Проклятие на удачу. Цена триумфа

Стоял пасмурный осенний вечер. Дождь барабанил по стеклам дворца с такой силой, что казалось вот-вот проломит их. Мы с Онисом пили чай в библиотеке на втором этаже и были так увлечены разговором, что не заметили, как стрелка больших настенных часов прошагала до одиннадцати ночи. Волшебник взапой повествовал о своем последнем задании, назначенном магическим союзом и о переделках, с ним связанных. Он вернулся на два месяца позже, чем планировалось и выглядел слегка диковато. Лицо чародея осунулось, а кожа побледнела еще больше. Он не успел переодеться после странствия и сидел в кресле напротив в потертой, испачканной дорогой, одежде. Я не перебивала его, целиком поглощенная увлекательным и, местами, курьезным рассказом.

Закончив, маг поймал на моем лице насмешливую улыбку и понял, что за последние два часа едва дал вставить мне несколько слов. Засмущавшись, он поджал губы, а я рассмеялась.

– Эмм.. А как ты? Чем занималась последние месяцы? – Сделав глоток травяного чая, спросил Онис, возвращая хрупкую чашечку изящного сервиза, обратно на блюдце, огрубевшей, и выразительно контрастирующей с белизной тонкого фарфора, рукой.

Разумеется, я не стала рассказывать магу о том, что все это время думала о нем. Представляла нашу встречу после долгой разлуки, ведь прощание, оставило волнующие томительное послевкусие и мне не терпелось окунуться в эти ощущения вновь. Но волшебник, кажется, не разделял моих плохо скрываемых душевных устремлений, и ни коим образом не демонстрировал чувств сверх тех, что диктовали правила приличия. Его речь была стройной и уверенной, держался он с естественной непринужденностью, вполне походящей на обычную дружескую привязанность. Меня это чрезвычайно раздосадовало и едва я собралась поведать парню о своих однообразных дворцовых буднях, проходивших в обучении управлению страной, как в дверь библиотеки постучали, и она приоткрылась.

– Госпожа Амайя, господин Онис, пройдите пожалуйста в тронный зал, магический союз ждет Вас.

– Так поздно? – Удивилась я.

– Хмм… Не к добру это… – Констатировал волшебник и мы спустились на первый этаж.

Я заняла свое место на троне в окружение придворных чародеев. В коридоре слышался быстрый стук каблуков и уже через несколько секунд перед нами стоял Пенер – один из колдунов союза, отправленный в начале лета в качестве посла в государство Асмеран, лежащее на севере, за королевством эльфов. Мужчина поджарого сложения, был облачен в полностью черный походный костюм, промокший до нитки. Его черные волосы, словно перья ворона, облепили квадратную голову, а в глазах, как двух темных омутах, затаилось смятение и тревога. Он подошел ближе и поклонился. Я кивнула в ответ.

– Госпожа Амайя, досточтимый союз, у меня скверные новости.

Волшебники переглянулись, и, в наступившей тишине, прибывший продолжил.

– Царь Киотий свергнут с престола, а трон Асмерана захвачен преступниками. Я не знаю кто их возглавляет, но он несет угрозу и для Тамилии. Нас ввели в заблуждение, около ста дней назад заявив о том, что местный царь тяжело захворал и, отселив из дворца, не допускали к нему под предлогом высокой заразности болезни. День за днем длился недуг, но никаких прогнозов и объяснений от лица тамошнего магического совета не следовало. В это же время началась перестройка главного ритуального храма. Мы встревожились и вопреки ситуации потребовали аудиенции у Киотия, но наше настоятельное обращение проигнорировали. Как вам известно – со мной в группе послов было еще двое магов Акер и Харис – один за другим они пропали, но боюсь- мы можем ожидать худшее на их счет. Когда я понял, что происходит, перемещаться телепортом было слишком опасно. Мне чудом удалось покинуть Эстен и проследовать до Лесграда верхом. Угроза подтверждается так же тем, что эльфы закрыли свои границы. Они не пустили меня на внутреннюю территорию, переговорить с королем Эллиансом и расспросить о данных их разведки, настояв, чтобы я воспользовался телепортом прямиком до Тамилии.

По собравшимся прокатилась волна возмущённого перешептывания.

– Царица Амайя хорошо обучилась своим возможностям за последние месяцы. А мы способны сделать ее практически неуязвимой. Весь вопрос в том- что они могут противопоставить дракону? – Высказался кто-то из толпы.

– Разве что армию драконов! – Взял слово Онис.

Резко всем присутствующим стало не по себе.

– Может быть и так… – Задумчиво произнес Нуран и запустил жилистые пальцы в короткую белую бороду. – Помимо нашей правительницы известно еще три обращенных дракона- в других государствах, но они под присягой и верно служат своим царям. Есть и дикие, на каждый горный хребет приходится в среднем по одному. Они предпочитают жить по-отдельности, но в случае угрозы способны сгруппироваться. Вот их и мог подчинить себе некий маг невиданной силы, однако я таких за всю жизнь не встречал. На природных драконов мало действуют чары, они ведь сами магические существа и магией в некоторой степени защищены, поглощая ее…

– Если дела обстоят так, как доложил господин Пенер, не думаю, что нам следует дожидаться вторжения. Необходимо разведать что конкретно происходит в Асмеране, и я хочу лично руководить этим процессом. – Решительно заявила я.

– Об этом не может быть и речи. – Категорически заметил Нуран.

– Уважаемый союз, хочу напомнить, что не так давно нам с Онисом на пару удалось одолеть демона стихий. И как вы верно заметили – я неплохо развила свои способности с той поры. Мне до смерти надоел зубреж учебников, пора применить на практике все, что я из них узнала. И кстати- вы сами посадили меня на трон, а я не собираюсь делать вид, что защита Тамилии – не моя ответственность, так что будьте добры исполнять мои приказы.

– Ваше правление- явление, естественное и не требующее обсуждений. А вот риск, которому Вы собрались себя подвергнуть – не оправдан и крайне велик. – Продолжил отстаивать свою позицию архимаг.

– Наши послы бесследно исчезли. Я имею полное право обратиться к нынешнему правителю с прямым вопросом. Но, если союз считает, что пока не раскрыты карты, лучше действовать тайно – так тому и быть. Я отправлюсь в путь немедленно.

– Майя, они правы – твое лицо начеканено на каждой монете, выходящей с торговцами за границы Тамилии. Тебя сразу же разоблачат.

– Наведите морок на мою внешность. – Пожала плечами я не собираясь уступать.

– Все равно риск слишком большой. Тамилия не может вновь тебя потерять.

– Госпожа Амайя, как бы это не противоречило Вашему статусу и нашей поддержке – мы не станем содействовать царскому решению. Вы сейчас – величайшая ценность для страны и маги приложат все усилия, чтобы самолично разобраться с возникшей ситуацией. – Отрезал Нуран тоном, не допускающим пререканий. Чародеи отправились на совещание, пообещав утром известить меня о разработанном плане.

– Не спорь с ними, так будет лучше для всех. – Прошептал Онис и удалился вместе с остальными.

***

Я отпустила служанку, которая обычно помогла мне приготовиться ко сну и, черканув несколько строк союзу, поспешно открыла дверь на балкон, выходящий из моей спальни в сад. С улицы пахнуло холодом и косые потоки дождя хлынули в комнату. Я полуобратилась и, вскарабкавшись на каменный гладко шлифованный бортик, сиганула с него в сторону хозяйственного крыла. С этой стороны замка ни в одном окне не горел свет. Я подлетела к широкой приземистой постройке и пробравшись в одно из подсобных помещений, разыскала комнату, где сохла на веревках одежда придворной прислуги. Из глубины коридора раздался шорох, заставивший меня замереть на месте. Через мгновение по нему пробежала серая полосатая кошка, гоняющая какую-то мошкару. Протяжно выдохнув, я наспех переоделась в однотонное полотняное платье, и стащив у входных дверей башмаки по размеру и плащ, вновь обратилась. Путь с территории дворца лежал давно облюбованным мной, неприметным для посторонних глаз маршрутом, пересекающим небольшую террасу с беседкой для отдыха слуг, углубленную в заросли роз, кустящихся до самых кованых ворот. Тут меня точно не могли увидеть. Я пользовалась им, чтобы хотя бы иногда покидать замок без сопровождения магов и стражи, наслаждаясь одинокими прогулками в живописных местах.

Добираться до границы решено было на собственных крыльях, поскольку чародеи постоянно твердили о том, что передвижения по известным телепортационным каналам можно отследить. Не могла я рассчитывать и на помощь приставленных к телепортам и пока неосведомленных о моем побеге волшебников, так как все они находились под присягой и в кратчайшие сроки будут допрошены союзом о произведенных за ночь перемещениях. Пусть чародеи и знали конечный пункт моего следования, но в моих силах было скрывать траекторию этого пути. Внизу дома сменялись полями и лесами. Густой неуемный дождь создавал ощущение, буд – то я не лечу по небу, а плыву по реке, и лишь к утру он сжалился и прекратился, а на его место вышла проблема куда серьезнее. Рассвет, ознаменовавший начало нового дня, неумолимо приближал час, когда во дворце узнают о моем побеге и в тот же миг количество стражей вдоль границы значительно возрастет, усложняя возможность покинуть страну. Надежду вселяла лишь мысль, что, если мне все же удастся каким – то образом ускользнуть от глаз чародеев, они вряд – ли станут придавать огласке мое исчезновение – это отрицательно скажется и на внутренней обстановке в Тамилии, вызывая вопросы, и уж тем более на внешней – “Как это- престол вновь остался без правителя?”. Я считала свои действия логичными и была полностью уверена в их правильности. Во мне говорил не только царский голос, но и драконий, обретший свое сокровище в виде Тамилии и не собирающийся ее никому отдавать. Пролетев до рассвета и дико устав, я понимала, что сейчас не время для отдыха и немного поспать смогу лишь, когда позади останется по меньшей мере половина страны. Из-за спешки многое не удалось предусмотреть заранее. Для такого путешествия требовались деньги, получить которые я теперь надеялась, разменяв украшения, что остались на мне. Лишь кулон Ониса был предусмотрительно снят во дворце во избежание слежки. Вдалеке обрисовался в красных лучах восходящего солнца небольшой городок. Прикинув в голове карту, отлично изученную в связи со своим новым амплуа, я предположила, что этот населенный пункт называется Камневец и находится приблизительно в двух сутках непрерывного полета до границы. Березовый лес подо мной оканчивался просторным полем. Сбросив высоту и приняв человеческую ипостась, я стянула башмаки и зашагала по промокшей насквозь земле. Озимую пшеницу давно собрали, и почва комьями липла к ногам. Я вышла на узкую тропинку и мои пальцы тут же запутались в полегшей траве, еще не успевшей пожелтеть. В этом году осень упорно держалась за каждый отведенный ей день, не давая зиме хотя бы легкой изморозью прикоснуться к лениво подыгрывающей урожайному сезону, природе. Я потянула ноздрями свежий холодный воздух. Внутри меня развернулось и набирало обороты утерянное искрящееся чувство свободы, всеобъемлющего простора и захватывающее дух волнение от грядущей неизвестности впереди.

Через город пролегала красивая каштановая аллея. Не выложенная камнем, а просто крепко утоптанная. Она целиком была усыпана плодами, колючая кожура которых истрескалась и оголяла блестящую коричневую сердцевину. Я не удержалась и подняла с земли каштан, сжимая упругий зеленый ежик в ладони до приятного покалывания.

В домах потихоньку начинали открываться двери и первые ранние труженики отправлялись работать. Обмыв грязь с ног в ближайшей более-менее чистой луже на одной из улиц, я повернула к центральной площади в поисках лавки скупщика, чтобы обменять золотые браслет и цепочку на монеты. Она обнаружилась довольно быстро, и ее хозяин оказался в точь таким, каким представляется владелец подобного заведения. Мужчина с вытянутым серым лицом, кожа которого плотно обтягивала высокие скулы, кажется, вообще никогда не ложился спать. Его глубоко запавшие блеклые глаза выглядели просто темными пятнами, поверху очерченными полукругом тонких изогнутых бровей. Длинный нос можно было бы приписать персонажам из сказок про любопытных людей, а сухие поджатые губы слегка подрагивали, выражая неудовольствие по неизвестному поводу. Черные блестящие с залысинами волосы мужчины были гладко зачесаны назад, а его идеально сидящая и явно, пошитая на заказ одежда, говорила о финансовом благополучии.

Мне подумалось, что в этой лавке наверняка дерут втридорога. Меняла уставился на меня, соединив подушечки тонких, чересчур длинных пальцев на уровне груди.

– Эмм… Добрый день, точнее утро. – Почему – то сробела я.– Мне нужны деньги, сколько это стоит? – Я переместила по стеклянной столешнице прилавка свои украшения.

Мужчина молча взял браслет и, повертев в руке, второй достал из нагрудного кармана пенсне. После десятиминутного изучения драгоценностей в полной тишине, он спросил:

– Краденное?

– Нет, что Вы?

– В приграничье Лесграда много жуликов околачивается… – Бесцветным голосом бросил он. – Ну что ж… Вещицы не плохие, можно даже сказать – весьма ценные, но вот где ты их взяла – остается загадкой, поэтому выбор у тебя такой: либо я зову городскую стражу, и они отправляют тебя в Арбин, чтобы посадить в темницу за воровство, либо даю десять серебряников за все.

– Десять серебряников? – Опешила я. – Это родовые украшения, стоят самое малое – десять золотых за каждое… В наследство остались… – Это являлось правдой.

Лавочник ничего не ответил, лишь выше поднял левую бровь, ожидая какой из предложенных им вариантов, я выберу.

Если он позовет стражу- моему побегу конец. Как бы я не действовала с этой минуты, если не продам золото за дешево, меня обнаружат маги.

Меняла увидел мои колебания и выложил передо мной на стекле обещанные десять серебряников. Я раздраженно сгребла их в кучу и пообещала:

– Мы еще встретимся при других обстоятельствах, не сомневайтесь…

Медлить было нельзя, и я, заглянув в пару лавок и, прикупив тряпичную сумку, которую набила всем, что может пригодиться в дороге, поторопилась из города, чтобы как можно меньшее количество людей меня увидели. Хотя, возможно, волноваться было не о чем. Промокшая насквозь, в одежде прислуги, я мало сейчас походила на ту девицу с диадемой в высокой прическе, изображенную на золотых монетах.

Скупое на тепло осеннее солнце, косыми лучами карабкалось с дома на дом. Должно быть в это самое время служанки обнаружили мое отсутствие и доложили магам, и во дворце творится настоящий переполох. Дожевывая на выходе из города ломоть лепешки, я ускорила шаг, чтобы по скорее снова окрылиться.

За следующие двое суток пути, отдохнуть довелось один раз, приземлившись в глубокой ночи в яблоневом саду крохотной заброшенной деревеньки. Мышцы всего тела горели от перенапряжения, спину стягивали судороги. Мне было критически необходимо немного поспать. Устроившись на чердаке одной из полугнилых лачуг, прямо перед тем, как прогрузиться в тревожную дрему, я рассуждала не лучше ли было оправиться в Асмеран верхом. Но заключив, что при разных обстоятельствах лошадь могла бы стать обузой, сомнения отпали.

Наконец, через три дня и три ночи с момента, как я покинула дворец, впереди показался приграничный лес. Хвойный, простирающийся на несколько десятков верст вперед, и плавно перетекающий в обитель деревьев – гигантов, принадлежащих Лесграду.

Без проблем миновав большую часть ельников Тамилии, я спустилась на землю практически у самой границы, приняв человеческий облик. На уроках политики, союз неоднократно подчеркивал, что эльфы контролируют воздушное пространство над своим королевством и не потерпят случайных вторжений. Делают они это при помощи своей особенной, тесно связанной с природой, магии. Как именно такое колдовство работает – мне проверять совсем не хотелось. Тамилию от Лесграда отделял ряд каменных столбов, вкопанных через каждые две версты и выполняющих роль разделительной линии. Передо мной стояло две задачи – ускользнуть от стражей собственной страны и придумать легенду на случай встречи с патрульными эльфов.

Не знаю, чему я была обязана возмутительными для границы тишине и спокойствию, но лишь через час ходьбы, совсем рядом послышались голоса. Диалог велся на эльфийском наречии. Я собралась с мыслями и расправила плечи. Еще через мгновение передо мной появилась стража. В последний раз мне доводилось видеть эльфов на балу во дворце советов Предгорья. Но там, ввиду праздничного случая, они оставляли совершенно иное впечатление, чем теперь. Группа состояла из пяти мужчин и одной девушки. Каждый из них был значительно выше обычного человека. Помимо высокого роста и характерной формы ушей, эльфийский народ, при ближайшем рассмотрении, отличали чересчур заостренные черты лиц и разрез глаз, слегка вытянутый у висков к верху и за счет этого- немного лисий. Я не обратила внимания на эти особенности раньше, приписав их индивидуальной внешности Дрианы. Стражи, все как один, были одеты в приталенные, с защитными вставками, костюмы и вооружены мечами и луками.

– Кто ты и куда направляешься? – Сурово вопросил на чуть ломаном людском языке, один из эльфов, вышедший вперед группы.

– Я спешу к королю Эллиансу со срочным докладом по его поручению.

Эльф нахмурился.

– У нас нет таких сведений.

Я и бровью не повела.

– Король ждет меня. Я не имею права распространяться больше… Это связано с ситуацией в Асмеране. – Попыталась сделать свои доводы более вескими, я.

Пограничники переглянулись и принялись совещаться на своем. Я пообещала себе, что, если вся эта история закончится хорошо и я вернусь во дворец – больше не стану отлынивать от занятий языками.

– Кахира проводит тебя. – Строго произнес страж после недолгих обсуждений, а вперед вышла девушка с кроваво- красными волосами, собранными в тугой хвост на затылке и фиолетовыми глазами. Слегка высокомерно смерив меня острым взглядом, она дернула головой в сторону моей сумки и протянула руку. Я передала ей котомку с поклажей, которую эльфийка проверила на наличие подозрительных предметов и вернула обратно.

– Идем. – Сухо бросила она и, не спуская с меня глаз, указала на направление следования.

События принимали новый оборот. Отделаться без боя от конвоя, вряд ли удастся, а привлекать ненужное внимание разборками, к тому же – на территории чужой страны – было бы худшей тактикой. Оставалось надеется на то, что Эллианс, за отсутствием вариантов – все же примет меня. Он присутствовал на моей коронации вместе с дочерью, как требовал того этикет. Видимо по дворцу ходили какие – то слухи на счет нас с Онисом, так как Дриана все мероприятие прожигала его взглядом, а на меня и вовсе не смотрела. Не могу сказать, чтобы этот факт действовал укрепляющим образом на отношения Тамилии и Лесграда. Как только церемония была завершена, эльфы поспешили покинуть дворец, сославшись на неотложные дела и с тех пор особо не проявляли инициативы в отношении общих вопросов. Скорее всего местному правителю глубоко безразличны мои планы, вряд ли он станет мне вредить, но и способствовать точно не будет, поэтому я собиралась подключить все свои дипломатические навыки, чтобы быть выставленной из Лесграда с обратной, северной стороны.

Эльфийка оказалась на редкость замкнутой. Мы промолчали весь день пути до наступления глубоких сумерек, когда необходимо было делать привал на ночлег.

– В этой части Лесграда безопасно, можно спокойно поспать без дежурства. Но я привяжу тебя к дереву, чтобы ты не сбежала на случай, если твоя секретная миссия – ложь.

Мне оставалось лишь смириться и покорно наблюдать, как девушка окольцевала мою ногу металлическим браслетом, прикреплённым к длинному тросу, и обмотала вокруг ствола дерева. Кстати, чем глубже в лес мы продвигались, тем толще и выше они становились, а расстояние между ними возрастало. Воздух тоже поменялся и был более теплым влажным и тяжелым, чем в Тамилии в это время года. Так же я отметила, что он наполнен какими – то светящимися точками происхождение которых никак не могла объяснить. Людские библиотеки мало располагали сведениями о королевстве Эльфов. Посвященные ему трактаты основывались на повествованиях путешественников либо государственных деятелей, которым доводилось бывать в Лесграде и после задокументировать на бумаге увиденное. Например, согласно одному из сказаний, через Лесград протекала река “Ахтамалиэ”, в которой обитают русалки. Однако большинство жителей Тамилии считали их вымыслом, по крайней мере – в наших краях о них не было известно ровным счетом ни чего.

Привязав меня, девушка принялась разводить костер. Она делала это со всей аккуратностью, бережно расчистив землю от растений и обложила кострище камнями, во избежание случайного разрастания ореола огня. Я достала из сумки лепешку и разломила его на две части, протянув вторую половину эльфийке. Она сказала что-то на родном языке и, отрицательно помотав головой, выудила из своей поклажи сверток, в котором лежали сушеные побеги какого- то растения. Девушка принялась их грызть, запивая водой.

Облокотившись на гладкий необъятный в обхвате ствол, я поплотнее укуталась в походный плащ и откусив от краюхи, подняла глаза вверх. Ветвистые кроны переплетались между собой, образуя своего рода купола и создавая ощущение потолка, превращающего все, что находится внизу, в один огромный зеленый храм. Высоко в ветвях послышался звонкий протяжный присвист, сменившийся постукиванием. Что за птица или зверь издавали его – мне было не известно. Эльфийка поймала мой заинтересованный взгляд и почему – то на этот раз решила снизойти до разговора.

– Это кейроты. – Пояснила она. – Что- то среднее между летучими мышами и выдрами.

Я удивленно на нее посмотрела.

– Они охотятся в основном на Ахтамалиэ и в ручьях, которые она дает, а, чтобы избежать встречи с дракотами, перебрались на макушки секвой. Строят там домики из веток, похожие на гигантские ульи.

– Секвойи? – Переспросила я, услышав незнакомое слово.

– У вас эту породу называют “красное дерево”. У нас – секвойя. Они могут жить долгие столетия, эльфийские города выстроены на них… Ну, ты видела.

– Да, конечно…– Кивнула я, поддерживая выдумку о своем особом назначении и подняла с земли сосновую двойную иглу длиной с две ладони.

Моя собеседница снова погрузилась в молчание и, подложив за спину свернутый валиком плащ, вскоре задремала, прильнув к поросшему мхом, гигантскому камню. Попыток побега я не рассматривала, поскольку понимала, что демонстрация собственных возможностей на территории Лесграда может стоить мне жизни. Голову заполонили тягостные мысли и попытки предугадать последующие шаги магов в связи с учиненными мной обстоятельствами. Уставившись в, переливающееся всеми оттенками заходящего солнца, пламя, я незаметно провалилась в чуткий сон.

Пожалуй – это и спасло мне жизнь. Едва различимый шорох, побудивший моментально открыть глаза, явил неожиданно враждебную картину. Эльфийка, еще несколько часов назад не проявлявшая в отношение меня никаких эмоций, а местами даже формально вежливая, резко воспылала ко мне яростью. Более того – она оказалась колдуньей. Девушка, с клубком огня в одной руке приближалась, держа во второй цепь. Я не знала – было ли ей известно о том, что я дракон, но, в худшем случае – ее магическое оружие могло нейтрализовать мои оборотневые способности.

– Подожди, что ты делаешь?! Твой правитель сам вызвал меня к себе и будет крайне недоволен, если наша встреча сорвется! – Попыталась вразумить стражницу, я. Слова не подействовали. Эльфийка приближалась. Выбора не оставалось, и я полуобратилась, сбросив с ноги обломившийся металлический браслет и отскочив на приличное расстояние.

Девушка, кажется, ничуть не удивилась и продолжала наступать.

– Я могу все объяснить! Я не причиню твоему народу вреда! Мне просто надо переговорить с королем Эллиансом, или можете сразу телепортировать меня в Асмеран!

Уговоры не возымели эффекта и в мою сторону со свистом полетел сгусток пламени, прорезая дыры в стволах секвой, за которыми я попыталась скрыться. Во все стороны брызнуло древесное крошево.

– Что, черт побери, происходит?!.. – Под моими ногами хрустели, ломающиеся ветки. Мне казалось – я удалилась на приличное расстояние, но преследовательница возникла прямо передо мной, выйдя из внезапно полыхнувшей фиолетовой вспышки.

– Просто скажи, что тебе нужно и давай уладим все мирным путем!

Девушка, похоже, ни под каким предлогом не рассматривала такой вариант развития событий и запустила в меня еще одно заклинание, от которого я ловко увильнула – уроки борьбы во дворце не прошли даром.

– Ты достала меня! – Начинала закипать я. – Последний раз предлагаю- остановись и я так уж и быть сделаю вид, что это недоразумение.