Исход. Свет в конце тоннеля

Глава первая. Заговор

2088 год от Рождества Христова

Кай возвращался на Землю из путешествия к дальней окраине Солнечной системы. Он пребывал в глубокой задумчивости: мысли об увиденном на обратной стороне Луны не давали ему покоя. Образ Хранителя, как две капли воды похожего на Иешуа, стоял перед его внутренним взором. Он пытался затушевать этот яркий образ, но всё было безуспешно. И это волнение передавалось его спутникам, сидящим вокруг Сола на борту Эры.

«Что происходит? – думал он, будучи в глубокой растерянности. – Как такое может быть?»

Он снова и снова возвращался к мысли о возможной ошибке, цепляясь за нее как за спасательный круг.

– Нет, Мара не лжет и не заблуждается, – подсказывал внутренний голос. – Всё именно так: Хранитель, который провел в Аркаиме больше двух тысяч лет и есть настоящий Иешуа.

Ранее, находясь на заброшенной лунной базе, Кай осознал это в полной мере. Настолько, что первым желанием его было попытаться привести Хранителя в чувства. Но он не забыл, что для этого потребовалось в прошлый раз, – в день пробуждения старца Иоанна. Без помощи со стороны Энси у него бы ничего не получилось. Тогда Кай подумал, что нужно взять этот Аркаим на борт Эры, чтобы доставить его на Землю. Однако этот ящик был столь тяжел, что Каю даже сдвинуть с места его не удалось. Потом он подумал о своих спутниках: а не призвать ли их на помощь? Но что-то удерживало его от этого шага…

Кай всё еще стоял посреди Сола и пребывал в сомнениях, когда его окликнул один из спутников, который выступил из черноты и объявил, что поступил запрос из обители Священной конгрегации о причине их задержки в пути. И тогда Кай понял, что пока нельзя ничего предпринимать.

Теперь он возвращался на Землю, решив первым делом поставить в известность о находке совет Конгрегации.

***

Место, где жили советники Священной конгрегации, внешне ничем не отличалось от прочих обителей людей моря. Эта обитель находилась в глубинах Тихого океана и время от времени перемещалась, чтобы не быть обнаруженной. Впрочем, после краха цивилизации земной расы эта мера предосторожности стала излишней. Отныне люди из племени Райя могли открыто передвигаться на своих кораблях как в толще морской, так и в воздушной среде. Они стали полноправными хозяевами планеты Земля. А во главе их стоял совет из тысячи избранных. Мировое правительство под названием Священная Конгрегация.

Нам известно, что Кай выполнял распоряжения этого совета, и теперь, после возвращения на Землю, ему предстояло выступить с докладом на очередном его заседании. Это заседание было назначено на завтра, а пока он отправился в покои, что приготовили для него.

Там, в покоях, Кай нашел сосуд с молочным напитком, придающим силы. Однако он так и не притронулся к этому напитку, а только лег на пол и уставился в потолок, который тотчас потемнел и стал как черная бездна, где один за другим зажигались яркие мерцающие огоньки. Вскоре взору Кая предстала вся карта неба, усыпанного мириадами звезд. Это было именно то, что он видел всякий раз, когда засыпал. Однако на сей раз ему спать совсем не хотелось. Образ Хранителя, лежащего в Аркаиме на обратной стороне Луны, по-прежнему, стоял перед мысленным взором, не давая ему покоя. Он бы и рад был не думать о нем, но не мог. И гнал его от себя как наваждение, хотя он возвращался и будоражил его ум снова и снова.

– Кто тот человек? Христос?! А как же Иешуа?

Он вспомнил мальчика, который явился из луча Эры: с темными волосами и, как угольки, глазами, стройного и худого, одетого в длинную почти до пола рубаху из светлой материи. То была первая встреча с тем, кто вырастет и повзрослеет на его глазах, с тем, кого он полюбил как своего сына…

Он слышал свой собственный голос: «Так кто же он?» И ответ Энси Первого: «Он – Избранный!»

Слова главного жреца Кай никогда не подвергал сомнению и до сих пор лишь убеждался в их правоте. Однако теперь произошло то, что поколебало его уверенность. И он всячески пытался найти разумное объяснение увиденному на Луне. Объяснение, что укрепило бы в нем веру в того Иешуа, которого он знал и любил. Но, увы, он не находил такого объяснения…

Он пролежал, не смыкая глаз до самого утра, и лишь когда на «небе» стали гаснуть звезды, с надеждой подумал о том, что на совете Конгрегации непременно получит ответы на все свои вопросы и на главный из них: «Кто лежит в лунном Аркаиме?»

– Этому должно быть объяснение! – сказал Кай, поднимаясь на ноги. – Иначе быть не может.

***

В то утро обитель напоминала огромный муравейник, который с первыми лучами искусственного солнца пришел в движение. Кай находился в общем потоке, который преодолевал иллюзорные преграды, называемые Арками, чтобы, в конце концов, достичь зала заседаний Конгрегации. Этот зал был столь велик, что вмещал больше тысячи человек. Все занимали свои места, которые рядами сбегали вниз – к ораторской трибуне. Акустика в этом полукруглом, напоминающем античный театр помещении была столь впечатляюща, что не только произнесенное кем-то слово, но даже самые потаенные мысли здесь нельзя было утаить от чужого слуха.

Кай в этом зале бывал неоднократно. И всякий раз испытывал волнение, перед тем как предстать перед взорами тысячи старейшин. Однако он неизменно преодолевал себя и держался более чем достойно, когда выступал с докладом. Теперь он сразу почувствовал: что-то изменилось. В глазах советников Конгрегации, с которыми он встречался взглядом, больше не было прежней теплоты. Одни из них хмурились, многие косились на него, как на чужака, или отворачивались. Но и те, и другие одинаково умели прятать свои мысли, а потому Кай, чувствуя, что им недовольны, не мог понять причины этого. Он старался вести себя как прежде, но ему с трудом удавалось сдерживать свои мысли и эмоции.

Кай спустился по ступеням к подножию амфитеатра, который пестрел обнаженными телами тысячи серых существ, и сел на первом ряду, где обычно располагались несколько докладчиков. Однако на сей раз этот ряд пустовал: он был здесь совсем один.

На несколько мгновений в зале заседаний воцарилась полная тишина, – у Кая застонало сердце в груди, томимое недобрым предчувствием, – пока, наконец, не появился тот, кого все ждали – председатель Священной конгрегации. Он не стал спускаться к подножию амфитеатра и не занял какого-либо места в рядах, а, по своему обыкновению, остался вблизи Арки у входа в зал, где сел на первую самую высокую ступень и мысленно призвал всех к заслушиванию доклада.

Тогда Кай поднялся со своего места и вышел на сцену, так что на него тотчас уставились тысячи огромных черных глаз. Наклоном головы он приветствовал всех собравшихся в зале и поведал им о делах на дальних рубежах Солнечной системы.

– Наши люди на Плутоне страдают – эта маленькая планета испытывает большие трудности, связанные с недостатком ресурсов. Все, с кем я общался, говорили мне об этом. И в их глазах, – даже не в мыслях, – я читал одно и то же желание – обрести новый дом с лучшими условиями для жизни. Теперь, когда Земля усмирена, полагаю…

Кай не успел докончить свою мысль, председатель Совета перебил его, подав сверху знак рукой.

– Тебе не дано делать выводы – излагай только факты.

– Я лишь говорю о том, что видел и слышал от наших собратьев, – спокойно возразил Кай. – Они ждут того дня, когда смогут переселиться в этот мир. Или в другой. По слухам, за пределами Солнечной системы обнаружена планета, подобная Земле. Говорят, там много воды, и присутствует биологическая жизнь – не только водоросли и микроорганизмы. Я прошу разрешения высокого совета Священной конгрегации, чтобы отправиться на разведку этой планеты.

На миг снова повисла тишина. Потом заговорил председатель Совета.

– Кто отправится на разведку той планеты, вскоре будет решено, – сказал он. – Сейчас Совет желает знать, что тебя задержало в пути, и почему твой Эра сбился с курса.

Кай, услышав такие слова, сразу понял, что о его пребывании на Луне уже известно советникам Конгрегации, и рассказал им всё без утайки.

– На обратном пути с Плутона наш Эра принял сигнал тревоги, который исходил из заброшенной базы, расположенной на обратной стороне Луны. Поскольку призыв о помощи я не мог оставить без внимания, было принято решение посетить это место и выяснить, в чем дело. Если Совет считает, что мне не следовало этого делать… – он остановился и окинул взором весь огромный зал. В этот миг до его сознания долетели обрывки чужих мыслей, в которых он прочел что-то вроде растерянности. То же самое выражали лица некоторых из тех, кто немногим ранее косился на него, идущего в проходе.

– Совет так не считает, – поспешил заверить его председатель. – Продолжай свой рассказ, Лем.

И Кай продолжал:

– Мы посетили базу и выяснили, что сигнал тревоги исходит из Сола, после чего отправились туда. Я один зашел внутрь и обнаружил там закрытый Аркаим, в котором всё еще находился Хранитель. И это притом, что данная обитель давным-давно была покинута…

Едва он успел произнести эти слова, как по залу пронесся тихий, донельзя приглушенный, но все-таки различимый мысленный шепот, выражающий нечто иное как удивление. И тогда председатель Совета призвал всех к спокойствию.

– Этого не может быть, – усмехнулся он. – Хранитель в покинутой обители? Мы не оставляем своих людей!

– Но, тем не менее, это так, – горячо возразил Кай. – Я сам был немало удивлен, когда увидел этот Аркаим. Но еще больше меня поразило то, что крышка неплотно прилегает к его поверхности…

Сказав эти слова, он тотчас пожалел о них, но было уже поздно.

– И что же ты сделал тогда, когда заметил это? – осведомился у него председатель Совета.

– Я поднял крышку и заглянул внутрь, – сами собой вылетели слова из головы Кая. Он уже не мог сдерживаться, и пред мысленными взорами всех собравшихся в зале предстал образ того, кто лежал в Аркаиме.

– Это был он – наш господин Син! – объявил Кай, что тотчас вызвало ропот негодования в зале. Но едва председатель подал знак рукой, как вновь вокруг воцарилась полная тишина.

– Ты ошибаешься, Лем, – спокойным тоном проговорил он. – Разве неизвестно тебе, что господин наш Син ныне пребывает на горе Сионе?!

– Да, я знаю, – отозвался Кай. – Тем не менее, тот Хранитель с ним на одно лицо. И поэтому я решил, что это он…

Председатель покачал головой и строгим голосом проговорил:

– Тот человек просто очень похож на него.

– Но кто он? – задал свой вопрос Кай. – Мара утверждает, что он пробыл в Аркаиме больше двух тысяч солнечных лет!

– Тебя не должно это беспокоить, – сухо заметил председатель. – Свою миссию ты выполнил, и теперь можешь быть свободен. Отправляйся в родную обитель, Лем, и там жди дальнейших указаний.

– Но как же тот Хранитель… – Кай попытался возразить, но его тотчас грубо остановили:

– Ступай.

И тогда он повиновался, но пока поднимался по ступеням на верхний уровень этого амфитеатра, то и дело чувствовал на себе тысячи недобрых взглядов, в которых, впрочем, читалось также недоумение. Наконец, он поравнялся с председателем Совета, который поднялся ему навстречу и попытался, было, коснуться руками его головы. Это выглядело как жест благословения, но Кай внезапно, сам не отдавая себе отчета, шарахнулся от него в сторону. Впрочем, потом он почтил председателя поклоном и вслед за тем покинул зал заседаний.

В тот же день Кай поднялся на борт своего Эры, который перенес его в родную обитель.

***

Кай находился в родной обители больше месяца. Обычно к этому времени от Конгрегации уже являлся вестник с новым заданием для него. Но на сей раз Совет отчего-то медлил.

Наш Странник не находил себе места и неоднократно обращался с вопросами к Энси Первому. Однако главный жрец обители лишь призывал его к терпению. А потому Каю ничего не оставалось, кроме как ждать. Он в одиночестве бродил по музеям обители, рассматривая манекены людей Майя, одетые в причудливые одеяния. Всё это давно стало достоянием прошлого. Тем не менее теперь, после всего пережитого и увиденного, он как будто другим взглядом оценивал реликты этой чужой культуры. Время, проведенное на земной поверхности со старцем Иоанном и Иешуа, для него не прошло даром. Больше не было того снисходительного отношения, граничащего с презрением, которое он испытывал к людям Майя в юности. Кай изменился: с годами он осознал, что, по крайней мере, некоторые из них вполне достойны уважения. В то же время в его душе подспудно зрело нечто такое, в чем долгое время он сам себе боялся признаться и чему не мог найти сколь бы то ни было разумного объяснения. То был совершенно безотчетный порыв души, который влек его к людям Майя.

После гибели старца Иоанна, а, особенно, после того, как Иешуа, свершив возмездие, удалился на гору Сион, Кай стал все чаще испытывать состояние одиночества. И только служба: путешествия, ведение переговоров и прочие задания, которые он получал и выполнял по приказу Конгрегации, – всё это помогало ему забыться и жить дальше. Однако в последнее время одиночество стало постоянным спутником его жизни. А потому он и не находил себе места.

Хуже всего было то, что с некоторых пор Кай всё чаще стал замечать отчужденность, которой вдруг прониклись к нему собратья. Никто из них теперь не подходил и не заговаривал с ним, его сторонились. Поначалу Кай связывал это со своим положением Странника, который в силу определенных обстоятельств вынужден был задержаться в обители (вместо того чтобы тотчас отправиться в путь). Но, поскольку время шло, а его положение не менялось, он начал осознавать, что становится изгоем в своей родной обители. И тогда он снова явился к Энси Первому и попросил дать ему учеников для наставничества. На что получил категорический ответ: