Магические практики друидов

Серия «Тайные знания»

© ООО «Литературная студия „Научная книга“», 2017

© Издание, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2017

Происхождение друидов

В современном мире люди привыкли к тому, что словом «друиды» обозначается нечто весьма монументальное и значимое, как минимум философское течение или древнюю цивилизацию с богатым культурным наследием. Однако для тех, кто решился всерьез заняться изучением друидизма, уже давно не секрет, что за этим термином скрывается не более чем одна из многочисленных религий, к тому же по историческим меркам переживающую пока всего одну из первых стадий своего развития. Вообще, если бы не название «друиды», данное жрецам этой религии, вряд ли бы она пользовалась такой популярностью. В самом деле, кому охота писать о простых жрецах? Совсем другое дело – загадочные «друиды».

Впрочем, стоит только присмотреться, и становится понятно, что не такие уж они и загадочные, какими кажутся. Если говорить сухим словарным языком, то друиды – это жрецы-кельты, чья организация после окончания периода активных миграций получила распространение в основном у британских, итальянских и галльских кельтов. Существует, правда, распространенное убеждение, что религия друидов родом из Британии. Однако гораздо более убедительной выглядит версия, согласно которой установить ее подлинное происхождение оказалось невозможным, и ее «прописали» в Британии лишь из-за того, что в этой местности друидская религия сохранилась в наиболее первозданном виде.

Для того, чтобы избежать разного рода разночтений, стоит отметить, что под «друидизмом» мы подразумеваем только одну из его форм – веру галлов, живших в I веке до нашей эры. Это – пожалуй, единственная форма религии друидов, о которой сохранились более-менее точные сведения. О формах друидизма, существовавших в других странах, осталось чрезвычайно мало сведений, чтобы можно было рассуждать о них всерьез.

В значительной мере это подтверждается трудами Цезаря. Он писал об учении друидизма, что эта наука, «как обычно думают», возникла в Британии, а уже оттуда была перенесена в Галлию. То есть даже он рассказывает об этом, как об одном из устоявшихся мнений, упоминая, что те, кто хочет более вдумчиво изучить основы друидизма, едут за этим именно в Британию.

Если поразмыслить, уже исходя из этой информации, можно прийти к определенным выводам. Ведь даже если следовать простой логике – чтобы мнение о британском происхождении друидизма настолько укоренилось, это учение должно было до этого просуществовать в Британии хоть сколько-нибудь продолжительное время. А если вспомнить, что друиды из Галлии были известны уже за пару сотен лет до наступления нашей эры (а значит, они должны были обосноваться в Галлии как минимум за столетие до этого), то получается, что британский друидизм должен иметь еще более солидный возраст. Вероятно, после кельтского завоевания британское учение попало на кельтскую почву и получило распространение по Галлии. Отсюда, по всей видимости, и пошел друидизм в том виде, в котором он известен нам.

Но насколько вероятно определить, что именно в друидизме заинтересовало кельтов – религиозный (жречество) элемент или же само учение? Впрочем, вряд ли это могло быть жречество. Трудно представить, чтобы завоеватели позволили религии покоренной касты полностью подчинить их служителей и перестроить всю религиозную жизнь. Максимум, что можно было бы предположить – что кельтам не хватало религиозных служителей, и они привлекли британцев к себе на службу, а те, в свою очередь, основали свою организацию (кельтских друидов).

К слову, в пользу этой версии говорят некоторые обстоятельства. В частности, существует гипотеза, согласно которой жрецы-друиды не могут иметь кельтское происхождения – они попросту не характерны для индоевропейских народов. Кельты управлялись королями, которые исполняли в том числе и жреческие функции. Исходя из этого, можно с большой долей уверенности предположить, что на тот момент у кельтов (как и у других индоевропейских народов) не было самостоятельной жреческой «прослойки», и друиды никак не могли произойти от них. Это подтверждается древними кельтскими легендами, в которых подчеркивается божественная принадлежность королей. Более того, в кельтских войсках жрецов никогда не было.

Впрочем, говорить о том, что у кельтов не было своих жрецов вообще, также не приходится. Ведь убежденность в божественности вождей-королей – не более чем один из многих этапов в религиозной эволюции индоевропейских народов. На следующей стадии религиозные функции уже передаются специальному жреческому сословию, в частности, у латинян, а немного позже – и у германцев. Ввиду этого, не представляется возможным точно определить границы периода, в который кельты не имели своих жрецов.

Но в таком случае в самой Британии должно было существовать довольно мощное жреческое сословие. Однако завоеватели, пришедшие на Британские острова, не были впечатлены местным жреческим классом. Единственное стоящее упоминание о них имеется у римлян – будто бы некие дикие люди, которых называли друидами, подстрекали британских защитников к отчаянному сопротивлению захватчикам. Но даже во время самого восстания о них не говорится ни слова.

С другой стороны, имеет право на существование версия о жречестве, «жившем» в Ирландии, несмотря на то, что, согласно древним преданиям, ирландские друиды не имели единого верховного «вожака» и не были столь организованы. В народном представлении они больше похожи на волшебников, чем на служителей культа. Хотя, конечно, сами легенды и предания могли подвергнуться значительным изменениям вследствие христианской цензуры, разыгравшейся впоследствии. Если так, то народным преданиям нужно доверять с большой осторожностью – что называется, «делить на десять».

Все это в целом не дает нам прочных оснований считать, что галльские друиды «вышли» из сообщества именно ирландских жрецов. Скорее наоборот: известно, что друиды Ирландии обслуживали кельтскую систему годовых праздников. Это наводит исследователей на определенные размышления: вряд ли ирландцы, будучи достаточно сильными, чтобы навязать завоевателям свою религиозную организацию, оказались настолько бесхарактерными, что начали отмечать древние кельтские праздники.

Возможно, несколько прояснит ситуацию аргумент, который в свое время выдвинул Юлиус Покорный. Исследователи называют его «аргумент дуба». Суть его заключается в том, что одним из общих явлений индоевропейской религии являлся культ дуба, чьими служителями являлись галльские друиды. И если бы кельты переехали в Британию, когда у них уже были друиды, то в любом случае принесли бы с собой и этот культ (тем более что в Британии дубы растут практически повсеместно). Однако, судя по всему, в Ирландии никакого культа дуба не существовало: мало того, что это дерево в литературе того времени упоминается крайне редко, так еще и священным деревом ирландских друидов считалась рябина!

Исходя из этого, напрашивается вывод: народ, жрецами которого являлись ирландские друиды, не был знаком с культом дуба, а значит, кельтским жречеством друидов считать нельзя!

Впрочем, некоторые специалисты не без оснований полагают, что, если в одной отдельно взятой стране отсутствовал культ дуба, то это еще ни о чем не говорит. Причиной этого могло стать, например, утрата дубом своего священного статуса (особенно если учесть, что к тому моменту дуб «расплодился» практически повсюду). К тому же отдельные признаки почитания дуба в Ирландии все-таки сохранились – достаточно вспомнить так называемые «церкви дуба».

С другой стороны, если друиды были кельтскими жрецами, то, по логике, они должны были присутствовать везде, где обосновывались кельты, а не лишь на одном участке кельтского мира. На этот случай есть и еще одна теория (в целом, кстати, вызывающая доверие): друиды жили лишь на отдельных участках кельтских территорий, в частности, в Галлии и на Британских островах.

В конце концов, если бы они обитали на территории современной Европы – Италии и Испании – до наших дней наверняка дошло бы множество письменных свидетельств и источников информации об этом. Мы же вынуждены руководствоваться только лишь одним сочинением Цезаря (остальные авторы, писавшие на эту тему, пользовался его произведением в качестве источника информации) и ни у него самого, ни у его последователей нет ни единого (пусть даже косвенного) указания на то, что друиды жили и имели влияние где-либо еще.

Но если это так, тогда получается, что, несмотря на то, что друиды являлись исконно кельтским сословием, они жили только у нескольких кельтских народов, и никаким «национальным достоянием» не являлись. Этому странному, на первый взгляд, обстоятельству на самом деле есть вполне простое объяснение.

Дело в том, что кельты в то время существовали достаточно разобщенно, чему способствовали не только разногласия внутри каждой волны переселенцев, но и новые для них влияния, которым они подвергались на осваиваемых территориях. Поэтому у них не было и не могло быть какой-то единой и универсальной до мелочей религии или религиозной организации. Вполне вероятно, что представление о необходимости верховного жреца (короля) сменилось необходимостью наличия в обществе специального жреческого сословия.

Ввиду всего этого современные исследователи полагают разумным взять за основу теорию о том, что галльское жречество действительно имеет кельтское происхождение. Тем более, что галлы, бывшие в то время достаточно мощным народом, попросту не позволили бы какой-то иноземной касте контролировать их светскую или религиозную жизнь.

Впрочем, недостаточно изученными остаются пока другие стороны друидизма – теология, доктрины… Так, существуют небезосновательные мнения, что если внимательно прочитать труды античных авторов, в которых упоминается друидизм, то в этих сочинениях ему присущи некоторые черты, которые были неприемлемы для индоевропейцев и арийцев. Вопреки распространенной версии, о том, что индоевропейские народы в своих традициях последовали за друидами, существуют некоторые сомнения в том, что кельты могли перенять чуждую их духу некельтскую традицию, да еще в тот момент, когда они сами господствовали в Западной Европе.

Профессор Мак-Бейн в своем труде «Кельтская мифология и религия», изданном в 1917 году, утверждал, что «в дошедших до нашего времени сведениях о друидизме нет ничего, что можно было бы с уверенностью назвать неарийским элементом». По его убеждению, ближайшая аналогия, которую можно найти для такого устройства общества – включающего в себя жреческую касту, отделенную от остальных групп людей – это индуизм, где также существует закрытая каста брахманов, которым принадлежало исключительное право на проведение религиозных обрядов.

Если вернуться к древним Британии и Галлии, можно вспомнить, что некоторые из их провинций были связаны тесными торговыми отношениями. Более того, на их территории в период бронзового века существовала культурная общность, которая стала возможна благодаря довольно продолжительному периоду мирной и благополучной жизни. Но в то же время провинции тогда находились на достаточно примитивном уровне развития, и, соответственно, их религии должны были совпадать. Если между провинциями существовали тесные торговые связи, то и мировоззренческие, религиозные идеи, по логике, также должны были быть общими. В науке это называется провинциями единого религиозного пространства.

К таким провинциям можно отнести несколько территорий. Как представляется, самой важной из них была провинция Северной Галлии и Юго-Восточной и Восточной Англии. Их культурное единство и духовные связи длятся еще со времен каменного века. В бронзовом же веке эта провинция подверглась влиянию лигурийской и восточно-германской культур. Англия при этом оставалась наиболее консервативной частью провинции, закрытой для новейших и актуальных на то время цивилизационных тенденций. Благодаря этому можно рассчитывать, что британская территория имела все условия для того, чтобы сохранять свои верования в неизменном виде, и становилась все более архаичной. Это со временем приобретало все большую ценность.

Некоторое время спустя келъты появились в отдельных областях Франции. Они мирно расселялись, осваивая новые для себя территории. Несмотря на не совсем гладкое соприкосновение новой и традиционной религий, впоследствии в результате этого взаимодействия образовалась одна общая вера.

После этого кельты вторглись в Англию. Впрочем, эти кельты были уже не бродячими народами (каковыми они являлись при переселении во Францию), а их потомками, превратившимися в местное население. Поселившись в Англии, они без особых усилий совместили свою веру с местной религией, сохранившейся в первозданном виде, и позволили ей «присвоить» свой ореол могучего народа-завоевателя. Однако шло время, а древняя религия все еще оставалась здесь главенствующей.

Что же касается происхождения самих друидов, то они могли возникнуть в период, когда кельты уже стали оседлым сообществом и при этом встретились со жреческим классом более прогрессивного и развитого народа.

В этом случае становится интересно, насколько вероятно возникновение жречества у кельтов на территории Альпийских земель и Центральной Европы до захватнического периода. Есть несколько обстоятельств, косвенно указывающих на то, что такое развитие событий вполне могло иметь место. К примеру, одна из цивилизаций – латенская – имеет все признаки долгого развития. А цивилизация может развиваться только в условиях долгого и спокойного благополучия. Впрочем, мнение, что кельтам незачем было организовывать отдельную жреческую касту до той поры, пока они не вышли за границы своей родной территории, также имеет право на существование.

Что же до тех кельтов, которые покинули свою землю и ушли в далекие странствия, быстрее других освоились на новой территории кельты, осевшие в Италии и во Франции. Хотя в их жизни также были и существенные отличия: «французские» кельты жили, можно сказать, размеренной жизнью, господствуя над захваченной ими территорией и наслаждаясь высшими на тот момент формами общественной жизни, в то время как «итальянцы» были вынуждены все время защищать свое влияние от постоянно нападавших противников и при этом из всех достижений европейской цивилизации наблюдать разве что карфагенский боевой строй.

Размышляя над появлением в этих условиях жреческой касты, можно прийти к выводу, что полная перестройка общества в условиях необходимости осваивания новых территорий была вряд ли возможна. Скорее новая, оседлая жизнь и европейские образцы дали благоприятную почву для завершения формирования этого процесса, ужа начавшегося раньше.

Воплощения политической и религиозной власти когда-то успешно сосуществовали в лице одного и того же человека. Теперь же функции власти стали разделяться, и начался процесс «разрастания» новых ветвей. Этим объясняется то обстоятельство, что в понимании греков друиды выполняли давно известные и почитаемые функции. Кроме того, в этом разгадка и противоречий в датах, указываемых в разных источниках: при невнимательном изучении кажется, что друиды появились позже, чем о них стало известно.

Таким образом, можно считать установленным фактом, что зарождение друидизма и появление самих друидов – два разных события, не связанных между собой хронологически.

В Галлии друидизм возник в результате смешения кельтской религии и местных верований, в Британии – кельтской и британской религий… И можно с уверенностью сказать, что друидизм – это религия, для которой характерно соединение кельтских и галло-британских религиозных влияний. При этом друиды как иерархированная организация существовали как представители местной религии с непременным превалированием именно кельтской традиции.

Впрочем, при осмыслении данного феномена не стоит забывать, что именно смешанность друидской традиции способствовала тому, что население приняло эту религию как всеобщую традицию для всей своей страны. Вследствие этого ее жрецы спустя некоторое время предсказуемо добились почета и уважения, сумев развить религию на межплеменной основе и на долгий период получить безусловный контроль над многими сферами жизни.

Впрочем, что касается Британии, то достоверных свидетельств о существовании некоей организации друидов на сегодняшний день не имеется. Возможно, все религиозные обязанности там исполнялись, как и прежде, верховными властителями.

Хотя, согласно отдельным источникам, галльские друиды путешествовали в Британию для проповеднической деятельности. Правда, вряд ли при этом они стремились к объединению их религиозных организаций, тем более что этому мешали и внешние факторы, в частности, римское завоевание. То есть обряды друидов там, безусловно, исполнялись, но никакой отдельной жреческой организации при этом не было. Поэтому, по всей видимости, можно смело говорить о том, что их роль выполняли обычные вожди племен.

Есть и еще одна сторона проблемы: всякая религия оставляет после себя как минимум ритуальные здания для отправления обрядов, не говоря уже о специальных аксессуарах и предметах, предназначенных для этого. Если рассматривать Британию с этой точки зрения, то ввиду того, что друидизм здесь распространился после кельтизации, ни одно из сохранившихся зданий нельзя назвать в полном смысле друидическим. Даже дата постройки знаменитого Стоунхенджа до сих пор вызывает ожесточенные споры. То же касается и не менее известных каменных кругов: возможно выдвигать лишь более или менее убедительные предположения.

А вот в Ирландии появившаяся здесь (кстати, в довольно поздний период) кельтская традиция, по всей видимости, явилась результатом соединения местной и кельтской религий (что напоминает распространение друидизма в Англии). При этом, судя по всему, кельты попытались, помимо религии, навязать жителям новой территории еще и жреческую организацию.

Хотя есть и другая точка зрения, согласно которой эта организация была всего лишь бледным подобием того, что в итоге получилось в Галлии, только оказавшимся изолированным и утерявшим всякое влияние.

Впрочем, даже спустя многие сотни лет происхождение друидов (как во многом и сами друиды как явление) остается в значительной степени тайной. Как и исследователи, жившие двести или триста лет назад, мы вынуждены продираться через огромное количество предположений и догадок, фактически не имея никакой возможности узнать, какие из них верны. А значит, их можно считать равноценными, и каждый волен сам выбрать, какие теории ему кажутся более убедительными.

Жрецы, прорицатели, целители

Как следует из сказанного выше, друиды обладали огромным влиянием – точнее, властью – и колоссальным авторитетом среди своих соплеменников. Это проявлялось, прежде всего, в том, что они обладали сверхъестественными с точки зрения окружающих способностями и возможностями. Такими, как, например, дар прорицать и исцелять.

Вот как пишет об этом древнегреческий историк и исследователь мифов Диодор Сицилийский, рассказывая о действиях друидов-теологов и главных жрецов при совершении жертвоприношений:

– Наконец, они прибегают к помощи прорицателей, за которыми признают большой авторитет. Эти прорицатели предсказывают будущее, наблюдая за птицами и принося жертвы, и держат в подчинении себе весь народ. Но особенно когда они вопрошают предзнаменования ради каких-либо крупных выгод, то совершают невообразимый и странный ритуал. Посвятив человека богам, они ударяют его мечом в область диафрагмы, и когда жертва падет под ударом, они предсказывают будущее, наблюдая за его падением, движением его членов и за истечением крови. Такого рода наблюдения издавна используются ими, и они полагаются на них.

Ему вторит историк и географ Страбон, рассказывая о нравах кельтов:

– Римляне отучили их от обычаев, жертвоприношений и гаданий, противоположных тем, что в ходу у нас. Они наносили человеку, обреченному в жертву, удар в спину и гадали по его судорогам. Однако они не приносили жертв без друидов. Упоминаются еще и другого рода человеческие жертвоприношения; они расстреливали свои жертвы из лука, или распинали их в святилищах, или же сооружали огромную статую из сена и дерева, затем бросали туда скот и всевозможных диких животных, а также людей, и все это вместе сжигали.

Разговор о жертвоприношениях мы продолжим более подробно в следующих главах, а пока скажем, что друиды не только убивали людей во имя милости богов, но и лечили, причем добиваясь поразительных результатов.

В древних письменных источниках сохранилось имя Фингена, который был, говоря современным языком, личным врачом короля Улъстера Кохнобара. Ему приписывались чудодейственные способности – он мог с одного взгляда определить болезнь каждого пациента и дать ему нужное лекарство в виде снадобья, причем, ни разу не ошибся.

В кельтском эпосе есть упоминания того, как о Фингене отзывался герой исландских саг Фергус:

– Этот человек обладает силой и мудростью целителя, искусством заживления ран, умением побеждать смерть и преодолевать любое недомогание… Он распознавал недуг человека по одному дыму, выходящему из его дома, или по одним лишь его выдохам.

В знаменитой саге «Смерть Кохнобара» говорится о том, как Фингена к смертельно раненому королю, в голове которого застрял камень, брошенный с помощь пращи. Вот этот отрывок:

– Добро же тебе, Конхобар, – сказал Финген, – если я вытащу этот камень из твоей головы, ты сразу умрешь. Если же оставить его, я смогу тебя выходить, то покроет тебя пятно позора.

– Легче нам, – сказали улады. – Перенести его позор, чем смерть.

Была тогда голова его исцелена, и был тот камень в ней покрыт золотом под цвет волос Конхобара, ибо волосы его и золото были одного цвета. Сказал Конхобару его врачеватель, что не должен он теперь ездить верхом, общаться с женщинами, наедаться досыта и бегать.

Конечно, все это не более, чем миф, часть эпоса, а не документальное свидетельство проведения столь серьезной хирургической операции. Но в данном случае важно другое – друид-целитель занимал такое положение в кельтском обществе, что мог позволить себе предписывать королю – правителю государства – как ему себя вести и какие жизненные правила неукоснительно соблюдать.

Все это говорит о том, что друиды владели тайными знаниями, которые могли только передаваться в процессе обучения – от учителей к ученикам. Процесс обучения друидов окутан тайнами – во многом это связано с тем, что он происходил в отдалении от человеческих жилищ, в чащах труднопроходимых лесов и в глубине загадочных пещер. При этом надо отметить, как важнейшую особенность, что эти удивительные люди не только сохраняли и расшифровывали для своих современников то, что им досталось от мудрецов, живущих в более ранние эпохи. Нет, они еще и развивали, совершенствовали это знание – и данный процесс был непрерывным, безостановочным. Античные авторы, хорошо знакомые с друидами – в их числе великий римлянин Юлий Цезарь – отмечали, что кельтские жрецы, являвшиеся одновременно прорицателями и целителями, обладали особым учением, представлявшим собой упорядоченное, систематизированное знание, своего рода доктрину, открывавшую путь для дальнейшего продвижения по пути мудрости новым избранным и посвященным ученикам.

К знанию учеников приобщали в непосредственном общении с природой, которая воспринималась как некое сакральное начало. Тайнами природы владел жрец – и он выступал как учитель, способный передать их своему ученику – обязательно под покровом секретности, доверительно и непосредственно.