Млечный путь. Вопреки

4.Путь в ночь, или как по Млечному пути попасть в прошлое

Ирина проснулась в тревожном волнении, сердце щемило так же тоскливо, как вой собаки по ушедшему в иной мир хозяину. Пять утра, только забрезжило. Не отпускало. Обрывки снов не могла вспомнить. Ни одного эпизода, всё смешалось и куда-то провалилось. Стала анализировать предыдущие дни, дома всё хорошо, рядом спит муж, тихо без храпа, от которого обычно не могла уснуть. За годы долгой совместной жизни научилась управлять его храпом дистанционно. Просто негромко просила: «Андрей, не храпи» и храп прекращался сразу же, но ненадолго, если не успевала в тишине уснуть, то повторяла снова. Нежно, чтобы не разбудить мужа, прикоснулась ладонью к его лбу. Может Кирюшка заболел? промелькнуло в голове. Быстро вскочила и бегом в детскую. Внук сладко спал, раскинувшись на своём любимом диванчике. Тень от длинных пушистых ресничек закрывала щечки. «Маленький мой почемучка» шёпотом сказала Ирина, любовно, чуть касаясь, погладив его по головке. В шестилетнем возрасте этих «почему» ещё больше прибавилось. Вчера шли из детского садика и все «почему», накопившиеся за день, выстроились вереницей за ответом. «Милый мой непоседа, скучать нам с тобой некогда. Познание мира – это так сложно и только дети легко, играючись справляются с этой задачей» думала она. Снова прилегла, а тревога продолжала давить. Влада? Последние две недели по уши в работе, говорит, что устала, но некогда отдыхать. Приехала на часок, не успели толком поговорить. Кирюшка повис у неё на шее, не хотел отпускать. Говорит, что заканчивают проверку знаменитого в крае и далеко за его пределами ликероводочного завода «Иссоп». Обещала, как освободится, приехать домой дней на десять. Скорее бы, мы очень соскучились по ней. Что же так сердце щемит? Интуиция никогда её не подводила, вот и сегодня с утра включился «ждущий режим». Неужели, что с Владой, может, переутомилась и заболела, чуть позже надо будет позвонить ей. Мои мысли, мои скакуны, разве они дадут уснуть. Пойду в сад, может на свежем воздухе, мне станет легче, решила она.

День катился проторенной дорожкой, а тревога продолжала свербить душу. Утром звонок Владе чуть успокоил. Обычно Андрей завозил Кирюшку в детский садик и ехал на работу, А вечером она сама любила забирать его домой. Они привычным маршрутом обходили все детские площадки по пути. Кирюшка катался на качелях, спускался с горок и висел головой на шведской стенке. Часа на два растягивалось их любимое времяпровождение. Гуляли от души всласть. Вот и сегодня, всё как всегда, только взгляд её часто «зависал» и она ничего не слышала, вся поглощенная своей тревогой. Кирюшка тормошил её и возвращал к себе. От этой её заторможенности вся прогулка скомкалась, пришли домой рано. Кирюшка кинулся к своему конструктору, чтобы завершить начатое вчера. С вечера попросил всех, случайно не разрушить недостроенную средневековую башню, которая возвышалась посреди его комнаты. Ирина заканчивала уборку посуды после ужина, как вдруг телефонный звонок резанул по нервам. Она испуганно вздрогнула, в голове ясно и отчётливо промелькнуло «это оно». Нервно впопыхах схватила телефон и сильно прижала к уху. Неестественно задавленный голос Влады, будто бы она не хотела, чтобы её слышали, сказал: «Мама, слушай меня внимательно. Срочно без промедления, сейчас же увези Кирюшку, и спрячьтесь близко к бабушке, она вас спасёт» Кто-то, по-видимому, зажал ей рот и пошли короткие гудки. Ноги на мгновение стали ватными, руки задрожали, она опустилась на стул и молниеносно прокрутила в голове всё, что слышала, боясь пропустить что-нибудь. Похоже Влада в чьих-то руках. Ей грозит беда. Значит, она опасается, что могут воспользоваться Кирюшкой, как орудием давления на неё. А что означает «бабушка спасёт вас». Мама умерла несколько лет тому назад и похоронена на своей родине в Ивановке. Спрячьтесь близко к бабушке, не видя ничего вокруг, размышляла Ирина. Так, значит надо ехать туда, на родину. Только бы успеть на проходящие два автобуса. В голове мгновенно выстроился план действия. Позвала на кухню мужа, коротко пересказала услышанное, и приказала достать с антресолей большую сумку на колесах и помочь ей собрать их вещи. Он, ничего не стал больше расспрашивать, а молча, пошел выполнять задание. Она зашла к Кирюшке, обняла его и сказала:

– Малыш, нам с тобой нужно срочно уехать.

– Куда? – спросил он, распахнув удивленно глазёнки. К маме?

– Нет – ответила она. Я тебе по дороге всё объясню.

– Мы поедем на машине с дедушкой?

– Нет, на автобусе.

– Ночью?

– Да.

Ирина кинулась в свою комнату, стала собирать необходимые вещи, лихорадочно кидая их в сумку, с мыслью, что потом разберёт. Андрей в отдельном пакете принёс ей вещи внука и немного игрушек. Ирина выбрала себе одежду: джинсы, черную майку, чтобы не бросаться в глаза, жакет, на случай холодной ночи и кроссовки. Андрей одел Кирюшку, закрыл сумку. Решили пойти пешком, чтобы не привлекать внимания, на случай, если за домом следят. Присели на дорожку, говорить было некогда, вышли из дома, было уже темно, только яркие звёзды июльского неба нависали над головой. Шли быстро, молча, Кирюшка сидел на плечах у деда, который придерживал его одной рукой, а другой помогал катить сумку. Немного не дойдя до выхода из парковой зоны, она попросила его остановиться и спустить Кирюшку. Шум с трассы был уже отчетливо слышен.

– Куда вы? – спросил Андрей.

– Меньше знаешь – лучше спишь, только без обид, когда всё уляжется, я дам о себе знать. Домой не возвращайся, ночью могут нагрянуть «гости». Возьми палатку, кинь в машину и сейчас же уезжай на Дикое озеро, там и переночуешь – все это она почти беззвучно шептала мужу на ухо, чтобы не слышал внук. Пока, мы побежали.

Андрей поднял внука на руки, привлёк к себе Ирину, крепко их обнял и выдохнул: «С богом». Кирюшка еле поспевал за ней, она не стала выходить на хорошо освещенную сторону аллеи, так по темной стороне они и дошли до дороги. Самое трудное было остановить нужный автобус, два раза останавливала автобусы, в темноте похожие на междугородние, но они были не рейсовые, и пришлось извиняться. Минут через десять водитель рейсового автобуса остановился, увидев её с поднятой рукой, ребёнком и большой сумкой и спросил:

– «Куда вам?»

– «На ваш автобус» ответила она, «Возьмёте?», в ответ он вышел из автобуса, открыл багажник, положил туда их сумку, а они сели в автобус. С этого момента и начался их путь в неизвестность, в никуда. Мест свободных было много. Она посадила присмиревшего и испуганного Кирюшку к себе на колени, прижала к себе, и тихо спросила его:

– «Ты же хотел путешествовать ночью?»

– «Да» ответил он.

Через несколько минут он уже спал, как убитый. Ирина осторожно опустила внука на сиденье, положила его голову к себе на колени, подложив под неё свою сумочку, чтобы было мягче. Теперь у неё было время всё обдумать.

Автобус катился в ночи по почти пустой трассе. Свежий ветер был напоен запахами степи. Ирина сняла жакет, накрыла Кирюшку, повернула его на другой бочок. Всё свое внимание она сосредоточила на плане действия, который уже зрел в голове. Решила полагаться на интуицию. «Если быть с ней заодно, то можно выйти из любой ситуации, размышляла Ирина. Интуиция для меня – это ангел, который сидит, за моим правым плечом, накрыв меня крыльями, и тихонечко нашептывает куда рулить. Добрый друг, спаситель мой, мы с тобой уже давно составляем одно целое, сколько раз в жизни ты вытаскивал меня из сложнейших ситуаций. Да, да, ты абсолютно прав, мой ангел, мы едем до Эллии, а там пересядем на любой южный автобус до Астрахани. Правильно, начнём путать следы. Главное, не дать страху заглянуть в мою душу, иначе всё крах, падение в пропасть. А у меня ребёнок, он не должен заметить моё смятение. Итак, продолжала она размышлять, я закрою все щелочки перед страхом. А для этого надо успокоиться, собраться и быть предельно внимательной, то есть, начеку. Я не знаю, откуда ждать опасности. Я даже не знаю, кто нам угрожает, поэтому максимум осторожности. Забраться бы в такое местечко, где меня никто не знает и пересидеть. В глушь, в лес, за Волгу. Стоп. Борис – вспомнила она, он работает начальником управления лесного хозяйства в Тутникове. Сколько лет мы с ним не виделись? После окончания школы прошло уже почти четверть века, или больше, и я его не видела ни разу. Нет, вру, после службы в Армии, он приезжал ко мне, когда я училась в институте. Сделал предложение руки и сердца, а я тогда только встретила Андрея и летала на крыльях. Не могла кривить душой и сказала ему всё как есть, чтобы зря не обнадеживать. И мы расстались. Я понимала, как ему больно было услышать от меня „нет“. Три года переписки, он служил в пограничных войсках. Письма, тихим ходом, летали между нами, у меня по привычке, а вот у него – по любви. Да. Такие раны долго не заживают. Марина, школьная подруга, вот кто мне поможет выйти на него, обрадовалась Ирина. На меня работает ночь, в Эллии всю ночь автобусы приходят и уходят, легко можно затеряться, а против меня эти „иксы“ и „игреки“».

Раза три делали остановки в населенных пунктах, но она не выходила, боялась разбудить Кирюшку, который сладко спал. В дороге его всегда убаюкивало. Куда бы ни ехали, только тронулись, а он уже спит. Ирина на очередной остановке, попросила девушку, сидящую впереди них, купить бутылку минеральной воды и пачку печенья «Юбилейного, на случай, если малыш проснётся и захочет пить или кушать. Вот и слабые огни Эллии, проехали мимо всадника на коне, значит рядом автовокзал. Ирина заплатила водителю за проезд, и, взяв спящего Кирюшку на руки, вышла из автобуса. Пока разгружали багажник, он проснулся, встал на ноги и они, взяв сумку, пошли на скамейку. Расположились около бабушки с девочкой. Ирина села, огляделась, дала внуку воды и печенье. Везёт ей на хороших людей, то ли она располагала их к себе так, что сразу им хотелось помочь ей, а также все рассказать о себе. Бабуля с ходу доверительно, с радостной улыбкой на лице, выложила, что они с внучкой ждут автобус из Санкт-Петербурга, с которым её дочь должна передать им посылочку. Кирюшка закашлялся, и бабуля тут же дала рецепт, как приготовить лекарство от кашля. Пришлось Ирине достать записную книжку и записать, чтобы она не обиделась. Контакт между ними был установлен и бабуля начала рассказывать про своё хождение к мощам Серафима Саровского, не опуская подробностей своего путешествия. Минут через пятнадцать, Ирина прервала бабулю, извинившись, и отошла в сторонку, чтобы позвонить Маринке. Та спросонья ничего не могла понять, потом ушла искать телефон Бориса. Как гора с плеч, номера и сотовый, и домашний. Оказалось, что Бориса с её мужем объединяет совместные выезды на рыбалку. Сразу же позвонила Борису, но мимо. Абонент находится вне зоны действия сети. Подождём, решила Ирина, присев снова на лавочку, увидела, что Кирюшка окружён теплой заботой бабули и её внучки. Они укрыли его своей курткой и положили на скамейку, но сна у него, ни в одном глазу не было. Она пошла в кассу за билетом, предварительно надев темные очки и надвинув на глаза кепочку Кирюшки. Усмехнулась про себя «Штирлиц», но подумала, что, меры предосторожности не помешают. Билеты купила. Времени до прибытия автобуса осталось больше часа. Может быть, успею дозвониться, подумала она. Сделала несколько попыток, но результат был тот же. Тогда решила позвонить Якову Петровичу, представилась, но он сразу узнал её по голосу, она спросила его, знает ли он, что случилось с Владой, а в ответ: «А, что с ней может быть?». Ирина пересказала ему о странном её звонке и о том, что она просила спрятать Кирюшку. Не дослушав до конца, он перебил её вопросом: «А вы откуда звоните» и Ирина машинально выключила телефон. Странный он какой-то, удивилась она, что-то в разговоре с ним её насторожило. Не дослушал до конца и сразу «где вы» – цепко, требовательно, почти кричал. Что-то не так, ладно открываться перед ним не буду, не время, решила она. Бабуля с внучкой, попрощавшись, ушли встречать свой автобус. А вскоре объявили о прибытии и посадке на их автобус. И снова покатили в ночи, почти в полной темноте, а за окном автобуса висели звёзды, в буквальном смысле, большие и сверкающие, как самые лучшие в мире бриллианты. Они ехали в «страну звёзд», так с татарского языка переводится название города, куда они направлялись в ночи, Астрахань. Изредка огни встречных машин проскакивали мимо. Запах степи усилился, пахло полынью и чабрецом. Кирюшка спал, а она задрёмывала на какое-то время и снова открывала глаза. Через два часа кто-то попросил остановить автобус, водитель остановился в небольшом селе на остановке. Люди начали выходить, кто размять ноги, кто покурить, кто по «нужде». «Стоянка – тридцать минут», объявил водитель. Разбудила Кирюшку, полусонного вывела на свежий воздух, а потом снова уложила на сиденье и пошла, звонить Борису, отойдя от толпы пассажиров на некоторое расстояние. Удача, Борис отозвался сразу. Ирина представилась, назвав свою девичью фамилию. Он взволнованным и удивленным голосом стал спрашивать:

– Откуда ты звонишь, да еще среди ночи, что-то случилось?

Услышав его голос, Ирина как-то сразу растерялась, не зная как объяснить ему всё, только сказала:

– Борис, мне нужна твоя помощь, при встрече всё расскажу подробно, а сейчас мне с внуком грозит опасность. Я на автобусе еду в Астрахань. – Хорошо, чем я могу помочь вам? – уже по-деловому спросил он.

– Я прошу тебя, встретить нас на машине, но не на автовокзале, а в Трусово, на остановке троллейбуса «Войково», автобус прибывает в семь часов утра, плюс полчаса на троллейбус, чтобы подъехать нам туда. – Хорошо, будет сделано – энергично, с готовностью исполнить её просьбу, проговорил Борис, и они попрощались.

«Слава богу, вроде бы всё идёт по плану, как гора с плеч», подумала она, облегченно, вздохнув.

5.Путь в «никуда», или как спрятаться в створке мидии

Ночь и монотонность движения так усыпили её, что она не заметила, как они подкатили к автовокзалу. Не хотелось просыпаться и выходить из автобуса. Кирюшка ничего не понимал, и не хотел открывать глаза, еле добудилась, но всё- же пришлось выносить его на руках. Утренняя прохлада разбудила и дала порцию бодрости, а сон улетел, помахав крыльями. Таксисты на привокзальной площади, разгоняя стаи голубей и забегая вперёд, наперебой предлагали свои услуги. Чтобы меньше светиться, по её плану, они едут на троллейбусе. Дошли с Кирюхой до остановки, он изо всех своих силёнок, а ручки у него были сильные, помогал катить сумку. Рос он крепеньким, крупным, породистость отца, полной копией которого он был. Те же правильные черты лица, те же выразительные глаза, говорящие без слов, по которым она всегда всё узнавала, та же форма головы, и щеки, и улыбка, и светлые волосы, всё до мизинчика было папиной копией. Да, в воспроизведении природа постаралась, ни одной даже маленькой чёрточки, точечки, родинки Влады у него не было. Зато её характер. Был он спокойный, ласковый, умный не по годам, тот же интерес к математике, та же усидчивость, умение доводить всё до конца, аккуратность. Очень любит играть сам и придумывать игры. Любит рисовать и сразу раздаривать свои рисунки. Всё у него от души, от сердца. Океан радости, любви, удовольствия доставляет он её душе. И, это всё называла она, одним словом – счастье.

Уже сидя в троллейбусе, она думала, какой будет встреча с Борисом.

– Вот сердечко заволновалось, с чего это? – удивилась Ирина. Интересно, каким он стал, ведь прошло столько лет со дня последней их встречи. Задумчиво глядя в окно, она мысленно перенеслась в юность. Они начали встречаться в десятом классе. Почти год он ходил вокруг, да около неё, влюблённый. И всё-таки добился своего. Она тогда жила чувствами первой любви, которая доставляла ей столько переживаний. Шквал чувств закружил её. Эдик Воронин был таким непостоянным, любая смазливая мордашка его увлекала. Он, то возвращался к ней, и она летала на седьмом небе от счастья, то исчезал надолго. Первая любовь ослепила, одурманила, закрутила. Такое теперь ощущение, со стороны прожитых лет, что попала в воронку омута, которая крутит и крутит, а выбраться из неё, нет сил. Какая-то посторонняя сила управляет твоими чувствами. Без ума. Разум отключен. С ним соединишься только тогда, когда эта головокружительная сила вытолкнет тебя из круговорота, и только, ударившись головой (в переносном смысле), тут и вспоминаешь, что у тебя и мозги были. Любила без памяти, нет, если любишь, то всю жизнь, значит, была сильно влюблена. А чтобы сделать ему назло начала встречаться с Борькой. Говорят, клин клином вышибают. Так и она надеялась на это, и помогло. «Болезнь» потихоньку из острого периода перешла в хроническое течение, без ремиссии. Понемногу чувства притупились, а потом и совсем пришло выздоровление. Ирина представила Бориса с пузиком и лысинкой.

– Бабушка, а я знаю в какой город мы приехали, как путешественники – это Астрахань.

Ирина вопросительно посмотрела на него, удивленно приподняв брови.

– А знаешь, как я узнал, я прочитал на вокзале, там было большими буквами написано.

– Молодец, всё-то ты у меня замечаешь – прижав его голову к себе, похвалила Ирина.

– А куда сейчас мы едем? – не унимался Кирюшка.

– Ты помнишь, что сказал нам доктор, который лечил тебя, когда ты болел зимой?

– Да, он говорил, чтобы я пил паровое молоко, дышал свежим воздухом и ходил босиком летом

– Правильно, только молоко не паровое, а парное. Паровое бывает отопление, а парное – молоко. Вот мы и едем с тобой туда, где всё это будет.

– А далеко ещё ехать?

– Далеко, но на следующей остановке мы выходим – нехотя ответила Ирина, ей не хотелось объяснять ему, куда они все-таки едут, потому, что и сама этого не знала.

– Бабушка, сумку я покачу сам.

– Нет, для такой сумки, которая больше тебя, ты ещё мал. Давай управляться с ней вместе. Хорошо?

– Ладно – ответил Кирюшка.

Дверь троллейбуса открылась, а их сумку уже кто-то подхватил, так быстро всё произошло. И вот они с Борисом стоят друг против друга, глаза в глаза и не знают, что сказать. Он протянул руку Кирюшке:

– Давай знакомиться, меня зовут Борис.

– А меня Кирилл – радостно выпалил внук.

Борис обнял её за плечи, прижался щекой к её щеке и тихо сказал:

– Ну, здравствуй Иришка. Сколько лет, сколько зим?

У неё брызнули слёзы из глаз и задрожали губы.

– Здравствуй, Боря – слегка наклонив голову в сторону, улыбаясь, ответила она. Она не знала, видел ли он её слёзы, но постаралась справиться с волнением.

Подтянутый, худой, выше среднего роста, в голубых джинсах и белой майке, которая контрастно и в тоже время мягко подчеркивала загорелое лицо, на котором выделялись аристократической формы нос и скульптурно вылепленные, красиво очерченные губы, вдоль лба залегли две неглубокие морщинки, для солидности, подумала Ирина. Короткая стрижка светлых волос молодила лицо, которое было для неё и знакомое и чужое одновременно. А вот голос не изменился совсем. Глаза зеленовато-жёлтый крыжовник блестели от волнения.

Мало преодолеть расстояние, чтобы встретиться, нужно по кирпичику разобрать стену, которая за годы разлуки выросла между ними. Ведь, по сути, она никогда его не вспоминала, хотя и натыкалась на его фотографии в семейных альбомах, но так, мимоходом, как будто он ничего для неё не значил. Ну, был и был, и что из этого. У каждого своя жизнь, своя судьба, пути их разошлись так давно, и казалось, что навсегда. Не любила этого слова. Оно ассоциировалось у неё с чем-то безвозвратно ушедшим, «ушел от нас навсегда», и звон литавр по нервам из траурного марша. И вот снова их пути-дороги пересеклись. На всё воля божья, думала она. Они сели в машину «Волга», стоящую у обочины дороги и она, смущенно улыбаясь, попросила его:

– Боря, давай подъедем к магазину, купим что-нибудь покушать Кирюшке.

– Хорошо – с готовностью ответил он. Они повернули за угол в поисках магазина. Выйдя из машины, в ожидании открытия магазина, между ними возникла какая-то непонятная пауза, Ирина, чтобы как-то её сгладить, с улыбкой сказала первое, что пришло на ум, чтобы заполнить повисшее молчание:

– А ты заметил, что мы с тобой, не сговариваясь, оделись одинаково, с той лишь разницей, что у тебя майка белая, а у меня черная?

– Да, действительно, я и не заметил – и они оба рассмеялись, у них снова возникло ощущение доверия и тепла.

Она рассказала ему свою историю, которая привела её сюда. Она сделала акцент на то, почему она обратилась именно к нему, что, главное для неё сейчас, в этой неожиданной ситуации, остаться незамеченной, и лучше, чтобы об этом никто не знал. На что Борис, ни секунды не раздумывая, ответил:

– Лесничество в Пойменном идеальное для вас место, райский уголок. Кроме высокого начальства с семьями там никого не бывает. Охраняемая зона, вам очень понравится. Правда сейчас на дальнем участке работает бригада, там я видел Ваньку Бердникова, помнишь вашего отличника?

– Конечно.

– Он после института возглавлял совхоз в Ивановке, но потом спился, не знаю по какой причине, а теперь – бомж, ни семьи, ни дома. Придётся увезти его в другое лесничество, чтобы не проколоться с ним.

– Боря, спасибо большое, чтобы мы без тебя делали.

– Иришка, а ты работаешь?

– Да, конечно, у меня маленькая частная контора – экспертное бюро. Два эксперта постоянных, а других, по мере надобности, я привлекаю со стороны. В основном, по транспорту. Андрей, это мой муж, он предупредит о моём вынужденном отпуске, надеюсь, придумает что-нибудь.

Зайдя в магазин, купили имбирных пряников, сок для Кирюшки и без промедления в путь. Проехали по мосту через Волгу, Кирюшка радостно закричал:

– Бабушка, смотри – море и много кораблей.

– Это не море, а великая река Волга – поправила его Ирина.

Их машину обогнал междугородний автобус Астрахань-Волгоград, а за ним ехал Форд, с затемненными стеклами.

– Смотри, Борис, номера у них нашего региона, и в аккурат едет за автобусом. Не торопись, сбавь скорость – машинально вжимаясь в сиденье, попросила его Ирина.

– Я позвоню Володьке, он на посту ГАИ дежурит, пусть проверит эту машину – сказал он и стал звонить.

Они увеличили дистанцию, и она с любопытством спросила:

– Боря, а Володька это кто?

– Брат мой младший, не помнишь?

– Ой, столько воды утекло, я уже многого не помню, к сожалению – покачав головой, проговорила Ирина.

Борис, глядя не неё искоса, с ухмылкой на лице поддел её:

– Что совсем-совсем ничего не помнишь, всё забыла?

– Да нет, кое-что ещё помню. После её слов, они оба рассмеялись, но она отметила, что он покраснел.

– Боря, а нам далеко ещё?

– Да, нет, километров восемьдесят.

– А Пойменный – это остров на Волге? – засыпала Ирина его вопросами.

– Да, это остров, между основным руслом Волги и её рукавом.

Кирюшка, услышав их разговор, начал свои «почему».

– Бабушка, а рукав, это что – одежда?

– Нет, как бы тебе объяснить. Вот у дерева есть ствол. Он один, а от него идут ветви, их много. Так и у реки. Есть основное русло – это как ствол, а ответвления от него – рукава. Понятно?

– Да, теперь понятно, ответил Кирюшка.

Искоса поглядывая на Бориса, а вернее, заново изучая его лицо, не совсем так она его представляла, наоборот, была удивлена тому, какой перед ней интересный мужчина. Вот в кого надо было бы без памяти влюбляться, иронично усмехнулась про себя Ирина.

А у Бориса душа обрела крылья и летела впереди него, ликуя. Волнение будоражило. Глядя на Ирину украдкой, он думал взахлёб, как я мог жить без неё, как я мог не видеть её столько лет. Вот она рядом, то ли это сон, то ли это явь. Удивительно, как годы пощадили её красоту. Она была хорошенькой девушкой, а теперь перед ним красивая женщина. Какая она женственная. Зеленовато-серые глаза, тонкие брови, розовый цвет лица. Кожа упругая, чистая, с россыпью веснушек, когда-то она называла их конопушками. Ни единой морщинки, даже вокруг глаз, тёмно-каштановые волосы с рыжинкой в гармонии с её великолепным цветом лица, а модная короткая стрижка в гармонии с ней прежней. Прямой, аккуратный маленький нос и слегка припухшая верхняя губа придавали её лицу особый шарм. Не худая, но приятная женская фигурка, потрясающая грудь. Природа на ней не поскупилась. Она вся такая ухоженная. Белые ровные зубы и её великолепная улыбка. Она сидела с ним нежная и родная. Ему захотелось обнять её, прижать крепко-крепко и не отпускать никогда. Он сказал: