- -
- 100%
- +
Падаю. Получаю еще один удар в лицо. Больно! Со стороны дороги раздается гул спецсирены. Я ложусь на теплый тротуар и со стоном обнимаю поврежденную ногу.
Бой… у меня скоро бой! А-а-а-а!
– Тёма, – гладит меня по волосам Эля. – Мы скорую вызвали, – хлюпает носом.
– Уйди от меня, – рычу на нее. – Не трогай! Одни проблемы от тебя! – Но она не уходит. Так и сидит рядом, пока Лу говорит с полицией.
Звонят отцу. Он приезжает одновременно с врачами. Я отворачиваюсь, чтобы не видеть очередное разочарование в его глазах.
Медики осматривают, сообщают, что перелома нет. Вывих. Но это все равно травма, черт бы ее побрал! Фиксируют ногу. Аккуратно перекладывают на носилки. Родитель тут же оказывается рядом.
– Ты как?
– Не знаю пока, – морщусь от боли. – Обезболивающего хочу.
Закрываю глаза и стараюсь сосредоточиться на распирающей злости и все еще гуляющему по венам адреналину.
– Я все решу. Держись. Ты же боец, – аккуратно сжимает мою руку. Отпускает скорую.
В травме меня еще раз осматривают, делают снимок, обкалывают ногу анестезией. Вправляют вывих. Накладывают лангету и отправляют в палату. Тут же прибегает медсестра, обрабатывает ссадины. К ним я давно привык. Молча жду, когда закончит.
– Какой терпеливый мальчик, – улыбается женщина.
– Можно? – В дверях палаты появляется отец.
– Да, только недолго.
Он садится на край кровати. Внимательно меня осматривает. Отворачиваюсь. Так погано внутри, что хочется повыть на эту дебильную бежевую стену.
– Девчонки мне все рассказали. Удивлен, если быть честным. Но ты большой молодец, сын. Горжусь. Я говорил с врачом….
– Сколько? – сжимаю пальцами простыню.
– Не меньше месяца. Этот бой ты точно пропускаешь.
– Мы еще посмотрим! – упираюсь взглядом в стену.
¬– Не дури, Артем. Здесь без вариантов. Тебе нужна отдельная палата? – переводит тему.
– Мне нужно, чтобы меня просто не трогали какое-то время. – Говорить больше не хочется.
– Я тебя понял. Элю позвать на минутку? Она очень переживает.
– Не надо! – срываюсь и снова до треска ткани стискиваю простыню. – Сейчас она последняя, кого я хочу видеть, – сжимаю зубы. На языке остается твердая крошка.
– Ладно, – кладет мне под подушку мой мобильник. – Напиши, что нужно. Я завтра все привезу.
За отцом закрывается дверь. Чувствую на себе взгляды еще двух «местных». Только заговорите сейчас со мной! Начну посылать по известному маршруту. Мужики благоразумно молчат. Бьюсь затылком о подушку, стараясь хоть немного погасить бурлящие эмоции.
Глава 12
Этель
– Как он? – подскакиваю с небольшого кожаного диванчика в коридоре, как только отец Артема появляется в дверях палаты.
Лу уже несколько раз звонила. Ее с собой в больницу не взяли. Павел Андреевич лишь невнятно качает рукой и уходит разговаривать с врачом.
Меня до сих пор колотит от всего произошедшего. Медсестра дала успокоительное. Пока не помогает. Перед глазами так и стоит ужасная драка и Артем, лежащий на тротуаре. Никто больше не помог. И я не знаю, что страшнее: те, кто стал виновником драки прямо в парке, где гуляют дети, или безразличные люди, окружавшие нас в тот момент.
Пока отчима нет, решаюсь войти в палату. Четыре койки вдоль стен. Три из них заняты. У каждой кровати персональная тумбочка. Стену напротив двери занимает большое окно. Артем лежит, отвернувшись от всех. Тяжело, шумно дышит. Руки сжаты в кулаки. Влажные ресницы дрожат.
– Спасибо, – решаю начать наш разговор именно с этого. Сводный молчит, скрипя зубами. – Тём, – осторожно прикасаюсь к его руке со стесанной на костяшках кожей.
– Уйди, – дергает рукой, – просто свали сейчас! – рычит на меня.
– Я просто…
– Что «просто»?! – поворачивает голову. В его серых глазах настоящая буря. – Нихрена не просто, Эля! Это будет очень важный для меня бой! А теперь травма… – снова отворачивается. – Уходи. От тебя одни проблемы. И чем ты ближе, тем их больше. Такими темпами в следующий раз мне придется спасать тебя из-под танка. Ты обязательно найдешь в этом гребаном городе танк!
– Ты винишь меня? – нервно сглатываю. – Зачем вмешался тогда? Надо было оставить все как есть, и спокойно пошел бы на свой бой! – От обиды тоже сжимаю пальцы в кулаки.
– Видимо меня, запрограммировали спасать глупых девчонок, не способных и шагу ступить без неприятностей, – усмехается он. – Уходи, Этель. Не хочу никого видеть. Тебя в первую очередь.
Вылетаю из палаты, врезаюсь в Павла Андреевича. Отскакиваю к стене, ударяюсь о нее спиной. Сегодня точно не мой день!
– Тебе врач не нужен? – спрашивает он.
– Нет.
– Уверена? – Киваю. – Тогда поехали домой. Здесь мы больше ничем не поможем, а Артему надо остыть. Он на взводе сейчас. Завтра пообщаетесь.
По дороге переписываюсь с Лу, чтобы хоть немного отвлечься. Слова Артема все больше врезаются под кожу. Чувство вины больно бьет по мне, словно плетью. Убеждаю себя в обратном. Я не виновата в случившемся. Лу подтвердит. Те парни сами подошли к нам. Они сами стали приставать. Мы просто хотели уйти, они не дали, а потом из ниоткуда появился Артем. Да я даже не знала, что он находится где-то поблизости! Только его обвиняющий взгляд никак не желает меня отпускать. Он вместе со мной едет в машине, входит в дом и поднимается по лестнице. Я даже комнатой промахиваюсь, открывая соседнюю со своей дверь и тут же погружаясь в его мир.
Закрываю дверь. Иду в ванную. Хочется смыть с себя каждое мерзкое прикосновение тех придурков. Даже случайное. Кажется, что меня изваляли в грязи. Со мной такое впервые.
Долго стою под душем. Заворачиваюсь в полотенце, сгребаю с пола школьную форму. Ее тоже надо стирать. Смятым комком бросаю вещи на полу в комнате. Одеваюсь в домашнее. В дверь стучат.
– Войдите.
Интересно, а можно было не отвечать? Мне пока с головой хватило разговора с Артемом. Еще одну обвинительную речь я просто не выдержу.
В спальню входит бабушка Северовых. Неодобрительно смотрит на скомканную форму.
– Я скажу домработнице, чтобы привела в порядок. К утру будет готово.
– Спасибо, – сажусь на край кровати, ощущая себя максимально чужой в этом доме. Мать не пришла. Пришел посторонний для меня человек.
– Расскажешь мне, что случилось? Павел сказал, что Артем в больнице, но, как всегда, ничего не объяснил. Даже адрес больницы мне не сказал! – нервно взмахивает руками Маргарита Антиповна.
– Боюсь, мне тоже особенно нечем поделиться. К нам с одноклассницей пристали парни в парке. Тёма оказался рядом и кинулся защищать. Получил травму и теперь пропустит важный для него бой.
– Ты не пострадала? – Бабушка Артема внимательно осматривает меня.
– Нет. Благодаря вашему внуку все обошлось. А теперь можно мне побыть одной?
– Конечно. Я распоряжусь, чтобы тебе в комнату принесли ужин и чай с ромашкой. Он хорошо успокаивает. Эля, – оглядывается у двери, – в какую больницу его положили?
– Не знаю, – жму плечами.
–Ладно. Сама найду.
Я, наконец, остаюсь одна. Падаю на кровать, пялюсь в потолок. Завтра надо обязательно съездить к Артему после уроков. Адреса больницы я и правда не знаю, но помню примерный маршрут. Спрошу у Лу. Надеюсь, она подскажет.
Мне приносят легкий ужин, а хочется маму. Мы никогда особо не были близки, но сейчас мне было бы легче, если бы она пришла и просто посидела рядом. Даже говорить со мной не надо. Просто поприсутствовать в моей жизни, когда мне плохо. Но мамы нет. Есть небольшая порция салата с креветками, запеченная куриная грудка и тот самый чай с ромашкой.
Отвлекаюсь на фильм. Мне вкусно, и немного отпускает. Телефон начинает бешено вибрировать под подушкой. Испугавшись, достаю, смотрю на экран.
«Привет. Это Макс. Как Артем? Он не берет трубку».
«Эля, ну как ты?» – от Лу.
«Здоров, новенькая. Что с нашим бойцом? (Мэт)»
Кто это вообще?!
«Ты как, красивая девочка?» – Платон.
«Это ты виновата! Лучше не приезжай завтра в лицей!» – Нетрудно догадаться, от кого оно.
Закрываю все сообщения. Ставлю телефон на беззвучный режим и снова переключаюсь на фильм. Вздрагиваю, когда дверь открывается, впуская в темную комнату немного света из коридора.
Не мама…
– Лежи-лежи, – машет на меня рукой Маргарита Антиповна. – Я с тобой тихонечко посижу. Не буду мешать.
Двигаюсь. Бабушка Артема присаживается на край кровати и тоже смотрит в экран. Ее теплая ладонь проходит по моим волосам, гладит по спине. От этого прикосновения становится вдруг очень уютно. Мне так нужна была вот такая молчаливая поддержка. Ей, похоже, тоже.
Мы вместе досматриваем кино. Включаю еще одно.
– Ты знаешь, – тихо говорит она. – Тёма – это все, что держит меня в этом доме. Я бы давно уехала, если бы не внук. Паша совсем им не занимается. Бизнес отнимает очень много времени, но приоритеты надо расставлять правильно. Печально, что твоя мама тоже делает это неверно. Вы так быстро взрослеете, – улыбается она. – Ему было очень больно?
– Он сильный. А еще смелый, – успокаиваю ее. – За меня раньше только папа мог заступиться.
– Спасибо. – Она снова гладит меня по волосам.
Глава 13
Этель
Моя форма с утра в идеальном состоянии. Собираюсь, морально готовясь к тому, что день сегодня будет тяжелый.
Спускаюсь в столовую. Есть совсем не хочется. Нервы болезненно сжали желудок до размера грецкого ореха. Чтобы этот тугой узел хоть немного распустился, дышу глубже.
Я не виновата в том, что произошло! Не виновата!
Все утро себе это повторяю.
Стол уже накрыт. Павел Андреевич расхаживает вдоль окон, разговаривая по телефону. Мама с нежным восхищением наблюдает за ним.
– Доброе утро, – обращаю на себя внимание.
– Скажи, – мама переводит взгляд на меня, – ты можешь не создавать мне проблем? Из-за тебя мальчик в больнице! Паша полночи не спал. Ты делаешь это специально, Эля? Мне назло, да?
– Что? – Я давлюсь воздухом на очередном глубоком вдохе.
– Чушь не городи! – осаживает ее Маргарита Антиповна, оказавшаяся у меня за спиной. – Ты бы хоть зашла вчера к девочке и спросила, как она. Притащила в дом и бросила, как котенка. Тоже мне мать. Эля, садись за стол. Машина уже готова. Костя отвезет тебя в лицей после завтрака.
– Спасибо, есть здесь мне совсем не хочется, – разворачиваюсь, чтобы уйти.
– Этель! – снова повышает голос мама.
Мне плевать, я ухожу.
На улице сегодня пасмурно и парит, как перед дождем. Погода подстраивается под мое настроение. Вяло улыбнувшись водителю, сажусь в машину. Достаю из рюкзака наушники, включаю любимый плейлист, отгораживаясь музыкой от внешнего мира.
Не вынимая наушники, иду к крыльцу лицея через плац. На перилах сидит Максимилиан, болтает по телефону. Машет мне рукой.
– Привет, – киваю в ответ. Захожу в холл.
Первым уроком у нас литература. Это второй этаж. Поднимаюсь. Возле кабинета стоит знакомая компания. Даша выпрямляет спину, на красивом лице растягивается многообещающая улыбка. Пытаюсь пройти. Не пускает, загородив собой проход. Вытаскиваю один наушник, поднимаю на нее взгляд.
– Какие-то проблемы?
– Угу. Ты! – фыркает Даша. – Одна сплошная проблема. Нам в классе такое не нужно.
– А я у тебя разрешения не спрашиваю, – отвечаю с ледяным спокойствием. – Пусти, – убираю ее руку от косяка, чтобы пройти, но меня буквально выталкивают обратно.
– Эй! Вы обалдели? – внутри что-то лопается, и я взрываюсь. Достали! – Даша, включи мозг, если он у тебя, конечно, есть. Я не виновата в том, что произошло с Артемом. Это случайность! Он вступился там, где взрослые мужики спасовали. И вместо того чтобы гордиться своим смелым парнем и съездить к нему в больницу, ты ищешь виноватых там, где их нет.
– Нет, это у тебя нет мозгов, Шерро, раз ты не догнала. Не появилась бы ты, у Севера вообще не было бы травмы. Спасать было бы некого! На тебя же нормальный парень не посмотрит. Твой уровень – это такие вот гопники из ПТУ. Ему и не надо было тебя спасать. Тебе среди них самое место!
– Киреева, ты чего тут пробки создаешь? В дверь не влезаешь? Подтолкнуть? – слышу за своей спиной. По парфюму узнаю Платона.
Дашка краснеет, ее подружки расступаются. Мы заходим в класс. Поворачиваю голову на недовольное шипение. Запыхавшаяся Лу зацепила плечом одну из Дашкиных подруг и с довольной улыбкой идет к нам.
– Чуть не опоздала. Привет. Ну ты как?
– Все хорошо, – стараюсь улыбаться.
Пальцы подрагивают от адреналина после неприятной перепалки.
– Сядешь со мной? – предлагает Платон, прикасаясь к моей руке. Отдергиваю.
– Не надо, – прошу его, пряча руку за спину.
– Извини, – в примирительно жесте поднимает свои.
– Калужский! – Лу подхватывает меня под локоть. – Один рыцарский поступок еще не дает тебе права претендовать на руку принцессы, – смеется подруга. – Поработай над этим еще, – подмигивает ему и тянет меня к нашей парте.
Садимся. Платон за нами. Преподаватель входит со звонком и сразу приступает к объяснению нового материала.
«Ты обещала мне прогулку» – приходит сообщение от Платона.
«Прости. Это было до того, как Артем попал в больницу. После занятий я поеду к нему».
«Мда. Север мне вряд ли обрадуется, но я готов составить тебе компанию». «Не думаю, что это хорошая идея». Не читаю его больше. Стараюсь сосредоточиться на речи преподавателя. Время проходит быстро. До большого перерыва Даша меня не трогает. Идем с Лу в столовую. Девушка моего сводного уже здесь. Стараюсь даже не смотреть в ее сторону, чтобы не провоцировать на новый скандал. Берем по стакану горячего чая, салат и булочки. Смотрю теперь вообще только под ноги, чтобы не навернуться с подносом. Спотыкаюсь. Выпускаю поднос из рук. Мне удается не пропахать полы носом, но вся посуда звонко разбивается у меня под ногами.
– Тупо! – зло шипит Лу. – И по-детски!
Присаживается, помогает мне собирать все на поднос. Рядом неожиданно оказывается Максимилиан. Закидывает к осколкам разлетевшиеся листья салата, находит перепачканную в грязи булочку.
Выпрямляюсь во весь рост. Мило улыбаясь, ставлю поднос со всем этим прямо на тарелки с Дашкиной едой.
– Да ты… – задыхается наша «королева». – Ты!..
– Приятного аппетита.
Столовая взрывается громким смехом. Даже малышня, занимающая два первых стола перед раздачей, тихонечко хихикает.
– Заткнитесь все! Над кем вы ржете?
Даша резко поднимается. Задевает рукой единственное, что уцелело из ее обеда, – стакан с апельсиновым соком. Он неровным мокрым пятном расползается по ее юбке, тонкими струйками стекает по ноге.
– Я тебя уничтожу, Шерро! – агрессивно цокая каблуками, идет к выходу.
Натыкается на охранника. Они говорят и вместе уходят.
– Сейчас она выхватит, – довольно улыбается Макс. – Пойдем за наш стол, Эль. Надо же тебя сегодня покормить.
Глава 14
Артем
Она входит в палату, и я опять погружаюсь в эти глаза. Сейчас они синие. Это так офигенно, что я забываю, что злился. Я хочу смотреть в эти глаза. Вот так странно цепляет. Не бывает же так… Я не влюбляюсь!
Эля замирает на пороге палаты. Мужики на соседних койках тактично нас не замечают. Зато я замечаю все. И паршиво, что это все мне нравится. Из большого окна на стене солнце проложило дорожку по полу. Этель попадает прямо на ее край. И я не могу не вести взглядом выше. Стройные ноги от колена и выше закрыты юбкой. Воспаленная фантазия дорисовывает остальное. Белая блузка на маленьких полупрозрачных пуговицах, вырез, изящная шея…
– Здаров!
За спиной сводной появляется Макс с рюкзаком через плечо и здоровенным пакетом. Подходит ближе, садится на край кровати и кидает на меня одеяло, закрывая по пояс. Красноречиво играет бровями.
– Не смущай девочку. Как ты, дружище? Мы тебе вкуснях притащили.
Эля все так же стоит в дверях, не решаясь подойти. Я наговорил ей… Дурак. Девчонка и так перепугалась.
– Ну привет, Север. – К нам присоединяется Лу.
Сейчас их всех отсюда попрут. Нельзя толпой. Но я рад им. А то был риск сдохнуть до вечера от тоски.
– Привет, – киваю нашей теннисистке. – Все нормально?
– Да. Спасибо, что помог. Только желательно, чтобы до отца эта история не дошла.
– Да у нас все гудели вчера. Боюсь, так или иначе до старших долетит, – ведет плечом Макс.
– Да уж, – отмирает Эля. – У меня телефон чуть не взорвался от сообщений. Не знала, что ты такой популярный.
Закатываю глаза к потолку. Ты, детка, обо мне еще вообще ни черта не знаешь!
– Тебе Даша уже звонила? – интересуется Макс.
– Телефон на режиме «в самолете». Не хочу пока ни с кем говорить. А что? Тоже переживает? – усмехаюсь. Мне кажется, она не способна на такие чувства. У нее совсем иные ценности в приоритете.
– Да. – За Макса поспешно отвечает Эля. – Привет тебе передавала.
Авдеев отрицательно качает головой.
Походу, чтобы узнать подробности, телефон все же придется включить. Эля явно не хочет говорить, а ребята при ней не станут.
– Как нога? – Лу забирает у Макса пакет, выкладывает на тумбочку две коробки сока, негазированную воду, фрукты и мои любимые крекеры.
– С утра вкололи еще обезболивающего, так что нормально. Они сильно преувеличили, сказав, что на восстановление уйдет месяц.
– Ты не торопись, – хлопает по плечу Лу. – Такие травмы…
– А ты бы пропустила чемпионат, зная, что следующая возможность попасть на него у тебя будет в лучшем случае через год? – перебиваю ее.
– Нет, – честно отвечает Лусинэ.
– Ну вот и оставь эти разговоры моей бабушке. А мне важно там быть, и я буду!
– Север, тормози. Ты тут валяться будешь без тренировок. И плюсом больная нога. Да ты, считай, расписался под своим поражением.
– Макс! – рявкаю на друга. – Вот поэтому я телефон и выключил. Чтобы мне мозги не делали лекциями и причитаниями!
– Все, молчу я, молчу. Не психуй! Ты же знаешь, я в любом случае буду на твоей стороне, даже если с твоим решением не согласен. Могу завтра к тренеру заскочить, взять для тебя что-нибудь, чтобы хоть корпус пока в тонусе держал. Хочешь?
– Спасибо, – жму его ладонь.
Мы просто болтаем, ржем, как кони, все время шикая друг на друга, но нас все равно разгоняют. У меня еще один укол по расписанию. Медсестра входит в палату, а тут толпа. Выставляет, разрешая остаться только Этель и то потому, что сестра. Она, в отличие от Макса, на кровать сесть не решается. Берет табуретку и устраивается на ней. Надо бы сказать, что я не злюсь. И да, еще извиниться. Но все эти слова противным комом застревают в горле. Мы просто смотрим друг на друга. Она не выдерживает первой. Отводит взгляд к окну. Решаю немного понаглеть на правах раненого. Тянусь рукой до ее, прилежно лежащих на коленях. Приходится немного сползти вниз по подушке, чтобы дотянуться. Прикасаюсь пальцами к ее руке. Вздрагивает, поднимает свои красивые ресницы и прячет от меня руки за спину.
– Извини, – сразу за все. И за вчерашнюю грубость, и за это прикосновение.
– Я пойду. Рада, что с тобой все хорошо. Бабушке обязательно позвони. Она волнуется.
Понимаю, что надо отпускать. Не хочется. Вот такой я дебил, оказывается, когда девчонка реально нравится. Не люблю привязываться к людям. Ничего хорошего из этого не выходит. И вместо того чтобы попросить ее задержаться или прийти завтра, я просто отпускаю. Нефиг влипать в это глубже. Не отдать ее Платону – это одно, а то, как клинит какого-то черта меня, уже совсем другое.
– Пока, – успеваю сказать прежде, чем Эля закрывает за собой дверь.
– Странные у тебя отношения с сестрой, парень, – влезает один из соседей по палате.
– Она сводная, – закрываю глаза, стараюсь удержать на пальцах ощущение от прикосновения к ее коже.
Даю себе мысленный подзатыльник. Отрезвляет. Снимаю с зарядки мобильник, перевожу в доступный режим и просто слушаю, как он бесконечно вибрирует, принимая, наверное, с сотню сообщений и уведомлений от спама и пропущенных звонков до обеспокоенных или злорадствующих.
Глава 15
Этель
Неугомонный!
Злюсь на него всю дорогу до дома. И Макс поддерживает эту дурацкую затею. Ну какие тренировки? Какой бой? Насмотрелся фильмов. Только это не фильм, а реальность! И его там просто покалечат. Надеюсь, Артем все же одумается.
Такси останавливается у ворот. Прохожу мимо охраны. Сворачиваю по дорожке в сторону сада. Прячусь среди деревьев на уютной резной скамейке. Над головой, возмущенно чирикая, дерутся воробьи, и тихо шелестит листва. Заходить в дом совсем не хочется. Меня там не ждут. Заглядываю в приложение лицея, смотрю расписание на завтра и решаю, что часть заданного могу сделать прямо здесь, пока светло.
Раскладываю учебники, тетради. Немного застреваю на физике, перехожу к следующему предмету. Надо еще выбрать второй язык, который я хочу изучать, и сообщить куратору до конца недели. А я не знаю, что пригодится мне больше и пригодится ли вообще. Там, куда я буду поступать, английского вполне достаточно.
Достаю еще одну тетрадь. Мне на колени падает криво оторванный листок с номером того самого парня, который занимается мотокроссами. Расправляю его пальцами. Так хочется позвонить. Мы с Лу вместе хотели, но нас отвлекли те придурки, и было совсем не до того. Сегодня я быстро черкнула его себе на листочек и закинула в рюкзак.
На улице стремительно темнеет. Заниматься больше не выйдет. Бегаю по сенсору пальцами, вбивая номер. Слушаю длинные гудки. Не возьмет, скорее всего, рабочий день давно закончен.
– Слушаю, – раздается приятный мужской голос, когда я уже хочу сбросить, чтобы перезвонить завтра пораньше.
– Добрый вечер. Извините, что так поздно. Мне ваш номер дал… – не помню, как зовут тренера Артема. – Дали, в общем, – неловко смеюсь. – Сказали, что вы занимаетесь мотокроссами, и к вам можно записаться.
– Хм… Ну раз сказали, точно можно, – смеется он.
– Только у меня байка нет, – признаюсь сразу, – у вас есть аренда?
– Совсем новичок? – спрашивает мужчина.
– Нет, я уже занималась.
Пока не рассказываю про участия в заездах и призовые места с денежными вознаграждениями. И даже о приглашении в команду университета, в который планировала поступать.
– Окей. Девчонки у меня редкие гости. Приходи завтра, посмотрим, что ты умеешь. Первые три занятия бесплатно. Адрес сейчас сообщением скину. Как зовут тебя, кстати?
– Эля.
– Гордей, – представляется в ответ.
Сразу после завершения разговора мне прилетает адрес. Стараюсь разобраться по карте, насколько это далеко и как туда добраться. Таксис точно довезет, мне просто для себя хочется ориентироваться.
С наступлением темноты на улице становится прохладнее. После липкой духоты, которая так и не принесла нам дождя, даже легкий свежий ветерок поднимает дыбом мелкие волоски на руках. Передернув плечами, собираю свои вещи и нехотя все же иду к дому.
Про меня так и не вспомнили. Прошмыгнув мышкой через гостиную к лестнице, поднимаюсь на второй этаж. Закрываюсь в своей комнате. Быстро переодеваюсь и думаю, что можно обойтись и без ужина. Только бы не видеть никого. Мне хватило скандала за завтраком.
Заканчиваю с домашним заданием, собираю на завтра рюкзак. Желудок жалобно напоминает, что без ужина все же грустно, и просит его покормить. На часах уже почти десять вечера. В столовой точно никого не должно быть.
В мягких тапочках и пижамных штанах с пандами почти бесшумно спускаюсь. Нахожу холодильник. А в нем такой выбор. Глаза разбегаются. Хочется чего-нибудь простого и понятного, без изысков и выкрутасов. Достаю молоко, мягкий сыр. Хлеб бы еще найти…
– Почему ты не спустилась к ужину?
От испуга едва не роняю под ноги всю свою добычу. Мама уперлась ладонями в высокую спинку стула и сканирует меня взглядом.
– Что за глупая забастовка, Этель? – продолжает, не дожидаясь ответа.
– Никакой забастовки, мам. Задали много, я занималась и забыла про время. К расписанию еще надо привыкнуть, – стараюсь говорить спокойно.
– Ставь будильник, если тебе сложно запомнить! И не придется по ночам таскать еду из холодильника.
Мне становится противно. Бутылка молока жжет руки так, будто я ее украла. Разворачиваюсь, ставлю на место, рядом кладу сыр. Желудок снова жалобно урчит. Придется потерпеть до завтра. На большом перерыве куплю себе булочку в столовой. Немного денег у меня еще должно было остаться.
Сейчас хочу просто уйти, чтобы не раздувать скандал, но мама решает, что утренней «порки» мне было мало.
– Я не понимаю! – возмущенно вскидывает руки. – Хоть убей, не понимаю, что тебя не устраивает? То драка из-за тебя в парке, то скандал с одноклассницей на глазах у половины лицея! Ты вообще знаешь, чья она дочь? Ее отец звонил Павлу и рассказал, что ты устроила в столовой. И в конце ты решаешь, что люди, которые впустили тебя в свой дом, не достойны твоего присутствия на ужине?