Альтер 2. Песочница безумцев

Глава 5

«— Есть три стадии принятия неизбежного: отрицание, гнев и «а давайте попробуем вот эту безумную идею».

— А что после?

— После либо слава, либо перезагрузка. В любом случае — скучно не будет.»

— Фредерик Пол, «Время вне времени»

Гора, которая не гора, оказалась на удивление... гороподобной. Если не считать того, что её склоны состояли из переливающихся металлических пластин, между которыми пробивались пучки оптоволокна, напоминавшие кусты, а с вершины вместо дыма валил густой поток белого шума с надписью[ЭНЕРГИЯ_УТЕЧКА].

— Красиво, правда? — Зара раскинула руки, как будто представляла нам шедевр. — Я называю её «Спящий Гигант». Он такой милый, когда не шумит.

— «Не шумит»? — переспросил я, с трудом перекрывая гул. — А сейчас что это, по-твоему?

— Это он так дышит! — объяснила она. — А когда он просыпается... ну, в общем, усы у NPC — это ещё цветочки. Один раз он загрузил в небо текстуру гигантского улыбающегося кота и не мог её убрать три дня. Пришлось ходить, подныривая под его усы.

Дедал уже достал свой многофункциональный инструмент и подошёл к основанию «горы». Он провёл рукой по металлической поверхности, и та отозвалась глухим гулом.

— Конструкция монолитная, — пробормотал он. — Но не естественная. Кто-то это построил. Или вырастил. Интересная сплавная структура... — Он ткнул паяльником в щель между плитами. Посыпались искры, и в воздухе возникло сообщение:[ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН. ТРЕБУЕТСЯ УРОВЕНЬ ДОСТУПА: АДМИНИСТРАТОР].

— Ой, опять это, — взмахнула рукой Зара. — Не обращай внимания. Это просто декоративное предупреждение. Надо знать, куда нажать.

Она подошла к, казалось бы, случайному участку стены и нажала на три ничем не примечательные пластины в определённой последовательности. Раздался щелчок, и часть склона бесшумно отъехала в сторону, открыв тёмный проход.

— Проходите! — весело сказала она. — Только осторожнее на поворотах. Там пол иногда исчезает.

Мы вошли внутрь. Внутри «гора» оказалась гигантским механическим сердцем. Повсюду тянулись пучки кабелей, горели индикаторы, а в центре зала пульсировал огромный кристалл, испещрённый трещинами. Из этих трещин и сочилась та самая энергия, что вырывалась наружу белым шумом.

Объект: Энергореактор_Омега_Прототип

Статус: КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ. ЦЕЛОСТНОСТЬ ЯДРА: 23%

Риск: ЦЕПНАЯ РЕАКЦИЯ РАСПАДА РЕАЛЬНОСТИ

— Двадцать три процента, — медленно прочёл я вслух. — Это насколько плохо?

— О, это ещё ничего! — ответила Зара. — Месяц назад было восемнадцать. Он потихоньку самовосстанавливается. Немножко.

— Самовосстанавливается? — Сайрус скептически осмотрел кристалл. — Или ты его потихоньку чинишь?

— Ну... может быть, чуть-чуть помогаю, — она закрутила пальцем радужную прядь волос. — Но он такой капризный! То требует, чтобы его гладили против часовой стрелки, то внезапно включает гравитацию вверх ногами...

Дедал тем временем уже забрался на одну из сервисных платформ и с интересом разглядывал кристалл вблизи.

— Девочка, — сказал он, не отрывая взгляда от трещин. — А ты не пробовала перенаправить энергию через буферный контур? Смотри, вот здесь основная утечка. Если создать временный шунт...

— Пробовала! — оживилась Зара. — Но тогда все жидкости в радиусе километра превратились в желе. Даже воздух. Дышать было очень смешно!

Я подошёл к основанию кристалла и коснулся его рукой. ЧерезВзгляд Кода я видел не просто трещины, а рваные, незакрытые теги, разорванные циклы, бесконечно повторяющиеся ошибки.

— Здесь не просто поломка, — сказал я. — Здесь... незавершённый код. Ошибка на уровне фундамента. Смотри. — Я показал на одну из самых больших трещин. — Вот этот цикл должен закрываться здесь, но вместо этого он уходит в никуда. Энергия утекает в пустоту.

— Ой, правда! — Зара подскочила ко мне и заглянула через плечо, как будто тоже видела то же самое. — Как я раньше не заметила? Ты и вправду очень полезный!

Её близость снова вызывала тот же эффект — лёгкое головокружение и покалывание по коже. Но в этот раз я также почувствовал нечто новое — слабый, едва уловимый резонанс. Будто её способность «ручной отладки» и мойВзгляд Кода были двумя частями одного целого.

— А что, если... — я начал медленно, обдумывая идею. — Что, если мы не будем чинить этот разрыв, а... перенаправим его? Создадим петлю, которая будет замыкать саму на себя.

— Чтобы энергия циркулировала внутри? — Дедал с интересом спустился к нам. — Интересно. Рискованно, но интересно. Можешь показать, куда именно?

Я сосредоточился, пытаясь мысленно нарисовать путь для энергии. Вокруг трещины замигали светящиеся линии — возможные маршруты, которые видел только я.

— Вот здесь, — указал я. — Если создать связь между этим узлом и этим...

— Понял! — Дедал уже доставал свой паяльник. — Девочка, а ты можешь стабилизировать соединение, пока я буду припаивать виртуальный контур?

— Конечно! — Зара с энтузиазмом потерла ладони. — Люблю, когда работа кипит!

Она приложила ладони к кристаллу по обе стороны от трещины. От её пальцев потянулись радужные нити, которые принялись «сшивать» код, не давая ему развалиться further.

Дедал с невероятной скоростью работал паяльником, хотя припаивал, казалось бы, к пустоте. Но под действием его инструмента в воздухе начали проявляться светящиеся дорожки — те самые, что я видел.

— Сайрус, — не отрывая взгляда от работы, сказал я. — Следи за уровнем энергии. Если что-то пойдёт не так...

— Я знаю, знаю, — Сайрус уже стоял у панели управления, на которой замигали показания. — Энергия нарастает... стабилизируется... Чёрт, она падает! Слишком быстро!

Кристалл начал меркнуть. Трещины расширялись.

— Ой! — испугалась Зара. — Он не хочет! Он капризничает!

— Держи! — крикнул я ей. — Дедал, нужно больше мощности в буфер!

— Не могу! Контур не выдерживает!

И тогда я понял, в чём ошибка. Мы пытались заставить энергию течь по кругу, но ей некуда было деваться. Ей нужен был выход.

— Дедал! — крикнул я. — Перенаправь излишки... в ковёр!

Инженер на секунду замер, потом его лицо озарилось пониманием.

— Гениально! Идиотски, но гениально!

Он переключил паяльник в другой режим и сделал несколько быстрых движений. Энергия хлынула по новому каналу — прямо через стены горы к нашему лагерю.

Снаружи донёсся оглушительный грохот, а затем — нарастающий гул.

— Что это было? — испуганно спросил Лео, который всё это время прятался у входа.

— Это, — с торжеством сказал Дедал, вытирая пот со лба, — твой ковёр-самолёт только что получил апгрейд.

Мы выбежали наружу. Наш скромный летающий ковёр парил в метре от земли, окружённый сияющим энергетическим полем. От него исходило ровное, мощное гудение.

Объект: ЛетающийКовёр_в0.3б_Модифицированный

Статус: ЗАРЯЖЕН НА 400%

Новые способности: ЩИТ, НЕВИДИМОСТЬ, ПРОГНОЗ ПОГОДЫ

— Ого, — выдохнул я. — Прогноз погоды?

— Побочный эффект, — пожал плечами Дедал. — Не идеально, но работает.

Зара вышла последней, устало опираясь о косяк. Её радужные волосы потускнели, а на лбу выступили капельки пота.

— Фух, — сказала она. — Было весело. Теперь он проработает без сбоев... ну, несколько дней. Может, неделю.

Она подошла ко мне и неожиданно обняла.

— Спасибо, — прошептала она. — Я бы одна не справилась.

И в этот момент что-то щёлкнуло. Не в реальности, а у меня в голове. Я посмотрел на Зару и увидел не просто аномалию, не просто безумную королеву хаоса. Я увидел человека. Такого же потерянного, как и мы. Просто она выбрала свой способ справляться с безумием этого мира.

— Да не за что, — тихо ответил я, возвращая объятие.

Сайрус смотрел на нас с тем же скептическим выражением лица, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

— Ладно, — сказал он. — Может, она и сумасшедшая, но, кажется, на её стороне.

А высоко в небе наш ковёр-самолёт, сияя как маленькое солнце, вдруг объявил на весь район:[В ОАЗИСЕ И ОКРЕСТНОСТЯХ ОЖИДАЕТСЯ ЛЁГКИЙ ХАОС С ПЕРИОДИЧЕСКИМИ ПРОЯСНЕНИЯМИ].

По-моему, это был самый точный прогноз погоды за всю историю этого безумного мира.

Глава 6

«— Ну что, построили свою утопию?

— Пока только сарай. Но зато в сарае есть Wi-Fi и нестабильный портал в другое измерение.

— Ну, это уже начало.»

— Ник Перумов, «Гибель богов»

Возвращение в Оазис было триумфальным, хотя и несколько своеобразным. Ковёр-самолёт, перегруженный энергией, летел так низко, что сметал верхушки тех самых кактусов-бочек, которые от возмущения начинали свистеть, как чайники. Лео, сидевший на корме, пытался пригнуться от каждой пролетающей мимо «бочки-кактуса-не-кактуса».

— Я чувствую себя как в плохом симуляторе полёта, — кричал он в уши Дедалу. — Тот, что делали практиканты!

— А ты думал, в хорошем? — парировал инженер, но его нельзя было расстроить: он сиял, как дитя, получившее на день рождения целый радиорынок.

С вершины нашего транспортного средства Зара, стоя на одной ноге и балансируя с изяществом циркачки, махала рукой редким Проснувшимся, выглядывавшим из своих укрытий. Некоторые неуверенно махали в ответ. Один даже снял шляпу.

— Смотрите! — орала она на весь мир. — У нас теперь есть собственный источник света и встроенный метеоролог!

Действительно, ковёр периодически выдавал сообщения:[В РАЙОНЕ ПОСЕЛЕНИЯ — ЛЕГКАЯ ТУМАННОСТЬ, СОСТОЯЩАЯ ИЗ НЕОБРАБОТАННЫХ ТЕКСТУР], а потом — [ВЕРОЯТНОСТЬ ВНЕЗАПНОГО ДОЖДЯ ИЗ ЛЯГУШЕК: 15%].

— Откуда он берёт эти данные? — спросил я у Дедала, стараясь не смотреть вниз.

— Не спрашивай, — мрачно ответил инженер. — Лучше не знать. Кажется, он подключился к какому-то старому каналу прогнозов для разработчиков. Там всё в таком духе.

Годвин встретил нас у края поселения, скрестив руки на массивной груди. Его молот, теперь исправно светившийся ровным светом, лежал у его ног.

— Ну что, — произнёс он, и в его голосе слышалось не столько недовольство, сколько профессиональная оценка. — Разбудили Спящего Гиганта. И, кажется, не взорвались. Неплохо для новичков.

— Мы его не разбудили! — возразила Зара, спрыгивая с ковра прямо перед гигантом. — Мы его... убаюкали. Немножко. И взяли у него немножко энергии. Взаймы!

Годвин посмотрел на ковёр, который теперь излучал такое сияние, что тени от предметов легли в противоположную от солнца сторону.

— «Немножко», — повторил он. — Ладно. Докажите, что можете это контролировать. А то последние, кто пытался «одолжить» у Гиганта, теперь являются частью пейзажа. Буквально. — Он кивнул в сторону каменной гряды, в которой, если приглядеться, можно было разглядеть застывшие в ужасе лица. — Декорация[Заколдованные_Неудачники].

Это заявление повесило короткую, но выразительную паузу.

— Мы контролируем, — твёрдо сказал я, выходя вперед. — И мы готовы делиться. Энергией. Защитой. Знаниями.

Годвин прищурился. Его цифровые глаза, похожие на два экранчика, сузились.

— Знаниями? Какими?

— Вот, например, — вмешался Дедал, похлопывая по корпусу ковра. — Я могу показать твоим ребятам, как чинить вещи не грубой силой, а точечным вмешательством. Меньше риска, больше пользы.

— А я, — сказала Зара, подпрыгивая на месте, — могу научить их договариваться с местными аномалиями! Ну, некоторыми. Теми, что не пытаются тебя съесть.

Годвин обдумывал это, глядя куда-то поверх наших голов. Наконец он кивнул.

— Ладно. Попытка — не пытка. Но учтите: если что-то пойдёт не так, я буду первым, кто применит ваш «точечный метод»... к вашим головам. Всей массой молота.

Это было, пожалуй, самое дружелюбное предложение, на которое он был способен.

Вечером у нас состоялось первое «совещание» в нашем новом доме. Ковёр, выполнявший теперь роль и источника света, и обогревателя, и радиоведущего, мягко гулeл в углу, изредка сообщая:[ТЕМПЕРАТУРА КОМФОРТНАЯ, НЕСМОТРЯ НА ОТСУТСТВИЕ ПОНЯТИЯ «ТЕМПЕРАТУРА» В ДАННОМ СЕКТОРЕ].

Лео, наконец осмелев, разложил на единственном столе то немногое имущество, что у нас было: несколько странных кореньев, принесённых Зарой («они вкусные, если не думать о том, что они иногда шевелятся»), пустую флягу и карту, нарисованную Сайрусом по памяти — сплошные зигзаги и вопросительные знаки.

— Итак, — начал я. — У нас есть убежище. Есть источник энергии. Есть... своеобразные союзники. Что дальше?

— Дальше нужно понять, где мы, собственно, находимся, — сказал Сайрус. Он провёл пальцем по своей кривой карте. — Шёпот системы тут еле слышен, но я могу примерно определить... направления. Там, где шум громче — ближе к «живым», стабильным зонам. Тишина — значит, либо пустота, либо что-то, что систему глушит.

— О! А я знаю, что глушит! — Зара подняла палец, как школьница. — Вон там, за Озером Зеркальных Ошибок, есть Зона Тишины. Туда даже звуковые файлы не загружаются. Я однажды закинула туда камень, а он упал без единого звука. Так непривычно!

— Отлично, — сказал Дедал. — Значит, там может быть либо естественный буфер, либо... чья-то работа. Искусственная зона отчуждения.

— А зачем кому-то создавать такую зону? — спросил Лео.

Все посмотрели на него, потом друг на друга.

— Чтобы скрываться, — тихо сказал я. — Как мы.

— Или чтобы скрывать что-то, — добавил Сайрус.

Зара задумчиво покрутила радужную прядь волос.

— Туда и правда никто не ходит. Даже Годвин. Говорит, там скучно. А я люблю, где весело, поэтому тоже не ходила.

— Значит, нам нужно провести разведку, — заключил я. — Аккуратно. Без лишнего шума.

— На ковре! — предложил Дедал. — Теперь он может на короткое время включать режим малозаметности. Примерно на десять минут.

— Десять минут туда, десять обратно, и ни минуты на саму разведку, — возразил Сайрус. — Не вариант.

— Тогда пешком, — вздохнул я. — Но с подготовкой.

План родился быстро, как и всё в этом мире, — криво, с багами, но с потенциалом. Завтра утром небольшая группа — я, Сайрус и Зара (потому что без неё мы в этой Песочнице были как без рук) отправятся к Зоне Тишины. Дедал останется караулить базу и дорабатывать ковёр, а Лео... Лео вызвался наладить «дипломатические отношения» с местными NPC, в частности, с тем самым барменом, чтобы выяснить, нельзя ли что-то полезное выменять на «питьевой продукт».

Ночью я не мог уснуть. Не из-за страха, а из-за странного возбуждения. Впервые после смерти и воскрешения у меня появилась не просто цель выжить, а цель... исследовать. Понять. Возможно, даже изменить.

Я вышел наружу. Ночь в Песочнице была не тёмной, а просто... менее детализированной. Звёзды на небе были статичными спрайтами, а луна — просто белым кругом с надписью[ЛУНА_МОДЕЛЬ] по краю.

Рядом раздался шорох. Я обернулся. Это была Зара. Она сидела на краю колодца (который, по словам Годвина, иногда выдавал вместо воды жидкий шоколад, а иногда — пасту для обоев) и что-то напевала себе под нос.

— Не спится? — спросил я, подходя.

— Ага. Думала, — она откинула голову назад, глядя на статичную луну. — Ты ведь тоже Проснувшийся. Но ты... другой. Ты не просто видишь баги. Ты видишь, как всё должно быть. Правильно?

Я сел рядом.

— Не знаю насчёт «правильно». Но да, я вижу структуру. Каркас. И когда он ломается... это режет глаз.

— А мне нравится, когда ломается, — призналась она. — Это значит, что всё может быть иначе. Что нет одного-единственного «правильного» пути. Что можно взять и... нарисовать свой.

Она повернулась ко мне. В тусклом свете её разноцветные глаза светились, как два заблудившихся в мире светлячка.

— Спасибо, что не испугался меня сегодня, — вдруг сказала она совсем не безумным, а очень даже нормальным голосом.

— Я испугался, — честно признался я. — Просто уже привык, что здесь всё пугает.

Она рассмеялась. Тихим, приятным смехом.

— Тогда, может, завтра вместе испугаемся Зоны Тишины?

— Договорились.

Она неожиданно положила голову мне на плечо. И мы просто сидели так, глядя на ненастоящую луну в ненастоящем небе, в самом сердце огромной, сломанной, но невероятно живой ошибки.

А сзади, из нашего укрытия, донёсся тихий голос ковра-самолёта:

[НОЧЬЮ ОЖИДАЕТСЯ ЛЕГКАЯ СОНЛИВОСТЬ С ПЕРИОДИЧЕСКИМИ ПРОБЛЕСКАМИ ОСОЗНАНИЯ. БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ С ГЛУБОКИМИ МЫСЛЯМИ — ОНИ МОГУТ ЗАЦЕПИТЬСЯ ЗА НЕОБРАБОТАННЫЕ ГРАНИ РЕАЛЬНОСТИ].

По-моему, это был самый точный прогноз не только погоды, но и всего остального.

Глава 7

«— Куда мы идём?

— Туда, где тишина.

— А разве тишина — это хорошо?

— Это либо очень хорошо, либо очень плохо. Третьего не дано.»

— Анджей Сапковский, «Ведьмак»

Утро в Песочнице началось с того, что один из NPC-крестьян, мирно пасший овец-кубов у окраины Оазиса, внезапно заорал: «ВОТ ОНА, МОЯ ПРЕКРАСНАЯ ЛЮБОВЬ!» — и бросился обнимать кактус-бочку. Кактус-бочка, в свою очередь, издал обиженный писк и попытался отползти. Годвин, не долго думая, подошёл и аккуратно, плоской стороной молота, «вырубил» и крестьянина, и кактус. Оба замерли на месте с плавающими над головами значками[АФК].

— Ранний глюк аффектов, — пояснил он, заметив наш взгляд. — Бывает. Сами разберётесь, когда поживёте.

Мы уже были готовы к вылазке. Сайрус насупился, проверяя свой импровизированный посох — на обычную палку он намотал клубок светящихся проводов, содранных с какого-то разобранного устройства. «Для фокусировки», — сказал он. Зара прыгала на месте от нетерпения, её радужные волосы сегодня были заплетены в безумные косы, в которые были вплетены болтики и светодиоды.

— Всё готово? — спросил я, проверяя, на месте ли нож (выкованный Дедалом из обломков интерфейса и потому умевший резать не только плоть, но и строки кода при особом усилии).

— Как никогда, — буркнул Сайрус. — Только меня смущает наш гид. — Он кивнул на Зару, которая сейчас пыталась поймать проплывающую мимо текстуру бабочки.

— Она знает местность, — напомнил я, хотя сам сомневался в адекватности нашего проводника. — И, кажется, её не трогают местные... опасности.

— Потому что она сама главная опасность, — пробормотал Сайрус, но пошёл за нами.

Дорога к Зоне Тишины вела через то, что Зара называла «Луг Случайных Ассетов». Это было точное описание: земля здесь была усеяна не травой, а обрывками 3D-моделей, текстурами, валявшимися как ковры, и одинокими анимациями (вот циклически машущая рука, вот вечно прыгающий заяц, привязанный к одному месту). Воздух звенел тихим гудением незавершённых процессов.

— Красиво, правда? — прошептала Зара, и в её шёпоте слышалось благоговение. — Это как мастерская богов. Только боги были в отпуске, а уборщики так и не пришли.

Мы шли осторожно, стараясь не наступать ни на что важное. Сайрус то и дело морщился, прикрывая уши.

— Здесь... гул другой, — сказал он. — Не системный. Как будто что-то фоновое работает. Очень старое.