Осколки гаснущего мира

- -
- 100%
- +

Глава 1
Три года минуло с тех пор, как Лира ушла в землю.
Торвин хоронил её на холме за деревней, где пересохшее русло ручья петляло между корявых ольх. Это было единственное место в округе, где мёртвая почва ещё казалась податливой — будто природа устала от собственной каменной суровости и согласилась принять последнее бремя. Он рыл могилу молча. Не взывал ни к глухому лесу, ни к пустому небу, ни к древним силам, что прежде чутко ловили каждый шёпот в этом краю. Теперь они молчали. Торвин и не ждал ответа — он давно разучился ждать.
Лира угасла тихо, как угасало всё в этом мире, словно кто-то бережно задул догоревшую свечу. Болезнь подкралась исподволь, по капле разливая в жилах медленный яд. К тому моменту, когда Торвин распознал беду, спасать было уже некого. Он возил её к травнице в соседнее селение — последней, кто ещё помнил тайные свойства кореньев. Старуха лишь покачала головой. В её тусклых глазах староста прочёл то, что слишком хорошо выучил за годы жизни у края чащи — глухое смирение перед тем, что некоторые двери заперты с обеих сторон.
Он вернулся в пустой дом. Четыре ночи Торвин просидел у постели жены, сжимая её слабеющую ладонь, пока та не остыла.
Дети не проронили слёз. По крайней мере при отце.
Арден, рождённый в тепле родного очага, застыл над изголовьем матери с каменным лицом. О его боли говорили лишь побелевшие костяшки сжатых кулаков. Роуэн, которого Торвин когда-то младенцем вынес из глухой чащи, забился в угол и неотрывно смотрел в бревенчатую стену. Он ещё не умел прятать чувства, но в ту ночь выучил свой первый жестокий урок.
После похорон Торвин не позволил себе сломаться. Он вернулся в опустевший дом, разжёг очаг и принялся готовить ужин для двух мальчишек, которым ещё предстояло вырасти вопреки всему.
Росли они быстро. К тринадцати годам мальчики вытянулись, раздались в плечах и обзавелись голосами, которые уже не ломались, а гудели низким, пока ещё неуверенным басом. Отцовская порода угадывалась в обоих: тот же крутой подбородок, тот же упрямый лоб, те же длинные жилистые руки. И всё же они не были похожи как две капли воды. Арден унаследовал тёмно-русые волосы с медным отливом и глаза цвета зимнего неба — холодные, ясные, пронзительно-голубые. Роуэн же носил платиновые пряди, отливавшие серебром даже в густых сумерках, а глаза его горели неестественной зеленью, точно свежая листва в тот редкий месяц, когда лес ещё не успевал иссохнуть.
Деревня принимала братьев по-разному. Ардена любили. С малых лет он интуитивно знал, когда нужно подать руку, когда промолчать, а когда, без лишних слов, взять на себя чужую ношу. Он латал соседям крыши, таскал воду немощным старухам, косил сено тем, кто уже не мог поднять косу. Его уважали за дело. Рождённый в тепле родного дома, плоть от плоти здешних мест, он был своим безоговорочно, без косых взглядов и глухих сомнений.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



