. С анализом крови, как говорится, не поспоришь. А уже сегодня с утра он уехал меня легализовывать. Снова через каких-то знакомых, чтобы быстрее.

Думала искать работу, но отец предложил учиться. Выспрашивал, куда я хотела поступать. Отправил выяснять подробности. Можно было бы на сайте посмотреть, но при личной беседе стало известно больше нюансов, да и город мне изучать нужно, раз я здесь задержусь на более долгий срок.

А вот и он как раз звонит.

– Привет, – улыбаюсь.

– Как дела? Все узнала? – интересуется папа.

Даже в мыслях ужасно приятно это произносить. Отчим был замечательным, но почему-то папой его назвать у меня так и не вышло.

– Да. Нужно пройти некоторых врачей, и меня могут взять. Правда, только на коммерцию. Может, не надо? Я в следующем году могу…

– Завязывай, – перебивает он. – Я закончил. Могу подобрать тебя.

– Я сама доберусь.

– Какой самостоятельный у меня ребенок, – смеется. – Ладно. Тогда дома увидимся, все обсудим. Есть у меня еще некоторые мысли на этот счет.

Зачем-то кивнув, сбрасываю звонок, сворачиваю в сторону остановки и открываю на мобильном навигатор, чтобы сверяться с маршрутом. Прохожу мимо какой-то белой машины.

– Эй, кареглазка! – окрикивает мужской голос.

Оглядываюсь и чувствую, как заливаюсь краской от пяток до макушки. Чертов извращенец Хаски собственной персоной. Выходит из машины. Направляется прямо ко мне.

Перед глазами вспыхивает наша вчерашняя встреча в душевой Дворца спорта. Меня просто попросили заглянуть и выключить свет, а там… Очень не вовремя я зашла! Или, наоборот, вовремя, судя по тому, как его голубые глаза вмиг стали синими, а тело содрогнулось и рывком прижалось к рыжей девушке.

– Как зовут красивую девочку? – ослепительно улыбается, демонстрируя идеально белые зубы. Я думала, такие бывают только в рекламе зубной пасты, что аж слепит.

– А тебе зачем?

– Ну… Вчера ты видела меня практически голым. Мне кажется, это достаточный повод, чтобы познакомиться.

– Ошибаешься, – пожимаю плечами. – Знаешь, сколько мужских задниц я видела в бассейне? И что, со всеми надо сразу знакомиться?

Хаски стоит и хлопает своими темными ресницами.

– Пока, – быстро ретируюсь, неловко споткнувшись о валяющийся прямо посреди тротуара кирпич.

Парень как-то странно, многообещающе ухмыляется и прыгает за руль. Белая машина с двумя широкими синими полосками на капоте катится вдоль бордюра, а из окна торчат локоть и белобрысая голова. Вот точно Хаски! Еще бы язык высунул, было бы идеальное сходство.

Сигналит. Игнорирую. Снова сигналит.

– Ну чего? – останавливаюсь и разворачиваюсь к нему.

– Я знаю, где в городе готовят самый вкусный бабл-ти с боба́ и шоколадно-вишневый чизкейк. Мне кажется, мы не так начали наше знакомство.

– Да уж, – смеюсь я, – оригинальнее, пожалуй, не придумаешь.

И не забудешь, даже если очень захочешь.

– Девочку свою чизкейком угости, а мне пора, – отшиваю.

Машу ему ладошкой и еще раз поворачиваю, упираясь аккурат в остановочный комплекс. А у блондина не выйдет. Здесь одностороннее. Сигналит мне и сворачивает в другую сторону. Сдает назад, но я успеваю запрыгнуть в свой автобус и даже еще раз помахать настырному Хаски в окно. Он какое-то время катится за мной, но в итоге отстает и исчезает в плотном потоке автомобилей.

Под косыми взглядами уже знакомых мне женщин забегаю в подъезд, поднимаюсь на этаж. Дверь не заперта. Вхожу. Из кухни раздается голос отца, но я сначала ныряю в ванную. Умываюсь холодной водой и только после иду к нему.

Увидев меня, он хмурится, подходит и прикладывает ладонь ко лбу.

– Нормально себя чувствуешь?

– Да, – киваю для убедительности.

– Слушай, Лекси, может, вышку все-таки? Я могу тебя устроить в наш спортивный универ. Там специальностей много. Менеджмент, тренерский факультет, спортивная медицина в разных направлениях, психология. Еще что-то, надо глянуть.

– Это же дорого, наверное. Я и так свалилась… Не надо. Я готовить люблю. Стану хорошим поваром. Потом можно в ресторане работать. Если тут устроиться, будет очень неплохая зарплата.

– Ладно, я понял. Давай-ка, – смотрит на календарь, – неделю думай, потом подадим документы. Медкомиссию тебе за день сделают.

– А если места уже не будет? Начало года же. Сейчас будут подтягиваться те, кто экзамены пересдавал в третий раз.

– Уж место на повара я тебе в городе точно найду. Подумай.

– Хорошо, – обещаю ему.

Быстро готовлю обед, пока отец занимается своими делами. Накрываю на стол. Иду звать его. Дверь в комнату не закрыта. Стучу костяшками пальцев о косяк и заглядываю в полумрак. Терехов сидит на диване, уперевшись локтями в колени, смотрит в пол и туда-сюда водит ладонями по коротким темным волосам.

Тихо шагаю назад, но он все равно замечает. В глазах много вопросов и что-то еще, мне непонятное.

– Я правда могу уехать через месяц, – говорю тихо, стараясь смотреть куда угодно, только не на него. – И с учебой можно не заморачиваться. Я ведь не для этого приехала. И ты не должен мне ничего.

Он смеется. Выходит совсем невесело. Хлопает по свободному месту на диване рядом с собой. Прохожу, сажусь.

– Ерунду не говори. Ты моя дочь. Мы с тобой вчера лишний раз в этом убедились. Теперь я за тебя отвечаю, даже если тебе это не нравится. Я ситуацию понял и принял. На остальное нужно время. Как минимум для того, чтобы не просто осознать наличие взрослого ребенка в тридцать семь, но и привыкнуть к этому. А ты думай над моим предложением, Лекси. Это хорошие перспективы, несмотря на узкую специализацию.

Оставляю его одного. У себя в комнате открываю сайт этого самого университета и вчитываюсь в описание каждого факультета, отсеивая то, что не откликается. Задерживаюсь на спортивной психологии. Мила отвлекает звонком.

– Ну что? – звонко спрашивает подруга, – Ты теперь официально дочка чемпиона?

– Да, – с улыбкой падаю спиной на подушки. – У меня снова есть семья.

– Я так рада за тебя. Мама привет передает.

– Ей тоже большой-большой. А ко мне сегодня Хаски на улице пристал. Представляешь?

– Ого! Настоящий? Потерялся, что ли? А он был с ошейником? Там же бирочки у них с контактами владельца есть, – засыпает вопросами Мила, а я смеюсь в голос, представляя этого голубоглазого извращенца в ошейнике с биркой.

Ему бы пошло!

Глава 6

Матвей

Ну ладно, мелочь, я запомнил, где тебя искать. Теперь дело принципа – выяснить имя и накормить чизкейком. А заодно глянуть в паспорт, чтобы выстроить дальнейшую стратегию общения. Если восемнадцать есть, можно поиграться, прикольная девочка. Ну а нет – накормлю, напою и отпущу взрослеть. Хотя если по согласию… Законом уже не запрещено. Возраст согласия вообще с шестнадцати, и мы неплохо разводили девчонок еще в лицее, но сейчас хотелось бы восемнадцать, потому что там есть свои нюансы.

Во Дворец еду раньше, улыбаюсь. Она здорово подняла мне настроение. Давно я сложные задачки не решал.

Оставляю машину на парковке. Иду к парням. Тут пока только Тай и Клим. Тоже раньше притащились. Сажусь на перила, упираясь кроссовками в металлический «скелет». Алину отец подвозит прямо к ступенькам. Киваю ему. Немного знакомы.

Цокая каблуками, она поднимается к нам.

– Всем привет. Мэт, иди сюда, – манит пальчиком с острым ногтем. Они охренеть как больно врезаются в спину иногда.

– Чего надо? – Мне лениво слезать.

– Тебе подойти сложно? – дуется.

По ступенькам поднимается еще одна девочка из чиров. Новенькая, Варвара. Русые волосы до самой талии. Глаза большущие. Гимнастка бывшая. Мы с Климом сворачиваем шею в ее сторону. Никем еще не тронутая. Оставили на десерт. Таких девочек тут трогают только после серьезной победы. Но смотреть-то можно. А у меня преимущество, мы с ней еще летом на одном пафосном пляже пересекались.

Приветливо махнув нам, Варя скрывается в здании.

– Загорский, салфетку дать? – фыркает Алина.

– Зачем?

– Слюни подотрешь. Капают! – ревнует она.

– Ты сейчас договоришься, – спрыгиваю с перил и шагаю к ней. Вся смелость тут же улетучивается. – Салфетки понадобятся тебе, – провожу пальцем по губам, давая непрозрачный намек, чем можно занять ее дерзкий рот.

Толкаю фалангу глубже. Непроизвольно касается языком, сопя своим аккуратным носом. Вынимаю, вытираю палец о штаны. Алина недовольно на меня смотрит.

– Звала зачем? – Надо же поинтересоваться, раз я все-таки встал.

– Родители улетают через пару часов. Дома только обслуга. Приедешь? – игриво шагает пальцами по моей груди, проводит по вороту футболки, царапает кожу на шее. – Накажешь за длинный язык, – облизывает верхнюю губу.

– Только ты и я? – тихо смеюсь.

– Угу, – урчит, подтягиваясь на носочках и прижимаясь губами к щеке.

У меня за спиной парни. Лопатками чувствую, ржут. Надо добить этот спектакль и валить переодеваться.

– Скучно, – взяв Алину за плечи, мягко отталкиваю от себя.

– В смысле?

– Да в самом прямом. Алин, слушай, а у тебя втроем уже было?

За спиной кто-то «хрюкает» в кулак, чтобы не угорать в голос. У нее глаза расширяются, как у девственницы при виде члена.

– Ты озверел, Загорский? Еще одного парня в нашу постель? Ни за что!

– А при чем тут парень? Я ими не увлекаюсь, – брезгливо кривлюсь. – Пригласи сегодня кого-нибудь из своих подружек к нам в компанию. Тогда я точно приеду.

– Ты серьезно сейчас, Мэт? – Ее зрачки гневно пульсируют.

– Да, – чмокаю Алину в нос и спиной отхожу к своим. – Погнали. Разминка скоро.

– Как думаешь, приведет? – лыбится во все тридцать два Тайсон.

– Приведет, – киваю, тоже улыбаясь. – Она хочет стать той, кто удержит меня рядом. Типа, у вас не получилось, а я смогу. Почему бы не использовать это?

– Подсядешь.

– Не, – кривлюсь, – не мой вариант. Поюзаю еще немного и переключусь. Есть у меня кое-что интересное на примете.

Взъерошив волосы, вхожу в раздевалку. Быстро меняю уличную одежду на форму. Остальные парни подтягиваются. Идем в зал. Терехов уже здесь. Объявляет разминку, план занятия. Все лишнее из головы тут же выветривается, потому что здесь я знаю, чего реально стою и куда могу подняться. Здесь мне показали новую цель, которую не купишь за бабки, хотя дорога к ней стоит довольно недешево. И я снова выкладываюсь, жадно слушая тренера, отрабатывая в тренажерке и на спаррингах.

– Тридцать минут до конца. Никто не расслабляется. Клим на ринг с Матвеем. Я слежу. Салахов, сюда иди, разговор есть.

Тай уходит к Терехову, а мы с Зориным встаем в стойку. Он у нас один из младших, а ставки на него делают, как на Салахова. В принципе, бесперспективных в нашей возрастной уже нет. Каждый боец приносит клубу хорошие деньги. Просто, как и везде, есть те, кто лучше, сильнее, выше. И я стремлюсь именно туда. В один ряд с Зориным и Салаховым.

У меня еще не все рефлексы переключились после смешанных. Все же я там с детства. Клим ловко уворачивается, успеваю закрыться от встречного удара.

– Закончили, – отдает команду Терехов. – Мэт, завтра утром индивидуальная. Все теперь на меня посмотрели. Вы же в курсе, что молодой бизнесмен Демид Добронравов открыл интернат для трудных подростков из неблагополучных семей? – Через одного киваем. – Нас попросили провести серию мастер-классов, чтобы заинтересовать этих пацанов спортом. Тайсон уже имеет подобный опыт. Он ездил в детский дом, на базе которого создан интернат. Можете расспросить, какие там дети и как себя с ними вести, чтобы избежать ненужных конфликтов. Теперь все свободны.

Парни расходятся, я иду к Юрию Германовичу. Мне нужен конструктив по сегодняшнему спаррингу.

– Отдыхай сегодня, Матвей. Хорошо выложился. Разбор будет завтра утром, – отсылает меня, – Стой, – тут же тормозит. – Из головы вылетело. На следующей неделе у нас гости из соседнего клуба. Выйдешь на ринг.

– Я?

– Да. Здесь тебе не страшно, – хмыкает он. – Со своими ты все еще мечешься между ММА и боксом. Уже гораздо лучше, но все равно косячишь. Там тебе быстро напомнят про правила. Нахватаешься штрафных, мозг начнет работать иначе, подтянет за собой тело. Какой ты спортсмен без реальных соперников? Иди, завтра все обсудим.

– Спасибо, Юрий Германович.

Он кивает и отвлекается на свои дела, а я догоняю парней. Иду в душ.

Обсыхаем, расспрашивая Тайсона про этот интернат.

– Там раньше и маленькие дети были, но потом детский дом решили расформировать. Землю под ним рентабельнее было продать. Добронравов зацепился, чтобы сохранить это место хотя бы для старших, и создал интересный проект. Там сейчас с пятого или шестого класса молодняк учится. Ну и по одиннадцатый. Бухло, наркота, драки, провокации, судимости. Все там. Но вроде не безнадежные. Можно осаживать, если будут борзеть, но таких лучше сразу на ринг. Они азартно включаются в это дело, – делится Салахов. – Я слышал, Терехов с Добронравовым группу хотят открыть на свои бабки для тех, кто заинтересуется. Так что, парни, можно предков пошевелить, помочь. Карму почистите.

Бурно обсуждая эту тему, выходим на улицу. Клим с Тайсоном замирают рядом со мной. Смотрим вниз с крыльца.

– Бля, я уже про нее забыл, – расплываюсь в улыбке Чеширского кота, глядя на Алинку с влажными после душа волосами и еще какую-то девчонку, нам всем незнакомую. – Надо было с вами поспорить, – давясь смехом, обращаюсь к пацанам. – Это были бы самые легкие бабки в моей жизни. Ладно, погнал я. Счастливо.

Сбегаю по ступенькам, обнимаю сразу обеих девчонок. Демонстративно целую их в щеки и веду к своей тачке. Ночь обещает быть забавной.

Глава 7

Лекси

– Доброе утро, – легко улыбаюсь отцу, выставляя перед ним завтрак.

Все полезное, сбалансированное и эстетически красивое. Он смотрит в тарелку и тоже улыбается. Мне тепло от этого и от того, что в ближайшее время на улице точно не окажусь. Отец, как настоящий чемпион, все везде решил и со всеми договорился. Все теперь точно хорошо.

– Волнуешься? – спрашивает он.

– Не знаю пока, – пожав плечами, сажусь на табуретку напротив, подогнув под себя одну ногу.

Когда ехала из родного города в неизвестность, волновалась, а сейчас я, скорее, испытываю трепет перед еще одним неожиданным и важным моментом в своей жизни.

Доедаем. Быстро убираю посуду со стола. Мыть ее уже некогда. Вернусь – все сделаю. Рюкзак ждет меня в прихожей. Отец забирает его сам и несет до машины. Сажусь к нему на переднее.

Мимо нас проходит соседка с собакой. Косится подозрительно, но Терехов ни пред кем не отчитывается и взглядов этих не замечает. Это у меня в голове иногда звучит голос бабули: «Что скажут люди, Алексия?» Ее всегда очень волновало мнение окружающих. Меня гораздо меньше, но эти вот нотации из головы сразу не вытравить. Они туда тщательно вкладывались с детства.

Отец довозит меня до здания университета, в который я все же решилась поступить. Хотя это громко сказано, конечно. Он устроил, а у меня даже профильных экзаменов нет, поэтому и заслуги моей тоже нет, но я постараюсь его не разочаровать.

Из окна вижу массивную вывеску и спешащих на занятие студентов. Волнение нагоняет. Растираю похолодевшие пальцы.

– Все нормально будет, Лекси, – успокаивает папа. – Не бойся. Здесь наших много учится. Это такая… особенная среда. От других вузов сильно отличается. Тебе понравится.

Забираю рюкзак, выхожу из машины и еще раз осматриваю учебный корпус. Масштабы, конечно… Не маленький колледж, где я планировала изучать поварское дело.

Поднимаюсь по ступенькам, прохожу по длинной входной площадке с перилами с обеих сторон. Оглядываюсь. Отец сигналит мне и уезжает. Делаю шаг и оказываюсь в шумном холле, попадая в потрясающую, захватывающую дух атмосферу.

Я теперь студентка. Вау!

Поедая все вокруг любопытным взглядом, нахожу мою первую аудиторию. Небольшая. Длинные столы в два ряда расположены ярусами. Многие места уже заняты. Тут в основном девочки. Поднимаюсь вдоль стены.

– Можно? – спрашиваю у блондинки с вьющимися, как пружинки, волосами, собранными в низкий хвост.

– Да, конечно. – Она двигается от края, уступая мне место рядом с собой. – Новенькая?

– Да, – выкладываю на стол тетрадь, ручку, простой карандаш на всякий случай.

– Саша, – представляется девочка.

– Алексия. Можно Лекси, – улыбаюсь в ответ.

И вроде уже не так волнительно. Интересно. Лекция мне нравится и послевкусие от нее тоже. Начинаю чувствовать себя взрослой. Приходит то самое понимание, что все, школа действительно закончилась. Здесь совсем все иначе. И вместо дурашливых одноклассников красивые девочки вокруг и подтянутые, как на подбор, парни.

– А ты каким спортом занимаешься? – спрашиваю у Саши, пока мы переходим в другую аудиторию.

– Зарядку по утрам делаю, – смеется она. – Я не из спортивной среды. Здесь это редкость, но встречается. А ты?

– Плавание, но никогда не думала, что окажусь в таком универе, – признаюсь ей.

– Рада, что оказалась?

– Пока точно да, – снова оглядываюсь по сторонам.

Отслушав еще одну лекцию, отправляемся на перекус. Берем чай, протеиновое печенье без сахара и выходим на улицу. Прижимаемся к перилам недалеко от входа. Старшие курсы курят в стороне от нас и громко разговаривают.

– Мэт, ты так и не поделился впечатлениями о тройничке, – говорит высокий парень с темным затылком. – Как оно там?

Саша закатывает глаза и делает глоток чая, а я в этой компашке замечаю знакомую светлую макушку.

– Да ладно? Хаски тоже учится здесь? – вгрызаюсь в рассыпчатое печенье.

– Хаски? – округляет глаза Саша.

– Угу. Вон тот, – киваю на голубоглазого блондина.

А он с очень довольным лицом вещает своим друзьям:

– Рекомендую. Зачетная тема. Девочки отработали на шестерку по пятибальной. Я так нажрался, до сих пор не хочу.

– Не, я теперь пас. Знаешь, где будут мои яйца, если я с Юлькой хотя бы пошучу в эту сторону? – прикалывается темненький.

Нет, дурные мальчишки – все же явление повсеместное и от возраста, видимо, не зависящее.

– Слушай, точно Хаски. Я все думала, кого он мне так напоминает, – смеется Саша. Я подхватываю. Выходит звонко и весело.

Парни на нас оглядываются. Извращенец, забавно закусив нижнюю губу, удивленно смотрит прямо на меня.

– Сама нашлась, кареглазка! – Довольный такой, будто в лотерею выиграл.

– А говорил, что нажрался, – стебут его парни, тоже с интересом меня разглядывая.

– Привет, – машет им Саша.

Идут к нам всей компанией.

– Привет, Сашунь. – Темненький дружески приобнимает ее за плечи.

– Тай, – морщится моя новая знакомая, – не называй меня так. Бесит!

Они переговариваются, а ко мне, расталкивая друзей, протискивается блондин.

– Кос, отодвинься, это мое место, – нагло заявляет русоволосому парню. – Я тебя искал, улыбашка, – бессовестно нарушает личные границы, слегка касаясь моих пальцев своими.

– Зачем? – отдернув руку, прячу ее за спину и делаю шаг назад. Упираюсь поясницей в холодные перила.

– Мы в прошлый раз не закончили. – Хаски тоже делает шаг, окончательно оттесняя меня от Саши и своей шумной компании. – Ты сбежала. А я все же настаиваю на знакомстве и обеде. В конце концов, – повышает голос, – ты просто не имеешь права мне отказать после того, что между нами произошло! – говорит так, чтобы слышали все.

Парни затихают и смотрят на меня уже совсем иначе.

– Это твои фантазии, – мило улыбаюсь ему. – Просто дорисуй туда бабл-ти и шоколадно-вишневый чизкейк.

– У-у-у, – тянут его друзья.

– Мля, этот день надо вписать в историю. Загорскому отказали! – угорают они.

Мягко толкаю блондина в грудь, чтобы отошел. Его недовольный взгляд мне совсем не нравится, но я спокойно прохожу мимо всех его друзей. Кидаю стаканчик с недопитым чаем в урну.

– Саш. Саша, стой, – слышу за спиной. – Как зовут девочку? – спрашивает у нее Хаски.

– Задачка со звездочкой, Мэт, – хихикает она. – Списать не дам. Сам решай.

Догоняет меня, берет под руку и тянет за собой в корпус.

На последнем занятии, прямо посередине лекции в аудиторию заходит какой-то парень, поднимается к нам и молча ставит передо мной прозрачный стакан с лавандовым бабл-ти и торчащей из него трубочкой. Прямо на стакане маркером написано:

«Приходи за чизкейком, Алексия ».

Глава 8

Матвей

Пока все довольно просто. Не тем задачам Сашулька звездочки приписывает. Вопрос с именем решился за пять минут, три из которых, периодически отвлекаясь на знакомых, я поднимался в секретариат. Больше, правда, ничего не сказали. Ну да ладно. Для того чтобы произвести впечатление, хватит и этого.

Смотрю на картонную коробочку с чизкейком, изучая внутренние ощущения от ее имени на своем языке. Я бы кое-что другое ощутил, но мы до этого еще дойдем, а пока имя…

Алексия.

Интересное. Много у нас было в лицее разных девочек с незаезженными именами. Такого не попадалось. Оно и острое, и мягкое. С характером, как его хозяйка.

Азарт во мне растет в геометрической прогрессии. Лекция проходит мимо. В районе солнечного сплетения скапливается предвкушение новой победы. Понимаю, насколько, оказывается, устал от Алинки. С ней приторно, слишком легко и слишком доступно все, что шарахнет в мою дурную башку. Зубы уже сводит. Хочется разбавить эту «сладость» чем-то необычным.

Рядом Тайсон шкрябает ручкой по листам в клетку. За спиной тихо переговариваются еще трое наших. Толкают меня в плечо. Разворачиваюсь.

– Мэт, как думаешь, придет? – спрашивает Арс.

– Нет, – хмыкнув, еще раз бросаю взгляд на несчастный кусок торта, – но я дожму. Такие девочки отлично смотрятся на коленях, с членом во рту и поплывшим взглядом.

Лекси была права. Фантазия у меня действительно неплохо работает. Представляю, как ее острый язычок проходится по головке.

Уф-ф-ф…

Веду плечами, чтобы скрыть ударную волну возбуждения, хлынувшую в пах. Ее карие глаза, затянутые томной дымкой, будут великолепно смотреться с высоты моего роста.

– Не боишься, что она тебе его откусит? – ухмыляется Касьян.

– В этом не будет необходимости. Ей все понравится, – азартно улыбаюсь я.

Парни легко ловят эту волну.

– Мне кажется, это не твой вариант, Мэт. – Тайсон, наконец, забивает на лекцию и присоединяется к разговору. – Да и Алинка же у тебя.

Кривлюсь. Член перестает давить на ширинку. А это знак, что пора окончательно разрывать нашу исключительно порочную связь и искать ей замену.