Письма к Ромео.
- -
- 100%
- +
Брови Джули поползли вверх, и она замедлилась с сэндвичем. – Если там опасно, почему администрация ничего с этим не сделала? Например, не отловила этих диких животных? – с удивлением в голосе спросила она.
– Лесное управление заявило, что эти дикие животные никогда не заходили на территорию Ветериса, а смерти случаются только тогда, когда кто-то входит в те запретные зоны. Вероятно, это медведи или тигры, – объяснил Коннер. – Директриса, мисс Данте, уже дала строгие указания даже не приближаться туда. Если люди всё равно идут наперекор, они просто самоубийцы.
– Это значит, что ни один студент, зашедший туда, не вернулся живым? – с любопытством спросила Джули.
– Не думаю. Большинство из нас старается не подходить к нему слишком близко, но всегда найдутся те, кто считает себя лучше остальных, – сказала Мелани.
Джули гадала, куда же она попала.
По крайней мере, университет не изолировал студентов полностью, так как им разрешалось навещать свои семьи в последнее воскресенье каждого месяца. Но в то же время Джули с опаской думала о поездке к родственникам. Когда она упаковывала вещи и складывала их в машину, она почувствовала облегчение от переезда. Вместо того чтобы навещать дядю Томаса, она планировала позвонить ему из-за неловкости, которую чувствовала рядом с тётей.
– Считай, что это школа-пансион, – сказал Коннер, вскинув обе руки. – Единственная разница в том, что у нас нет униформы или правил, касающихся внешнего вида.
– Заметно, – пробормотала Джули и отправила в рот последний кусочек сэндвича.
Прошло несколько дней, и однажды ночью Джули занималась при свете настольной лампы, так как правило университета номер двадцать один гласило, что основной свет в комнатах общежития должен быть выключен после полуночи.
Сначала она паниковала, но теперь старалась смотреть на вещи с оптимизмом. «Отсутствие отвлекающих факторов из внешнего мира в долгосрочной перспективе только поможет мне», – подумала Джули и задумчиво кивнула своим мыслям.
Джули держала в руке карандаш, чтобы делать важные пометки. Она постукивала кончиком карандаша, когда он выскользнул у неё из руки и упал на пол. Она опустилась на четвереньки, почти касаясь головой пола, пытаясь отыскать карандаш. Включив фонарик на телефоне, она стала искать карандаш, и тут её взгляд упал на один из углов стены под кроватью.
Она заметила на стене слабое квадратное углубление.
– Что это? – прошептала Джули. Сгорая от любопытства, она залезла под кровать и рассмотрела его поближе.
Она попыталась подцепить его своими короткими ногтями и в конце концов обнаружила, что это был просто кирпич, не скреплённый цементом с остальной кладкой. На пол упал листок бумаги, и она нахмурилась. Она осторожно подобрала его. Забыв, что находится под кроватью, она попыталась встать и ударилась затылком о доски кровати над ней.
– Ай!
Она задвинула кирпич на место и выползла из-под кровати, поднеся бумагу к свету лампы.
Бумага выглядела пыльной и старой. Почти хрупкой, и Джули гадала, что она делала в стене. Она осторожно развернула письмо, чтобы прочитать, что было написано внутри:
«Тишина, что вселяет страх, теперь стала уютной».
А?
Джули повертела листок, но больше на нём ничего не было написано. Такой большой лист, и на нём всего одна строчка? Судя по состоянию письма, она могла лишь предположить, что оно было написано много лет назад.
В тот же миг в голове у Джули зажглась лампочка.
Даже не пользуясь телефоном, она могла связаться с дядей, не навещая его и его семью, – она отправит ему письмо! Всё, что ей нужно было сделать, – это найти, где хранится почта.
Вырвав страницу из тетради, она начала писать.
«Дорогой дядя Томас,
Прости, что не смогла связаться с тобой раньше. Я не заметила некоторые правила университета, когда подавала документы. Студентам здесь не разрешается пользоваться телефонами, поэтому я так долго не могла с тобой связаться.
Я уже освоилась и в общежитии, и на занятиях. Преподаватели здесь строгие, а некоторые студенты странные. Один из преподавателей, кажется, на меня взъелся, не говоря уже о том, что некоторые из них пугают, но тебе не стоит обо мне беспокоиться.
Учебная программа здесь обширнее предыдущей и требует больше внимания. Время может не позволить мне приехать в гости к тебе, тёте и Джоэлу. Надеюсь, у вас всё хорошо.
Твоя племянница, Джули»
На следующий день после занятий Джули пошла в главное здание, где находилась главная канцелярия.
– Хотя в правилах университета ничего не говорилось об отправке писем, я лично никогда не слышала, чтобы кто-то из студентов отсюда их отправлял, – сказала Мелани, которая увязалась за Джули.
– Может быть, потому что ответ идёт долго, – сказала Джули, касаясь верхнего края конверта и чувствуя липкость клея. В нетерпении она нанесла больше клея, чем требовалось.
Когда они вошли в канцелярию, Джули заметила, что женщина за столом была занята, отвечая на вопросы двух студентов. Оглядевшись, она увидела две стопки писем на боковом столике. Она положила своё письмо на правую стопку.
– Готово, – пробормотала она, и две девушки вышли из кабинета.
Когда почтальон пришёл в канцелярию, чтобы забрать и доставить письма, сотрудница сказала:
– Я разделила письма. Левая стопка – на отправку.
Мужчина кивнул: – Тогда я положу эти сюда.
Когда почтальон положил принесённые им новые письма на правую стопку, конверт Джули оказался под письмом другого студента.
На следующий день Джули напевала себе под нос, идя в общежитие. Она не попала ни в какие неприятности и даже вовремя выполнила все задания. После того как она вчера отправила письмо дяде, на душе у неё стало легче. После занятий она зашла в канцелярию, чтобы убедиться, что письмо отправлено, и была рада, не увидев его там.
Отперев ключом дверь своей комнаты, Джули бросила сумку на ближайший стул. Когда её взгляд упал на конверт, лежавший на её кровати, она нахмурилась. «Этого здесь не было, когда я уходила сегодня утром», – подумала Джули.
Подойдя к кровати, она взяла его – «Джулианна Уинтерс». Оно было для неё.
Она удивилась быстрой доставке и разорвала конверт, полагая, что письмо от дяди Томаса.
– Уинтерс… Постойте, это не от дяди Тома, – сказала Джули, и на её лице отразилось глубокое недоумение, прежде чем она продолжила читать:
«Вы думаете, правило номер четыре этого университета было введено для того, чтобы студенты могли вернуться в прошлое и научиться красноречиво писать письма? Написав письмо своей семье, вы нарушили самое важное правило, что теперь приведёт к вашему отчислению из этого университета», – её глаза расширились.
Джули быстро прочитала дальше: «Если не хотите, чтобы я передал ваше письмо господину Борреллу, сегодня ровно в восемь часов вечера трижды мигните светом в своей комнате. Если вы сообщите кому-нибудь об этом письме, которое сейчас держите, я немедленно отправлю ему ваше письмо».
Её плечи опустились. Как это письмо вообще попало в её комнату?
Она подошла к двум окнам и заметила, что одно из них было слегка приоткрыто.
Чтобы убедиться, что её не обманывают, Джули расспросила нескольких соседок по общежитию об отправке писем за пределы университета и подтвердила, что это действительно запрещено. Лишь немногие старшекурсники знали, что письма отправлялись и получались только персоналом.
Но чего многие не знали, так это того, что в этих правилах было исключение.
Вернувшись в свою комнату, Джули поправила очки на переносице и вздохнула. Сверля взглядом письмо, она скомкала его, представляя, что это человек, который его написал.
Если она мигнёт светом в комнате, это будет равносильно сделке с дьяволом. Но в то же время Джули не хотела быть отчисленной. Ей некуда было возвращаться…
Она задумчиво прикусила губу.
Когда было около восьми вечера, в нескольких метрах от женских общежитий двое парней-старшекурсников стояли рядом с двумя припаркованными мотоциклами. Оливия направилась к ним.
– Ты опоздала, – заметил Максимус, бросая ей запасной шлем, и она ловко его поймала.
– Ещё минута до восьми. Я задержалась, разговаривая с первокурсником. Где остальные? – спросила Оливия, надевая шлем на голову и садясь позади Максимуса.
– Они поехали вперёд, – ответил Максимус и завёл мотоцикл. – Готова?
Роман, который жевал жвачку, глядя на одно из женских общежитий, сказал: – Да.
Он завёл мотоцикл, и они уехали.
Глава 7: Прервано
Музыкальная рекомендация: Brooke’s Vigil – Nathan Barr
.
Несколько дней назад
Роман Молтеноре стоял у главного здания, прислонившись спиной к своему мотоциклу. Он пришел к директрисе, но та была занята разговором с лесничими. Стоя на месте, он наблюдал за студентами.
Он сделал еще одну затяжку. Выпуская дым в воздух, он прикрыл глаза и в этот момент услышал шаги, которые становились все громче.
Повернув голову, он увидел новенькую – ту, что в очках. Он сощурился, вспомнив, как она назвала его «идиотом».
Пока он разговаривал с девушкой, появился его друг Саймон.
– Зовет мисс Данте.
Роман бросил на девушку гневный взгляд и вместе с Саймоном стал подниматься по лестнице.
– Кто это был? – спросил Саймон, с любопытством глядя на Романа.
– Никто, – коротко ответил Роман, пока они шли по пустынным коридорам здания. По пути его взгляд наткнулся на лесничих, которые пересекли им дорогу.
Когда они дошли до кабинета директрисы, мисс Данте, сидевшая за столом, подняла взгляд на двух вошедших студентов.
– Зачем они здесь были? – без обиняков спросил Роман у директрисы.
Мисс Данте привыкла к поведению Романа. Она знала его уже несколько лет. – Они нашли кровавый след, ведущий от дороги вглубь леса. Но тела не обнаружили. У кого-нибудь из вас есть предположения, кто бы это мог быть? – спросила женщина, глубоко нахмурившись.
– Может, это животное, на которое охотилось другое, – предположил Саймон, но Данте покачала головой.
– На этот раз это не животное, – ответила директриса.
– Спросите у других студентов. Мы не безрассудны, Данте, – ответил Роман, его черные глаза выражали скуку. – У некоторых студентов из нашего дормиториума, похоже, проблемы с соблюдением правил.
Услышав это, директриса посуровела, ее челюсть слегка дернулась, прежде чем она откинулась на спинку стула. – Я скажу Борреллу, чтобы он выяснил, кто это был, и наказал студентов, нарушающих правила. Лучше предотвратить это на ранней стадии, чем позволить дуракам бродить по округе и портить репутацию, которая создавалась годами. Кстати, я позвала вас обоих, потому что мне нужно, чтобы вы присмотрели за новенькими. Есть информация, что в этом году к нам поступил нежеланный гость.
– Похоже, кто-то под подозрением, – сказал Роман, прежде чем перейти к причине своего визита. – Я думал, сотая комната останется закрытой.
Саймон, стоявший рядом с Романом, выглядел удивленным, так как ничего об этом не слышал. – Дормиториум? – прозвучало удивление в его голосе.
– Переселите студентку в другую комнату, – потребовал Роман с непроницаемым видом.
Мисс Данте посмотрела на Романа в ответ. – В этом дормиториуме не осталось свободных комнат, а переселить студентку в следующий дормиториум я не могу по очевидным причинам, о которых ты и так знаешь.
Услышав это, Роман стиснул зубы. – Переселите ее в другую комнату как можно скорее, иначе я найду способ освободить общежитие, – он развернулся и вышел из кабинета.
– Ого, он, кажется, в ярости, – пробормотал Саймон и, обернувшись, увидел, что директриса сверлит его взглядом. Он быстро улыбнулся ей и сказал: – Хорошего дня, мисс Данте.
Когда Саймон вышел из здания, Роман уже был у своего мотоцикла и надевал шлем. Не дожидаясь, он завел мотоцикл и уехал.
– Что случилось?
Саймон обернулся и увидел Оливию, которая шла из библиотеки, неся в руках три книги.
– Ты знала, что Данте отдала сотую комнату новенькой?
– Да, – ответила Оливия. – Он, должно быть, взбешен, что кто-то другой живет в его бывшей комнате. Он собственник по отношению к вещам, которые ему принадлежат.
– Очень, – согласился Саймон. – Он угрожал Данте. Должно быть, уехал, чтобы остыть, если только не решил пойти на охоту, – улыбнулся парень.
Губы Оливии скривились в улыбке, и она сказала: – Он не так безрассуден, как ты. Поэтому он и любимый студент Данте. – Парень кивнул. – Вот почему он любит встревать в драки. Гораздо лучше избить людей, чем убить и влипнуть в неприятности.
– Верно, – ответил Саймон, прежде чем сообщить ей: – Данте сказала, что в лесу новый кровавый след. Они не выяснили, чей он.
– Как интересно. Первые две недели учебного года, а у нас уже кто-то умер в лесу. В любом случае, мне нужно идти делать задания, – заявила Оливия, и они отошли от главного здания.
На следующий вечер в мужском общежитии Максимус подошел к комнате Романа и постучал в дверь, которая была слегка приоткрыта. Толкнув дверь, Максимус обнаружил Романа, лежащего на кровати с раскрытой книгой, которая закрывала его лицо.
– Что такое? – спросил Роман, не убирая книгу с лица.
– Миссис Хилл просила передать тебе почту, – сообщил Максимус, глядя на конверты в своей руке. – Она сказала, что письма…
– Выброси их в мусор, – пробормотал Роман, ничуть не заботясь о содержании писем.
– Все? – спросил Максимус, разглядывая имена и поднося конверты к носу, чтобы понюхать цветочный аромат. Большинство писем было от девушек из этого университета, которые оставляли их в главном офисном помещении, где лежала почта, вместе с остальными. – Похоже, девчонки любят брызгать духами на свои письма для тебя. Ты хоть одно из них прочитал, Рим?
– Я бы, скорее всего, придушил их, если бы хоть раз прочел, – последовал резкий ответ от Романа, и Максимус ухмыльнулся.
– Такое может быть, – хмыкнул Максимус. Хотя Роман и велел ему выбросить письма в мусорку, он положил их на стол. – Оставлю их в твоих надежных руках. О, ты решил, когда будет Костер?
– В следующую субботу, – последовал короткий ответ от Романа.
– Замечательно. Я сейчас иду встречаться с одной новой цыпочкой с первого курса. Увидимся, – объявил Максимус, закрывая дверь комнаты, и Роман услышал щелчок.
Прошло несколько секунд, и Роман убрал книгу с лица и сел на край кровати. Его взгляд переместился на стол, где Максимус оставил ненужные письма, до которых ему не было дела.
Он взял письма, одно за другим просматривая имена на конвертах и выбрасывая их в мусорное ведро, не удосужившись вскрыть. Перебирая их, он наткнулся на письмо потяжелее остальных, потому что к нему прилип другой конверт. Он отлепил его и увидел, что письмо адресовано «Томасу Уинтерсу», а отправителем была Джулианна Уинтерс.
Прочитав имя отправителя, он едва заметно сощурился.
Похоже, новенькие, поступившие в этом году, с трудом понимали установленные здесь правила. В университете было правило не связываться с семьей или друзьями во время обучения. И хотя говорилось, что это для того, чтобы студенты были сосредоточены на учебе, Роман точно знал, почему были установлены такие правила.
Письма от студентов никогда не покидали кампус и могли циркулировать только внутри. Персонал и почтальон следили за тем, чтобы отсортировывать и возвращать их в университет, если те все же попадали в общую почту. Роман повертел конверт в руке, разорвал его и начал читать написанное.
Сухая улыбка появилась на его губах, когда он увидел слова «странные студенты».
– Похоже, тебе повезло, – пробормотал он себе под нос.
На следующий день, когда начались занятия, Роман, как и много раз до этого, прогулял свой урок. Он направился к женскому общежитию. Он знал, как открыть окна и дверь, потому что когда-то это была его собственная комната. Открыв окно, он забросил внутрь свое собственное письмо, в котором предупреждал ее не отправлять больше писем за пределы университета, добавив к этому небольшую угрозу от себя.
Роман не забыл ее замечание и не позволял вещам или людям проходить мимо, не предложив чего-нибудь взамен.
– Добро пожаловать в Университет Ветерис. Джулианна Уинтерс, – и он исчез.
В тот же день, спустя несколько часов, когда часы пробили восемь вечера, пальцы Джули трижды нажали на выключатель, и она вздохнула.
Следующие семь часов она просидела на кровати, укрывшись одеялом, с фонариком в руке, лицом к окну, думая, что человек, написавший письмо, появится перед ней. Все это время она сидела в тишине своей комнаты и слушала тихую болтовню, доносившуюся из-за пределов ее дормиториума.
«Может, это просто шутка», – подумала Джули.
– Что с тобой случилось? – спросила Мелани на следующий день, когда Джули вошла в класс. – Выглядишь так, будто готова сниматься в кино в роли зомби.
– Я не выспалась, – Джули села за Мелани, положила голову на парту и зевнула. Она усердно работала, чтобы наверстать пропущенные занятия первой недели, и не хотела снова отстать из-за того, что проспит. Не говоря уже о том, что на носу был тест.
– Что не давало тебе спать? Лучше бы сегодня позанималась, а не сидела всю ночь, – Мелани вскинула брови. – Тебе, наверное, стоит пойти умыться.
– Я в порядке, – пробормотала Джули.
Она старалась пить меньше воды между занятиями, чтобы не ходить в туалет. Девушки там часто любили собираться в кучки и сплетничать, а она не хотела нарываться на неприятности.
Сев прямо, Джули спросила: – Кстати, Мэл. В университетской библиотеке есть что-нибудь из исторических книг? Я имею в виду, об этом месте? – последний вопрос она задала тихим голосом.
– Там есть несколько стеллажей с историческими книгами, но я не уверена, какие именно. Если хочешь, можем проверить после занятий, – предложила Мелани, и Джули одарила ее сияющей улыбкой.
– Спасибо, я была бы рада.
– Что ты хочешь там найти? – спросила Мелани, вытаскивая книгу из сумки и кладя ее на стол.
– Я подумала, что стоит больше узнать об этом месте, раз уж мы здесь живем. Кроме учебы тут почти нечем заняться, – что было правдой, подумала про себя Джули. Но правда была и в том, что она хотела больше узнать о дормиториуме, в котором сейчас жила.
Словно что-то вспомнив, Мелани сказала: – О, скоро будет Костер. Хочешь пойти?
– Костер? – спросила Джули.
Мелани кивнула. – Поскольку студентам не разрешается покидать территорию университета, старшекурсники каждый месяц устраивают Костер. Все студенты приходят на него, чтобы познакомиться друг с другом, вроде вечеринки. Мы с Коннером обычно ходим, и это довольно весело. Не так уж часто увидишь столько студентов в одном месте.
«Как интересно», – подумала про себя Джули.
– Хорошо, что лес огнеупорный, – пошутила Джули.
Как и договаривались, после того как их занятия закончились рано днем, Джули и Мелани направились в здание, где находилась библиотека.
Библиотека была такой же обширной, как и Синий Блок, и называлась Красный Блок из-за своих темно-бордовых стен. Здание состояло из двух этажей с двумя рядами, в каждом из которых было по двадцать стеллажей с каждой стороны. Посередине стояли столы и стулья, чтобы студенты могли сидеть и заниматься с другими.
Поднимаясь по лестнице с Мелани, Джули посмотрела на потолок из темно-коричневого дерева с аркой в центре.
– Секцию истории найдешь начиная с шестнадцатого стеллажа. Я пойду за своей книгой в другую сторону, – сообщила Мелани, прежде чем отойти от Джули.
Добравшись до секции истории, Джули начала читать названия книг, пытаясь найти ключевые слова, такие как «Ветерис», «Лорды» или любое другое слово, связанное с этим местом.
Джули ходила от одного конца стеллажа к другому, глядя на названия книг и раздумывая, не стоит ли ей подняться по лестнице, чтобы посмотреть там.
– П-пожалуйста, ах!
Глаза Джули расширились от внезапного шепота, который донесся до ее ушей. Она посмотрела налево и направо, гадая, откуда донесся звук. Ей почудилось? Но потом она услышала его снова.
Кого-то обижают?!
Задаваясь этим вопросом, Джули схватила книгу и крепко сжала ее, как оружие. Она прошла мимо стеллажей один за другим и достигла последнего стеллажа у стены. Ее взгляд быстро упал на парня и девушку, которые целовались в библиотеке.
Лицо парня было у изгиба шеи девушки, его спина прижата к стене, и, казалось, девушке это нравилось. Джули заметила, как парень облизнул губы, оторвавшись от шеи девушки, и посмотрел в ее сторону. О, Бог.
Почему она постоянно сталкивается с ним в самые неподходящие моменты! Она была уверена, что он подумает, будто она за ним следит! Она увидела, как он сощурился из-за того, что она его прервала, и спросил:
– Наслаждаешься представлением или тебе что-то нужно?
Джули была слишком ошеломлена, чтобы говорить, и, увидев, как он приподнял одну бровь, она развернулась и поспешно ушла.
– Почему ты бежишь? – спросила Мелани, подошедшая с другой стороны.
– А, это. Я тут подумала взять книгу и почитать ее в комнате. Давай почитаем вместе, – предложила Джули.
– Это та книга, которую ты искала? – спросила Мелани. – Разве мы не будем читать здесь?
– Нам нужна более домашняя атмосфера с закусками, – Джули потащила свою озадаченную подругу вниз по лестнице.
А у последнего стеллажа исторической секции на втором этаже девушка попыталась приблизиться к Роману, но он положил руку ей на плечо. Глядя ей прямо в глаза, он внушил:
– Забудь о том, что произошло. Уходи.
Девушка ушла, как будто и не проводила с ним время, а Роман тем временем подошел к перилам, чтобы посмотреть вниз. Он наблюдал, как девушка, прервавшая его некоторое время назад, подошла к столу библиотекаря, а затем покинула здание.
Глава 8: Игра в охоту
Лёжа ночью в своей кровати, Джули смотрела на небо в окно рядом с постелью.
Подавая документы в этот престижный университет, она не ожидала, что её кто-то заметит. В конце концов, она не была богата и не обладала влиянием семьи, как многие другие студенты. Но по какой-то причине ей казалось, что ей выпала какая-то странная удача – не добрая, а именно странная, потому что с самого приезда она постоянно попадала в необычные ситуации.
«Может, такова обычная жизнь человека, над которым часто издеваются», – подумала про себя Джули.
Она также не ожидала увидеть то, что увидела сегодня в библиотеке. Она всё ещё видела раздражение в его глазах, когда он её допрашивал. Судя по его виду, от этого парня так и веяло неприятностями. Драки. Прогулы. Поцелуи на задворках библиотеки, и не стоит забывать, что он пытался её запугать.
Джули молилась, чтобы больше не пересекаться с ним, по крайней мере, пока он о ней не забудет. Но её молитвы не были услышаны, ведь её письмо оказалось в руках того самого парня, о чём она и не подозревала.
На следующий день после обеда, когда Джули вернулась в свою комнату, она увидела у окна письмо. Осторожно она подошла к окну и подняла его.
Открыв письмо, она прочла вслух:
«У меня для тебя есть работа. Иди к задней стороне белого корпуса и найди меня там». Она заметила, что внизу что-то нацарапано: «Время идёт».
Письмо, очевидно, было от того, кто забрал её собственное письмо. Она гадала, что это за «работа». Понимая, что избегать этого бессмысленно, она решила поговорить с этим человеком напрямую. Но к тому времени, как Джули добралась до задней стороны белого корпуса, там никого не оказалось.
Она осмотрелась по сторонам и заметила на земле конверт, который, казалось, ждал её. Подойдя к нему, она подняла его и прочла записку:
«Иди на игровое поле, к воротам».
И это была не последняя записка. Её отправили ещё в три места, и Джули поджала губы, гадая, не играют ли с ней в поиск сокровищ. Следующим местом, куда ей следовало идти, был Синий корпус. Она вошла в ворота, направилась к лужайке сбоку от здания, и, как и прежде, там никого не было. Вместо этого она нашла ещё одну записку, в которой говорилось:
«Хорошо потрудилась, осматривая кампус. Теперь можешь возвращаться в свою комнату».
Этот человек заставил её без всякой причины ходить с места на место!
Когда она направилась к воротам, чтобы вернуться в свою комнату, кто-то закричал снаружи:
– Вон она! Четырехглазая!
Четырехглазая? Взгляд Джули метнулся в сторону и обнаружил дикобраза и двух его приспешников. Её глаза расширились, и она сжала бумаги в руке. Она вбежала в здание, пока трое парней двигались к ней.
– Лови её!
– Хватайте её быстрее! – приказал дикобраз, и Джули побежала так, словно за ней гнался разъярённый бык. – Ты сегодня умрёшь!
– Я ничего не сделала! Просто оставь меня в покое! – крикнула ему в ответ Джули. – Ты сам упал!
– Я тебя, блядь, убью! – рявкнул дикобраз, словно слова Джули только подлили масла в огонь. – Стой, где стоишь!