- -
- 100%
- +
Авторы: Коллектив авторов, Большаков Александр, Пинчук Кирилл, Макарова Елена, Донская Бронита, Троян Юлия, Габбазов Глеб, Новикова Рина, У. М. Лапки Тадеуш, Лиханова Екатерина, Соловьёва-Осколкова Лариса, Сыпкова Галина, Смоленцева Алла, Павлова Зинаида, Боровская Ксения, Иванов Владимир, Балакина Людмила, Логинова Ольга, Лилявина Лена, Морозова Василиса, Белова Светлана, Малтенинова Ангелина, Ворожейкина Евгения, Скиба Мила
Составитель Таша Калинина
Иллюстратор Полина Ясинская
Дизайнер обложки Полина Ясинская
© Коллектив авторов, 2026
© Александр Большаков, 2026
© Кирилл Пинчук, 2026
© Елена Макарова, 2026
© Бронита Донская, 2026
© Юлия Троян, 2026
© Глеб Габбазов, 2026
© Рина Новикова, 2026
© Тадеуш У. М. Лапки, 2026
© Екатерина Лиханова, 2026
© Лариса Соловьёва-Осколкова, 2026
© Галина Сыпкова, 2026
© Алла Смоленцева, 2026
© Зинаида Павлова, 2026
© Ксения Боровская, 2026
© Владимир Иванов, 2026
© Людмила Балакина, 2026
© Ольга Логинова, 2026
© Лена Лилявина, 2026
© Василиса Морозова, 2026
© Светлана Белова, 2026
© Ангелина Малтенинова, 2026
© Евгения Ворожейкина, 2026
© Мила Скиба, 2026
© Таша Калинина, составитель, 2026
© Полина Ясинская, иллюстрации, 2026
© Полина Ясинская, дизайн обложки, 2026
ISBN 978-5-0069-1398-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
«Что это было?» – таким вопросом наверняка задавался каждый из нас: то что-то померещилось, то подозрительные звуки спугнули ночную тишину, то слишком уж странный попутчик появился и… исчез. Поэтому (чтобы вы понимали, что с вами все ок) мы с авторами-«светлячками» решили собрать под одной обложкой истории, которые существуют на границе объяснимого. Это рассказы реальных людей о том, что заставило их остановиться, удивиться, испугаться или восхититься и признать: мир устроен сложнее, чем кажется.
Кто-то встретил давно ушедшего родственника во сне и получил важное предупреждение. Кто-то почувствовал чье-то присутствие в пустой комнате. Кто-то пережил совпадение, слишком точное, чтобы быть случайным. Каждая история – это чей-то личный опыт соприкосновения с необъяснимым.
Ваше право – верить или сомневаться, находить свои ответы или просто прислушаться к этим голосам. Возможно, читая эти истории, вы вспомните что-то свое. Что-то, о чем не принято говорить вслух, но что осталось с вами навсегда. И это нормально. Мистика и чудеса точно начинаются не с призраков и сбывшихся предсказаний – они начинаются с готовности признать, что мы знаем об это мире далеко не всё.
Приятного чтения и – пусть в жизни всегда будет место для тайны.
С благодарностью и теплом,Таша Калинина, автор проекта «Время светлячков»Родословная за завесой тайны
Александр Большаков, г. Москва
Всё началось шесть или семь лет назад. В один из прекрасных вечеров на кухне за ужином мы с женой, как всегда, беседовали ни о чём. Точнее, как беседовали? Она вела монолог, а я кивал и поддакивал, когда это было необходимо. Сейчас читатель, особенно женская часть, подумает: «Вот они, мужики, все такие!» Но могу вас уверить – и моя ненаглядная подтвердит – это не так! У нас не так! Просто я по своей сути молчун, а она болтушка. И слушать её бесконечный щебет обо всём и ни о чём – огромная услада для моих ушей. Она выговаривает всё, что накопилось за день, а я релаксирую под эту песнь.
Вдруг в коридоре со скрипом открылась дверца шкафа. Она всегда так делала. Может, сквозняк… Хотя в наших двухкомнатных квартирах, в блочных домах, добиться сквозняка можно, только открыв все окна и входную дверь. Летом, в жару, только так и удаётся проветрить помещение.
Повернув голову в ту сторону, я в шутку сказал: «Здрасте!» Любимая мгновенно притихла и тоже повернулась к шкафу, посмотреть кто там. Может, сын пришёл, а она и не услышала?
Но там, конечно же, никого нет.
Эффект был достигнут! Минута тишины. «Не надо так пугать» – сказала моя птичка, улыбаясь. Потом посмеялись и продолжили разговор. Так, изо дня в день, в течение шести-семи лет мы регулярно здоровались с открывающейся дверцей.
В этот же период у неё умер дядя. Леонид Иванович. Прекрасный человек! Физик. До последних дней занимавшийся наукой. Он очень любил кормить голубей. Даже когда уже плохо себя чувствовал, из последних сил выходил на улицу, чтобы угостить своих птиц. После его смерти, если к нам на карниз прилетал голубь, я всегда говорю: «Дядя Лёня прилетел». Жене это очень не нравится. Но раньше голуби к нам правда не прилетали.
А несколько месяцев назад жена, начитавшись интернета, захотела составить генеалогическое древо. Начала собирать данные, документы. У дачного председателя в архиве нашлась папка, в которой была такая информация, которую никто не знал и вряд ли бы когда-то узнал. И вот собралась целая кипа бумаг! Всё это нужно было отнести в МФЦ, чтобы получить следующий документ. Положили бумаги в пакет и оставили на самом видном месте в комнате – на комоде. Запись в МФЦ только через неделю. Спешить некуда. Конечно же, за это время никто про этот пакет ни разу не вспомнил. Но вот накануне чухнулись… А пакета нет! И никто не брал, никто не перекладывал. Всю квартиру облазали – нет документов! Месяц уже ищем. Куда подевался пакет, никто не знает. А может, это предки не хотят, чтобы мы копались в их делах? Может, есть какая-то семейная тайна за семью печатями и не стоит её открывать? И может, дверца не просто так «Здрасте» скрипела? Или это дядя Лёня?
Загадка.
Как мы перестали гулять на кладбище
Кирилл Пинчук, г. Серов
Люди часто видят таинственное в том, что не могут объяснить. Когда не знаешь физику, всё становится магией, алхимией, волшебством. Так проще понять то, чего не знаешь и в чём не хочешь разбираться. К сожалению, этим часто пользуются в корыстных целях. Ведь незнающего человека очень легко обмануть.
Но иногда случаются вещи, которые не объяснишь ни физикой, ни обманом. История, которую я хочу рассказать, произошла со мной больше двадцати лет назад. Тогда я был совсем юн, мне было лет четырнадцать-пятнадцать. И я до сих пор не могу забыть случившееся и найти ему разумное объяснение.
Середина двухтысячных. Страна только-только оправляется от кризисов, родители постоянно на работе – кто на двух, кто на трёх, чтобы как-то обеспечивать семьи. Дети были предоставлены сами себе. Не скажу, что детство было плохим, нет. Оно было интересным и свободным. Но сейчас, с высоты лет, понимаешь, что оно было скорее опасным.
Нашим штабом был гараж в кооперативе, расположенном прямо у кладбища. Мы к этому привыкли и не считали это место ужасающим. Напротив, там было очень тихо и спокойно, особенно по вечерам. Даже возвращаясь домой поздно, мы всегда шли напрямик через погост, чтобы сократить путь.
Но один вечер изменил всё. После него мы перестали собираться в том гараже, а кладбище я ещё очень долго обходил стороной.
Был конец октября или начало ноября. Землю уже припорошил снежок, а небо было чистым-чистым. Полная луна висела как огромный фонарь, заливая всё вокруг холодным сиянием. Мы с друзьями сидели в гараже, играли в карты и ругали школу. Эх, вернуть бы то время назад… Я бы с удовольствием вернулся в школу снова.
На улице давно стемнело, было уже часов десять вечера. Решили расходиться по домам. Чтобы сократить путь, привычной натоптанной тропой отправились через кладбище. Нас было пятеро: я, Серёга, Лёха, Ярик и Костя.
Шли друг за другом, змейкой, как вдруг Ярик, идущий впереди, замер и вскрикнул: «Это что?!» – показывая пальцем в сторону одной из могил.
Мы повернули головы и увидели, как прямо перед нами пролетает яркое белое пятно. Размером с сигаретную пачку. Свет был белым, холодным и очень ярким, но он ни на что не отбрасывал бликов. И это пятно двигалось прямо сквозь предметы: памятники, деревья. Словно острый нож входит в масло – так же и этот объект проходил всё на своём пути, не оставляя следов.
Мы замерли. И в какой-то момент поняли, что белое пятно движется прямо к нам.
Страх, адреналин и все возможные гормоны хлынули в кровь. Мы рванули врассыпную так, как никогда не бегали. В тот момент мне казалось правильным только одно: нужно бежать изо всех сил и не оглядываться.
Мы пробежали метров пятьсот до первого уличного фонаря. Там нам показалось, что мы в безопасности. Запыхавшиеся и перепуганные, мы не понимали, что же видели своими глазами всего мгновение назад.
Заблудшая душа, НЛО или массовая галлюцинация? С того момента мы больше не ходили в тот гараж и обходили кладбище стороной. Были попытки разузнать, что это могло быть, но они ни к чему не привели. В те годы интернет ещё не был так развит, а в научной литературе мы ничего не нашли. Взрослые, которым мы рассказывали, не верили и отмахивались: «Не выдумывайте, вам показалось».
Но мы-то знаем, что видели. И это необъяснимое «что-то» навсегда осталось в памяти каждого из нас.
Про Лёвчика
Елена Макарова, г. Москва
Однажды в студёную зимнюю пору, отчаянно весело встретив 2025 год в Нижнем Новгороде, одна небольшая чеканутая дружная семья уехала в маленький тихий городок. Чтобы немного угомониться.
Для угомонения сняли Дом.
Через Авито.
Стены Дома давно вросли в землю и внушали ужас-трепет заваливания, но лихой деревянный кот на столбе так задорно приветствовал хвостом, что семья дружно по одному заглянула в глазок камеры на двери, и, ничтоже сумняшеся, заселилась.
В Дом.
С Домовым Котом. Так его называют местные жители.
Уселись за стол на кухне, и тут же стали закусывать.
Чем Гороховецкий Бог послал. Пиццей.
Изрядно подкрепившись, Глава сумасшедшей веселой семьи пошёл в комнату и выскочил оттуда с круглыми глазами.
– Где часы? – спрашивал Глава, – кто их снял со стены?
– Как это? – не поняла семья и побежала смотреть на стену.
На которой до ужина висели часы.
Которые, впрочем, не несли никакой смысловой нагрузки, потому что стояли.
Вернее, висели и не двигали стрелками.
А теперь на стене торчал только гвоздь. Большой и одинокий.
В обалдении семья вернулась к столу.
Закусила еще немного. Поудивлялась. Хотя семье не привыкать.
И тут Глава говорит:
– Он мне говорит: «Я их в шкаф поставил».
Второй главный в семье спрашивает волнуясь:
– Андрей, Андрей, кто, кто тебе это говорит?
– Домовой! Ещё он рассказывает, что в этом доме раньше жил кот, с которым Домовой дружил, только я не очень понимаю, потому что он быстро говорит, волнуется. Ещё просит починить розетку. Рядом с утюгом. А то дом сгорит. Ещё сильнее волнуется.
А семья Главу знает и уважает. И верит.
Поэтому дружно потянулась к шкафу.
Открыла дверь и увидела на полке часы. Они там стояли. Не лежали. Снятые со стены.
Взяли в руки. Стрелки пустились в пляс-ход.
Вернули на гвоздь. Стрелки остановились.
Искали утюг.
Обшарили прихожую, кухню, оба этажа Дома.
Утюг не нашли.
Решили, что утро вечера мудренее и улеглись спать.
Видели чудесные сны.
Утром побежали кататься с гор, смотреть монастыри, слушать колокола, бродить по реке, прикидываться нормальными и всячески развлекаться, как и полагается приличным туристам.
Вечером нашли утюг.
Естественно, раскрутили розетку.
В которой голый земляной провод почти коснулся фазы.
Починили.
Закусили чем послал Городецкий Бог. Опять пиццей.
Глава семьи сказал:
– Он опять здесь. Но молчит, видимо, выдохся вчера, пока до меня докричался. Говорит только «Лёвчик» почему-то. А какой я ему Лёвчик, даже обидно?
– Ничего и не обидно, ты похож на Лёвчика, вон какие волосы у тебя, будто грива, и щетина сейчас такая, как львиная бородка, – заступалась за Домового не такая главная в семье.
В полночь пошли спать.
На второй этаж.
Между подушек постель почему-то дыбилась горбом.
«Что это случилось?» – со вздохом подумала не главная в семье и полезла поправлять матрас.
Откинула простынь.
Под ней лежал зверёк.
Плюшевый.
Улыбался.
Лёвчик.
Необыкновенный сон
Бронита Донская, г. Краснодон
Был в моей жизни такой период, когда я видела странные, необычные сны. Это было приблизительно четыре или пять лет назад. Сейчас, вспоминая и анализируя то время, я прихожу к выводу, что в жизни всё взаимосвязано. Просто мы зачастую эти связи не видим или не воспринимаем, как что-то стоящее, несущее информацию.
Я тогда только начала заниматься творчеством. Как сейчас помню, ощущала такой внутренний подъём, прилив энергии, удовольствие от происходящего. Просыпалась рано, иногда даже с восходом солнца и писала, писала. В основном это были сказки и стихи. Но самое удивительное, что теперь я понимаю, как это зарождалось во мне.
После долгого отсутствия я вернулась домой – в свой дом, на свою родную землю. И начала замечать и воспринимать всю красоту вокруг совершенно по-другому. Не так, как раньше. Создавалось такое впечатление, что раньше у меня глаза были покрыты пеленой. Я всё видела замутненным взглядом, не различающим истинную красоту природы, её величие, её суть.
И как оказалось, всё происходящее днём создавало красочные сны ночью. Я впервые за долгое время стала видеть цветные сны. А ещё мне снилось, как я летаю. Разгоняюсь ногами по земле и взмываю в небо. Необыкновенные ощущения полёта, такая эйфория внутри, восторг и наслаждение.
Но однажды мне приснился странный сон, который я не забуду никогда. Я плыла. Вода вначале была прозрачная, чистая, видно каждую песчинку, но я погружалась всё глубже и глубже, в самую пучину. Откуда не просматривалось даже солнце, так я глубоко уходила под воду. Поражало не то, что я ныряла, хотя в жизни этого делать совсем не умела.
Я ощущала себя в этой воде как дома. Это была моя родная стихия. Я с таким наслаждением плыла, как будто другого ничего не умела больше делать, а именно ходить по земле. Не могу описать, как я выглядела со стороны, но ни рук, ни ног я не ощущала. А вот мышцы всего тела – да. До сих пор помню мощь, с которой они перекатываются у меня под кожей, выталкивая меня из воды и опять погружая в неё.
Когда я проснулась, долго лежала не шевелясь, как будто боялась спугнуть этот сон. Но он и не ускользнул, как часто бывает со снами, а цепко закрепился в памяти, а главное – в ощущениях тела. Это было такое непередаваемое послевкусие. И восторг, и понимание, что это была Я. Я была тем морским существом, которое любило воду, как свой родной дом. И из глубин подсознания поднялась память о прошлых жизнях. До того как стать человеком, мы проходим много этапов эволюции. Скорее всего, наша Душа была всем, пока не доросла до права иметь человеческое тело. В этих снах не было страха, переживаний, что я упаду с высоты или захлебнусь и утону. Всё было естественно и натурально, как наяву.
Единственное, что удручает, – невозможно передать полноту тех ощущений, которые я испытывала, находясь в телах птиц и морского животного. Не хватает лексикона, чтобы описать это всё словами, передать ту радость бытия, когда ощущаешь, что ТЫ – есть.
Таинственный берег
Юлия Троян, г. Барнаул
– А ещё, – заговорщицки понизив голос, сказал Андрей, – здесь, в Ушканьей Пади, все постоянно теряют часы…
Языки пламени бесновались в своих шаманских плясках под ритмичное потрескивание дров, и отблески метались по завороженным лицам семерых, сидящих вокруг костра. За спинами пермяков-волонтёров из тьмы проступала лесничья избушка. За спинами троих питерцев чернела Падь и высились смутные очертания гор. За нашими спинами начинался широкий каменистый пляж, а дальше дышал невидимый в темноте Байкал.
После всяких местных баек, после рассказов об ушканах, барабанящих по ночам в Пади, экзотических пугливых изюбрах и клыкастой кабарге, а также о голоустинских алкашах, прибежавших ночью в ужасе от встречи с покойником на деревенском кладбище, это заявление о часах показалось странным и неуместным. Я хихикнула, но тут же смутилась, так как остальные сохраняли задумчивый вид. Разговор уже гас синхронно с костром, слова сворачивались калачиком и прятались внутри, а вместо них вылезла зевота и начала ходить по кругу. Все стали сладко потягиваться и желать друг другу спокойной ночи. Пермяки пошли в избушку, питерцы – в конец пляжа к своей палатке, а мы – к своей, которую, по обыкновению, безалаберно поставили близко к воде прямо на камнях.
Вдруг что-то блеснуло в свете фонарика. Подойдя поближе, мы увидели лежащие на камнях наручные часы на кожаном ремешке. Я подняла их и стала рассматривать. Подруга заметила, что они похожи на её собственные, машинально задрала рукав кофты, и мы почти с ужасом уставились на её запястье с белой полоской на загорелой коже. Часы оставались на своём посту в течение всего нашего похода и ни разу не пытались дезертировать. Мелькнула мысль, что Андрей видел, как часы были потеряны, и просто решил подшутить над нами. Под шум прибоя всё это тут же потеряло значение, и мы заснули.
На следующий день наш путь лежал в сторону села Большое Голоустное. Береговая тропа показалась довольно опасной, и мы, вспоминая вчерашние разговоры, удивлялись, как местные пьяницы умудрились пронестись по ней ночью, не свалившись со скалы, и даже не покалечились, споткнувшись о камень. На первом привале подруга привычным жестом вскинула руку, чтобы узнать время. Часов на ней не было…
До Голоустного мы добрались уставшие и голодные. К тому же оказалось, что мы опоздали на теплоход «Баргузин», следующий до бухты Песчаной, и ночь предстояло провести в окрестностях села. Запасов еды не было. Надежды на дары природы не оправдались – ягоды и грибы вдоль тропы не росли, а добывать коренья и печь лепешки из древесной коры мы пока не научились. Денег уже не хватало даже на обратную дорогу домой, и режим усиленной экономии был давно включён. Так что оставалось рассчитывать только на милосердие местных жителей. Мы ещё не освоили искусство клянчить еду и терзались природной застенчивостью, но подгоняемые урчанием в животах, вытащили свою поллитровую эмалированную кружку и пошли искать дворы, имеющие признаки коровьего присутствия. Вскоре, благодаря сердобольной пожилой женщине, мы стали счастливыми обладательницами полной кружки свежего, жирного молока и краюшки хлеба, расположились на куче толстенных гладких брёвен и принялись за еду. Каждый глоток разливался в теле сладкой истомой, так что, расправившись с добычей, мы развалились на душистых брёвнах и блаженно отключились.
Проснувшись, мы обнаружили, что стали объектом пристального внимания местной молодежи противоположного пола, и вскоре нас уже расспрашивали, давали советы, приглашали в гости, уговаривали, обещали угощение… Мы сначала отнекивались, но сытная деревенская еда начала подниматься миражами, перед которыми измождённые странники пустыни утрачивали разум и волю.
Чужой дом гостеприимно распахнул двери, и там действительно оказалось съестное, поспешно выставленное на стол, но также и выпивка. Все это, а также наше присутствие, привлекало всё больше и больше гостей, и вот уже дом заполнился многочисленным людом. Градус веселья стремительно повышался, а через некоторое время зашкалил и стал прорываться вспышками конфликтов. Мы уже давно пожалели, что алчность победила здравый смысл, и искали удобный момент, чтобы сделать ноги. И когда он наконец представился, мы схватили свои рюкзаки и выскользнули из дома.
Уже давно стемнело, и найти место для палатки было затруднительно, так что нам оставалось просто расположиться на берегу, напялив всю тёплую одежду и усевшись на рюкзаки в ожидании рассвета и «Баргузина». Мы сидели напротив друг друга, поёживаясь от ночного байкальского холода, и болтали, чтобы скоротать время.
Взглянув за спину подруги, метрах в пятидесяти я вдруг заметила светящуюся фигуру человека на большом валуне. Первым порывом было сказать об этом, но я остановила себя. Плохое зрение с детства развило во мне привычку не доверять своим глазам. Я не особо верила в призраков и не хотела выглядеть глупо, а очки лежали в рюкзаке, и мне, только-только пригревшейся, совсем не хотелось шевелиться и показывать окружающему холоду своё присутствие. Непонятная игра света вдалеке вовсе не стоит такого дискомфорта. Так мы и сидели: разговор становился всё более вялым, а мой взгляд постоянно возвращался к призрачной фигуре. Наконец подруга уловила этот центр притяжения моего внимания и обернулась.
Мгновения тянулись бесконечно. Я с любопытством вглядывалась в затылок подруги, но он ничего не выражал. А когда она медленно повернулась и уставилась на меня изумленно-вопросительно, всё стало ясно. Тем не менее, я уточнила, видит ли она то же, что и я, и, получив подтверждение, подскочила и достала очки. Некоторое время мы рассматривали фигуру издалека. Очертания были мягкими и размытыми – непонятно, мужчина это или женщина. Силуэт был светлым и выделялся на фоне окружающей его темноты, как будто невидимый осветитель направил на него свой прожектор. Мы не отрываясь смотрели на фигуру – она как будто смотрела на нас, хотя лица не было видно. Никто не шевелился. Наконец, эта статичность стала невыносимой, мы посмотрели друг на друга, взялись за руки и, не издав ни звука, медленно пошли в сторону видения.
Казалось, тело стремительно тяжелеет, каждый следующий шаг давался всё с большим трудом, и мы заметно замедлялись, но продолжали двигаться. И вот, когда было пройдено чуть больше половины пути, фигура начала терять очертания, а потом и вовсе растворилась в темноте. Мы в растерянности остановились, потом сделали несколько шагов назад, потом подошли к валуну и тщательно его обследовали, потом вернулись к рюкзакам и снова внимательно огляделись в поисках объектов, которые могли бы вызвать эту странную игру света и прекратить её. Ни-че-го. Никаких улик, никаких объяснений, никаких идей. Всё, что нам оставалось – следовать изначальному плану и ждать рассвета.
Как только рассвело, мы возвратились к валуну и ещё раз хорошенько осмотрели его. За ним, у подножия горы, что-то виднелось. Там оказалось деревенское кладбище, и мы долго бродили по нему, читая надписи на надгробиях и разглядывая фотографии умерших голоустинцев, как будто надеялись найти среди них своего ночного незнакомца. Из этого почти сомнамбулического состояния нас вырвал гудок приближающегося «Баргузина».
Стоя на палубе теплохода, мы в задумчивости смотрели на удаляющийся берег, ревностно хранящий свои тайны от чужаков. Впереди ждал другой берег и новые приключения…
Знак свыше
Глеб Габбазов, г. Краснотурьинск
История эта произошла со мной минувшим летом. Люблю я тёплыми августовскими вечерами выходить на небольшую прогулку в лес. Ну а что? Дневное пекло спало, дурманящий запах хвои, вокруг – тишина… В эти моменты и приходит твоя муза. После белых ночей не сразу привыкаешь, что в августе темнеет раньше.
В тот раз я вышел в лес в подавленном настроении. Проблемы окружили меня и утопили с головой в своём тёмном океане. Я не представлял, как мне выбираться из них. В тот день моей целью был не поиск вдохновения, а желание как можно дальше уйти от людей.
Стоило прошуршать по заросшей травой тропинке вглубь, как я увидел странное свечение. Как будто издалека. И оно, чёрт возьми, приближалось!
Я привык писать хоррор-истории, но вовсе не привык встречаться с этим же хоррором в реальной жизни. А тут бац – и свечение!
Да даже если это местные алкаши – у них нет настолько мощного фонарика. Стоило мне подумать о том, что надо бы быстрее свистнуть отсюда, как ко мне вышел странный человек в белой… Нет, белоснежной мантии! И в руке он держал огромный фонарь. Такие в парках устанавливают… Откуда такая силища?