Прощай, COVID?

Введение

О продуктивности зуда

Сложно сказать, кто выигрывает в продолжающемся как минимум три тысячи лет матче «философия против эпидемий». Эпименид, по рассказам Диогена, спас Афины от мора. Марк Аврелий в разгаре Антониновой чумы написал «К самому себе» – возможно, главное произведение поздней Стои. Томас Гоббс пережил две или даже три эпидемии, но, будучи обвинен в богохульстве, ставшем, по мнению парламента, причиной чумы и Великого Лондонского пожара 1666 года, пал жертвой королевского запрета на публичное философствование и до конца жизни занимался только математикой и переводами. Кант спасся как минимум от трех эпидемий гриппа, практикуя безбрачие и жесткий режим. Гегель умер от холеры. Кьеркегор – от туберкулеза, возможно, обострившегося на фоне эпидемии гриппа. Макс Вебер – возможно, от свирепствовавшей тогда испанки.

Пандемия COVID-19 показала, что философия все же выигрывает, пусть и не с разгромным счетом. Шакира, сидя на самоизоляции, окончила четырехнедельный курс классической греческой философии Университета Пенсильвании и изучила Платона. Славой Жижек на самоизоляции написал о пандемии так много колонок, что их хватило на целую книжку.

Для гуманитарного знания коронавирус имел то же значение, что Война в заливе 1991 года – для медиа. То была первая война в прямом эфире. Это – первая пандемия, рефлексируемая философами и социальными теоретиками «с колес», здесь и сейчас, притом в мгновенно общедоступном виде. Колонки, статьи, тексты в блогах – если и бывают пиры во время чумы, то во время этой нам удалось посмотреть на пир духа.

Однако беспокойным учредителям Московского философского кружка что-то не давало спокойно наслаждаться доступностью плодов просвещения и потоком первоклассных текстов. Деятели англо-, франко-, немо-, итало-, испаноязычного гуманитарного мира, оседлав своих платоновских субъектов, кажется, не отрывались от письменных столов и только и успевали производить тексты про коронавирус.

Русский же язык как инструмент работы мысли, попав на пандемийный карантин, бытовал где угодно: в горячих спорах факультетов в Zoom, в диалогах на YouTube и скоротечных перепалках в Facebook. Но никак не хотел ложиться на бумагу. Повсюду нам мерещились знаковые фигуры современной философии, как бы вопрошающие: а что ты написал за время карантина, кроме пятидесяти комментариев и трех постов? Возможно, это была совесть. Но скорее тот самый зуд, что так смачно описывает Сократ в «Филебе» Платона.

Книга, которую вы держите в руках, является продуктом этого зуда. Она уникальна по нескольким причинам.

Во-первых, она дает панорамную картину того явления, с которым человечество столкнулось в первой половине 2020 года. И по охвату сюжетов, данных нам пандемией для наблюдения и оценки. И по разбросу точек зрения. И по фокусировке и резкости выдвинутых аргументов и оценок.

Во-вторых, она многопартийна. Если SARS-CoV-2 можно назвать вещью, то это ее полноценный демократический парламент. Российское интеллектуальное пространство давно размечено силовыми линиями стремящихся к герметичности систем взглядов и лагерей. Сборник «Прощай, COVID?» ведет себя так, будто этих линий не существует: левые, правые, либеральные, коммунистические, государственнические и анархические точки зрения и системы аргументации представлены здесь на равных правах. И нет – ни мир, ни эта книга не рухнули от неожиданного или даже провокационного соседства. Наоборот, стали объемнее и светлее.

В-третьих, как нам кажется, эта книга является хорошим примером того, как должна работать сознательная установка на нивелирование тех форм неравенства, которым нет места в науке и академии. Речь и про гендер, и про «заслуги», и про возраст и разницу академических статусов. Абсолютное равенство – пока лишь математическая функция, но мы постарались приблизиться к нему на максимально возможное расстояние.

Сборник состоит из четырех рубрик; выбирая названия для них, мы не удержались от искушения сыграть в игру с номеном поразившего мир вируса – SARS. Чтобы подчеркнуть немыслимую экспрессивность COVID-19, мы использовали слова из эсперанто – не живого, не мертвого, не чисто искусственного, но и не естественного языка, оправданность существования которого может поставить в тупик кого угодно, как и оправданность существования вируса, который слишком идеален, чтобы быть чистым порождением природы.

В рубрике Scio (Знание) собраны тексты, рассматривающие проблему столкновения с COVID-19 сквозь призму эпистемологии и спекулятивной философии. Рубрика Aŭtonomeco (Автономии) представляет это столкновение в оптике личного онтологического и этического опыта. Reagoj (Реакции) – тексты, трактующие тем или иным образом реактивную природу этого столкновения, которое не создает нового, но перемешивает и переозначивает тот набор карт, идей и ситуаций, в чьем распоряжении мы были и до пандемии. Рубрика Societo (Общество) собрала тексты, посвященные в широком смысле слова социальным структурам, которые оказались проявлены, актуализированы, задеты или разрушены пандемией.

Обычных слов благодарности в адрес авторов сборника и тех, кто помогал его появлению на свет, недостаточно. Поскольку речь идет о чем-то вроде чуда. Идея публикации этого сборника получала одобрение и поддержку ото всех, к кому мы обращались, с первой же попытки. Авторы – философы, политологи, социологи – согласились в немыслимо короткие сроки написать тексты для этого сборника. Зарубежные коллеги без уговоров и проволочек помогали со всеми возникающими сложностями. Экспертный институт социальных исследований, несмотря на очевидную авантюрность задумки (книжка за два месяца? так не бывает!), предоставил необходимое финансирование. Коллеги из редакции журнала «Логос» и Издательства Института Гайдара, не задавая лишних вопросов, авансом подставили нам товарищеское плечо и сразу согласились выступить издателями. От момента рождения этой безумной идеи до появления чернового макета книги прошло меньше полутора месяцев – космические по любым меркам сроки.

«Мир никогда не будет прежним» – кажется, так звучит главная постковидная мантра. Мы не совсем с этим согласны. Другой мир есть, и он существует вне зависимости от эпидемий и кризисов. Этот другой мир называется Respublica Literaria, и артефакт из него вы сейчас держите в своих руках.

Московский философский кружок,

июнь 2020 года

Introduction On the Productivity of Itching

It’s hard to say who wins in the three thousand years game “philosophy VS epidemics”. Epimenides, according to Diogenes, saved Athens from pestilence. Marcus Aurelius in the midst of the Antonine plague wrote “Treatise to Himself”, perhaps one of the main works of the late Stoicism. Thomas Hobbes survived two or even three epidemics, but, was accused of blasphemy, which, according to Parliament, caused the plague and the Great Fire of London in 1666. Because of it he fell victim to the royal ban on philosophizing, and until the end of his life was engaged only in mathematics and translations. Immanuel Kant escaped at least three flu epidemics, practicing celibacy and strict daily routines. Hegel died of cholera. Kierkegaard – from tuberculosis, possibly exacerbated by the flu. Max Weber, possibly from a Spanish flu.

In case of COVID-19 pandemic we can say that philosophy probably wins this one, albeit not with a crushing score. Shakira, sitting on self-isolation, studied Plato and graduated from a four-week course of classical Greek philosophy at the University of Pennsylvania. Slavoj Zizek on self-isolation wrote so many op-eds on the pandemic that it was enough to manage the book.

For humanitarian knowledge, this pandemic means the same as the 1991 Gulf War meant for the media. That was the first live war that had been televising and happening at once. This is the first pandemic, reflected by philosophers and social theorists live, here and now, in an innumerable accessible form. Columns, articles, op-eds, blog posts – if there is feast during the plague, during this we managed to look at the feast of the spirit.

However, the founders of Moscow Philosophical Circle weren’t able to calmly enjoy the accessibility of the fruits of enlightenment and the steady flow of first-class humanitarian texts. Pillars of the English-, French-, German-, Italian-, Hispanic-language humanitarian scenes, did not tear themselves away from desks to produce texts on coronavirus. The Russian language as a tool of thought, having fallen into quarantine, flourished anywhere: in the heated debates of faculties at Zoom, in dialogs on YouTube and fleeting skirmishes on Facebook. But didn’t want to lie down on paper. Iconic figures of modern philosophy seemed to us as if asking: what did you write during the quarantine, besides fifty Facebook comments and three posts? Perhaps it was a conscience. Rather, it was the very itch that Socrates describes in Plato’s “Philebus”.

The book you are holding is the product of this itch. It is unique for several reasons.

First, it gives a panoramic picture of the phenomenon that mankind encountered in the first half of 2020. In terms of the coverage of the plots given to us by the pandemic for observation and evaluation. In terms of the scatter of points of view. And in terms of the focus and sharpness of the advanced estimates and proposed arguments.

Second, it is a multi-party book. If we can call SARS-CoV-2 a thing, then this is its full-fledged democratic parliament. The Russian intellectual space has long been marked by demarcation lines protecting the integrity and hermeticity of intellectual camps. “Goodbye COVID?” behaves as if these lines do not exist. Left, right, liberal, communist, statist, and anarchist points of view and argumentation systems are presented here on an equal footing. And no, neither the world nor this book collapsed from an unexpected or even provocative neighborhood. On the contrary, they became more voluminous and enlightened.

Thirdly, as it seems to us, this book is a good example of how should work a conscious attitude toward those forms of inequality that have no place in science and academia. We are talking about gender, ranks, and merits, about the age and differences in academic statuses. Absolute equality is still only a mathematical function, but we tried to get to it as close as was possible.

The collection consists of four sections. Choosing names for them we could not resist the temptation to play a game with the nomen of the virus that hit the world – SARS. To emphasize the inconceivable expressiveness of COVID-19, we used words of Esperanto, not live, not dead, not purely artificial, but not a natural language, the justification for the existence of which could confuse anyone, as well as the justification for the existence of a virus that is too perfect, to be a pure offspring of nature.

The Scio (Knowledge) section contains texts examining the problem of collision with COVID-19 through the prism of epistemology and speculative philosophy. Aŭtonomeco (Autonomy) section presents this clash in the optics of personal ontological, existential and ethical experience. Reagoj (Reactions) – combines texts that interpret in one way or another the reactive nature of this collision, which mixes and redefines the set of maps, ideas, and situations in which we’ve been caught before the pandemic. Societo (Society) section collects texts devoted to social structures (in a broad sense of the word) that have been manifested, actualized, affected, or destroyed by a pandemic.

The usual words of gratitude to the authors and those who helped the birth of this book are not enough. Our idea to gather the “pandemic” series of texts together under one cover received approval and support from everyone we contacted from the very first attempt. The authors – philosophers, political scientists, sociologists, anthropologists – agreed on very short notice to participate. Foreign colleagues helped with all the difficulties that arise. Expert Institution of Social Researches, Moscow-based think tank, despite the obvious adventurousness of the idea (a book? a philosophical book? in two months? it can’t happen!), provided the necessary funding. Colleagues from the editorial office of the Logos journal and the Gaidar Institute Press, without asking any questions, gave us a comradely shoulder in advance and immediately agreed to be publishers. From the moment of the birth of this crazy idea to the appearance of the book layout, less than a month and a half passed, so it was truly a miracle, by any standards.

“The world will never be the same” – this seems to be the main post-COVID mantra. We do not quite agree with this. There is another world, and it exists regardless of epidemics and crises. This other world is called respublica literaria, and you are now holding the artifact from it.

Moscow Philosophical Circle,

June 2020

Scio