Налог современного капитализма. Дилеммы и выборы налогообложения добавленной стоимости
- -
- 100%
- +
Исторический опыт свидетельствует, что этап идейного осмысления далеко не всегда выполняется даже на минимально приемлемом уровне. В качестве иллюстрации в нашем случае может служить катастрофический дефицит осмысления грядущих социально-экономических изменений в Российской Федерации при введении НДС с 01.01.1992 и его дальнейшем нормативно-правовом регулировании.
Существует опасность логики неверного выбора идей на основе ошибочных теорий или непригодных в конкретных социально-экономических условиях вариантов. Поэтому решение «задач понимания» должно опираться в том числе на принципиально иные «эквиваленты количественного анализа и измерений»[23], чем те, которые предлагаются исключительно правовой или исключительно экономической наукой.
В этом случае оценки каузальных значений мотивов и действий по изучаемому вопросу не объективируются исследователями в виде статистически значимых измерений и догматически определенных канонов, а принимают форму субъективных оценок вероятности будущих последствий. Представляется, что вынесение подобных экспертных суждений, преодолевающих межотраслевые разрывы знания и смягчающих неопределенность будущих событий, достаточно конструктивно, даже когда исследователь «не в состоянии обосновать свои суждения с абсолютной и неопровержимой достоверностью»[24].
Проблема возникает в условиях всеобщей уверенности в непогрешимости выводов из копируемой конкретной модели идеализируемых рынков, предпосылки которой тем не менее абсолютно не совпадают в большинстве характеристик и ситуаций с натурными условиями изменений. То, что работает в одних обстоятельствах, совершенно неприменимо в других. Поклонение «чужим богам», проистекающее из определенного видения мира, обрекает государственную политику на заранее предсказуемые провалы.
К числу подобных заблуждений можно, в частности, отнести утверждения о всеобщей применимости идей «Вашингтонского консенсуса» для стран с переходной экономикой и предложение о введении европейской конструкции НДС в налоговую систему Российской Федерации в качестве опоры фискального обложения.
Сегодня даже ведущие американские ученые подвергают сомнению каноны, положенные в основу законодательных решений по реформированию экономики Российской Федерации. Профессор Школы управления имени Джона Ф. Кеннеди при Гарвардском университете Дэни Родрик, утверждает: «Вашингтонский консенсус обходил вопрос о более глубоких институциональных основаниях рыночной экономики, без которых ни одна из рыночно-ориентированных реформ не могла с надежностью привести к намеченным благотворным результатам», когда в «отсутствие верховенства закона, соблюдения контрактов и достаточно развитого антимонопольного законодательства вероятным исходом приватизации может стать как стимулирование конкуренции и обеспечение эффективности, так и создание монополий в интересах коррумпированных политиканов»[25].
Поразительно, с какой легкостью советские разработчики, еще накануне отвергавшие постулаты буржуазных исследователей, готовили к одномоментному принятию в декабре 1991 г. пакет налоговых законов, содержащих элементы западных налоговых моделей, которые не подвергаются даже минимальной проверке на соответствие нововведений реальному состоянию экономики. Вместо точной налоговой подстройки под особенности реалий экономики и социального контура Российской Федерации в основу проводимых изменений положен набор общих принципов, сформулированных в качественно иных обстоятельствах общественной жизни и национального хозяйства.
Последующие события убедительно доказывают губительность слепого копирования чужих налогово-правовых конструкций, необходимость тщательной экспертизы предложений новых экономико-правовых структур, механизмов их функционирования, организационно-правовых мер перехода к ним. Важно, что культивирование западного опыта порочно даже по причине серьезной ущербности применения рекламируемых моделей в практике развитых капиталистических стран и стран с переходной экономикой.
Содержательные итоги следования неолиберальной идее наглядно демонстрируют следующие результаты: передел доходов и добавленной стоимости в интересах управляющей элиты; деиндустриализация ядра капиталистической системы с прекращением роста численности рабочего класса и падением заработной платы оставшейся части работников; выталкивание государства из экономики; демонтаж внеэкономических основ капитализма – национального государства, системы образования, демократического общества.
Совершенно определенно по этому поводу выразились ведущие западные специалисты:
– Джозеф Стиглиц: «США и другие промышленно развитые страны навязали неопытным развивающимся странам политику либерализации без соответствующих защитных механизмов, побудив их принять политику “Вашингтонского консенсуса”, которая оказалась для них практически бесполезной, зато существенно помогла банкам. Эта политика подвергла развивающиеся страны значительным рискам, в то время как у них не было достаточно ресурсов противостоять последствиям этих рисков»[26];
– Патрик Бьюкенен: «Сегодня Запад наконец начал осознавать то, о чем многие давно предупреждали; начал понимать, что на наших глазах разворачивается экзистенциальный кризис цивилизации. Готовы ли мы справиться с этим кризисом и принять его последствия – вопрос спорный»[27];
– Джек Голдстоун: «На протяжении многих лет европейские экономисты полагали, что для роста вполне достаточно более эффективного использования ресурсов, накопления капитала или доступности кредитов. На деле эти ошибочные взгляды привели к политике, поддерживающей эксплуатацию природных богатств страны или содействовавшей чрезмерным затратам капитала и увеличению задолженности развивающихся стран, а вовсе не к росту»[28];
– Томас Фридман: «Экономизм не просто верит в рынки – он им поклоняется. Незримая рука Адама Смита становится дланью Господа. Требования рынка разрушают узы гражданства, культуры, патриотизма»[29];
– Джон Куиггин: «Политика государств и институциональные изменения эпохи рыночного либерализма почти всегда вели к повышению неравенства. Регулирование корпораций было устранено, шкалы налогообложения стали более плоскими»[30].
Нейтрального знания не бывает. Принятие чужой картины мира без выработки собственных смыслов и собственного понимания мира неминуемо ведет к проигрышу. Тем более, когда вместо разработки широкого спектра представлений о направлениях развития на основе социально-экономических идеализаций правительствам предлагаются в основном канонические модели с логикой восхождения от единичных субъектов микроэкономики к соответствующим макроэкономическим обобщениям, снабжаемые узкими наборами рыночных рекомендаций, которые разрушительно влияют на общественно важные цели.
Экономическая наука зачастую предлагает наборы общих идей, декларативных установок, положений, выдвигаемых в режиме творческих гипотез и озарений, без необходимой проработки конкретных форм, базовых инструментов и механизмов. Оставляя их правоведам, которые могут не обладать комплексным видением социально-экономических феноменов в глубинных проекциях их дальнейшего развертывания, законодатель заранее обрекает принимаемые нормативно-правовые установления на множество вопросов к ним, возникающих в реальном мире, сжигает силу их созидательного воздействия и уводит создаваемые юридические определения и классификации на обочину магистрального пути правового развития.
Накопленный арсенал инструментов налогообложения добавленной стоимости не означает, что годится любой из них. Это лишь показывает, что имеется выбор моделей налогообложения и необходим эмпирический метод совершенствования этого выбора. Исторический опыт непреложно свидетельствует, что в основе проблемы выбора выступает не промышленная политика и налоговая наука, а качество государственного управления. В том случае, если государство правильно определяет цели и осуществляет последовательные шаги для их достижения, можно ожидать положительных эффектов от промышленной политики и налоговых мер. Когда государство коррумпировано, а действия его регуляторов обусловлены клановыми интересами самообогащения, то положение лишь ухудшается. Поэтому так важно выявление контуров коррупционного влияния в управлении государством. На наш взгляд, об этом могут свидетельствовать размеры внеэкономического коррупционного перераспределения бюджетных средств, которое еще 100 лет назад называлось предельно лаконично – «воровство казны». Важнейшее место в методологии определения этого «показателя» занимает анализ сведений о НДС-деликтах, выявленных в ходе совместных проверок со стороны налоговых и правоохранительных органов.
Фактически НДС представляет собой не что иное, как трансформационно-перераспределительный механизм современной экономики, оказывающий мощное влияние на все стороны социальной общественной жизни.
Полувековая история общемирового применения, четвертьвековой отечественный опыт и предшествующее налогообложение оборота позволяют вести речь о том, что применение НДС может осуществляться с разнонаправленной итоговой результативностью, обусловливающей преобладание не только позитивных, но и очевидно негативных социальных эффектов. Все зависит от настройки правовых регуляторов НДС, от степени соответствия их установок текущему состоянию экономики и приоритетам социально-экономического развития. Применительно к Российской Федерации в данном случае необходимо учитывать действие ряда специфических, устойчивых и долговременных факторов, представляющих собой основания национальной экономико-правовой специфики.
Наш подход заключается в том, что учет такой уникальной специфики в синтезе с общемировыми трендами открывает возможности активного совершенствования правового регулирования НДС в целях создания максимально комфортных условий для организации экономики современного типа, имеющей преимущественно социальный, духовный, трудовой, постиндустриальный характер.
Понятно, что НДС в данном случае может выступать лишь в виде части налоговой подсистемы системы основных социально-правовых мегарегуляторов. Но и в этом качестве значение НДС достаточно велико. Сегодня, как никогда ранее, высока актуальность принципиального положения о том, что для решения задачи изменения общества необходимо изменить структуры власти и распределения ресурсов. При этом воздействие механизма НДС имеет зачастую скрытый, не очевидный характер и проявляется на продолжительных временных дистанциях. Характеристики влияния НДС на текущее состояние и направление развития социума подчас трудно оценить правильно, поскольку такое влияние оказывается в зонах воздействия целого ряда других факторов. Игнорирование НДС-воздействий может способствовать развитию серьезных негативных, а в отдельных случаях фатальных последствий. Поэтому анализ фактичности на основе объективно складывающихся детерминант налогообложения добавленной стоимости выступает необходимой составляющей настоящей работы.
Видится разумным, что для продуктивных исследований налогообложения добавленной стоимости и соотносимых с ним эффектов должен быть применен комплексный подход, предполагающий получение знания на основе:
1) систематизации существующего теоретического и практического знания и накопленной нормативно-правовой информации в историческом и географическом горизонтах;
2) расширения имеющейся предметной области за счет рассмотрения налогообложения добавленной стоимости в проекциях:
– проблематики государственного управления,
– вопросов социально-экономического развития,
– криминализации экономической жизни общества, коррупции в аппарате управления и выработки мер противодействия деструктивным НДС-тенденциям;
3) прогностического моделирования, когда методологические подходы в правовом регулировании налогообложения добавленной стоимости должны закладываться с учетом перспективного видения возможностей:
– осуществления структурной трансформации народного хозяйства,
– формирования промышленных кластеров регионов Российской Федерации,
– роста общественного богатства при уменьшении неравенства в их распределении,
– всемерной активизации трудового потенциала граждан на основе юридического обеспечения многообразия форм собственности и их совершенствования, в том числе в виде народных предприятий, кооперативов, кооперации индивидуальных предпринимателей.
Подвергая оценке политику налогообложения добавленной стоимости, нельзя не заметить, что выводы об ее эффективности зависят от характера причинно-следственных взаимосвязей между решениями в области нормативно-правового регулирования НДС и индикаторами реального производства, бюджетной достаточности, безработицы, инфляции, а сама политика формируется на ожиданиях и предположениях относительно динамики макроэкономических показателей.
Таким образом, исследования в направлении юридического совершенствования механизмов налогообложения добавленной стоимости должны носить комплексно-системный характер, а территория научного поиска должна выйти за нормативно-правовые пределы.
Положение в сфере правового регулирования системы НДС вызывает необходимость проведения исследований на стыке разных областей научного знания путем изучения экономических факторов и складывающейся правовой проблематики при помощи междисциплинарного подхода. Полученные значимые результаты могут быть использованы для принятия решений в сфере правового регулирования налогообложения добавленной стоимости в расширенном горизонте планирования.
Глава 2
Концептуальные структурные компоненты правового механизма НДС в Российской Федерации
По своей природной сути та или иная налоговая структура не может иметь законченный вид. Теоретическая модель не позволяет заранее предсказать всю палитру особенностей налога до тех пор, пока он не будет применен в конкретных экономико-правовых обстоятельствах. Свои предметные очертания налог обретает в бесчисленных взаимодействиях с заранее неопределенным множеством различных акторов, а его перераспределение осуществляется под влиянием сложноструктурированных интересов и волевых воздействий сил, доминирующих в обществе.
Именно в сфере налогового регулирования и налогово-бюджетного перераспределения должны произойти необходимые перемены, которые могут дать стимулы для социально-экономического развития. Базой идеологии такого реформирования должно стать определение той единственной цели налогообложения, ради которой возможно принудительное изъятие законно определенной части собственности и создаваемого продукта. Нет сомнений, что в таком качестве должно рассматриваться умножение общего блага. Однако данная цель вступает в явное противоречие с реалиями отечественного налогообложения, в которых налог приобретает качества института финансового перераспределения в интересах господствующих слоев общества.
Особое место в современном налогообложении принадлежит НДС, который в концентрированном виде выступает инструментом налогово-бюджетного перераспределения добавленной стоимости. Практика налогообложения добавленной стоимости делает все более очевидным тот факт, что НДС выдвигается на роль мегарегулятора экономических процессов, активно детерминируя социальное жизненное пространство общества. Проблема изучения НДС, как сложносоставного феномена правового регулирования, заключается в правильном выборе методологии исследования. Ее решение видится в рассмотрении налогообложения добавленной стоимости во взаимосвязи с системным толкованием понятия «правовой механизм», которое широко распространено в специальной правовой литературе и научных исследованиях, но не представлено в законодательстве. Указанное обстоятельство создает предпосылки применения данного термина для раскрытия фундаментальных сущностей налогообложения добавленной стоимости в свете концепции совершенствования ее правового регулирования в Российской Федерации:
во-первых, нормативная неопределенность понятия «правовой механизм» открывает возможности индивидуальных трактовок и отдельного применения в описаниях той или иной отраслевой проблематики;
во-вторых, в теории права накоплен значительный базовый потенциал идеи правового механизма (механизма правового регулирования) и его структур, имеющих общеправовой универсальный характер. В частности, А.В. Малько полагает, что механизмом правового регулирования является «совокупность специальных юридических средств, при помощи которых осуществляется регулирование общественных отношений. Правовые средства выступают в качестве инструментов, используемых в процессе правового регулирования» в целях «разрешения практически значимых задач общества, для удовлетворения интересов людей»[31]. С учетом наиболее важных характеристик, отмеченных отечественными исследователями[32], определение понятия «правовой механизм» может быть предложено в следующем виде: правовой механизм — это комплексная системообразующая совокупность юридических средств, структурированных в целях согласования и достижения интересов субъектов права;
в-третьих, действие правового механизма НДС разворачивается в объемном пространстве создания добавленной стоимости, где право выступает в качестве регулятора сложносоставного комплекса общественных отношений, а сам правовой механизм приобретает качества институционального образования. Такой подход позволяет рассматривать феномен правового регулирования налогообложения добавленной стоимости «в движении сообразно заложенным в нем потенциям и закономерностям, что и позволяет увидеть наиболее существенные стороны»[33], а также «собрать вместе относящиеся к нему явления правовой действительности», «обрисовать их как целостность и представить их в работающем системно-воздействующем виде»[34];
в-четвертых, правовой механизм можно представить в виде «технологической схемы» правового регулирования. Достоверное знание о ней позволяет спрогнозировать возникновение возможных сбоев и провалов в процессе реализации норм права, а значит, «предложить научно обоснованный план повышения эффективности правового регулирования за счет укрепления его основных звеньев»[35].
В таком виде правовой механизм НДС как организуемая наиболее последовательным образом система средств обложения добавленной стоимости:
– обнаруживает динамику всей совокупности юридических средств, участвующих в многомерном пространстве экономической организации современного общества;
– соприкасаясь с явлениями объективной действительности, выявляет свои специфические функции и регулятивные возможности во взаимосвязях с другими правовыми явлениями и процессами.
В силу сложности и многоаспектности рассматриваемой системы необходимо учесть не только состояние ее основных элементов и структур, но и на первый взгляд второстепенные, вспомогательные звенья, игнорирование которых может не только сократить общую положительную эффективность, но и развернуть правовой механизм во вред общественному развитию. В качестве таких дополнительных элементов в законодательстве о налогообложении добавленной стоимости широко представлены льготные порядки налоговых вычетов и особенности определения налоговой базы по отдельным категориям операций и субъектам обложения.
Выдвинутый методологический подход, на наш взгляд, позволяет осуществить анализ правового механизма налогообложения добавленной стоимости в целях выработки предложений по интегрированию всех его элементов в единую, непротиворечивую, взаимосогласованную систему, способную к получению оптимального результата в аспекте умножения общего блага.
Можно выделить ряд основных элементов правового механизма налогообложения добавленной стоимости:
– нормативно-правовой элемент, который определяет юридическую модель удовлетворения интересов и правовой статус взаимодействующих акторов и состоит из предписаний конституционного, налогового, бюджетного, административного, финансового, уголовного права, обусловливающих комплексный, межотраслевой характер юридического ядра механизма налогообложения добавленной стоимости;
– организационно-правовой элемент, формирующий основные направления и способы администрирования налогообложения добавленной стоимости;
– элемент налогово-правового регулятивного воздействия, включающий наборы налогово-правовых стимулов и ограничений в виде налоговых льгот и отдельных налоговых режимов в системе НДС для отдельных категорий субъектов налогообложения;
– элемент распределительного воздействия, создающий сбалансированную систему налогово-бюджетного перераспределения средств, получаемых государством от налогообложения добавленной стоимости;
– элемент международного взаимодействия, согласования и сотрудничества, направленный на выполнение задач гармонизации и унификации правового механизма налогообложения добавленной стоимости;
– элементы налогово-правового, административно-правового и уголовно-правового регулятивного воздействия, обеспечивающие комплексное противодействие нарушениям законодательства о налогообложении добавленной стоимости и сопутствующим им злоупотреблениям;
– социально-экономический элемент, проявляющийся в процессе НДС-воздействий на труд, когда соответствующая налоговая база формируется в основном за счет оплаты труда персонала, которая в отсутствие прибыли у налогоплательщика становится той частью стоимости товаров, с которой не могут быть соотнесены (в целях возмещения налога) затраченные на их производство и продажу материальные ресурсы.
В качестве идейно-правовой первоосновы социально справедливого перераспределения собственности и базового элемента механизма регулирования налогообложения добавленной стоимости безальтернативно выступает национальная идея, которая должна быть конституционно одобрена с принятием большинством граждан и в ходе своего лидирующего воздействия позволила бы преодолеть основные противоречия, складывающиеся в ситуации столкновения интересов законодателя, правоприменителей и участников НДС-обложения.
Важно, что правовой механизм находится в тесной связи с категорией «правовое воздействие», которая охватывает дальние горизонты общественных отношений, опосредованно возникающие за чертой непосредственного действия норм регулирования. Правовое воздействие выступает более объемным понятием в сравнении с понятием правового механизма и характеризует все направления и формы влияния права на общественную жизнь[36].
Дополнительным обстоятельством, свидетельствующим о высоком значении данного до сих пор почти исключительно теоретико-правового понятия, является его введение в область практического применения. Правительством РФ предпринята нормативно-правовая постановка[37] вопроса об «особой стратегической процедуре, позволяющей существенно улучшить качество принимаемых решений»[38], выполняемой на основе методики оценки регулирующего воздействия правовых актов. Фактически экспертная оценка правовых актов в сфере предпринимательской деятельности выполняется Министерством экономического развития РФ с 2012 г. для «определения и оценки фактических положительных и отрицательных последствий принятия нормативных правовых актов, а также выявления в них положений, необоснованно затрудняющих ведение предпринимательской деятельности»[39].
Однако с самого начала ее проведение принимает поточно-формальный, а не концептуальный характер. В 2012 г. на оценку направляется от 100 до 130 актов[40] в месяц, или до 1,5 тыс. в год. При этом никаких принципиально важных результатов экспертной работы за период 2012–2017 гг. обществу не предъявлено. Представляется, что низкая эффективность экспертной работы в Российской Федерации в значительной степени обусловлена номинальным характером института публичных консультаций, которые в практиках большинства европейских (например, стран – участниц ЕС, Швейцарии) и ряда других (например, США, Канады, Австралии) государств выступают в качестве базовой составляющей процедуры оценки регулирующего воздействия нормативных актов.
Тем не менее понятие «оценка правового воздействия» может быть с высокой степенью продуктивности применено в целях получения концептуальных выводов относительно «фактических положительных и отрицательных последствий» действия правового механизма налогообложения добавленной стоимости в Российской Федерации. Процесс анализа правовых воздействий НДС-системы позволяет выявить параметры незаконных и стихийных механизмов, работающих в поле налогообложения добавленной стоимости, а также определить природу, направленность и степень конкурентоспособности правовых, внеправовых и противоправных факторов, совокупно сигнализирующих об уровне экономико-правового развития и возможностях выдвижения разумных юридических средств для справедливого удовлетворения интересов субъектов в распределении и перераспределении создаваемых ценностей.
Глава 3
Принцип оптимальных пропорциональных выгод и обременений в системе специальных принципов налогово-правового регулирования