Семь мужей для избранной демоном-драконом
- -
- 100%
- +
На миг закружилась голова. Я высоты никогда не боялась, но тут вдруг пошатнулась, отступила назад – и попала прямо в объятия Микки. Рыжий с тревогой заглянул мне в лицо.
– Слишком жарко? Принести воды? Идем в тень, – твердо сказал он и действительно потянул меня в прохладу башни. – Я бы устроил освежающий ветерок, но мне не повезло быть огненным магом…
– Все в порядке.
Я остановилась и немного отстранилась от него. Взволнованные изумрудные глаза Микки оказались чересчур близко. С парнями я не обнималась уже давно и с удовольствием использовала бы этот шанс, но прямо сейчас мне хотелось быть подальше от всех этих иномирских заморочек. Разделаюсь поскорее с обещанной демонстрацией, а потом залезу под одеяло в спальне и буду там тихонько паниковать пару дней.
– У вас очень красивый город. Честно. Но вы говорили, что у него есть вторая сторона.
– Ты точно готова ее увидеть? – с сомнением уточнил Микки.
– Да, – ответила я, сглотнув рвущееся с языка «нет». – Нужно будет подняться выше по башне?
– У тебя от подъема все кружится? – рыжий засуетился вокруг меня. – Я бы тебя отнес, но вдвоем мы там вряд ли пройдем. Я еще могу сбегать за воздушным магом…
– Я ее отнесу.
Слова Дамиана прозвучали не как предложение, а как приказ. Микки от его тона словно заледенел, а я скосилась на высокого рогатого-крылатого мужчину с недоверием. Если даже стройный, среднего роста Микки опасается, что мы с ним не поместимся в узкий коридор, этот-то о чем думает?
– И как ты это сделаешь? – с сомнением спросила я.
– На крыльях.
Я и ахнуть не успела, а меня уже вскинули на руки. Ноги оторвались от земли так неожиданно, что я пискнула, вызвав этим у Дамиана очередную усмешку.
– Не бойся, девочка. С башни я тебя кидать не буду. Все-таки ты последняя надежда моего королевства.
Я очень надеялась, что краску стыда, которая в этот момент залила мои щеки, чертов дракон примет за разгоряченность после быстрого подъема по лестнице. Я даже губы сжала поплотнее, чтобы не издавать больше глупых звуков, и все-таки не удержалась от испуганного оханья, когда Дамиан прижал меня крепче к груди, согнул ноги в коленях и резко подпрыгнул, одновременно взмахнув крыльями.
Тень от них упала мне на лицо и тут же сошла, а затем это повторилось снова и снова. Я, сцепив зубы, вжималась в Дамиана и с ужасом наблюдала за тем, как балкончик и Микки остаются все дальше и дальше внизу. Наверное, выражение лица у меня было соответствующим, потому что рыжий подбадривающе улыбнулся и развел руками. Дескать, что поделать, вот такой вот у нас ко всем чертям свихнувшийся правитель.
Внезапное ощущение полета, даже невесомости, потому что Дамиан держал меня так, словно я была лебединым перышком, закружило мне голову еще сильнее. Я невольно прислушалась к ровному мужскому дыханию. Интересно, он делает это по привычке? Или все-таки у него в груди есть что-то, что перегоняет кровь вместо сердца?
Боже, я была готова думать о чем угодно, лишь бы не о том, что у меня под ногами пустота.
К счастью, это продолжалось недолго, а Дамиан держал меня достаточно крепко, чтобы я не выскальзывала. Меньше чем через минуту он чуть-чуть наклонился, как будто бы оттолкнулся крыльями от воздуха и медленно опустился на круглую верхнюю площадку башни. Только после этого демон-дракон ослабил объятия, чтобы я могла больше не висеть в воздухе беспомощной куклой, а встать на собственные ноги. Которые к этому моменту были еще более ватными, чем на балконе.
– Тв-вою мать, – безо всякого пиетета к законному правительству страны процедила я. – И от этого у меня должна была перестать кружиться голова?
– А что, не помогло? – деланно удивился Дамиан. – Если помогло, можешь меня уже отпустить. Я, конечно, отчасти мертв, но еще чувствую, как в меня впиваются чужие ногти.
Я не то что отошла – отпрыгнула от этого нахала. Но он снова взмахнул крыльями полностью загораживая мне обзор и не давая слишком быстро отодвинуться.
– Осторожнее, девочка, – совершенно серьезно произнес Дамиан. – Тебе может не понравиться то, что ты увидишь.
– Если будешь мешать, я так ничего не увижу, – резко ответила я.
Мне не нравилось, как он со мной обращается – как с игрушкой, которая должна полностью подчиняться его воле. И в другой мир за ним попади, и за семь мужиков ради него выйди, королевство спаси, и вдобавок болтайся у него в руках, пока он не соизволит тебя выпустить. И что за дурацкое чувство, как будто мне жаль покидать его крепкие объятия?
Но, когда Дамиан сложил за спиной огромные крылья, я поняла, что он был не так уж неправ. Зрелище и правда было не самым вдохновляющим. А по сравнению с цветущим средневековым городком, которым я любовалась с балкона, и вовсе шокирующим.
Высокая крепостная стена – та, которая загораживала вид из окон в галерее с фресками, – делила Фарн на две части. С одной стороны находился обычный город: у каменной преграды ходили люди, стояли тенты с временными лавками, текла будничная людская жизнь. А с другой стороны стены жизнь заканчивалась – в самом прямом смысле слова.
Алавирская столица тянулась еще далеко. Тянулись к солнцу такие же дома, перемежающиеся садами; блестели шпили храмов. Но не так ярко – их словно затянула патина. Мраморные колонны покрылись пеплом, посерели белые фасады домов, потускнела кровля. В садах не было ни одного зеленого дерева – листья на них или уже опали, или пожухли, уныло, по-осеннему свисая с веток. Часть зданий на окраине была разрушена, но остальные выглядели целыми, только заброшенными. Я не заметила на той стороне ни единого человека, и оттуда не доносилось ни звука. Даже птицы старались облетать эту мертвую зону стороной.
– Это то самое умирание твоей страны? – тихо спросила я. Отчего-то говорить громко казалось кощунственным.
Дамиан кивнул.
– Так по всему Алавиру и в соседних королевствах. Где-то города затронуты меньше, где-то больше. Но даже если тление не подбирается к домам, радоваться не приходится. На мертвых землях почти не действует магия, животные и растения быстро гибнут, люди чахнут, если проводят там слишком много времени. Сейчас столица еще держится, в основном благодаря сдерживающей магии, которая не пускает тление за стену, но это ненадолго. Мы уже зажаты в угол у моря. Многие бросили дома и ушли, но рано или поздно бежать станет некуда.
– Не понимаю, как рождение ребенка может решить такую проблему, – призналась я.
Это как если бы в нашем мире кто-то щелкнул пальцами, и Чернобыль очистился от радиации. Подобного просто не может быть.
– Соединившаяся в нем магия разных стихий всколыхнет тлеющие чары нашего мира и придаст им новых сил, – объяснил Дамиан. – Возможно, для человека из твоего мира, где волшебства так мало и оно настолько незаметное, что людям приходится верить в разум, это звучит как бред сумасшедшего. Но для Алавира магия – основа бытия, а она не всегда подчиняется логике. Таким уж наш мир создали боги.
– И как много времени у меня есть?
– Самое большее – год. Потом тление захватит столько земель, что восстановить их будет невозможно уже никакой магией.
Я устало облокотилась на зубец башни. Из этого года на беременность уйдет девять месяцев, а это значит, что на знакомство и попытку полюбить семерых незнакомых мужчин у меня есть всего три месяца.
Три долбаных месяца. Или весь этот прекрасный город с полноводной синей гаванью опустеет и покроется пылью, а люди в нем умрут. Черт. Черт!
– А что будет после? Когда королевство начнет возрождаться, я смогу вернуться домой?
– Не исключено, – Дамиан пожал плечами. – Мы этого не узнаем, пока не родится ребенок. А до этого ответ один – нет.
Ну, хоть какая-то надежда.
– Ладно, – тоскливо сказала я. – Убедили. Выйду я замуж за ваших мужчин. Но сегодня я запрусь в комнате, и, пожалуйста, никого ко мне не пускайте. И обратно мы спустимся по лестнице.
Неожиданно Дамиан с улыбкой поклонился мне, а его голубые глаза странно сверкнули.
– Как пожелаете, избранная. Все только для вас…
6. Незваный гость
Свою часть обещания Дамиан выполнил – меня проводили до спальни, которая должна была на ближайшее время стать моим «скромным пристанищем», и оставили наедине с самой собой. Когда дверь за Микки закрылась, я наконец-то вздохнула свободно.
Эти двое мужчин как-то многовато от меня хотели. А Дамиан еще и напрягал своей холодностью. Отчасти вполне буквальной – руки, когда он подхватывал меня и поднимал на верхушку башни, у него оказались ледяными. В общем-то, как и положено мертвецу, у которого нет сердца.
Подумав об этом, я вздрогнула и твердо решила, что в ближайший час из-под одеяла не вылезу.
Достичь этой цели было проще простого. Всего-то и нужно было убрать полотенце подальше (я даже не удивилась, когда опять обнаружила его не на том месте, где оставила), скинуть платье и забраться в кровать. Мягкая перина обняла тело пушистым облаком, а пухлое, но легкое одеяло легло сверху теплым покровом. Обстановка получилась расслабляющая – не хватало только ведерка шампанского со льдом, как в голливудских фильмах о миллионерах. Закрыть бы еще плотные занавеси на балдахине – и я, наверное, быстро заснула бы. Вот только настроение у меня было совсем не для сладкой дремоты в середине дня.
Домой я не попаду. По крайней мере, ближайший год. Из универа меня наверняка отчислят – и эта проблема беспокоила сильнее всего. Конечно, мне будет тоскливо без Катюхи и общажных девчонок, без нашего развеселого курса и родных… Но если посмотреть правде в глаза, единственный человек, кто прольет по мне слезу, это Катька. Мы с ней два года жили в крошечной комнатушке, слушали храп, вытряхивали друг дружку на рассвете из постелей, чтобы не опоздать на занятия, и стали едва ли не ближе родных сестер. Так недавно, разоткровенничавшись, сказала мне сама Катька.
Но к ней быстро подселят другую студентку, и жаловаться на очередного парня соседка будет уже ей. Отец обо мне последние несколько лет вообще не вспоминал, только звякнул в прошлом году поздравить с днем рождения. Мама тоже увлечена новым ребенком. Первый год, когда я уехала в универ, мы хотя бы раз в месяц созванивались по «Скайпу». Сейчас между нами все дошло до простой СМС «Спасибо, мам, деньги пришли», присылаемой с той же периодичностью. Вряд ли даже мои ученики расстроятся, что английскому их будет учить новый репетитор. Разве что их родители посетуют: «А предыдущая брала за урок дешевле».
Мысли были очень далеки от вдохновляющих, и я быстро скисла. С другой стороны, я уже начинала думать, что мне, в общем-то, повезло. Дома я никому была не нужна, а тут – спасительница мира, жена семи мужей… Спускаясь с башни, Дамиан клятвенно пообещал, что в случае удачного рождения ребенка мне дадут собственное поместье и присвоят титул. Может, зря я рвусь обратно и никак не могу выкинуть из головы символы на камне-портале?
Правда, четыре моих предшественницы успеха не достигли. Если провалюсь и я, то жить мне осталось год, может, чуть больше. При таком взгляде на случившееся попытка сбежать, как минимум разведать способы для этого, казалась очень даже благоразумной.
Я покусала губы. Нужно как-то втереться в доверие Микки, раз уж он привратник Оси и умеет по ней путешествовать. Благо он, судя по всему, не против, иначе я бы столкнулась с неразрешимой проблемой. Девятнадцатилетняя скромница с двумя неудачными отношениями за всю жизнь пытается обаять симпатичного богатого парня, который в обычных обстоятельствах на таких, как я, и не посмотрит? Задачка на миллион долларов.
За окном раздался шум, сбивший меня с мысли. Что-то стукнулось в стекло, а потом витражное окно со скрипом отворилось. На узкий подоконник лапой ступил крупный черный кот с лоснящейся шерсткой.
Кажется, он не ожидал меня увидеть. Мы оба замерли: кошак – удивленно рассматривая меня, а я – медленно подтягивая к шее одеяло. Далеко не сразу до меня дошло, что я стесняюсь обычного животного.
Я со вздохом расслабилась. Дожили. Скоро буду каждой тени шугаться. Хотя оно и неудивительно, с такими-то новыми знакомыми – живыми мертвецами и полудраконами.
Кот тоже оправился от изумления и, видимо, решил, что ходить где хочется ему никто не помешает. Он грациозно спрыгнул на пол и вальяжно, как положено истинному хозяину, направился к кровати, очевидно рассчитывая, что я почешу у него за ушком.
Вот только я чужих животных трогать опасалась. В детстве хватило одного укуса бродячей собаки, чтобы я усвоила урок на всю жизнь: не хочешь потом долго и мучительно лечиться от сюрпризов в виде какого-нибудь бешенства – не лезь к уличным зверям, даже если они кажутся ужасно милыми. А тут вообще другой мир. И подумаешь, что котяра выглядит ухоженным. Черт знает, что за зараза у него может прятаться в шерсти или в крови. Чума? Сифилис? Что-нибудь экзотическое, от чего нет лекарств ни тут, ни в нашем мире? И срок моей жизни резко сократится с года до нескольких месяцев. Это в лучшем случае.
– Кыш! – шикнула я на кота.
Тот остановился, обиженно мурлыкнул и продолжил вышагивать дальше к кровати, демонстрируя свои гладкие бока. Я огляделась в поисках чего-нибудь, что можно в него кинуть. Не ночным же горшком швыряться, в самом деле. А сумочку с бесполезным отключившимся телефоном я оставила слишком далеко.
Увы, рядом не нашлось ничего, кроме изящного серебряного канделябра, но его бросать на пол было жалко, а вылезать из постели – лениво. Я уже почти смирилась с участью принять в кровати наглого кота, как вдруг меня спасла случайность.
Полотенце, небрежно положенное мной на комод, потихоньку сползало с края. Наконец, наступил тот самый момент, когда оно все-таки упало – и произошло это ровно в ту секунду, когда мимо шел кот. Тяжелая льняная ткань с шуршанием грохнулась прямиком на него. Кот оглушительно мяукнул, с шипением отпрыгнул и, стуча длинными когтями по каменному полу, умчался обратно за окно. Но перед этим, пакость мохнатая, сшиб умывальный кувшин. Тот с грохотом покатился по полу, заливая его водой.
Я вздохнула, прислонилась к изголовью кровати и на миг закрыла глаза. Ну отлично, что тут еще скажешь. Хорошо, что это хотя бы был не заполненный ночной горшок. Но все равно лужа получилась на половину комнаты – не подотрешь аккуратно никаким полотенчиком. И половых тряпок в обозримых окрестностях, естественно, не было.
Похоже, оставался единственный вариант – искать слугу, который это уберет. Что за дикий мир…
Я вылезла из постели, обходя мокрые участки, натянула платье и выглянула из спальни. Когда за мной пару часов назад приходил Микки, у двери ждала молодая девушка в длинном платье и чепчике – наверное, служанка, – а чуть дальше стояли стражники. Теперь пустовал весь коридор.
М-да. Я ведь сама просила, чтобы меня оставили наедине с собой. Допросилась.
Я еще раз посмотрела на лужу, а потом на полотенце. Пачкать единственное, чем тут можно вытереть руки и лицо, казалось неразумным. Да и сушить его все равно негде.
Делать было больше нечего, поэтому я запихнула подальше свою лень и медленно пошла по коридору. С одной его стороны размещались витражные окна с драконами, а с другой шла череда комнат. Все двери казались закрытыми.
Мне стоило бы пройти мимо и дальше искать слуг, но я в нерешительности замерла у первой двери. Меня мучило любопытство. Что там держат? Может, это такие же спальни, в которых живут другие похищенные студентки? Или здесь отдыхают слуги, у которых можно будет попросить тряпку?
Да, именно так и надо будет ответить, если я наткнусь на что-нибудь неожиданное. Даже врать не придется.
Я на всякий случай постучала и только после этого осторожно подергала за ручку. Заперто. Как и следовало ожидать. Со второй дверью история повторилась. И только из-за третьей, когда я уже собралась тянуть ее на себя, мне ответил усталый мужской голос:
– Кого нелегкая принесла?
Я торопливо отпустила рукоять. Ну молодец, Ринка! Сейчас бы ввалилась к незнакомому мужику в спальню. Вот было бы смешно, если он еще и раздет. План по замужеству, блин, принят к исполнению.
– Извините. Я ищу… э-э… слугу, наверное, – протянула я, вдруг задумавшись, а называют ли здесь слуг слугами. Может, у них рабство? Или, наоборот, они добровольные работники и оскорбляются, если их называют слугами? Зря я не спросила у Микки.
В комнате воцарилась тишина, наведшая меня на мысль, что я все-таки ошиблась. Я уже собралась развернуться и уйти, как дверь вдруг отворилась.
На пороге появился длинноволосый мужчина типичной нордической внешности. Чтобы заглянуть ему в голубые глаза, мне пришлось задрать голову. Широкие плечи намекали на то, что «норвежец», как я его сразу мысленно окрестила, не чужд регулярным физическим упражнениям. Два шрама на открытом лице – на подбородке и лбу – подтверждали, что он, скорее всего, воин. А может быть, офицер на службе у Дамиана. По крайней мере, одет он был тоже в сапоги, достаточно узкие штаны и белую рубашку старинного покроя.
А рубашка оказалась еще и распахнута так, что открывала крепкую грудь. Я отвела взгляд, осознав, что засмотрелась на мускулы. Да уж, и тут есть свои Торы.
– Ржавый якорь! Да ты новая избранная, – утвердительно произнес «норвежец».
Мужчина изучал меня с явным интересом. Да что за день такой? Все на меня таращатся, как будто я с неба свалилась!
Хотя, наверное, для них я как-то так и выглядела.
– Это так заметно? – с сарказмом ответила я, пряча за грубостью смущение.
Он хмыкнул.
– Вижу, Дамиан наложил заклинание понимания нашего языка, но акцент тебя выдает.
И снова Дамиан…
– Так вы не знаете, где можно найти слуг? – напомнила я. – Или кого-нибудь, кто мне даст тряпку?
– А зачем тебе?
– В мою комнату пробрался кот, он опрокинул кувшин с водой. Я ищу, чем бы вытереть, – терпеливо объяснила я.
– Вытереть? – эхом откликнулся мужчина, приподняв светлую бровь. – Это самой-то? Так ты простолюдинка?
Я его разочаровала, что ли? Ну отлично. И тряпку не дадут, и презрением теперь обольют.
– В моей стране нет разделения на аристократов и простолюдинов, – осторожно заметила я. – Все люди равны по статусу. В общем, извините, что потревожила, не буду вас больше беспокоить.
Я развернулась и сделала несколько шагов, когда за спиной раздался веселый оклик.
– Постой! Я совсем не против, чтобы меня тревожили. К слову, куда ты идешь?
Я огляделась. Вообще-то, я направилась дальше по коридору, но сейчас, присмотревшись повнимательнее, поняла, что он заканчивается тупиком. То, что я приняла за дверь, было лишь ее искусным изображением. Видимо, кому-то очень хотелось, чтобы его дворец выглядел больше, чем он есть на самом деле.
«Норвежец» сложил на груди руки и прислонился к дверному косяку, посмеиваясь и наблюдая за тем, как я смущенно поворачиваюсь обратно. И почему красивые мужчины всегда так любят показывать свое превосходство? Неужели нельзя было просто сказать, что выход в другой стороне!
Я натянула вежливую улыбку, мысленно пожелала этому шутнику провалиться под землю и зашагала мимо. Однако тот явно не спешил со мной расставаться.
– Подожди. Я помогу найти слуг, а то ты так их будешь искать часами, – дружелюбно предложил он. – Микелор же не объяснил, как действуют колокольчики?
– Какие колокольчики?
«Норвежец» осуждающе покачал головой.
– У Микелора голова – как дырявое ведро. Он все время все забывает. Иди сюда. И не бойся, я не обижу.
– Не сомневаюсь, – пробормотала я.
Двухметровый мускулистый скандинав заманивает меня в свою спальню? О каких обидах может идти речь! Любая нормальная девушка сама побежит к нему, сломя голову.
Я со вздохом подошла поближе, но входить в комнату не торопилась. Ну, так, на всякий случай. А то уже доверилась одному и очутилась в другом мире.
«Норвежец» тем временем указал на полочку, прикрепленную рядом с дверью. Там стояли три серебряных колокольчика разной величины. Взглянув на них, я вспомнила, что и в моей спальне были такие же. Но если там серебро почернело от частого использования, то хозяин этой комнаты к ним, похоже, вообще не прикасался.
– Вот этот, – мой новый знакомый дотронулся до самого большого из них, – призывает стражу. Средний – обычных слуг.
– А маленький?
Он был такого крошечного размера – не больше ногтя на мизинце, что звук от него вряд ли мог преодолеть стены. Интересно, для чего такой нужен?
– А в этот звони, только если случится что-то совсем плохое, – предупредил «норвежец». – Просто так не трогай.
Я еще раз осмотрела колокольчики. Если уж откровенно, то мне и самый крупный из них внушал сомнения – он определенно был не настолько велик, чтобы его услышали в другом коридоре.
– А это точно подействует?
«Норвежец» засмеялся. Я криво улыбнулась в ответ. Ну да, конечно, очень забавно – новый человек не знает правил этого места. Но мужчина делал это так беззлобно и обаятельно, сверкая белыми зубами, что я невольно смягчилась.
Ладно. Допустим, красавчикам действительно можно дать «скидку» и пока на них не обижаться.
– Точно, точно, – отсмеявшись, ответил он. – Когда я впервые пришел во дворец, у меня были те же мысли: «Десять ржавых якорей! Меня пытаются обмануть?!» Но это правда работает. Господин Дамиан еще до того как… – «норвежец» вдруг посерьезнел и после паузы продолжил: – Он придумал, как связать колокольчики магической сетью. Она дает знать слугам, что их ждет хозяин. А пока это не случилось, они могут заниматься другими делами, вместо того чтобы постоянно торчать рядом.
– Полезное изобретение, – согласилась я, поджав губы.
Дамиан то, Дамиан это… Похоже, тут все вертится вокруг него.
– Спасибо вам. Я обязательно проверю, как они звенят. А теперь извините, я все-таки пойду.
«Норвежец» снова рассмеялся.
– Не надо обращаться ко мне на «вы». Я такой же простолюдин, милостью соленых вод попавший в этот дворец. И не стесняйся обращаться, если что. Теперь-то ты знаешь, где я живу.
– Конечно, обязательно, – я покивала, думая только о том, как бы поскорее вернуться в комнату.
Не стоило мне вообще оттуда выходить. Сосед оказался милым, но сейчас я отчетливо почувствовала, что столько нового мира в один день – это для меня уже перебор.
Странно, что это ощущение возникло как раз после того, как опять прозвучало имя Дамиана.
Боясь показаться невежливой, я напоследок обернулась и еще раз улыбнулась «норвежцу», который все с таким же интересом за мной следил, пока я не отошла довольно далеко. Только тогда его дверь закрылась, и в коридоре снова стало тихо.
Я шмыгнула в свою спальню, заперла за собой защелку и села на кровати, приводя мысли в порядок. Первое исследование завершилось не совсем так, как я рассчитывала, но неплохо – теперь я знаю, что по соседству со мной живет обаятельный парень. Лишь сейчас до меня дошло, что его имя я так и не спросила. Но это можно будет узнать и позже. А пока…
Я перевела взгляд сначала на лужу на полу, а потом на три серебряных колокольчика у постели. Магическая сеть, ага. Даже после крыльев и рогов Дамиана, поднимавшего меня на башню, это казалось диким. А я, соглашаясь с этим бредом, чувствовала себя идиоткой.
Но считать я себя могла кем угодно, а лужа никуда не девалась и тряпка не появлялась. На миг зажмурившись, я взяла средний колокольчик и немного его потрясла. По комнате разнесся мелодичный звон. Естественно, слишком слабый.
– Вот дурочка, – тихо сказала я себе, поставила колокольчик на место и загрустила.
«Норвежец» сейчас сто процентов ржет над тем, как ловко меня развел. Ладно, надо признать, что это еще невинная шутка. Мы в общаге над перваками и не так прикалывались. Но все равно было немного обидно.
Я беспокойно встала и походила по комнате. В поисках тряпки в очередной раз заглянула в туалет за секретной панелью и ощупала стены – мало ли там еще какие-нибудь потайные ходы? Когда я раздумывала, а не пустить ли все-таки на тряпку льняное полотенце, в дверь наконец постучали.
– Госпожа, вы звали? – спросил женский голос. – Я ваша служанка, пришла по звону колокольчика.
– Да, спасибо, – удивленно откликнулась я.
Значит, это работает. Фантастика… Вернее, чистое фэнтези.
Ну что ж, раз мне отсюда в ближайший год не выбраться, придется привыкать. В конце концов, я мало, что ли, сказок читала? А потому нацепила улыбку и отправилась открывать дверь.
7. Муж номер один
Побыть одной в этот день мне было не суждено. А начиналось все так многообещающе…
Служанка быстро принесла тряпку и, слава богу, не стала сопротивляться тому, что я вытерла все сама, в гордом одиночестве. Окно я закрыла, чтобы туда не пробрались очередные незваные гости в виде котов, дверь заперла на защелку. Потом снова разделась и залезла в постель, на сей уже с твердыми намерениями валяться до упора. А если точнее, до утра. В этом странном мире дело шло к вечеру, а у нас должна была быть уже глубокая ночь или вообще рассвет. Без часов я не понимала, сколько сейчас времени. Чувствовала только, что силы постепенно заканчиваются.