Семь мужей для избранной демоном-драконом

10. Кладезь знаний

От ворот Дарья провела нас по широкой дороге с кипарисами по краям к главному зданию. Было непривычно видеть на каменных плитах бороздки от повозок и чувствовать на щеках ласку морского бриза, одновременно разглядывая белую виллу с колоннами и крупный фонтан у входа. Высокие двери здания были распахнуты, а двое стражей у входа поклонились нам, пропуская внутрь.

В просторном холле нас встретила статуя дракона высотой в человеческий рост. И без пояснений Дарьи я догадалась, что это Андремакс – прародитель королевского рода. Когда статуя повернула голову, провожая нас пристальным взглядом каменных глаз, я вздрогнула и тут же вспомнила, что нахожусь в магическом мире. Проводница по академии, заметив мою реакцию, хихикнула.

– Не бойся. Здесь категорически нет ничего опасного. Во всяком случае, пока мы не выйдем на тренировочную площадку. Там придется соблюдать осторожность – некоторые студенты забываются во время занятий.

– Рядом со мной тебе ничего не грозит, – тут же заверил Микки. – Я могу отразить любое из тренировочных заклинаний.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, крепче сжимая его локоть.

Рядом с рыжим и правда было спокойнее.

– А почему здесь так пусто? – спросила я, оглядывая холл.

Я почему-то считала, что в академии будет не протолкнуться от учащихся. Однако кроме слуг в ливреях и стражей пока было никого не видно.

– На самом деле период интенсивных занятий в этом учебном году закончен, – пояснила Дарья. – Наступило лето, и для регулярных занятий стало слишком жарко. К тому же не стоит забывать, что это не совсем обычное учебное заведение. Некоторые из студентов сейчас… эм… на практических занятиях в городе.

– В борделях, что ли? – поинтересовалась я.

Кажется, я попала в точку – щеки Дарьи опять порозовели.

– Ну… Вообще-то я имела в виду занятия по военным дисциплинам. Некоторые студенты помогают страже навести порядок на улицах. Фарн – столица королевства, крупный торговый порт. Несмотря на распространение тлена, на пристанях до сих пор немало кораблей, а с ними приходит, скажем так, разный люд. Там мы проходим конфликтологию, а заодно совершенствуем боевые техники, если что-то идет не так. В общем, стараемся приносить пользу государству. Впрочем, кое-кто считает, что, чтобы произвести правильное впечатление на избранную, важнее быть опытным в… общении с женщинами. Не буду скрывать, у нас есть пара предметов, посвященных ухаживанию и соблазнению.

– Студент Мэйрис эн-Фелис на них, случайно, не получал лучшие отметки?

При этом имени Микки тихо фыркнул.

– А, вижу, ты уже познакомилась с нашим знаменитым котом-донжуаном, – Дарья закатила глаза. – Не все такие, как он. Если тебе нравится другой тип мужчин, ты пришла как раз вовремя. Пойдем в левое крыло. В лекториях проводятся дополнительные курсы, и на самом деле их посещает достаточно студентов из тех, кто устойчив к жаре.

– Это как? – не поняла я. – Есть и такие, кто неустойчив?

– О да. Попозже, когда доберемся до бассейна, сама все увидишь. Ну а теперь давай взглянем на аудиторию, где сейчас идет занятие.

Дарья поманила нас за собой. Я бросила последний взгляд на статую дракона, за которой поднималась лестница на второй этаж, и позволила Микки утянуть себя в боковой коридор.

Что ж, лекции – так лекции. Это мне знакомо, хотя и откликнулось тоской в сердце. Плакало мое собственное высшее образование… Если я вернусь домой через год и объявлю, что все это время находилась в параллельном мире, сомнительно, что в университете поверят и восстановят меня.

Длинные узкие окна по одну сторону коридора были распахнуты, впуская в дом свежий воздух. Время близилось к полудню, и снаружи становилось все жарче. Внутри, однако, духоты не чувствовалось. Наоборот, даже как будто бы веял прохладный ветерок. Заметив, как я оглядываюсь в поисках вентиляции, Дарья снова улыбнулась. Мои мысли она угадала безошибочно.

– Кондиционеров тут нет. Зато есть зачарование высшего уровня. Обязанность студентов, которые владеют магией воздуха. Ох, а вот мы и подошли к классу. Только осторожнее, постарайтесь им не мешать, если не хотите, чтобы они поняли, кто вы такие и зачем сюда пришли.

Мы с Микки замедлили шаги. Мой спутник, хитро блеснув глазами, прижал к губам палец и беззвучно подвел к распахнутой двери аудитории.

Оттуда лился монотонный мужской голос. Я была уверена, что это лектор, но, заглянув внутрь, увидела стройного парня лет двадцати пяти, стоявшего у доски. На строгой одежде темно-синего цвета не было ни единой пылинки или складки. Бледное лицо было сосредоточенным, губы едва шевелились, как будто с нежеланием открываясь для пересказа материала. Тем не менее студент ни разу не запнулся, хотя я с трудом понимала, о чем он говорит. Кажется, занятие было посвящено каким-то трансгрессиям.

Пожилой преподаватель за деревянной кафедрой сбоку довольно кивал в такт речи студента. Можно было не сомневаться, что передо мной местный ботаник и полная противоположность шаловливому коту Мэйрису.

– А что за предмет? – шепотом спросила я у Дарьи.

– Философия. Вернее, этот спецкурс посвящен высшей философии магии одной из местных школ.

– Я думала, в академии готовят мужей, а не ученых.

– Ну, не всем же из студентов повезет стать мужьями. Должны и остальные приносить какую-то пользу. А еще нам нужно было повысить престижность заведения, вот мы и понавводили разных курсов, – проводница развела руками. – Мало кто из наследных аристократов мечтает стать просто хорошим мужем, знаешь ли. Всем еще и классическое образование подавай.

– Этот, видимо, собирается стать философом? В Алавире существует такая профессия?

– Строго говоря, нет, но богатые люди могут себе позволить заниматься, чем им заблагорассудится. К тому же Арис эн-Сандрис – между прочим, он один из наших самых блистательных учеников – выбрал для себя путь не философа, а мага-теоретика.

Студент вдруг громко прокашлялся и бросил на нас уничтожающий взгляд жгучих карих глаз. Мне в лицо опять бросилась краска. Мы же вроде шепотом говорили! Неужели он услышал, как мы его обсуждаем?

– Леди Дарья, у меня не только острый ум, но и великолепный слух, – сухо произнес он. – Позвольте вас поправить: называть меня магом-теоретиком не совсем верно. Все предметы по практической магии я сдал на высший балл. Однако нематериальные вопросы магии волнуют меня несколько больше, чем банальное поджаривание врага в пьяной драке. В области того, что современным волшебникам представляется лишь расплывчатыми теориями, лежит огромное поле для исследований, которые однажды могут породить новые ветви заклинательских искусств.

– Да-да, спасибо за поправку, Арис, – натянуто улыбнулась проводница. – Я как раз собиралась уточнить это для нашей гостьи.

– Возможно, в таком случае вы представите нас друг другу? – предложил студент.

Я покраснела еще сильнее.

– Простите, наверное, не стоит. Мне бы не хотелось прерывать ваше занятие.

– О, поверьте, леди, вы ничего не прерываете, – со странным сарказмом ответил Арис.

Он взмахнул рукой, приглашая нас зайти в аудиторию. Я замешкалась – стыдно все-таки вот так вот врываться посреди урока в чужую аудиторию. Однако Микки невозмутимо зашел внутрь, увлекая меня за собой, а следом засеменила и Дарья.

Небольшой зал с деревянными партами оказался пустым, если не считать единственного студента, дремавшего на заднем сидении. Я смущенно застыла на пороге – и вдруг поняла, что глаза преподавателя тоже закрыты, а кивать он продолжает до сих пор.

– Арис, – упрекающим тоном начала Дарья. – Ты опять без разрешения проверяешь свою теорию сонных чар?

Студент пожал плечами.

– Откровенно говоря, вот этот, – он указал на парня в конце зала, – заснул еще до того, как я вышел к доске, так что здесь я ни при чем.

– Разбуди мастера Бассена, – посоветовала проводница. – Он не будет в восторге узнать, что ты с ним проделал.

– Я получил его официальное разрешение на проведение эксперимента. Хотя на сей раз я всего лишь хотел объяснить ему принципы своей новой теории, – Арис вздохнул. – Впрочем, результат доказывает, что ее прекрасно можно применять на практике.

– Арис эн-Сандрис как он есть, – Микки усмехнулся и уселся прямо на парту первого ряда. – Самый неисправимый зануда академии и лучший мастер сонных чар во всем Фарне.

– Микелор эн-Тьерин, – откликнулся Арис. – Единственный привратник Оси миров во всем Алавире и самый завзятый прогульщик занятий по теории магии, которых я только знаю. Впрочем, несмотря на это, хороший практик.

Я уже внутренне сжалась, ожидая перепалки после такого обмена колкостей. Однако молодые мужчины рассмеялись и тепло пожали друг другу руки.

– Моя сестра замужем за его младшим братом, – поделился со мной Микки. – Мы немало общались за пределами академии.

– А ты тоже здесь учился? – оживилась я.

– Скорее, он ее прогуливал, – уточнил Арис. – И все же, Микелор, кто твоя очаровательная спутница?

Я бросила на рыжего предупреждающий взгляд. Тот только подмигнул в ответ.

– Как ты сам думаешь?

– Я бы предположил, что она твоя родственница или невеста, но всю твою многочисленную семью я знаю по именам и в лица, а о твоей помолвке не объявляли. Кроме того, у леди нехарактерная для алавирцев внешность, а для потомственной знати она ведет себя слишком скромно. И этот мягкий акцент – такой же, как у леди Дарьи… – Арис задумчиво всмотрелся в меня. – Вы новая избранная?

– Да, – смущенно признала я. – Простите, что не сказали сразу. Мы, вообще-то, хотели сохранить мое посещение в тайне.

– О, не беспокойтесь, что я могу кому-то выдать факт вашего присутствия. Обычно люди засыпают, стоит мне открыть рот.

Я невольно улыбнулась. Арис был не только умен, но и самокритичен. Хорошая черта для будущего ученого.

– Кажется, вы настоящий кладезь знаний.

– Смотря о какой области наук говорить, – заметил он. – Но если говорить о магии, то, пожалуй, да. Поэтому заранее прошу прощения, если оскорблю вас своим следующим заявлением. Мне бы хотелось внести ясность на тот случай, если вы присматриваете мужа и всерьез обратили внимание на меня. Я поступил в эту академию не для того, чтобы жениться, а чтобы обучаться теории магии у лучших преподавателей королевства. Проще говоря, в моих планах нет пункта «свадьба».

Он испытующе посмотрел на меня, словно я могла не понять такой недвусмысленный намек. Стало даже немного обидно.

– Не волнуйтесь, в моих тоже, – парировала я. – По крайней мере, не с теми, кто усыпляет собеседников, всего лишь открыв рот. Боюсь, так детей не сделать и королевство не спасти.

Арис, явно собирающийся что-то сказать, замер с приоткрытым ртом, а Микки расхохотался, заставив вздрогнуть ученика на задней парте.

– Что же, вы меня уели, – признал Арис, бросив на меня новый, теперь уже оценивающий взгляд жгучих темных глаз. – Из женщин это мало кому удается.

– Возможно, потому что обычно вы не даете им вставить и слова?

Студент прищурился.

– Или дело все-таки в том, что им нечего сказать? Впрочем, кажется, у меня появилась собеседница, которая может за себя постоять. Может быть, вы еще и в философии разбираетесь?

Мне некстати вспомнился реферат по теориям Фрейда, который в прошлом учебному году пришлось сдавать преподавателю перед экзаменом. Тогда я решила, что на этом моему изучению философии, пожалуй, стоит завершиться, но сейчас об этом пожалела. Помни я что-нибудь большее, чем то, что Аристотель выделил страдание в отдельную философскую категорию, может быть, мне бы удалось поставить этого выскочку на место.

– Простите, я прибыла только вчера и мало знаю о вашем мире. У вас еще не появился психоанализ?

– Впервые слышу такой термин. А в чем суть этой теории? Возможно, она существует у нас под другим названием.

– Ну… Скажем так, с ее помощью я могла бы доказать, что стремление замкнуться на учебе вызвано вашими неудачами среди женщин.

Только договорив, я сообразила, что именно ляпнула. По испуганному выражению лица Дарьи стало понятно, что это перебор. В конце концов, передо мной один из сильных мира сего, многообещающий маг, который наверняка уже занимает невероятно высокий статус в местном обществе. Но и промолчать я не могла. Никогда не любила мужчин, которые ни во что не ставят противоположный пол. А этот, кажется, входил в их число.

Тонкие черные брови Ариса взлетели высоко вверх, а Микки снова рассмеялся.

– Вы… смелая девушка, – медленно произнес студент, прожигая меня взглядом.

– Не знаю, что это за теория, но она наверняка основана на провидческой магии, – предположил рыжий. – Еще никто так точно не угадывал причину стремления Ариса к знаниям. Тем более только познакомившись с ним.

У Дарьи неожиданно запершило в горле.

– Кха-кха… Кажется, мастер Бассен просыпается. Арис, наверное, вам лучше продолжить эксперимент – или разбудить вашего преподавателя, сообщив, что эксперимент удался. Леди Рина, нам тоже лучше пойти, если вы хотите успеть посмотреть на другие занятия.

– Да, вы правы, – согласилась я. – Приятно было познакомиться, Арис.

Из аудитории я выскочила первой, хотя, наверное, мне все-таки стоило извиниться перед студентом за свою оскорбительную фразу. В спину из помещения как будто повеяло холодом. Я очень надеялась, что это не какое-нибудь проклятие, наложенное на меня обиженным магом-студентом. Я даже задержалась на миг, раздумывая, не вернуться ли, но Микки, уже попрощавшийся с товарищем, решительно утянул меня прочь.

Дарья, выскочившая следом, быстро нас обогнала и перевела дух, только когда мы опять вышли в холл, к статуе с драконом. Глядя на ее обеспокоенный вид, мне стало стыдно за свою выходку. Широко улыбался один Микки.

– Хорошо ты одернула Ариса, – одобрил рыжий. – Он слишком высоко задирает нос, а другие студенты и даже преподаватели боятся сказать ему слово поперек.

– Он настолько могущественный маг? – удивилась я.

– Он пятый по счету среди претендентов на трон Алавира, – объяснила Дарья.

– Оу, – протянула я. – Может, мне вернуться и извиниться?

Эта идея казалась все лучше и лучше.

– Не надо, – Микки покачал головой. – Послушай меня, четвертого по счету в том списке. Арис не злопамятный и никому мстить не будет, а ему не помешают напоминания о том, что в мире существуют не только лебезящие перед ним люди.

– Ты тоже претендуешь на корону? – поразилась я.

Микки моргнул, похоже, не ожидая, что перескок с темы на тему будет таким резким.

– Разумеется. Я дальний родственник господина Дамиана. Увы, слишком дальний, чтобы моя кровь могла остановить умирание мира. Но после того как дьярхи расправились с его родственниками, мы с моим отцом неожиданно оказались слишком близко к трону.

– Но разве…

Я замялась. Странно чувствовать себя невестой человека – простите, полудракона! – который к тому же может стать правителем королевства, куда тебя закинули без спроса.

– Разве что? – невинно похлопал светлыми ресницами он.

– Разве к выбору твоей жены не должны подходить тщательно, с самого детства?

– Меня несколько раз пытались женить, – признал Микки. – Но я думаю, что спасти Алавир важнее. Какой смысл в договорных браках, если рано или поздно нас поглотит тлен? Кроме того, ты мне действительно нравишься.

Он опять улыбнулся, щурясь, как довольный кот. А мне стало немного грустно.

Для веселого парнишки, которого все вокруг считают безалаберным, это был очень даже ответственный подход к делу. Куда серьезнее, чем у того же Ариса, ставившего сонные эксперименты на преподавателях и других учениках. Микки думал о целом королевстве, а Арис полагался на то, что с этим миром все будет в порядке. Наверняка его исследования тоже важны, но в самом деле, сейчас перед страной стоят проблемы и покрупнее.

Я сжала Миккину ладонь.

– Ты мне тоже нравишься. Честно.

Его изумрудные глаза сразу заблестели радостью. Какой же он все-таки милый…

Новое покашливание Дарьи отвлекло меня от мыслей о муже номер один.

– Кхм. Рина, может быть, мы продолжим осмотр академии?

– Да, конечно, – рассеянно ответила я. – Кстати, Микки. Разве ты не будешь ревновать, если жена начнет делить тебя с другими мужчинами?

– К обычной женщине ревновал бы, – отозвался он. – Но ты ведь избранная.

Ну да, отличный ответ. Я вздохнула и кивнула Дарье.

– Идем.

Еще шесть мужей сами себя не выберут.

11. Не тот момент

Мы прошлись еще по второму этажу, подсмотрели, как идет курс в одной из аудиторий, но ничего интересного там не произошло. Обычное занятие – если не считать, что лектор рассказывал о принципах межстихийной магии. Студентов тоже было немного – человек пять.

Удивившись их небольшому числу, я обратилась к Дарье. Выяснилось, что в хваленой академии учится всего несколько десятков мужчин. Причем некоторые из них, как Арис, были заинтересованы только в учебе, а не в женитьбе.

На мое едкое замечание о том, что мужчины Алавира не особенно рвутся становиться хорошими мужьями, Дарья смущенно ответила, что подбор поступающих в академию достаточно строг. Мужья для избранной не могут быть простыми людьми – каждый должен обладать даром к колдовству. А таких мужчин в стране не очень много, и большинство из них оказалось не готово бросать свои уже сложившиеся к этому моменту семьи, пусть даже ради спасения мира.

Мою задачу это не упрощало. Арис был вполне взрослым – Микки подтвердил, что ему двадцать три года. А в аудитории на втором этаже особняка сидели мальчишки, которым вряд ли стукнуло хотя бы восемнадцать. Не детей же мне совращать! В такой ситуации даже наглый хвостатый Мэйрис начинал выглядеть многообещающе, поэтому я только тихо вздыхала.

Внутри главного здания нам встретились еще несколько человек – прислуга и пара преподавателей, которые не обратили на нас внимания. Дарья продолжала что-то щебетать об истории самого здания и Алавира, но я слушала вполуха. Тут хотя бы эти сложные иностранные имена запомнить, куда там до исторических фактов. К тому же меня гораздо больше волновала проблема мужей.

Может, лучше тайком пробраться к Оси миров, то бишь порталу домой, и попытаться снова «взломать его код»? Как минимум просто перебрать символы, запомнить их, поковыряться в местной библиотеке и выяснить, что они означают. Конечно, ужасно жалко людей, которые тут останутся – даже Ариса с Мэйрисом, но что я могу сделать? Чем ближе я знакомилась со странными обычаями этого мира, тем больше у меня появлялось сомнений в том, что я смогу ему помочь.

Не спасительница я. И уж точно не настолько любвеобильна, чтобы по уши втрескаться в кого-нибудь вроде того ботаника с сонными чарами. А ведь выбор невелик.

На ум опять пришел Дамиан – то, как он возвышался надо мной и как поднимал на башню, его шрам и черные татуировки на руках. О крыльях и рогах я старалась не думать. Потому что если без них, то, в общем-то, Дамиан был нормальным мужиком. И его тоже было жалко, потому что он правда старался спасти свою страну. Только ошибся, выбрав не ту девушку. Бывает.

Я снова тяжело вздохнула.

– Жарко? – воскликнула жизнерадостная Дарья, несмотря на легкую полноту, порхавшая вокруг нас с Микки пшеничной колибри. – Ничего-ничего, сейчас мы пойдем в сад. Там не так прохладно, как внутри главного здания виллы, но все же тенек. И, кстати, совершенно очаровательные средиземноморские сосны. Я чуть с ума не сошла, когда их увидела. У наших миров оказалось столько общего, просто потрясающе!

– Если наши миры похожи, может, вам переместить всех жителей в другой, более подходящий? – я с охотой ухватилась за эту неожиданную идею. – Микки, вы же с Дамианом попали в Россию. А ты говорил, что миров много.

– Мы уже думали об этом, – отозвался Микки. – Но путешествовать по мирам способны лишь единицы из нас. Для большинства людей Ось миров остается обычным камнем. Вспомни свой мир. Памятник стоит в середине города, и никто не подозревает, что это двери в чужие королевства.