- -
- 100%
- +
Глава 1.
Темнота. Густая, как расплавленный воск, липкая, тянущая меня вниз. Я пытаюсь двигаться, но тело не слушается, словно оковано тяжёлым металлом. Где я? Что со мной?
Где-то рядом капает вода. Размеренно, однообразно. Тук… тук… тук… Как метроном, отмеряющий секунды. Или последние мгновения жизни?
А потом – ощущение. Жаркое, обжигающее кожу, проникающее прямо в кости. Большая, крепкая рука медленно скользит по моему бедру, неторопливо, уверенно, пока не сжимает меня за ягодицу. Горячие пальцы, чуть шершавые, властные. Я вздрагиваю.
Сон? Бред? Нет. Это слишком реально. Слишком осязаемо. И слишком чуждо.
Я резко открываю глаза, но вижу лишь полумрак. Простыни подо мной мягкие, гладкие, дорогие – не больничная койка, не холодная земля. Запах… терпкий, пряный, тяжёлый, с лёгкой ноткой дыма.
Где я?
Паника ударяет в грудь, сжимая лёгкие, заставляя судорожно втянуть воздух. Сердце бьётся быстро, неровно. Я пытаюсь пошевелиться, но тело всё ещё слабое, как после долгого забытья. Единственное, что ощущаю ясно – горячая ладонь, крепко удерживающая меня, словно я принадлежу её хозяину по праву.
Последнее, что я помню…
Ливень. Река. Бурлящая тёмная вода, гулкая, словно зовущая в свои глубины. Мост. Фары. Визг тормозов. Машина, переворачивающаяся в воздухе. Удар. Вода заполняет лёгкие. Страх. Боль.
И затем – ничего.
Я должна была умереть. Я умерла?
Но почему тогда я здесь? Почему чувствую себя… живой?
Рука на моём теле сжимается крепче, и внезапно меня окатывает волна осознания – я голая.
Я резко дёргаюсь, сердце гулко стучит в ушах. Меня держат. Чужое тепло давит на кожу, тело слишком близко к моему, слишком плотное, слишком мощное.
– Проснулась?
Голос – низкий, бархатистый, с хрипотцой. Лёгкая насмешка скользит в его тоне, но под ней – что-то ещё. Что-то опасное.
Я сглатываю, изо всех сил стараясь не паниковать.
– Кто… кто вы? – мой голос звучит хрипло, словно горло пересохло.
В ответ он лишь чуть сильнее сжимает мою талию, а затем… пальцы лениво, почти пленительно, медленно поднимаются выше, изучая контуры моего тела.
Чёрт.
Я сворачиваюсь, пытаясь вырваться, но его хватка неумолима.
– Тебе некуда бежать, – шепчет он, горячее дыхание обжигает мою шею.
Дверь резко распахивается, с глухим ударом врезаясь в стену. Воздух в комнате словно сжимается, насыщается жаром, давит на кожу, обжигает изнутри.
Я резко поворачиваю голову… и вижу его.
Высокий. Опасный. Нереальный.
Чёрные, длинные волосы рассыпаются по плечам, едва касаясь рельефного загорелого тела. Открытая рубашка подчёркивает мощные плечи, широкую грудь, резкий изгиб ключиц. Но главное – глаза.
Огненные.
Они горят, вспыхивают алыми отблесками в полумраке, как расплавленный металл. Хищные. Полные ярости.
Я не могу пошевелиться. Мужчина у кровати моментально отдёргивает руку, но не встаёт. Наступает тишина. Глубокая, удушающая. И затем – голос.
Низкий. Спокойный. Смертоносный.
– Кто дал тебе право касаться её?
Воздух дрожит. Я чувствую, как мышцы мужчины рядом напрягаются, но он не двигается.
Тот, что стоит в дверях, делает шаг вперёд.
Мужчина рядом со мной вскакивает, словно его ошпарили кипятком. Огромное, горячее тело исчезает из-под моих пальцев, и в следующий миг он уже падает на колени перед вошедшим, опустив голову.
– Милорд, клянусь, я не виноват! – его голос дрожит, в нём слышится паника. – Я… я не знал, что она замужем! Она сама…
Он сглатывает, бросает на меня быстрый, испуганный взгляд, потом снова прижимается лбом к полу.
– Она затащила меня в постель сразу, как мы познакомились в таверне!
Я замираю, ощущая, как в груди поднимается ужас.
Что?!
Глаза вспыхивают, жар в комнате становится невыносимым. Мужчина в дверях медленно поднимает руку – и пламя в его глазах становится ещё ярче.
– Ложь. Ты знал кто она.
Этот голос ломает воздух, как хлёсткий удар кнута.
Коленопреклонённый взвывает от страха, но я ничего не понимаю. Моё тело дрожит, сердце гулко бьётся в ушах.
Я не знаю, кто он. Не знаю, что происходит.
Но в одном уверена точно – этот человек пришёл за моей жизнью.
Я пытаюсь хоть что-то сказать, открыть рот, объяснить, что это какая-то ошибка, но не успеваю.
Мужчина с пылающими глазами делает резкий шаг вперёд и, прежде чем я успеваю издать хоть звук, его сильная рука грубо сжимает мой подбородок.
– Молчи. – Голос низкий, наполненный жаром, опасностью. Не просьба. Приказ. – Ты предала меня.
– Что? Я… Где я?!
– Не смей притворяться, Ниара. Я сожгу тебя за измену.
Я замираю, дыхание сбивается, сердце скачет, как загнанный зверь. Он наклоняется ближе, так что я чувствую запах дыма, раскалённого камня, чего-то тёмного и древнего.
Его пальцы резко отпускают мою кожу, оставляя после себя горячий след.
В этот момент в комнату входит ещё один человек – маленький, худощавый, с тонкими чертами лица. Он облачён в тёмный плащ, и на груди его сверкает булавка с гербом: две соединённые руки.
– Милорд, – его голос тонкий, почти жалобный, но в нём слышится преследующий выгоду холодный расчёт. – Люди будут требовать справедливого отношения к предательнице-королеве.
Предательнице? Королеве?!
У меня мутнеет в голове, ноги подгибаются, но прежде, чем я успеваю что-то сказать, мужчина с огненными глазами оборачивается, и даже его силуэт кажется несущим в себе пламя и смерть.
– Справедливость? – холодная усмешка скользит по его губам. – Она её получит.
А затем его взгляд снова падает на меня. И в нём нет ничего живого.
Глава 2.
Мужчина медленно поворачивается к худому, его глаза все еще горят, как расплавленный металл, но теперь в них – только ледяное презрение.
– Позаботься о том, чтобы госпожа оделась, – его голос ровный, холодный, без капли прежней ярости, но от этого еще страшнее. – И под конвоем верните её во дворец.
Он делает шаг назад, словно даже находиться рядом со мной для него – мерзость.
– Я больше не хочу её видеть.
Эти слова обрушиваются на меня, как удар, от которого невозможно уклониться.
В горле встаёт ком, я открываю рот, но не могу выдавить ни звука.
Мужчина больше не смотрит на меня. Он разворачивается, его тёмные волосы рассыпаются по плечам, и, не оглядываясь, он выходит из комнаты.
Оставляя меня на милость судьбы.
Мелкий тут же засуетился, ловко подхватил со стула лежащее платье и, низко опустив голову, зашелестел:
– Да-да, конечно, госпожа, сейчас всё устроим…
Моргнула, чувствуя, как холод разливается внутри. Всё это происходит слишком быстро, слишком нереально.
– Как тебя зовут? – мой голос прозвучал хрипло, я и сама удивилась, что спросила это вслух.
Он замер, дернувшись так, словно я ударила его по лицу. Тонкие губы чуть приоткрылись, а брови изогнулись в явном недоумении.
– Неужели госпожа запамятовала? – его голос был вкрадчивым, но в нём слышалось что-то ещё.
Сжала челюсти, силясь не показать охвативший меня страх.
– Я действительно не знаю, как тебя зовут.
Слова словно зависли в воздухе, отразились в его тонких глазах, сверкающих умом и скрытым интересом.
Тишина.
Он наклонил голову, внимательно изучая меня, будто я была странным, неведомым существом. Затем его губы дрогнули в лёгкой усмешке, но взгляд оставался колючим, оценивающим.
– Я Эймер Гассир, госпожа, – наконец, ответил он медленно, будто проверяя, как это имя прозвучит для меня. – Один из ближайших советников милорда.
Советник.
Значит, он многое знает. Значит, он, скорее всего, будет участвовать в этом суде над мной.
– Эймер… – я пробую имя на вкус, пытаюсь зацепиться за хоть какую-то эмоцию, но оно не вызывает во мне ничего. Ничего, кроме ещё большего ужаса.
Он продолжает смотреть на меня, и теперь в его взгляде не просто недоумение, а отчётливое подозрение.
– Вы не помните… ничего? – он говорит медленно, почти шёпотом, словно опасается, что нас могут услышать.
Напрягаюсь.
– Я помню мост, ливень и реку, в которую упала. – Я смотрю ему прямо в глаза. – Но этот мир, это тело, это имя – я ничего о них не знаю.
Эймер моргает. Раз. Два.
Вижу, как в его голове что-то щёлкает, как мысли хаотично несутся за спокойной маской его лица.
– Как… интересно, – произносит он наконец.
И в этот момент я понимаю: он мне не поверил. Или… наоборот, поверил слишком сильно.
И то, и другое – опасно.
Эймер еще раз пристально смотрит на меня, затем выпрямляется и сглаживает складки на своём тёмном плаще, словно собирается уйти.
– Я жду за дверью, госпожа, – голос его ровный, вежливый, но с оттенком настороженности. – Прошу вас поторопиться. Милорд приказал сопроводить вас во дворец… и лучше не заставлять его ждать.
Он чуть кланяется, затем делает шаг назад и выходит, прикрыв за собой дверь.
Я остаюсь одна.
Глубокий вдох.
Теперь, когда он ушел, комната кажется слишком тихой. Я медленно опускаю взгляд на свои руки – тонкие, изящные… не мои.
Это не моё тело.
Мурашки пробегают по коже. Я делаю шаг вперёд, затем ещё один и… чувствую это.
Лёгкость.
Невероятную, странную свободу в движениях, будто тело вспоминает молодость. Кажется, можно даже прыгнуть!
Поднимаю руку, провожу по животу, по рёбрам… ни грамма лишнего веса, мышцы упругие, крепкие, словно моё тело было закалено тренировками, танцами или… боем?
Но нет времени разглядывать себя, надо одеваться.
Поворачиваюсь к кровати, где разложено платье – длинное, тёмное, с множеством завязок на спине.
Чёрт.
Оно слишком сложное!
Беру его в руки, пробую натянуть, но когда доходит до корсета… не достаю до завязок. Ворчу под нос проклятия, крутясь перед зеркалом.
Единственный способ хоть как-то справиться – подойти спиной к овальному зеркалу на ножках, вытянуть руки назад и тянуть нити корсета.
Тяну их, зажимаю пальцами, закрепляю узелок, ощущая, как платье плотно обхватывает тело.
Тело, которое… совсем не моё.
Только закончила затягивать последний узел корсета, когда в дверь раздался твёрдый стук.
– Госпожа, вы оделись?
Это был Эймер.
Могла бы попытаться оттянуть время, но какой смысл?
– Да, – сказала я ровно, развернувшись к двери.
Она тут же распахнулась, и в комнату вошёл не только Эймер.
Следом за ним ступил мужчина, одетый в чёрные кожаные доспехи, с узорами в виде пламени на нагруднике.
Воин.
Массивный, с широченными плечами, с грубым лицом и острым взглядом. Но в отличие от вспыльчивого, пламенного корля, этот действовал спокойно, хладнокровно… методично.
В руках он держал толстую, плотную верёвку.
Почувствовала, как кровь отхлынула от лица.
– Протяните руки перед собой, госпожа, – произнёс он вежливо, почти уважительно.
Как будто он просил меня дать руку для поцелуя, а не для того, чтобы связать.
Я не двинулась с места.
Мужчина чуть наклонил голову набок, внимательно меня разглядывая.
– Это приказ милорда, – напомнил он, но в его голосе не было угрозы. Только уверенность в том, что сопротивление бессмысленно.
Сжала пальцы, затем медленно вытянула руки перед собой.
Верёвка зашуршала, и в следующий миг грубая плотная ткань легла на мои запястья, охватывая их удушающей хваткой.
Он действовал ловко, мастерски, затягивая узлы с такой сноровкой, что сразу было ясно – ему не впервой связывать пленников.
Слишком плотно. Слишком больно.
Вскинула голову, резко втянув воздух сквозь зубы.
Мужчина закончил и чуть отступил назад, осматривая свою работу.
– Так будет надёжнее, – спокойно прокомментировал он, как будто говорил о затянутом ремне, а не о том, что мои запястья уже немеют от боли.
Подняла на него взгляд, полный бешеного гнева.
Но он не дрогнул.
– Пора, госпожа, – сухо сказал Эймер, делая приглашающий жест к выходу.
Сжала челюсти, разрываясь между желанием кричать и пониманием, что сопротивление ничего не даст.
Глава 3.
Как только нас вывели во двор, я почувствовала, что мне конец. Небо было затянуто тучами, в воздухе пахло сыростью и свежестью после ночного дождя. Грязь под ногами была мокрой и рыхлой, и каждый шаг сопровождался чавкающим звуком.
Но что действительно привлекло внимание, так это четыре лошади.
Две из них уже были осёдланы всадниками, а две другие – ждали своих хозяев. Одна массивная, чёрная, с мощной грудью и тяжёлым взглядом, явно боевая лошадь. Вторая – поменьше, юркая, с короткой гривой, резвая и совсем не грозная.
И именно ко второй подошёл Эймер.
Он грациозно взялся за седло, затем, с чрезмерной уверенностью, резко взмахнул ногой, чтобы закинуть её на лошадь…
И поскользнулся.
Мгновенно.
Его плащ зацепился за стремя, нога неуклюже соскользнула, и в следующий миг он плашмя рухнул в грязь. С громким хлюпающим звуком.
Я замерла, широко распахнув глаза. Лошадь недовольно вскинула голову, фыркнула и сделала пару шагов назад, оставив своего всадника валяться на спине в свежей луже.
Тишина.
– Эймер, ты в порядке? – наконец осторожно спросил один из всадников.
– Конечно, в порядке, – буркнул тот, спешно пытаясь подняться.
Но, сделав резкий рывок, он поскользнулся снова – и рухнул на бок, с громким чавканьем погружаясь в грязь ещё глубже.
Я не выдержала, фыркнула. А затем разразилась смехом. Я не хотела! Честное слово! Но сцена была настолько абсурдной, что я не смогла сдержаться.
Эймер поднял на меня взгляд, его испачканное лицо выражало вселенское недовольство.
– Рад, что доставил вам развлечение, госпожа, – сухо пробормотал он, медленно вставая.
Шлёп. Кусок грязи соскользнул с его плаща на землю. Зажала рот рукой, чтобы не разразиться новой волной хохота.
Тем временем Эймер решительно взобрался на лошадь, с видом человека, который хочет поскорее забыть о своём унижении.
– Довольно. Теперь вас, госпожа, – сказал один из воинов, шагнув ко мне.
И вот тут уже стало не до смеха.
Когда я почувствовала тяжёлые руки на своей талии, меня охватила паника.
– Эй! – выдохнула я, дёрнувшись. – Что вы делаете?!
– Сажаю вас в седло, госпожа, – спокойно ответил мужчина в кожаных доспехах, даже не вздрогнув от моего тона.
– Но я не умею ездить! – выпалила я, хватаясь за последний шанс. – Я вообще всегда боялась лошадей!
И вот теперь на меня уставились все. Эймер. Всадники. Даже лошади.
– Госпожа боится лошадей? – переспросил один из мужчин, едва не рассмеявшись.
– Она же жена дракона… – пробормотал другой.
Я чувствовала, что порчу им всю картину мира. Жена дракона, которая боится маленькой и безобидной лошадки.
Но никто даже не думал о том, чтобы меня послушать.
Воин просто схватил меня и поднял в воздух.
– Нет, погодите! Я с ума сойду, упаду, сломаю шею, остановитесь!
Не остановились.
Мужчина, державший меня, безжалостно перекинул меня через седло на спину высокого, мощного жеребца.
Я приземлилась животом вперёд, издав нелепый звук, наполовину похожий на стон, наполовину на глухой всхлип.
– Ч-чёрт…!
И, прежде чем я успела усесться нормально, мужчина запрыгнул в седло позади меня, легко, безо всяких падений в грязь, как Эймер.
И я оказалась зажата между ним и лукой седла. Очень плотно. Настолько, что его дыхание касалось моего затылка.
– Поехали, – коротко скомандовал он.
Лошадь дёрнулась вперёд, а я едва не вылетела из седла.
Дорога была не такой уж долгой, но мне хватило её, чтобы ощутить всю нелепость ситуации.
Во-первых, я всё ещё была связана. Пусть руки не затянули за спиной, но запястья саднили от тугих узлов, и каждый толчок лошади отзывался резкой болью.
Во-вторых, мужчина позади меня.
Его обжигающее тело находилось слишком близко, а его рука твёрдо удерживала меня за талию, не давая завалиться на бок.
Я сжимала зубы, стараясь не обращать на него внимания, но это было невозможно.
Жар, исходящий от его тела, ощущался даже сквозь плотную ткань платья. Каждый его выдох касался моего затылка, заставляя меня невольно напрягаться.
Я чувствовала себя в ловушке.
Но одна мысль не давала мне покоя.
Если меня собираются казнить, зачем со мной так аккуратно обращаются?
Зачем заботиться о том, чтобы я не упала, не ушиблась, не пострадала?
Вряд ли король хотел, чтобы я дошла до плахи в целости и сохранности… или не хотел?
Когда впереди показались громадные стены, я перестала дышать на мгновение. Это был не просто замок. Это была твердыня. Угрожающая. Тёмная.
Словно выросшая прямо из камня этого сурового мира.
Гладкие стены из чёрного базальта уходили вверх, теряясь среди низких серых облаков. Их поверхность была необработанной, без декоративных узоров или ненужных украшений – чистая грубая мощь, выстроенная на века.
Никакой позолоты, никакого величия, присущего дворцам человеческих королей в нашем мире.
Здесь не правили люди. Этот замок не был создан для красоты. Он был создан для власти.
На высоких шпилях развевались тёмно-красные знамёна, украшенные чёрными узорами, похожими на языки пламени. Они грозно колыхались на ветру, словно были живыми, будто предупреждали каждого, кто входил сюда:
«Ты пришёл в логово дракона!»
Я сглотнула.
Гигантские ворота из чёрного железа начали медленно разъезжаться, со зловещим грохотом, похожим на стон умирающего титана.
Когда мы въехали внутрь, ворота начали закрываться позади нас.
И тут же замок ожил.
Двор кипел жизнью.
Прошло всего несколько секунд, а я уже видела десятки людей, снующих туда-сюда.
Кузнецы работали у раскалённых горнов, их могучие руки размахивали молотами, а металл, который они отливали, светился раскалённым огнём.
Слуги и служанки несли подносы с тканями, оружием, мехами.
Я заметила воинов в чёрных доспехах, стоявших у лестниц, ведущих вглубь замка, статных, грозных, их взгляды изучали всё вокруг, но на мне задерживались дольше, чем следовало бы.
Только главное – это их лица.
Люди казались напряжёнными. Не просто занятыми, а будто бы чего-то ждали.
И это ожидание было пропитано страхом.
Я заметила двух женщин, переговаривающихся у длинных деревянных столов, заваленных свёртками ткани.
Одна из них – молодая, полногрудая, с румяным лицом – энергично размахивала руками, словно пыталась кого-то убедить.
– Я видела его! – горячо воскликнула она, её глаза вспыхнули от возбуждения.
Вторая – старше, с тонкими губами и седыми прядями в волосах – фыркнула с недоверием.
– Ты уже взрослая, а веришь в сказки!
– Это не сказка! Я видела громовержца в небе!
Я вздёрнула брови. Громовержец?
– Громовержец – это легенда, – презрительно ответила старшая. – Его имя знают только дети, слушая бабушкины сказки.
– А если не сказки?! – вспыхнула младшая. – Ты слышала этот гром вчера ночью? Он был не обычный! Он гремел, как живой!
– Я слышала бурю.
– А я видела силуэт в небе.
Лошадь резко дёрнулась вперёд, всадник сжал меня крепче, а ворота захлопнулись за нашей спиной.
Глава 4
Меня сняли с лошади, но не аккуратно, не с достоинством, а как мешок с зерном.
Мужчина позади без лишних слов обхватил меня за талию, а затем, не спрашивая, не предупреждая, просто поднял и спихнул вниз.
Я взвизгнула, ноги пошатнулись, платье превратилось в груду мятой ткани, а земля подо мной больно встретилась с каблуками.
Пошатнулась, но меня тут же схватили за руку, крепко удерживая, чтобы я не рухнула на колени.
– Вы что, издеваетесь?! – резко прошипела я, пытаясь не выглядеть так, будто мне только что выбили почву из-под ног.
– Приказ есть приказ, госпожа, – безэмоционально ответил воин, сжимая мою руку, словно клещами.
Но дальше он не собирался отпускать меня. Меня буквально повели как настоящую преступницу через внутренний двор, тяжёлая хватка на запястье не ослабевала ни на миг.
И этого я уже стерпеть не могла. Резко шикнула, раздражённо обернувшись к нему.
Он замер, удивлённо посмотрел на меня, но я уже не стала молчать, а сказала чётко и жёстко:
– Я не собираюсь никуда убегать. Клешни свои убрал.
Он моргнул.
Мужчина был явно сбит с толку.
Я почти увидела, как у него в голове скрипят механизмы, пытаясь осознать, что только что сказала "госпожа".
Видимо такую фразу благородные дамы тут не употребляют.
Но, на удивление, он послушался.
Его рука разжалась, и я почувствовала, как боль в запястье наконец немного ослабевает.
Мы шагали по каменным плитам внутреннего двора, вокруг проносились люди, кто-то торопился с корзинами, кто-то тянул за собой тележку с дровами, кто-то громко спорил у конюшен. Но сквозь этот гул я задала вопрос, который крутился в голове с самого начала:
– И куда же ты меня ведёшь?
Он даже не замедлил шаг, ровный, уверенный, будто моя судьба его не касалась вовсе.
– К милорду Лаэриону.
У меня спазмом сжало горло.
– К королю?
– Он просил напоследок поговорить с вами наедине.
Напоследок.
Слово резануло по нервам, словно лезвие холодного кинжала.
Что он хочет сказать? Разве не всё уже решено?
Его горящие огнём глаза смотрели на меня с отвращением и ненавистью в тот момент, когда он приказал отправить меня во дворец. Он даже не хотел меня видеть.
И вот теперь дракон просит встречи. О чём говорить с той, чья судьба уже подписана? Я напряглась, но не остановилась.
Хочет говорить? Отлично! У меня тоже есть, что сказать.
Лестница, казалось, не имела конца.
Я поднималась всё выше, чувствуя, как мышцы ног постепенно начинают ныть, а холодные стены башни давят со всех сторон. Пространство сужалось, воздух становился всё более тяжёлым, как будто сам замок неохотно впускал меня в свои глубины.
Каменные ступени были узкими, истёртыми веками, неровными, и с каждым шагом мне приходилось ловить равновесие, чтобы не споткнуться. Где-то внизу, в недрах замка, ещё слышался шум внутреннего двора – приглушённые голоса, звон кузнечного молота, ритмичное постукивание копыт. Но с каждым шагом вверх эти звуки гасли, исчезали, словно лестница уводила меня в иной мир.
Я стиснула зубы, ощущая, как по спине стекает капля холодного пота.
Запястья горели тупой болью – после долгого пути верёвки хоть и ослабли, но оставили глубокие красные следы. Кожа под узлами саднила, пульсировала. Я попробовала пошевелить пальцами, но те оставались онемевшими.
Шла молча, но напряжение внутри нарастало, как натянутая тетива.
– Это мы в покои милорда идём или в какой-то зал?
Мой голос прозвучал неожиданно резко, глухо отдаваясь в замкнутом пространстве башни.
Воин, который шагал впереди, резко замедлился, затем остановился. Он обернулся и посмотрел на меня так, будто я только что спросила, в каком году живу, или не знаю собственное имя.
В его взгляде было удивление, смешанное с чем-то ещё.
Непонимание? Подозрение?
Он молча задержал взгляд на моём лице, словно пытался понять, всерьёз ли я сказала это, или просто решила сыграть в дурака.
Я чувствовала, как холод пробирается внутрь, охватывая позвоночник.
Он не ответил. Просто отвернулся и пошёл дальше, как будто я и вовсе ничего не говорила.
Может, стоило промолчать, но в таком состоянии я плохо следила за языком.
И всё же, этот пылающий взгляд… которым одарил меня "милорд". Я не могла его забыть.
Почувствовала лёгкое головокружение от собственной догадки.
Дракон. Я слышала это слово.
Оно звучало с угрозой в голосе людей, в разговорах женщин на внутреннем дворе, в самой его фигуре, когда он вошёл в ту комнату, наполненную запахом чужого тела.
Но кто он на самом деле? Дракон – это титул? Или он действительно тот, кем его называют?
Настоящий. Дракон.
Я вдруг представила огромную тень, закрывающую небо. Когти, вспарывающие землю. Горящие глаза, такие же, как у него.
Мурашки пробежали по коже, и теперь я не могла понять, дрожу ли я от холода… или от страха перед тем, что ждёт меня за дверью в конце лестницы.
Воин молча открыл передо мной дверь и жестом велел войти.
Я на миг замешкалась, но затем шагнула внутрь, и тяжёлый деревянный створ захлопнулся за моей спиной, отрезая меня от внешнего мира.
Комната оказалась просторной, но не кричащей о роскоши, как можно было бы ожидать от правителя. Она была пропитана властью, но не тщеславием.