Элитная школа «Сигма». Будь как они.
- -
- 100%
- +
Костя, уже коснувшись дверной ручки, замер. Эти звуки совершенно точно доносились со стороны лестницы. Точнее, с первого этажа.
Он прислушался и с сомнением покачал головой. На сегодня приключений и так было более чем достаточно. Пойти в свою комнату или всё же спуститься вниз и проверить, что там происходит?
Костя понимал, что разумней всего будет вернуться в комнату и не отсвечивать. Ведь по школе мог гулять директор – навряд ли он так быстро отошёл от устроенного Никой переполоха. И хоть лестница левого крыла находилась довольно далеко от холла и, соответственно, директорского кабинета, рисковать не хотелось.
Костя с сомнением посмотрел на дверную ручку своей комнаты, но, покачав головой, всё же двинулся в сторону лестницы. В глазах читалась твёрдая уверенность: спуститься и разобраться, что там происходит.
Чем ниже он спускался по лестнице, тем отчётливее становились звуки – глухие удары и… приглушённые голоса.
Около лестницы находился мужской туалет, и стало очевидно, что шум доносится именно оттуда. Костя остановился у входа, прислушался к происходящему внутри, а затем без колебаний потянул дверь на себя.
Его взгляду открылась нелицеприятная картина: трое одиннадцатиклассников – один широкоплечий и мощный, двое других среднего телосложения – прижимали к стене… Алекса!
Двое держали его за руки, а здоровяк, явно их лидер, стоял напротив него. Он медленно сжимал и разжимал кулаки, словно наслаждаясь моментом.
Алекс же выглядел так, будто по нему проехался каток. Рубашка была разодрана в районе плеча, воротник перекошен, а губа рассечена: тонкая струйка крови стекала по подбородку. Волосы растрёпаны, на лбу блестели крупные капли пота.
Он стоял, прижатый к кафельной стене двумя одиннадцатиклассниками. Но несмотря на то что его удерживали, Алекс то и дело пытался вырываться – мышцы на руках были напряжены до предела, а на скулах ходили желваки. В его взгляде не было ни капли страха – только злость и упрямство. Стиснув зубы, он с вызовом смотрел в глаза здоровяку.
Костя бесшумно шагнул вперёд и захлопнул за собой дверь так, что гулкий хлопок эхом прокатился по пустому помещению, и все четверо уставились на него.
Кто-то, как Алекс, с удивлением, остальные с раздражением и… страхом?
— Парень, ты дверью ошибся? — прогудел здоровяк. — Вали отсюда! Живо!
Но Костя и не думал отвечать, внимательно разглядывая старшеклассников. Алекс, воспользовавшись моментом, попытался было вырваться, но, получив удар в живот, зашипел от боли.
— Отпустите его, — потребовал Костя, кивнув на Алекса.
— Или что? — здоровяк ухмыльнулся и сделал шаг навстречу. Его друзья почти синхронно хмыкнули. — Иди отсюда, парень, пока зубы целы.
Но Костя и не подумал сдвинуться с места. В его взгляде появился холод, а плечи расслабились, словно он вошёл в состояние полной готовности.
— Или мне придётся тебе что-нибудь сломать, — бесстрастно произнёс Костя. — Или ты дерёшься только трое на одного?
— Ну всё, ты нарвался!
Слова Кости прозвучали для здоровяка как вызов. Шагнув вперёд, он резко выбросил правый кулак. Но его удар так и не достиг цели – Костя поднырнул под руку противника, и вбил кулак в живот здоровяка. Тот согнулся от боли и, выигрывая время, отступил назад.
Один из дружков здоровяка тут же потянулся вперёд, и Алекс не упустил своего шанса.
Дёрнув рукой, он высвободился из захвата и обратным движением засветил локтем в скулу левого одиннадцатиклассника. Тот, закрыв лицо руками, отшатнулся в сторону, и Алекс сцепился с правым противником.
Костя тем временем уверенно теснил здоровяка к умывальникам. Он не бросался напролом, наоборот, двигался чётко, экономно, уходя от широких замахов и отвечая серией коротких ударов по корпусу и лицу.
Он старался вывести противника из игры, чтобы прийти на помощь Алексу, но здоровяк хоть и пропускал удары, но и не думал сдаваться.
— Н-на!
Алекс, оставшись один на один с правым одиннадцатиклассником, врезал последнему несколько раз левой рукой по лицу и, освободив правую руку, схватил противника за грудки. Рывок на себя, и нос одиннадцатиклассника с хрустом врезается в лоб Алекса.
Но не успел Алекс отпраздновать свою победу, как левый одиннадцатиклассник бросился на него сзади и взял его шею в захват.
Костя невольно бросил взгляд на Алекса, оценивая его положение, и сразу же за это поплатился, получив хлёсткий удар в челюсть. Голова мотнулась в сторону, во рту появился привкус крови. Но он устоял на ногах, ушёл от нового удара и, шагнув навстречу здоровяку, перехватил его руку. Резкий рывок – и суставы противника затрещали.
Одиннадцатиклассник рухнул на пол и, не сдержавшись, зарычал от боли. Но Костя и не подумал ослаблять захват. Наоборот, он выкрутил его руку до предела, гарантированно лишив здоровяка возможности двигаться.
Алекс тем временем страшно захрипел и резко дёрнулся вперёд и вниз, перекидывая тем самым душившего его парня через плечо. Тот с размаху приложился спиной о кафель и, выгнувшись, застонал. Но Алекс и не подумал оставлять дело на полпути и, нависнув над противником, с силой впечатал кулак ему в солнечное сплетение. Да так, что одиннадцатиклассник тут же задохнулся.
Что до второго, то он, схватившись за сломанный нос, и не думал возвращаться в бой – наоборот, трусливо отползал к стене.
В воздухе повисла тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием и стонами поверженных врагов.
Костя и Алекс встретились взглядами. Костя был собран и спокоен, а в глазах Алекса кипела злость.
Костя отпустил руку здоровяка, и тот тут же попытался подняться на ноги. Но Алекс не дал ему этого сделать. Бросившись вперёд, он с силой врезал ему в челюсть. Голова парня откинулась назад, он упал набок. Алекс же, словно сорвавшись с цепи, ударил его ещё и ещё.
— Хватит! — Костя оттеснил Алекса в сторону. — Достаточно!
Алекс замер на месте. Его плечи всё ещё подрагивали от напряжения, кулаки были сжаты до белых костяшек. Но через несколько секунд он шумно выдохнул и медленно разжал руки.
Костя окинул взглядом троих старшеклассников и, убедившись, что они больше не в силах нападать, похлопал Алекса по плечу.
— Пошли отсюда.
И потянул одноклассника за собой.
Выйдя из туалета, парни повернули на лестницу и поднялись на второй этаж. И только там, оказавшись в тишине, перевели дух.
Первым молчание нарушил Алекс. Вытерев с треснувшей губы кровь, он с неохотой процедил.
— Спасибо… Но я не просил о помощи.
Костя вскинул бровь и, потерев свою челюсть, пожал плечами:
— Тогда, в классе, я тоже не просил о помощи с Мироном.
Алекс хмыкнул.
— Не понимаю, почему ты тогда ему не врезал… — он смерил Костю оценивающим взглядом. — Ты бы с лёгкостью его уложил.
— Не хотелось привлекать внимания, — ровно произнёс Костя.
— Тогда ты сейчас зря влез, — серьёзно сказал Алекс. — Эти трое теперь не отстанут.
— Не страшно, — спокойно отозвался Костя. — Трое против одного – это нечестный бой.
Алекс усмехнулся и покачал головой:
— Справедливость ищешь? В этом мире её нет.
— А где-то она вообще есть? — усмехнулся Костя.
— Ну точно не здесь. И сейчас эти трое от тебя не отвяжутся.
— Что ж, — улыбнулся Костя. — Один уважаемый мной человек как-то сказал: «Если драка неизбежна, бей первым».
Алекс горько усмехнулся.
— Подлый удар в спину – это не драка. Но можешь быть уверен в одном – болтать они не будут. Им шум ни к чему.
— Это радует, — усмехнулся Костя, протягивая однокласснику ладонь. — Что до первого… Разберёмся.
Алекс немного помедлил и, кивнув, крепко пожал протянутую руку.
— Разберёмся.
Они не стали друг друга ни о чём расспрашивать, хотя вопросы были у каждого. Они не стали обсуждать, как им действовать дальше, хотя это казалось самым логичным. Они понимали – дальнейший разговор повлечёт за собой вопросы и… ответы.
Но никто из них не был готов делиться своими секретами.
По крайней мере, пока что.
Глава 23
Ночь после «проникновения со взломом» в директорский кабинет выдалась напряжённой. Я раз за разом прокручивала в голове увиденное и услышанное и заснула лишь ближе к утру.
Мозг без остановки анализировал произошедшее, не давая телу расслабиться. Это моё самое нелюбимое состояние, когда ты устал и очень хочешь уснуть, но тебе что-то мешает.
Ника тоже ворочалась всю ночь, но я не могла определить спит она или нет. Хотя, редкие посапывания говорили о том, что её сон выдался более продуктивным.
Но опять же, это не помешало ей, прямо как и мне, проспать завтрак.
Не знаю, каким чудом я услышала будильник, который трезвонил уже целый час, но когда я открыла глаза, на часах было без десяти восемь.
Вспомнив, что сегодня первым уроком стоит экономика с директором, я резко соскочила с кровати и подбежала к Нике.
— Ника! Вставай! — я затрясла её за плечо.
В ответ соседка недовольно застонала, закуталась в одеяло, будто в кокон, и отвернулась к стене.
— Ну уж нет! — я дёрнула её ещё сильнее. — Подъём!
— Да что ты творишь?! — возмутилась Ника, но, взглянув на телефон, который я сунула ей в лицо и увидев, сколько сейчас времени, она моментально подскочила.
Наши следующие пять минут сборов были похожи на ускоренную перемотку: умывание на бегу, кое-как собранные волосы, напиханные в сумку тетради. Во всей этой суматохе я даже успела выпить стакан воды! И вот мы уже бежим вниз по лестнице и влетаем в кабинет. На часах – 8:02.
— Извините за опоздание, Дмитрий Андреевич, — протянула я. — Можно войти?
Он разрешающе кивнул, и мы с Никой заняли свои места.
Несмотря на то, что директор сам не спал полночи, выглядел он вполне бодрым и выспавшимся.
— Ника, порадуете нас решением домашней задачи? — дописав условия на интерактивной доске, произнёс он.
Ника немного поморщилась, но всё же встала и вышла к доске.
Не сказать, что Дмитрий Андреевич был строгим учителем, но он был требовательным.
На его уроках мы могли спокойно разговаривать на любые темы, поднимать вопросы мироустройства и миропорядка, обсуждать силу влияния, разбирать нелогичные на первый взгляд действия политиков и крупного бизнеса.
Казалось, он знал ответы на все вопросы. А там, где не знал или просто не хотел отвечать – а это было практически невозможно определить – он мог найти такие слова, что ответ как бы дан, а понимаешь ты его или нет – твои проблемы.
В общем, если на первых уроках я побаивалась его и чувствовала себя некомфортно, то потом это чувство притупилось, но до конца всё равно не ушло. Я по-прежнему не вступала в общие разговоры, зачинщиками которых чаще всего были Олег или Женя, потому что мне казалось, что директор постоянно анализирует наше поведение.
Везёт парням – они его как будто вообще не боятся и могут с ним даже шутить, подкалывать его, а он их. Хотела бы я также легко общаться с таким крутым, умным и влиятельным человеком! Но я понимала, что если мои одноклассники примерно из одного мира с директором, то я совершенно из другого.
Ника тем временем худо бедно решила задачу, но получила за неё лишь тройку. Дмитрий Андреевич был непреклонен в оценках. Что заслуживаешь – то и получаешь. Церемониться он не любил, его твёрдый характер директора элитной школы раскрывался здесь в полной красе.
Следующей к доске пошла я. Совпадение? Вряд ли.
Взяв тетрадь с домашкой, я вышла к доске и довольно быстро решила задачу. И, в отличие от соседки, ответила правильно.
— Хорошо, Мишель. Садись, — бесстрастно произнёс учитель, как только я переписала задание на доску и объяснила его решение.
Возвращаясь к своей парте, я непроизвольно задержала взгляд на Алексе, который сидел прямо у прохода на второй парте. Наши взгляды на мгновение встретились, но он тут же отвёл глаза, а потом и вовсе посмотрел в другую сторону.
Впрочем, я успела заметить разбитую губу, а когда он повернул голову – свежую ссадину на левой скуле.
Опять?! Он, что, каждый день с кем-то дерётся?
Я, не отводя от него взгляда, дошла до своей парты и только перед тем как сесть, поняла, что со стороны это могло выглядеть странно.
Просто вспомнив рану на его спине, я почему-то представила, как его бьют в то же самое место, а он сжимает зубы от боли. И от этих мыслей сразу же стало не по себе.
Когда я села, а директор отвлёкся на следующую задачу, Костя наклонился ко мне:
— Не выспалась?
Я отбросила все мысли, посмотрела на улыбающегося парня и тоже машинально улыбнулась:
— Выспишься тут.
После этого я перевела взгляд на доску и начала перерисовывать себе в тетрадь график, который к этому моменту успел написать на доске Дмитрий Андреевич.
— Поделишься ластиком? — протянул Костя, видимо, допустив ошибку в своём чертеже.
Я достала из пенала ластик и протянула его Косте. Вот только, когда он его взял и начал что-то стирать у себя в тетради, мой взгляд остался прикован к его рукам.
Костяшки Кости были разбиты. Мы не виделись всего пару часов, неужели он успел за это время с кем-то подраться? А главное – с кем?
Вспомнив лицо Алекса, я сложила два плюс два. Ответ был очевиден: Костя подрался с Алексом. Или Алекс подрался с Костей.
Решив не мучить себя догадками, я повернулась к соседу по парте. Он, почувствовав мой взгляд, повернулся ко мне и вопросительно вскинул бровь.
— Что это? — я кивнула на его руки. — Что-то случилось?
— Ерунда, — заверил меня Костя. — Заходил в комнату без света, споткнулся о ящик с инструментами и влетел в разобранную тумбочку.
— Понятно, — протянула я, сделав вид, что поверила.
А самой тем временем стало неприятно.
Почему нельзя сказать правду? Ну подрались они, ну и ладно. Зная Алекса, неудивительно, что Костя не сдержался. У Алекса природный талант выводить людей из себя, и, наверное, Костя не выдержал…
А вообще, лучше бы он Мирону врезал, чем подрался с Алексом! Хотя, кто знает, что у них там произошло?
И тем не менее, ну подрались и подрались, всякое бывает, зачем что-то выдумывать и говорить неправду? Не понимаю я этого…
***
Наступил обед, и наконец-то у нас с Костей и Никой появилась возможность обсудить то, что произошло ночью.
— Почему вы не сказали, что пойдёте в кабинет директора? — с обидой в голосе спросила соседка, сверля взглядом нас с Костей. — И что вообще вы там делали?
Ника перевела взгляд с меня на Костю, и не успели мы ответить, как в её глазах мелькнула догадка:
— Так это всё-таки ты украла ключи!
— Нет, — возразил Костя. — Это сделал я.
Ника вопросительно на него посмотрела. В её глазах читалось куча вопросов, я не стала больше её мучить.
— Помнишь, — протянула я, — полиция передала директору фотографии парня, найденного в лесу?
— Допустим, — насторожилась Ника.
— Так вот, мне нужно было увидеть фото, чтобы понять – это тот самый парень или нет.
— И-и-и? — Ника подалась вперёд и понизила голос. — Вы нашли фотографию?
— Нашли, — кивнул Костя.
Лицо Ники резко изменилось. Она перевела взгляд на меня, словно ища подтверждения.
— Ну?! — чуть ли не шёпотом протянула девушка. — И что там?
У меня перед глазами вновь всплыла та фотография. А потом запыхавшийся парень, стоящий передо мной возле школы. Повисла тишина и я, собравшись с духом, произнесла:
— Это он.
Ника замерла, то ли от шока, то ли от осознания, в какой ситуации мы оказались. Что до Кости, то он, как мне показалось, ещё вчера в кабинете директора всё понял по моему выражению лица.
— На фотографии… Он был мёртвый?
— Да, — с неохотой кивнул Костя. — Похоже на огнестрельное ранение.
— Но кто мог в него стрелять?! — ахнула Ника. — Боже…
— Видимо, тот, кто не хотел, чтобы эта папка попала в чужие руки, — констатировала я.
— Да там даже ничего такого-то и нет! — Ника непонимающе покачала головой. — Только Лизин шифр! Неужели…
— Всё может быть, — перебил её Костя и серьёзным голосом добавил. — Поэтому нам нужно быть очень осторожными.
Воздух в нашей маленькой компании будто сгустился, напряжение достигло своего пика, каждый сам додумывал напрашивающиеся выводы. И в этот момент я поняла, что они должны знать ещё кое-что…
— Ребят, есть один момент, о котором я должна вам рассказать, — вздохнула я. — Кость, зайдёшь к нам сегодня после ужина?
Ребята с удивлением на меня посмотрели.
— И это ещё не всё?! — первой нарушила молчание Ника. — Я же не выдержу до вечера!
— Не хочу тут об этом говорить, — я осмотрелась вокруг. Чужих ушей рядом не было, но до факультативов времени оставалось не так уж много, а мне нужно было ещё съесть десерт. — Долгая история.
— Хорошо, — кивнул Костя. — Я зайду после ужина. Но если это что-то серьёзное, лучше не тяни.
— До вечера терпит, — я покачала головой. А потом прибавила. — А пока пусть лучше Ника расскажет, что за погром она вчера устроила в холле.
Костя посмотрел на соседку:
— Да, и как ты вообще догадалась, где мы?
Ника, вспомнив, что её не позвали, хотела было снова обидеться, но нас живой интерес её подкупил, и она расплылась в довольной улыбке.
— Когда ты, — она посмотрела на меня, — втихую вышла в коридор, я только-только засыпала. Услышав звук закрывшейся двери, я сразу поняла, что ты куда-то намылилась. А учитывая всё, что происходит, мысли у меня были разные… Ну сами понимаете. Поэтому я и решила за тобой проследить.
Ника выжидающе на меня посмотрела, оценивая мою реакцию на свои слова и, не увидев ничего, кроме понимающей улыбки, продолжила свой рассказ:
— Я спустилась по центральной лестнице и увидела, как вы с Костей зашли в кабинет директора. Я подошла ближе к двери, но буквально через пару минут услышала, как кто-то спускается по лестнице со второго этажа. Деваться было некуда, и я от страха забежала в коридор с раковинами.
— Это был директор, — кивнул Костя.
— Да. Когда я увидела, что он вошёл в кабинет, то подумала, что вам кранты. Жду минуту, две – тишина. Тогда я поняла, что он вас не спалил, и решила выманить его из кабинета.
— Так, так, так, — прищурился Костя. — Самое интересное. И что же это был за звук?
Ника тяжело вздохнула, поковыряла вилкой макароны и, опустив глаза, призналась:
— Я взяла мыло с раковины и… кинула его в зеркало.
— Так и знал, — хмыкнул Костя.
— Оно тут же с грохотом разлетелось, — продолжила тем временем Ника, — я схватила отлетевшее мыло, поставила его обратно и пулей рванула в левое крыло. Даже не поняла, как оказалась на втором этаже.
— Смело, — заключил Костя.
Ника от его завуалированного комплимента улыбнулась и прибавила:
— Ну а дальше вы знаете.
— Ну ты, конечно, отчаянная, — протянула я.
— Это первое, что пришло в голову, — пожала плечами соседка. — Зато удалось вас вытащить.
— Спасибо, — серьёзно сказал Костя, посмотрев ей в глаза.
Я же с благодарностью добавила.
— Ты реально нас спасла. Боюсь представить, что было бы, если бы он нас спалил…
Потом мы с Костей в красках пересказали Нике всё, что происходило в кабинете директора: как мы еле дышали, находясь в полуметре за его спиной, как он разговаривал по телефону, и как мы услышали далёкий звук бьющегося стекла.
Ника внимательно слушала, явно представляя себя на нашем месте. Мы, впрочем, были в не меньшей степени впечатлены её историей – каждый из нас пережил вчерашнюю ночь по-своему.
После обсуждения ночных похождений у нас осталось лишь несколько вопросов:
Что директор делал в кабинете ночью? И с кем он мог разговаривать по телефону?
Увы, но ответа на них у нас не было.
Ника, кстати, тоже заметила разбитые костяшки Кости. Но ей он ответил точно так же, как и мне: наткнулся ночью на тумбочку. Коротко и без деталей, словно ставя точку в разговоре.
Не успели мы договорить, как прозвенел звонок, и мы разошлись каждый по своим занятиям.
***
После всех факультативов, а во вторник их было меньше, чем обычно, я пошла к себе в комнату.
Мой путь лежал мимо комнаты отдыха, и когда я проходила мимо, то случайно увидела стоявшего у кулера Алекса. Он, облокотившись о стену, набирал воду в бутылку и невидящим взором смотрел куда-то вдаль.
Сама не знаю зачем, но я завернула к нему. В помещении кроме Алекса никого не было, а он, увлечённый своими мыслями, даже не обернулся, когда я к нему подошла.
— Как твоя спина? — спросила я, чувствуя, как на меня накатывает необъяснимая раздражительность.
Он медленно повернул голову и, словно только что увидев меня, протянул:
— Знаешь, после твоей повязки она заболела сильнее.
— А, да? — прищурилась я, и уже не скрывая раздражения, добавила. — А может, она заболела не из-за меня? А, например, из-за ещё одной драки?
Алекс сделал вид, что задумался, и демонстративно вскинул левую бровь.
— Хм… Вряд ли.
— То есть, — я скрестила руки на груди, — ты не отрицаешь, что драка была?
— Слушай! — поморщился он. — Какое тебе дело? Это не твоя история, вот и не лезь в неё, поняла?
Его ответ окончательно вывел меня из себя:
— Не поняла! — я, сама того не заметив, сказала это громче обычного. — Это ты подрался с Костей?
— Спрашивай у своего друга или кто он там тебе, — разозлился Алекс. — Ты чего ко мне прикопалась?!
Он начал морально давить на меня своим тоном, однако меня это не только не остановило, но и раззадорило.
— Потому что не надо в свои ночные драки втягивать нормальных людей! — я, не сумев совладать с эмоциями, повысила тон.
Алекс только хотел что-то ответить, как за спиной раздался знакомый женский голос.
— Так вот кому у нас не спится ночами, — на пороге появилась Вера Акимовна. — Алекс, к директору.
Парень, ещё не отойдя от вспышки гнева, злобно посмотрел мне в глаза и уже на ходу процедил сквозь зубы:
— Ну спасибо тебе.
Всё произошло так быстро, что я даже не сразу поняла, что случилось. Кажется, я только что подставила Алекса. И, судя по словам Веры Акимовны, вчерашнее зеркало повесят на него.
Какая нелепая ситуация! И почему завхоз проходила здесь именно сейчас? И зачем я вообще свернула в эту комнату отдыха?!
Чувствую, теперь наши и без того напряжённые отношения с Алексом заиграют новыми красками…
Алекс. Кабинет директора
Глава 24
Алекс. Кабинет директора
Алекс, засунув руки в карманы, стоял посреди просторного кабинета. Перед ним за дубовым столом сидел директор, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.
— Кто-то, — прервал тишину Дмитрий Андреевич, — разбил этой ночью зеркало в коридоре у центральной лестницы и… наследил в мужском туалете на первом этаже. По словам уборщицы, весь пол был залит кровью.
Он уставился на парня, ожидая, что тот скажет.
Первым порывом Алекса было сказать, что он не имеет ни малейшего понятия, что произошло с зеркалом, но парень вовремя сообразил, что таким образом, он признается, что был в туалете.
Поэтому, он ограничился тем, что пожал плечами.
— Откуда мне знать, кто это сделал?
Дмитрий Андреевич облокотился на стол и слегка подался вперёд.
— Ты хочешь сказать, что твоя разбитая губа и всё остальное, — он демонстративно посмотрел на скулу Алекса, — появились сами собой?
— Я упал, — не раздумывая, произнёс Алекс. — Споткнулся в темноте.
— Не смеши меня, — холодно бросил директор. — С кем ты дрался? Мне нужны имена.
Алекс посмотрел директору в глаза и равнодушно протянул.
— Не знаю, о чём вы.
Дмитрий Андреевич покачал головой, и его взгляд построжел.
— Что ж, — властно произнёс он, переключаясь на деловой лад. — Значит, отдуваться будешь один.
— Да за что отдуваться-то? — демонстративно возмутился Алекс, и не думая вытаскивать руки из карманов.
— Ты знаешь за что, — отрезал директор. — В нашей школе драки недопустимы.
— Если вы намекаете на отчисление, — Алекс с вызовом посмотрел на директора, — то я с радостью свалю отсюда.
— Нет, — покачал головой Дмитрий Андреевич, — отчислять я тебя не собираюсь.
Он сделал паузу, словно тщательно взвешивая каждое слово.
— С недавних пор твой отец играет важную роль в жизни школы. Поэтому не надейся, что ты отделаешься так легко.
Алекс нахмурился, но промолчал.
— А вот отвечать за свои поступки, — в голосе Дмитрия Андреевича мелькнула сталь. — Придётся.
Алекс едва слышно хмыкнул, но директор сделал вид, что этого не заметил. Лицо Дмитрия Андреевича оставалось бесстрастным, но его глаза словно сканировали стоящего перед ним парня – как будто он подбирал ему наказание.
— Знаешь, — наконец сказал он, — сегодня наша уборщица, Нина Васильевна, выглядела крайне недовольной, когда ей пришлось отмывать мужской туалет от крови. Думаю, она не отказалась бы от пары лишних рук.