«Я буду бороться за священные права редакции». Переписка М. А. Алданова и М. М. Карповича. 1941–1957

- -
- 100%
- +
Ср. отрывок из его рец.: «В той же девятой книге Нового Журнала мы находим продолжение романа М. Алданова „Истоки“. Оставляя окончательное суждение о романе до завершения его печатанием в журнале, отметим только те образы героев романа, которые в данной книге заканчивают свое жизненное существование и в дальнейшем должны исчезнуть, как художественные объекты, для его автора.
Сцены операции и предсмертных переживаний действительного тайного советника Дюммлера полны художественной правды и достигают высот эпической силы и простоты. Одновременно в тонах превосходного юмора и психологической наблюдательности нарисован портрет знаменитости, немецкого хирурга Билльрота. Впечатление силы и убедительности этого образа автор достигает приемом, свидетельствующим о его высоком литературном мастерстве. Не прибегая ни к каким отрицательным характеристикам, рисуя хирурга в процессе его работы, его поступков вне врачебной обстановки или в обращении с пациентами, Алданов дает убедительное изображение врача-немца, уверенного в своей непогрешимости, сентиментального в обожании музыки „его друга“ Брамса и невыразимо упрямого в ложных, консервативных и лишенных научной прозорливости методах практики. Более беспощадной оценки „немецкого гения“ нельзя себе представить.
После ясного, лишенного претенциозности повествования Алданова читатель вынужден следовать за В. С. Яновским в его шествии по рытвинам и ухабам авторских изысканий в области психологии» (Камышников Л. Беллетристика «Нового журнала» // НРС. 1945. 26 февр. № 11994. С. 3).
2
Ср. письмо М. А. Алданова Б. И. Николаевскому от 27 февраля 1945 г.: «Читали ли Вы рецензию Камышникова о лит.<ературном> отделе 9-ой книги? Меня он похвалил, но, видит Бог, я никак не ожидал, что, по его пониманию, Билльрот у меня окажется „нехорошим немцем“. Еще слава Богу, что он не написал, что в моем романе Билльрот нарочно, из ненависти к России, зарезал Дюммлера» (Машинопись. BAR. Mark Aldanov Papers. Box 11. File Correspondence: Aldanov to Various Persons – 1945).
1
Роллан Ромен (Rolland Romain; 1866 – 30 декабря 1944), французский писатель и общественный деятель. Лауреат Нобелевской премии в 1915 г.
2
Губерман Бронислав (Huberman Bronisław; 1882–1947), польский скрипач, основатель Палестинского филармонического оркестра.
3
Вальтер Бруно (Walter Bruno; 1876–1962), немецкий дирижер и пианист, руководитель Нью-Йоркского филармонического оркестра (пост был предложен ему в 1942 г., согласился – лишь в 1947‑м).
1
Александрова В. Театр во время войны // НЖ. 1945. № 10. С. 226–238. В огл. под назв.: Русский театр во время войны.
1
Рашевский Николай Петрович (Rashevsky Nicolas; 1899–1972), один из основателей математической биофизики. В эмиграции с 1920 г., в США с 1924 г. В начале 1930‑х гг. разработал первую модель нейронных сетей.
2
Рашевский Н. В. И. Вернадский // НЖ. 1945. № 10. С. 333–337.
3
Цетлин М. А. Н. Толстой: 1882–1944 // Там же. С. 338–340.
4
Карпович М. После победы // Там же. С. 361–373.
5
7 марта 1945 г. в НРС было опубликовано сообщение Я. Я. Кобецкого о визите митрополита Евлогия и В. А. Маклакова во главе делегации эмигрантов к советскому послу А. Е. Богомолову. Подробнее об этом резонансном событии 12 февраля 1945 г. см.: Белобровцева И. Русская литературная эмиграция о «визите в советское посольство» (1945): событие и реакция // Блоковский сборник. [Вып.] XIII. Тарту, 1996. С. 233–243; Будницкий О. 1945 год и русская эмиграция: из переписки М. А. Алданова, В. А. Маклакова и их друзей // Ab Imperio. 2011. № 3. С. 243–311.
6
Ясный Наум Михайлович (Jasny Naum; 1883–1967), меньшевик, юрист, экономист, управляющий мельницы отца в Харькове. После революции эмигрировал в Германию, с 1933 г. в США. Старший экономист Министерства сельского хозяйства США (1933–39), с 1939 г. сотрудник Исследовательского продовольственного института при Стэнфордском университете. Эксперт по народному хозяйству Советского Союза.
7
Федотов-Уайт Д. Dallin, David J. <…> The Real Soviet Russia, pp. 260. New Haven <…>, 1944 <…>: [рец.] // НЖ. 1945. № 10. С. 384–386; Он же. Зензинов В. Встреча с Россией – как и чем живут в Советском Союзе – письма в Красную Армию 1939–1940 г. г. Нью-Йорк, 1944 <…>: [рец.] // Там же. С. 393–394.
1
Качалов Василий Иванович (1875–1948), ведущий актер МХТ (1900–48). Народный артист СССР (1936), лауреат Сталинской премии I степени (1943).
2
При публикации рассказа «Чистый понедельник» подобной замены произведено не было.
3
Бунин И. Чистый понедельник // НЖ. 1945. № 10. С. 7–21.
4
Речь идет о рассказах «Мадрид» и «Второй кофейник».
5
Вейнбаум Марк Ефимович (1890–1973), журналист, главный редактор газеты «Новое русское слово».
*
«Ваши старые друзья взволнованы статьей Кобецкого, опубликованной в русской газете в Нью-Йорке. Просим написать. С дружеским приветом» (фр. в кириллической записи).
6
Тер-Погосян Михаил Матвеевич (1890–1967), эсер, журналист, доверенное лицо военного министра А. Ф. Керенского (1917). С 1919 г. в эмиграции в Берлине, с 1925 г. в Париже. Редактор газеты «Дни» (1923–27), член французского Сопротивления. Участник группы, посетившей советского посла А. Е. Богомолова.
7
Альперин Абрам Самойлович (1881–1968), юрист, промышленник, меценат, общественный деятель. Член партии народных социалистов. Основатель Ростовского купеческого банка. С 1920 г. в эмиграции во Франции. Сооснователь института «Биотерапия». С 1929 г. член Земгора (Земско-городского комитета) в Париже. Один из инициаторов и в дальнейшем руководителей Объединения русско-еврейской интеллигенции. Во время Второй мировой войны прошел лагеря Компьен и Дранси. Член французского Сопротивления. Участник группы, посетившей советского посла А. Е. Богомолова.
1
Ответ М. В. Вишняка на предсмертную статью П. Н. Милюкова: Вишняк М. О двух правдах // НРС. 1945. 1 апр. № 12028. С. 2, 6.
2
Постскриптум на первой странице слева на полях.
3
Шик Александр Адольфович (1887–1968), кадет, журналист, литературовед. С 1920‑х гг. в эмиграции в Париже. Участник Сопротивления, товарищ председателя правления Союза русских писателей и журналистов. Сотрудник газеты «Русская мысль» (Париж).
1
Примеч. М. М. Карповича на полях: В отдельном конверте.
2
В № 10 НЖ О. П. Христианович опубликовала рассказ «В усадьбе» за подписью И. Макаев.
3
Подобное произношение возможно только при очень быстрой речи. Традиционное английское произношение фамилии персонажа комедии У. Шекспира «Двенадцатая ночь» именно Эгьючик. В публикации в НЖ – Эг’ючик.
4
В публикации в НЖ – Шанзелизэ.
1
Впервые рассказ был опубликован в № 21 (сент. – окт.) журнала «Новоселье» (ред. С. Прегель) за 1945 г. (с. 10–13) вместе с рассказом «Мадрид» (с. 3–10).
2
Шаляпин Федор Иванович (1873–1938), певец, высокий бас. Солист Большого и Мариинского театров. Народный артист Республики (1918–27, звание возвращено в 1991). В эмиграции с 1922 г. Единственный русский певец – обладатель звезды на голливудской Аллее славы.
3
Коровин Константин Алексеевич (1861–1939), художник, импрессионист, писатель. Оформитель российской экспозиции на Всемирной выставке в Париже (1900). Академик Императорской академии художеств (1905). В эмиграции с 1922 г. Почетный член Союза деятелей русского искусства во Франции (1931). Автор мемуаров «Моя жизнь» (1935; впервые напечатаны в НРС в 1970 г. с 19 июля по конец октября) и множества рассказов. Дача К. Коровина «Саламбо», построенная по его проекту в 1910 г. в Гурзуфе, на данный момент является Домом творчества художников.
4
Голоушев Сергей Сергеевич (псевд. Сергей Глаголь; 1855–1920), художник, влиятельный художественный критик. В молодости член кружка революционеров-народников; подвергался арестам (1874, 1877, 1878). Преподаватель Императорского Строгановского центрального художественно-промышленного училища (1902–18).
5
Малявин Филипп Андреевич (1869–1940), живописец и график, член «Мира искусства» и «Союза русских художников». Академик Императорской академии художеств (1906, за картину «Вихрь»). В эмиграции с 1922 г. в Париже, затем – в Ницце.
6
Речь идет о диалоге мужчины с проституткой: «„А теперь – спать“. – „Да мне нужно на минуточку…“ – „Вот тут, в тумбочке“. – „Мне на виду стыдно. Погасите на минуточку огонь…“ – „И совсем погашу. Третий час…“» (Бунин Ив. Мадрид // Новоселье. 1945. № 21. Сент.–окт. С. 8).
7
В публикации исправлено.
8
В публикации исправлено: повелѣ.
9
В публикации осталось как было.
1
«Симпозиумом» в дальнейшей переписке будет называться раздел «Эмиграция и советская власть», посвященный как обсуждению визита «группы Маклакова» в советское посольство в Париже, так и вытекающим из этого вопросам эмигрантского самоопределения в военную и послевоенную эпоху. В разделе, появившемся в № 10 и продолженном в № 11 НЖ, опубликованы ответы на анкету об отношении к визиту Маклакова следующих лиц: Н. П. Вакар, М. В. Вишняк, Ю. П. Денике, С. М. Соловейчик, М. М. Карпович (в № 10); в № 11: А. И. Коновалов, С. П. Мельгунов, а также М. А. Алданов и М. О. Цетлин (в заметке «От редакции»).
2
Вильденштейн Жорж (1892–1963), коллекционер, владелец галерей Wildenstein & Company в Париже, Лондоне и Нью-Йорке.
1
«Позднее выяснилось, что и „Черный передел“ – скучная партия, тоже „Назови мне такую обитель, – Где бы русский мужик не стонал“» (Алданов М. Истоки: ч. 2‑я // НЖ. 1945. № 10. С. 52). Приводится сокращенная цитата из стихотворения Н. А. Некрасова «Размышления у парадного подъезда» (1858).
2
«Мамонтов с порога полуосвещенной комнаты смотрел на Желябова и думал, что этот человек по своей природе был бы везде первым, где бы он ни оказался: „При дворе, в Ватикане, в Конвенте, в раю, в аду…“» (Там же. С. 118).
3
Ср. отчет В. Александровой:
Лекция проф.<ессора> М. М. Карповича, посвященная русской эмиграции и русской культуре в связи с недавними событиями в русской колонии Парижа, приобрела острую актуальность и привлекла многочисленную аудиторию. Лектор дал сначала краткую характеристику существа политической эмиграции, явления, имеющего почтенную давность и обширную литературу. В качестве иллюстрации проф.<ессор> Карпович сослался на пример старейшей в Европе эмиграции гугенотов, на английскую эмиграцию, итальянскую, французскую и русскую.
В своей основе политическая эмиграция всегда результат поражения, которое терпят отдельные лица или целые общественные группы у себя на родине и которое вынуждает их искать убежища на чужбине. Здесь корень прочно связанного с эмиграцией представления о неизбежности ее отрыва от родной почвы. Факта этого отрыва, всегда очень болезненного, отрицать не приходится. Отрыв этот в свою очередь вызывает характерное для всякой эмиграции чувство подавленности, склонность не только к самокритике, но и к самоуничижению. Насколько самокритика всегда полезна, настолько самоуничижение вредно, а главное, бесплодно. Людям, склонным к уничижительным оценкам роли эмиграции в общей сумме культурного движения человечества, полезно напомнить блестящие имена, которыми богата история эмиграции, – Овидия, кончившего свой век «в Молдавии, в глуши степей, вдали Италии своей», воспетого ссыльным Пушкиным, Макиавелли, Маццини, Гарибальди, Кошута, Виктора Гюго, Мицкевича, Бакунина, Герцена, Масарика, наконец, Ленина.
Еще важнее этого перечня блестящих имен явится напоминание о роли, сыгранной эмигрантской массой: гугенотами – в промышленном развитии Германии, французами в Англии и в России, чехами – в устройстве будущей Чехословацкой Республики. Особенно поразителен пример Соед.<иненных> Штатов Америки, самого мощного государства в мире, созданного эмигрантами. Вопрос о роли, сыгранной различными национальными группами эмиграции в создании Соед.<иненных> Штатов, еще почти не изученный, как раз в последнее время привлекает к себе усиленное внимание американских университетов.
Нынешняя русская эмиграция, приближающаяся уже к 30-летию своего существования, никем – в том числе и самими нами – не изученная, займет в истории видное место не только вследствие длительности своего пребывания за границей и своей численности (не меньше 2½ миллионов), но и по необычайной многоликости своего общественного и национального облика. Вот уж воистину, когда можно вслед за поэтом воскликнуть: «Какая смесь одежд и лиц, имен (так. – С. П.), наречий, состояний!» Русская эмиграция – это целый микрокосм, слепок с многонационального нашего отечества.
В длительности существования вдали от родной почвы надо искать главную причину того, что черты, о которых речь шла выше, характерные для всякой эмиграции, приобрели в русской особую остроту. Русская эмиграция не только никогда не страдала манией грандиозности, но, наоборот, – всегда грешила недооценкой своего исторического и культурного значения. Именно поэтому так полезно напомнить некоторые факты из ее жизни. Оставив в стороне всегда более или менее спорную оценку политического значения эмиграции, проф.<ессор> Карпович сосредоточился на вкладе русской эмиграции в дело русской культуры. Вклад этот даже по самой пристрастной оценке очень значителен. В некоторых областях искусства, как в театре, балете, в живописи, – можно даже говорить об известном засилье русской эмиграции. Но внушителен вклад эмиграции и в научной области, и в литературе. Эмигрант И. Бунин давно принадлежит русской литературе, оттого что М. Алданов или Сирин живут и пишут в эмиграции, не значит, что они не войдут в русскую литературу. Имена русских ученых проф.<ессоров> Ипатьева, Зворыкина, Ростовцева – известны всему миру.
Конечно, за время своего долголетнего пребывания вне пределов России часть эмиграции вошла в жизнь тех стран, которые оказали ей приют. Сравнительно недавно проф.<ессору> Карповичу поручено было составить список русских лекторов, читающих в американских университетах. Вместе со своим коллегой Карпович насчитал свыше ста имен, но вскоре должен был убедиться, что реальное число русских преподавателей должно по крайней мере быть удвоено. И это данные по одной только Америке. Никто никогда не интересовался узнать, сколько русских ученых работало до недавнего времени в высших школах Франции, Англии и других стран. Но число их, если судить по французскому университету, созданному после крушения Франции здесь в Америке, тоже очень значительно.
Много внимания уделил Карпович проблеме оторванности, которая так угнетает русскую эмиграцию, так подтачивает ее веру в себя. Факта оторванности М. М. Карпович не отрицал, но и здесь он сумел внести столь ему свойственный органический оптимизм. Да, русская эмиграция оторвана от России сегодняшнего дня. И тем не менее, если оглянуться назад, нетрудно заметить, как много сделала эта эмиграция для восприятия миром русской революции. Это особенно касается освещения поворотных моментов развития.
Еще важнее, по мнению Карповича, другое: Советская Россия за те же почти 30 лет своего существования все время находилась в процессе движения. И это движение во многих отношениях шло на сближение если не с самой эмиграцией, то, во всяком случае, с теми идеями русской культуры, которые в начале революции были отвергнуты, но которым эмиграция и тогда, и теперь продолжает служить. Если бы можно было графически изобразить движение эмиграции и Советской России, мы увидели бы две большие линии, расстояние между которыми все суживается, и есть основания думать, что на каком-то историческом перегоне обе линии сольются.
За последнее время, однако, обозначилось одно обстоятельство, усиливающее чувство подавленности и духовный разброд в русской эмиграции. Как-то декан Корнельского университета Дей поместил в «Сатэрдей Ивнинг Пост» статью о необходимости изучения России, высказав взгляд, что для успешного этого изучения надо привлекать людей, симпатизирующих Советской России, связанных с ней, а не эмигрантов, людей пристрастно к ней относящихся и оторванных. Ту же мысль повторил и развил Бернард Перс и проф.<ессор> Харвардского университета и редактор «Славоник Ревью» Кросс.
Но кроме русской эмиграции, во многих странах, в том числе особенно в Америке, живет многочисленная эмиграция. Как бы отнеслось общественное мнение той же Америки, если бы для изучения стран с фашистской диктатурой, вместо имеющихся здесь демократически мыслящих немцев, итальянцев, американские университеты пригласили для ознакомления с Италией и Германией людей, не порвавших с фашистской родиной? Достаточно только поставить этот вопрос, чтобы убедиться во внутренней порочности аргумента о «пристрастности».
В заключительной части доклада Карпович иллюстрировал основную мысль о тесной связи русской эмиграции с русской культурой одним примером. В этом году Фонд помощи русским писателям и ученым празднует 25-летний юбилей своего существования. Проф.<ессору> Карповичу кажется очень показательным, что в первые годы своего существования эта организация оказывала помощь не только писателям и ученым эмиграции, но и советским писателям во время голода 1921–2<3> года. И во время нынешней войны Литературный фонд вновь стал посылать посылки в Советскую Россию. Этот пример дает докладчику повод развить в заключение свою мысль о сближении двух больших линий культурного движения. Никому не дано знать, когда эти две линии сольются и кто из нас, здесь собравшихся, доживет до этого. Но те, кто доживут, переживут воистину великий праздник возвращения на родину, при котором не надо будет ни каяться в прошлом, ни давать обязательств на будущее…
(Александрова В. Русская эмиграция и русская культура // НРС. 1945. 8 апр. № 12035. С. 5, 8; в тексте цитируются роман в стихах А. С. Пушкина «Евгений Онегин» и его поэма «Братья разбойники»).
1
Замечание было учтено: «Петр Алексеевич знал, что у Васильевых его встретят радостным гулом, хохотом, дружеским негодованием, что появятся вина и закуски, что в душной кухне замученный повар начнет разогревать и жарить что-то нарочно для него» (Алданов М. Истоки: ч. 2‑я // НЖ. 1945. № 10. С. 123).
1
Извольская Е. Духовный фронт французского «сопротивления» // НЖ. 1945. № 10. С. 329–332.
2
Она же. Nicolas Kalashnikoff. Jumper. The Life of a Siberian Horse. Ch. Scribners. New York. 1944: [рец.] // Там же. С. 397.
1
Потапов (Карпович?) Арсений Михайлович (1922–?) – пасынок М. М. Карповича.
2
В тезисах, написанных П. Н. Милюковым в марте 1940 г., определяется отношение группы к войне и дается оценка роли СССР; см.: Письма П. Н. Милюкова [М. М. Карповичу, Л. Е. и Э. Л. Эльяшевым] / Публ. и примеч. М. Раева // НЖ. 1997. № 208. С. 136–156.
3
Вейдле Владимир Васильевич (1895–1979), культуролог, историк литературы, поэт. Профессор Пермского университета (1918–21), преподаватель истории искусства в Петроградском университете (1921–24). С 1924 г. в эмиграции во Франции. Профессор кафедры истории христианского искусства в Свято-Сергиевском православном богословском институте (Institut de théologie orthodoxe Saint-Serge; 1932–52). Участник собраний литературного кружка «Зеленая лампа».
1
На обороте от руки:
April 6, 1945
Dear Mr. Perkins:
I do not think you have left me
(пер. с англ.: 6 апреля 1945 / Дорогой мистер Перкинс! / Я не думаю, что Вы оставили меня).
2
Текст письма главному редактору М. Е. Вейнбауму был опубликован:
Дорогой Марк Ефимович!
Редакция «Нового журнала» и мы лично приносим Вам самые искренние поздравления и лучшие пожелания по случаю 35-летия «Нового русского слова». Мы знаем, что такое 35-летний возраст для газеты: и в России, и за рубежом его достигли лишь немногие периодические издания. Нам хорошо известно, сколько труда и энергии тратят ежедневно ведущие газету лица. Сердечно поздравляем Вас, Ваших товарищей и издателя. Желаем Вам большого успеха. С истинным уважением, М. Карпович, М. Цетлин, М. Алданов.
(НРС. 1945. 21 апр. № 12048. С. 2).
3
Сталинский Евсей (Иосиф) Александрович (1880–1953), публицист, критик, эсер, солидарист. Парижский корреспондент журнала «Русское богатство» (1908–17). С 1919 г. в эмиграции в Париже, с начала Второй мировой войны – в США. Соредактор журналов «Воля России» (1924–32), «Социалист-революционер» (1927–32).
4
Рузвельт Франклин Делано (Roosevelt Franklin Delano; 1882 – 12 апреля 1945), 32‑й президент США. Двухстраничный некролог «Франклин Д. Рузвельт» за подписью «Редакция» открывает № 10 НЖ (с. 5–6).
1
И то и другое выражение сохранились в статье Г. П. Федотова «Россия и свобода» (см.: НЖ. 1945. № 10. С. 189, 213).
1
Речь идет о посещении группой эмигрантов советского посла во Франции А. Е. Богомолова 12 февраля 1945 г.
2
Церетели Ираклий Георгиевич (1881–1959), социал-демократ, меньшевик. Редактор грузинской политической газеты «Квали» (1903), депутат II Государственной думы. Министр внутренних дел Временного правительства (июль 1917). Уехал из Грузии во Францию в 1921 г. С 1940 г. в США.
Вероятно, Алданов ошибся: И. Г. Церетели в 1945 г. уже не жил в Старом Свете. Другой известный во Франции носитель этой фамилии, Церетели Алексей Акакиевич (1864–1942), князь, оперный антрепренер, к тому моменту уже умер и не был известен своим сотрудничеством с журналами.
1
Ступницкий Арсений Федорович (1893–1951), эмигрант, ранее служил в Добровольческой армии и Вооруженных силах Юга России. С 1920 г. в Париже. Журналист «Последних новостей». После 1945 г. занял просоветскую позицию, редактор газеты «Русские новости» (1945–51).
1
Рубисова Елена Федоровна (1897–1988), поэтесса, художница. С 1920 г. в эмиграции в Париже, с 1939 г. в Нью-Йорке, с 1950‑х гг. во Франции. Участница Парижской группы украинских художников («Un Groupe Ukrainien»). Сотрудница НРС. Автор книг «Русское искусство» (1947), «Огни Азии» (1962), «Огни на дорогах» (1970) и «Разговор с зеркалом» (1977).
2
В публикации исправлено в соответствии с замечанием М. М. Карповича.
3
Любопытно начало этой рецензии: «„Новый журнал“ – журнал не медицинский, и естественно возникает вопрос, почему в нем должно быть отмечено появление в печати научного труда по физиологии пищеварения? На этот вопрос можно отчасти ответить словами проф.<ессора> Муравьева из „Истоков“ М. А. Алданова: „…о Максвеллях огромное большинство людей никогда и не слышало, а вот какого-нибудь Мольтке знает весь мир“. „Если бы в распоряжение Максвеллей давались те машины, те деньги, та человеческая сила, которые так щедро и бессмысленно отпускаются всевозможным Мольтке…“, продолжая эту мысль, можно сказать: „…то, быть может, уже совсем ни для чего не были бы нужны революции и войны“» (Комаров С. А. B. P. Babkin. <…> „Secretory Mechanism of the Digestive Glands“. 900 pp. Paul B. Hoeber, Inc. New York and London, 1944: [рец.] // НЖ. 1945. № 10. С. 388).
1
Николаевский Бор. П. Б. Струве (1870–1944) // НЖ. 1945. № 10. С. 306–328.



