Институциональные изменения в социальной сфере российской экономики
- -
- 100%
- +
© Экономический факультет МГУ имени М. В. Ломоносова, 2015
* * *Введение
Социальная сфера российской экономики, согласно классификации Роскомстата, наряду с другими включает в себя такие отрасли, как образование, здравоохранение и оказание социальных услуг. По численности она охватывает 15,2 % занятых в экономике: в образовании – 5711 тыс. чел., или 8,4 %, в здравоохранении и предоставлении социальных услуг – 4597 тыс. чел., или 6,8 %[1]. За услугами к ней обращается практически все население страны, и этим определяется значимость социальной сферы в экономике страны в целом, ее роль в обеспечении роста благосостояния граждан, их настроение, отношение к различным сторонам жизни страны.
Социальная сфера являлась и является объектом реформирования на протяжении всего трансформационного периода начиная с конца 1980-х годов. За это время в ней предпринимались различные институциональные преобразования, реформы, менялись схемы финансирования и управления и т. п. Все эти преобразования выступали и выступают объектом многочисленных исследований, посвященных как в целом реформам в указанных отраслях, так и более детальному анализу отдельных преобразований в них.
Тематика исследований социальной сферы экономики РФ разнообразна[2]. Вместе с тем исследования, в которых она изучается под углом зрения институциональных изменений, достаточно немногочисленны и посвящены, как правило, какой-либо одной из названных отраслей[3].
Между тем общий вектор трансформации социальной сферы экономики РФ приобрел в последние годы достаточную определенность – это всемерная коммодификация производимых услуг и соответственно коммерциализация деятельности производящих их организаций[4]. В связи с этим важным представляется изучение особенностей этих процессов в отраслях и подотраслях социальной сферы с выдвижением на первый план произошедших и происходящих институциональных изменений. Это определяет актуальность предлагаемой коллективной монографии, ее теоретическую и практическую значимость. Предмет анализа монографии – изменения в формальных институтах, подкрепленных различными нормативными актами. Что же касается неформальных институциональных изменений, то их суть – в соответствии с упомянутой коммерциализацией деятельности в социальной сфере – состоит в расширении[5] теневых экономических от-ношений[6].
Не пересказывая основного содержания глав книги, остановимся только на одном моменте, представляющемся важным для корректного понимания ситуации, сложившейся в последнее десятилетие в рамках объекта нашего анализа, непосредственно из него вытекающем: речь идет о квалификации соответствующей социальной политики, проводимой государством. Чаще всего ее называют либеральной[7] или неолиберальной[8], имея в виду, что либерализм как политическая идеология предполагает ответственность за свое благополучие прежде всего самого гражданина, а потом уже общины или государства. Как отмечает Д. Харви, «неолиберализм – это в первую очередь теория экономико-политических практик, которые предполагают, что благосостояние людей может быть наилучшим образом повышено за счет расширения индивидуальных предпринимательских свобод и навыков в рамках институциональной среды, характеризующейся защищенными правами частной собственности, свободными рынками и свободой торговли»[9].
Именно с этим принципом сторонники либеральной российской политики в социальной сфере связывают упомянутые коммодифика-цию и коммерциализацию, т. е. «уход» государства от финансирования организаций социальной сферы. Однако при этом они не замечают другой важнейший момент: имманентность либерализма и неолиберализма расширению предпринимательских свобод и защищенности прав частной собственности. Иными словами, либерализм потому и выступает за сокращение расходов госбюджета на социальную сферу, что гражданам предоставляется свобода зарабатывать (разумеется, в рамках правил, отвечающих принципу верховенства права).
Ситуация с уровнем экономической свободы, защищенностью прав собственности и верховенством права в России в течение последних полутора десятилетий не улучшается, страна в международных рейтингах занимает места во второй сотне[10]. Тем самым возможности граждан самостоятельно зарабатывать и самостоятельно оплачивать услуги организаций социальной сферы крайне ограничены. В таких условиях называть сокращение госрасходов на социальную сферу либерализмом или неолиберализмом – все равно, что назвать лесоповал стрижкой газонов. Скорее мы имеем дело с политикой, которую можно называть селективным либерализмом, когда государство освобождает себя от социальных обязательств перед гражданами, а граждан – от «излишней» экономической свободы. Разумеется, такой селективный либерализм не имеет ничего общего с неолиберализмом, полагающим экономическую свободу и верховенство права основанием социальной политики. Фактически речь идет о модели, которую невозможно отнести ни к одной из трех общепризнанных моделей социального государства: либеральной, консервативной или социал-демократической, а также к иным типам, выделяемым разными исследователями[11]. Является ли вообще селективный либерализм элементом социального государства – вопрос, требующий специального исследования и выходящий за рамки настоящей работы.
Введение к коллективной монографии подготовлено д.э.н., проф. В. Л. Тамбовцевым. Глава 1, посвященная институциональным изменениям в области социальной защиты, написана к.э.н., с.н.с. В. С. Мань-ковым; глава 2, анализирующая становление в России института минимальных социальных стандартов, – н.с. Е. П. Вигушиной; глава 3, характеризующая институциональную динамику государственно-частного партнерства в социальной сфере, – к.э.н., с.н.с. Т. Д. Бас-ниной; главы 4 и 5, описывающие институциональные изменения в школьном и среднем специальном образовании, подготовлены к.э.н., с.н.с. Е. Е. Полянской; глава 6, в которой представлен анализ институциональных изменений в российском высшем образовании, написана к.э.н., н.с. Н. В. Сухановой; глава 7, посвященная институциональным инновациям в дополнительном профессиональном образовании, – к.э.н., в.н.с. А. П. Сысоевым; глава 8, анализирующая институциональные изменения в финансировании здравоохранения, – н.с. С. А. Ивановой.
Глава 1
Институциональные изменения в области социальной защиты населения
Уже двадцать лет, как в России на смену «социалистическому государству» пришло «социальное государство», а на смену гарантированному государственному обеспечению граждан пришла малопонятная для широких слоев населения система социальной защиты. Для России это стало не формальной заменой понятий, а серьезной трансформацией, за которой стоят смена общественно-экономической формации и, как следствие, коренное изменение социального положения наших граждан.
1.1. Исторические предпосылки и институциональные основы социальной защиты
Социальная защита – это политика демократических государств по обеспечению конституционных прав и минимальных гарантий человеку независимо от его места жительства, национальности, пола и возраста. Иначе говоря, в социальной защите нуждаются все конституционные права и свободы личности – от личной неприкосновенности до права на собственность, свободу предпринимательства и экологическую безопасность[12].
В целом социальная защита выступает как механизм, призванный ограждать население страны от разного рода неблагоприятных для их жизнедеятельности воздействий со стороны социальной среды и смягчать последствия таковых. Это защита от возможных нарушений прав и свобод личности, от административного произвола, от преступных посягательств на жизнь, здоровье, собственность, честь и достоинство человека и других вредоносных факторов.
В масштабах национального государства социальная защита населения – это прежде всего комплекс мер по обеспечению минимального уровня материального благополучия всех членов сообщества, включая социально уязвимые слои населения. Она представляет собой совокупность социально-экономических мероприятий, проводимых государством и обществом, направленных против ситуаций риска в нормальной жизни граждан, таких как болезнь, безработица, старость, смерть кормильца. И, наконец, она служит целевому решению проблем преодоления бедности.
В зависимости от решаемых задач социальная защита выступает в трех основных формах: социальное обеспечение, социальное страхование и социальная помощь, что в институциональной структуре социальной защиты современного социального государства соответствует трем нормативно-законодательным блокам:
– система социальных гарантий (социальные стандарты);
– система социального страхования (риски);
– система социальной помощи (в том числе и частные системы).
В развитых экономиках система социального обеспечения социальных гарантий реализуется в рамках социальных стандартов через бесплатное (бюджетное) предоставление социальных благ в открытом доступе. Социальные гарантии воплощаются в социальных стандартах, отражающих представления общества об уровне и качестве жизни. Совокупность этих представлений, выраженных в виде требований общества, и определяет стандарт жизни, или социальный стандарт. Выделяют два направления социальной стандартизации:
– минимальные социальные стандарты, отражающие социальные гарантии государства по отношению к денежным доходам граждан и направленные на обеспечение каждого гражданина необходимым уровнем дохода для приобретения минимума благ, предоставляемых на платной основе;
– минимальные социальные стандарты, отражающие социальные гарантии государства по обеспечению граждан на безвозмездной основе установленным минимумом социально значимых благ и услуг.
В социальном государстве рыночного типа главную функцию социальной защиты берет на себя государство как главный субъект социальной политики и социальной работы. В то же время социальная защита должна распространяться на все категории населения через систему социальных гарантий. Социальные гарантии – это механизмы долговременного действия, предусмотренные законом обязательства государства, направленные на реализацию конституционных прав граждан. Основой государственных социальных гарантий выступают минимальные социальные стандарты. Для разных государств они различны.
В странах «золотого миллиарда» минимальные социальные стандарты – это согласованные и установленные нормы и нормативы, которые действуют в рамках таких международных организаций, как Совет Европы и Международная организация труда (МОТ). Они закрепляют минимальный уровень социальной защиты, ниже которого начинают действовать показатели, характеризующие бедность. Систему государственных минимальных стандартов составляют взаимосвязанные государственные минимальные социальные стандарты в области: 1) оплаты труда; 2) пенсионного обеспечения; 3) образования; 4) здравоохранения; 5) культуры; 6) социального обслуживания; 7) жилищно-коммунального обслуживания. Эти вопросы подробно освещены во второй главе монографии.
В рыночной среде одним из основных институтов социальной защиты, призванных обеспечить реализацию конституционного права на материальное обеспечение граждан в старости, в случае болезни, безработицы, полной или частичной утраты трудоспособности, потери кормильца, выступает социальное страхование.
Социальное страхование является институтом социальной защиты экономически активного населения от рисков утраты дохода (заработной платы) из-за потери трудоспособности (болезнь, несчастный случай, старость). Финансовые источники – страховые взносы работодателей, работников (иногда государства), организованные на принципах солидарной взаимопомощи и самоответственности. Исключение составляют системы страхования в связи с несчастными случаями на производстве, которые финансируются только за счет взносов работодателей.
Сущность социального страхования состоит в распределении экономических последствий социальных рисков между всеми участниками трудовой деятельности с помощью резервирования финансовых средств, представляющих собой часть расходов на рабочую силу, или, как ее еще называют, перенесенной во времени части заработной платы и выплачиваемой в случае наступления страховых ситуаций (периодов утраты трудоспособности или места работы) в форме пособий, пенсий, оплаты медицинских и реабилитационных услуг.
Минимальные уровни гарантий по социальному страхованию определяются в мировой практике в диапазоне 40–50 % от величины заработной платы квалифицированного работника. Размеры средств, выплачиваемых по социальному страхованию, по отношению к каждому отдельному получателю зависят от продолжительности трудового стажа, величины заработка, степени утраты трудоспособности и регулируются соответствующими законами.
В отличие от социального страхования или государственного обеспечения социальная помощь государством оказывается лицам с ограниченной трудоспособностью, которые из-за отсутствия места работы, источников дохода не в состоянии самостоятельно обеспечить свое материальное существование. Объем предоставляемой помощи не связан с величиной прошлого дохода или сложившимся общим уровнем жизни населения. В Российской Федерации социальная помощь долгое время реализовывалась преимущественно в виде натуральных льгот, а специальные пенсии и пособия предоставлялись исключительно установленным законодательством категориям граждан. Определяющая характеристика данного института защиты – социально-алиментарные внедоговорные отношения государства по оказанию помощи уязвимым категориям населения. Получение физическим лицом социальной помощи происходит независимо от его участия в общественно-полезной трудовой деятельности (за счет перераспределения ресурсов в пользу нуждающихся). Выплаты этой системы принимают форму дополнения к доходу после проверки нуждаемости и призваны обеспечить минимальный доход. Главное основание для предоставления социальной помощи – отсутствие средств в объеме прожиточного мини-мума[13].
Финансовые источники данного института социальной защиты – прямые ассигнования из федерального и региональных бюджетов, формируемые за счет общих и, в некоторых случаях, специальных налогов.
1.2. Типологизация моделей социальной защиты
Среди множества подходов к реализации социальной политики в рыночной среде различаются два принципиально разных подхода. Это подходы, связанные с реализацией принципов справедливости при распределении индивидуальных доходов и предоставления гарантий от постоянно возникающих рыночных рисков. Этим подходам соответствуют принципы либо субсидиарной, либо солидарной ответственности общества (в лице государства) перед своими согражданами. Дело в том, что моральные категории чужды рыночной экономике, и на это есть все основания: рыночная экономика – это не что иное, как механизм аллокации, который должен вести к экономически эффективному и оптимальному распределению ограниченных ресурсов. Поэтому необходимо общественное вмешательство в механизм рыночной экономики, в случае если он вступает в конфликт с морально обоснованными соображениями справедливости.
В центре альтернативных подходов стоят две морально-этические концепции распределения. Согласно первой концепции каждый получает то, что он производит. Если кто-либо умен и трудолюбив, он получает много, если глуп и ленив, получает мало. Морально-этический постулат этого подхода к распределению таков, что человек со всеми своими сильными и слабыми сторонами автономен и поэтому должен вознаграждаться в меру своей производительности. В определенной степени противоположная концепция состоит в том, что человек не ответственен или не полностью ответственен за свои природные дарования и таланты. Наличие этих качеств, как природных, так и вновь обретенных, является скорее лотереей. Поэтому правомерен вопрос, может ли эта лотерея определять пропорции распределения доходов и состояний. В основном на этот вопрос дается отрицательный ответ[14].
Морально-этические принципы распределения индивидуальных доходов определяют полярность подходов к реализации социальной политики. Однако приверженность тому или иному подходу не исключает многообразия моделей социального развития, которые различаются еще и механизмами реализации социальной политики в сфере защиты населения. Каждая из моделей имеет свой организационно-правовой подход, который основан на различных соотношениях трех основных субъектов социальной политики государства, бизнеса (корпорации) и личности (гражданина). В зависимости от степени и роли участия государства в социальной защите населения модели социальной защиты подразделяются на:
– либеральную, или «остаточную», модель;
– консервативную, или компенсационную, модель;
– социал-демократическую модель уравнительного типа.
В свое время соответствующие модели нашли отражение в «Рекомендациях правительствам и парламентам стран СНГ по вопросам политики в области социального обеспечения» (TACIS, 1994)[15]. В научной среде похожие классификации были предложены в разные годы шведским ученым Г. Эспинг-Андерсеном[16] и американским исследователем Р. Титмусом[17].
В основе либеральной модели социального государства лежит индивидуальный принцип, который предполагает личную ответственность каждого члена общества за свою судьбу и судьбу своей семьи, при этом роль государственных структур в реализации социальной политики минимизирована. Основными субъектами выступают личность и различные негосударственные организации, как правило, социально-страховые фонды и ассоциации. Финансовую основу реализации социальных программ данной модели составляют в первую очередь частные сбережения и частное страхование, а не средства государственного бюджета. Государство берет на себя ответственность за сохранение минимальных доходов граждан и за благополучие слабых и обездоленных слоев населения. Вместе с тем государство максимально стимулирует создание и развитие в обществе различных форм негосударственного социального страхования и социальной поддержки, а также способствует повышению доходов граждан.
Таким образом, при данной модели государство участвует в реализации социальной политики в большей степени опосредованно, не прибегая к финансированию социальных программ из бюджета[18]. Это происходит через организационно-правовое формирование негосударственных финансовых потоков на социальные нужды (на образование, здравоохранение, пенсионное обеспечение, пособия по безработице, социальную защиту и др.). Одновременно через развитие рынка и повышение уровня экономической свободы оно стимулирует получение гражданами высоких доходов. Формирование либеральной модели происходило под влиянием либеральной трудовой этики, в связи с чем данная модель характеризуется стремлением государства к адресной помощи, к отделению социальной помощи от свободного рынка. Главная цель такого подхода – ликвидация бедности. Подобная модель социального государства присуща США, Канаде, Великобритании, Австралии, Ирландии.
Консервативная (компенсационная) модель характерна для стран с социально ориентированной рыночной экономикой. В их числе страны континентальной Европы, такие как Австрия, Германия, Италия, Франция. Позиции государства здесь значительно сильнее: бюджетные отчисления на социальные мероприятия примерно равны страховым взносам работников и работодателей. Основные каналы перераспределения находятся либо в руках государства, либо под его контролем. Параллельно государство стремится возложить материальную поддержку граждан на систему страхования. Благодаря этому величина социальных пособий находится в пропорциональной зависимости от трудовых доходов населения и соответственно от размеров отчислений на страховые платежи[19].
Для данной модели характерны не только применение классических систем социального страхования, стремление к компенсационному характеру помощи за прошлые заслуги, но и проверка выполнения установленных обязанностей при предоставлении конкретной социальной помощи. Основной целью является сохранение жизненного уровня, достигнутого в работоспособном периоде.
Основу модели составляют страховые платежи, которые по сути являются резервируемой частью заработной платы работников, которая им недодается и предназначается на случаи наступления для них социальных рисков (старости, инвалидности, болезни и т. д.). Страной, где максимально полно реализованы принципы компенсационной модели, является Германия, которая еще в конце 90-х гг. XIX в. первой в мире ввела систему социального страхования[20].
Важным моментом в формировании и развитии современных национальных институциональных моделей социальной защиты с позиции теории и практики следует считать воплощенную в Германии концепцию «социального рыночного хозяйства», рассматривающую государство в качестве одного из активных субъектов социальной защиты. Суть социального рыночного хозяйства заключается в синтезе рыночной экономики, основанной на свободной конкуренции и социальной справедливости. Приоритет в социальной защите отдается социальному страхованию как возможности человека самому обеспечить свое благополучие в результате активной политики на рынке труда. Социальное страхование (как правовая, организационная и финансовая система), продемонстрировав свою высокую результативность в Германии, после Второй мировой войны получило широкое распространение не только в Западной Европе, но и во всем мире.
Третья социал-демократическая модель подразумевает ведущую роль государства в сфере социальной защиты населения. При этом приоритетными задачами государственной социальной защиты считаются выравнивание уровня доходов населения и всеобщая занятость. В основе модели лежит принцип солидарности. Этот принцип означает ответственность всего общества за судьбу своих членов. Это прежде всего перераспределительная модель социальной политики, при которой богатый платит за бедного, здоровый за больного, молодой за старого. Основным субъектом, осуществляющим такое перераспределение, является государство. Именно оно берет на себя бóльшую часть ответственности за социальное благополучие своих граждан.
Данная модель нашла практическое применение в странах Северной Европы – Швеции, Норвегии, Финляндии, Дании, а также в Нидерландах и Швейцарии. Сегодня это страны с наиболее высоким жизненным уровнем. Критерием предоставления социальной помощи в этой модели является установленный факт принадлежности к определенной группе или категории населения, целью – перераспределение дохода.
Главной особенностью этой модели является всеобщность (универсализация) социальной защиты населения как гарантированного права всех граждан, обеспеченного государством. Государство обеспечивает высокий уровень качества и общедоступность социальных услуг в открытом доступе, в том числе бесплатное для граждан медицинское обслуживание, образование и т. п.
Шведскую доктрину государственной социальной политики часто называют эгалитарной. Она возводит заботу государства о своих гражданах в ранг национального культа, обещая им обеспечивать безопасность, надежность и защиту в угрожающих ситуациях, а также организацию и руководство защитой. Шведам нет необходимости зависеть от родни или благотворительности, а тем более от рынка. От колыбели до могилы о них заботится государство. Речь идет о предоставлении социальных гарантий в виде различных публичных услуг и благ в открытом доступе, а не за деньги.
В общей типологизации моделей социальной защиты особое место занимает корпоративная модель. В ее основе лежит особый подход и свой принцип, который предполагает максимум ответственности корпорации (предприятия, учреждения) за судьбу своих работников. Эта модель представляет собой систему пожизненного найма, в которой предприятие стимулирует работников к внесению максимального трудового вклада, за что предлагает им различные виды социальных гарантий в виде пенсионного обеспечения, частичной оплаты медицинских и рекреационных услуг, а также образования. В данном случае государство и негосударственные организации, так же как и личность, разделяют долю ответственности за социальное благополучие в обществе, но все же ведущую роль здесь играют предприятия, которые имеют собственную разветвленную социальную инфраструктуру и собственные социально-страховые фонды.
Финансовая основа данной модели – это страховые взносы корпораций. При корпоративной модели большую роль в осуществлении социальной политики играют организации работодателей, для которых социальная политика является существенным элементом системы управления трудовыми ресурсами.