Одержимость Старшего

Глава 9. Не покладистая

Тишина в палате, прерываемая лишь мерным писком мониторов, казалась мне наигранной, слишком громкой. Слова матери всё еще вибрировали в воздухе, оседая на коже невидимым пеплом.

«Он просил беречь тебя.»

Каждое слово отдавалось в моем сознании тяжелым ударом колокола. Я смотрела на её бледное лицо, на сеть морщинок у глаз, и чувствовала, как внутри меня что-то окончательно ломается. Старая Лия — та, что терпела насмешки Селены и верила в любовь Марка — рассыпалась в прах. На её месте рождалось нечто иное. Холодное. Твердое.

Я почувствовала его приближение за несколько секунд до того, как открылась дверь. Воздух в коридоре вдруг стал плотным, заряженным, как перед ударом молнии. Охрана у дверей вытянулась в струнку — я слышала четкий ритм их сердец, который внезапно ускорился.

Он распахнул дверь без предупреждения.

Адриан Мора не входил в помещение — он его захватывал. Его аура, тяжелая и властная, заполнила каждый угол стерильной палаты, вытесняя запах лекарств своим. На нем был безупречный темный костюм, который казался лишь тонкой оболочкой, едва сдерживающей мощь первобытного зверя.

— Машина внизу, Лия. Собирайся. Твои вещи уже перевезли в мой особняк, — его голос был низким, вибрирующим, и от этого звука по моему позвоночнику скатилась волна ледяного пота.

Я медленно поднялась с кресла, намеренно не торопясь. Я не хотела показывать ему, как сильно дрожат мои пальцы.

— Я никуда не поеду, Адриан. Особенно с тобой, — я вскинула подбородок, глядя прямо в его глаза, где в глубине зрачков уже начинало разгораться опасное золото. — Моя мать только что пришла в себя. Мое место здесь, рядом с ней. А не в твоем доме.

Адриан сделал шаг ко мне. Всего один, но я невольно попятилась, пока не уперлась спиной в холодную стену рядом с кроватью матери. Он не остановился, пока не оказался вплотную. Его жар обдал меня, как из открытой печи.

— Это не просьба, Лия. И даже не предложение, — он наклонился, и я увидела свое отражение в его расширенных зрачках. — Ты останешься под моим присмотром. В этом городе нет места, где ты была бы в безопасности, кроме моего дома. Твой бывший жених и его новая подстилка уже ищут способ уничтожить тебя.

Я надеялась лишь на то, что Адриан все же не догадался о моем обращении и пошла ва-банк.

— О, так ты теперь мой спаситель? — я выдавила из себя резкий, сухой смешок. — Альфа, снизошедший до жалкой «пустышки»? Не смеши меня, Адриан. Мы оба знаем, что в этом мире ничего не делается просто так. Ты сам знаешь, что заявил Марк на площади. Я — дефектная. Ошибка природы. Зачем я тебе в особняке?

Адриан вдруг резко подался вперед. Его рука взметнулась и легла на стену рядом с моей головой, отрезая путь к отступлению. Я почувствовала, как искры статического электричества затрещали между нашими телами.

— Хватит нести этот бред, — прорычал он, и в его голосе прорезался истинный зверь. — Если Марк идиот, это не значит, что и я слепой. В ту ночь в лесу… когда я гнался за тобой…

Я затаила дыхание. Сердце в груди забилось, как пойманная птица.

— Я видел твою волчицу, ее сила ярче и чище, чем у любого волка в этой стае. Ты думала, я не узнаю тебя? Не замечу? Я почуял твою кровь, Лия. И пахнешь ты породистой волчицей, а не человечкой. Ты пахнешь так, что мой зверь готов вырвать мне ребра, лишь бы добраться до тебя.

— О чем ты говоришь? — мой голос сорвался на шепот. — Какая сила?

— Я искал источник такой силы слишком долго, — Адриан сократил расстояние до последнего миллиметра. Я чувствовала каждое движение его грудной клетки, каждый удар его мощного сердца. — И теперь ты принадлежишь мне по праву этой земли. Я Альфа, Лия. И каждый живущий на моей территории подчиняется мне. Ты — моя. И это не обсуждается.

— Я не вещь! — я вскипела, ледяная ярость захватывала мои тело и разум. — Я могу уйти с твоей территории, можешь не защищать меня больше, я сама в состоянии позаботиться о себе! Ты не можешь просто прийти и заявить на меня права только потому, что тебе так захотелось! Я сама решаю, как мне быть и с кем, Адриан! У меня есть воля! И я остаюсь здесь, с мамой!

Я попыталась оттолкнуть его, уперевшись ладонями в его широкую грудь. Но это было всё равно что пытаться сдвинуть скалу.

— Отойди!

Под моими пальцами перекатывались тугие мышцы, а ткань его пиджака казалась раскаленной. Адриан даже не шелохнулся. Напротив, он перехватил мои запястья одной рукой, сжимая их в стальной захват. Не больно, но так крепко, что я поняла — пути назад нет.

— Твоя мать под моей охраной, — отрезал он, и его голос стал холодным, как арктический лед. — На каждом этаже мои люди. Лучшие врачи региона уже в пути. Но если ты останешься здесь, ты подставишь её. Скоро все узнают о твоем обороте, Лия. И если ты действительно её любишь, ты пойдешь со мной прямо сейчас. Без лишних слов и истерик.

Я посмотрела на маму. Она спала, её лицо в кои-то веки выглядело спокойным. Адриан бил по самому больному, и он это знал. Он просчитал каждый мой шаг, каждую эмоцию.

— Ты ненавидишь меня за это, верно? — его тон внезапно смягчился, стал почти ласковым, но от этого стало еще страшнее. Его свободная рука коснулась моей щеки, большой палец медленно прочертил линию по нижней губе. — Можешь ненавидеть. Можешь кусаться, царапаться, устраивать бунты в моем доме. Мне плевать на твое послушание, Лия. Мне нужна ты. Вся. Даже если я оглохну от твоего крика.

Я задохнулась от его дерзости, от того, как уверенно он распоряжался моей судьбой.

— Ты пожалеешь об этом, — выдохнула я, чувствуя, как внутри меня что-то откликается на его зов. Что-то дикое, чужое, чего раньше никогда не было. — Ты берешь в дом не покладистую девочку, Адриан. Ты берешь ту, кто разрушит твой покой.

Адриан Мора лишь хищно усмехнулся. В его глазах вспыхнул триумф — темный и первобытный.

— Я на это очень надеюсь, маленькая волчица, — он отпустил мои руки, но тут же властно обхватил за талию, прижимая к своему боку. — А теперь — идем. Дела не любят ждать. Как и я.

Я не оборачивалась, когда мы выходили из палаты. Я знала, что за дверью меня ждет новая жизнь, где я буду заперта в золотой клетке Альфы. Но Адриан ошибался в одном. Я не собиралась быть просто его «собственностью». Если он хочет увидеть мою силу — он её увидит. И, возможно, это будет последнее, что он увидит в качестве хозяина этой земли.

Когда мы вышли на залитую солнцем парковку, черный бронированный внедорожник уже рычал мотором. Адриан лично открыл мне дверь, и в этом жесте было больше обладания, чем галантности.

— Твоя новая жизнь начинается сегодня, Лия Мора, — тихо произнес он, прежде чем закрыть дверь.

Фамилия, произнесенная его губами, прозвучала как приговор. Я закрыла глаза, чувствуя, как машина трогается с места. Битва только начиналась.

***

Немного визуалов выложила в блоге https://litnet.com/shrt/QFFE

Глава 10. Поживем

Мы ехали долго, и с каждым километром лес становился всё гуще, а деревья — выше. Я сидела, вжавшись в кожаное сиденье внедорожника, и до белых костяшек сжимала сумочку. В голове крутился десяток едких реплик — я репетировала их всю дорогу, готовясь к очередному раунду нашей бесконечной словесной дуэли в его огромном, холодном особняке.

Но когда машина плавно затормозила, у меня перехватило дыхание.

Вместо серого камня и грозных шпилей замка Мора передо мной стоял уютный двухэтажный коттедж из темного дерева. Он словно вырос из самой земли, обвитый плющом и окруженный вековыми соснами. Здесь не было десятков слуг и вышколенной охраны. Только тишина, запах хвои и мягкий свет, льющийся из окон.

Я так засмотрелась, что не заметила, как Адриан уже обошел машину. Дверь распахнулась, и его высокая фигура заслонила собой полнеба.

— Выходи, Лия, — негромко произнес он, протягивая руку.

Я молчала, пребывая в настоящем шоке. Я никогда не была в этих местах. Куда он меня привез?

— Жить мы будем здесь, — бросил он, заметив мой растерянный взгляд.

— В смысле «жить»? — наконец выдавила я, игнорируя его ладонь и самостоятельно выбираясь из салона. — Адриан, это... это не смешно. Это неприемлемо! В этом доме слишком тесно для нас двоих!

Я замолчала, осознав масштаб катастрофы. В этом домике от него не скрыться. Никаких экономок с ледяными глазами, никаких преград.

Только ОН и Я.

Я и ОН. Проклятье.

Адриан лишь хмыкнул, подхватил сумки с продуктами и скрылся в недрах коттеджа. Я осталась стоять на террасе, чувствуя, как лесной воздух, пропитанный его ароматом — горьким шоколадом и грозой, — заполняет легкие.

Через минуту он вышел снова. Он подошел вплотную, так близко, что я ощутила жар, исходящий от его тела. Волна мурашек сокрушила меня, каждый нерв откликнулся на его близость, и на мгновение я словно утонула в странном, пугающем экстазе.

— Отодвинься! — резко выдохнула я, отступая к перилам. — Вообще не подходи ко мне. Дистанция — минимум метр. Понял?

Адриан басисто, искренне рассмеялся. Этот звук завибрировал у меня под ребрами.

— Готов играть в кошки-мышки, Лия, раз у тебя такие желания, — он сделал шаг назад, в его янтарных глазах вспыхнули лукавые искры.

Он вернулся в дом, а через минуту показался в дверном проеме... уже без рубашки. Мощные плечи, рельефный торс, покрытый шрамами и силой. Моё лицо мгновенно полыхнуло красным. Он что, издевается? Или всерьез решил меня совратить.

Где тот деловой, грозный и вечно хмурый Адриан Мора? Верните его, пожалуйста!

Не выдержав, я развернулась и бросилась прочь. Прямо в лес.

Я бежала, пока ноги не занемели от усталости, а легкие не начало жечь. Остановилась я только у старого мощного дуба. Прижавшись спиной к его шершавой коре, я тяжело дышала, пытаясь унять сердце, выпрыгивающее из груди. Все инстинкты, которые я так долго подавляла, кричали: этот волк идеален. Мощный, красивый, сильный. Любая другая из нашей стаи уже лежала бы у его ног.

Но черта с два! Я не они.

Я опустилась между рельефными корнями, которые обволакивали меня, словно колыбель. Здесь было спокойно, словно в утробе матери. Дерево закрывало меня от остального мира, и постепенно дыхание выровнялось. Я погрузилась в тяжелую, поверхностную дремоту.

Во сне я видела волка. Огромного, угольно-черного, с надежными лапами и теплым мехом. Он не рычал, он просто был рядом, защищая мой покой.

Я проснулась от резкого холода. На лицо упали первые капли дождя. Открыв глаза, я вскрикнула — прямо передо мной, в паре метров, сидел ОН. Тот самый черный волк из сна. Его янтарные глаза светились в сумерках.

Дождь не стал ждать выяснения отношений и в один миг превратился в стену воды. Волк поднял голову и коротко, властно завыл. Я отчетливо уловила его послание: «Либо обращайся сама, либо залезай на спину».

Легко сказать «обращайся», когда внутри всё еще тишина. Я поняла, что на сегодня капризов достаточно. Хотелось есть, а еще больше — оказаться в тепле.

Я сделала шаг вперед и запрыгнула ему на спину, крепко обняв за мощную шею. Как в какой-то нереальной, темной сказке, могущественный Альфа на себе нес меня сквозь бурю к дому.

Он выбирал безопасные тропинки, чтобы ветки не хлестали по мне, бежал аккуратно и постоянно прислушивался к моему дыханию.

Когда мы оказались на террасе, он осторожно пригнулся, чтобы я могла опуститься на доски, а затем зашел в тень. Секунда — и передо мной стоял Адриан. Самодовольный, спокойный и такой уверенный в себе и своей победе.

А еще нагой.

***

Шаловливое настроение у меня, так хочется засмущать Лию :)

Сладеньких снов! Визуалы Адриана вот-вот появятся в блоге...

Глава 11. Первый

Я остолбенела. На долю секунды — не больше — мой взгляд прилип к его телу. Потом резко рванула головой в сторону, уставившись в слепящую темноту за стеклом окон.

Я ничего не видела. Я ничего не видела…

Я опустила лицо в ладони, чувствуя, как жар стучит в висках. Кого я обманываю? Самовнушение здесь не сработает.

Я впервые. ВПЕРВЫЕ.Увидела обнаженного мужчину.

Да, волки в стае спокойно оборачиваются при всех, но для них я всегда была «человечкой» и не присутствовала на ритуалах. Да и пары во время Бега скрываются в чаще, чтобы сбросить одежду.

Марк не раз пытался уговорить меня на большее, но я твердо стояла на своем: до метки — ни-ни. То ли он бережно ко мне относился, то ли просто не горел желанием… Кто бы мог подумать, что мой первый… подобный опыт будет с самим Альфой.

Адриан, неприступный как скала. Адриан, который, казалось, просто не замечал моего существования. Я списывала это на груз ответственности, который делал его недосягаемым. А теперь? Тесный коттедж, тонна продуктов, личная охрана в лесу, пришел ко мне волком… И в довершение всего — этот дерзкий, демонстративный оборот прямо у меня на глазах.

А моя волчица… у неё текли слюни при виде этого угольно-черного великолепия. И сейчас, судя по дикому трепету внутри, настала моя очередь сгорать от стыда и чего-то другого, о чем кричала каждая клеточка.

Я подняла голову и вздрогнула. Адриан стоял прямо передо мной. Уже в низко сидящих тренировочных штанах. Спасибо небесам.

— Зачем так подкрадываться? — прошипела я, отступая. — У нас был уговор! Личное пространство — минимум метр! — я ткнула в его сторону пальцем, пытаясь выглядеть сурово.

В ответ он лишь наклонился — стремительно и неотвратимо — и коснулся губами моей щеки. Легко, почти невесомо. А потом развернулся и ушел в дом, оставив меня с пылающим лицом и колотящимся сердцем.

— Адриан, стой! — я сорвалась с места, бросившись за ним по ступеням. — Зачем ты это сделал?

— Что именно? — бросил он через плечо, даже не оборачиваясь.

— Всё! Поцелуй, катание верхом, этот дом! Получается, ты меня просто выкрал, похитил! Я хочу домой!

— Туда ты больше не вернешься, — его голос прозвучал спокойно и окончательно, как приговор.

Я влетела за ним на кухню и на мгновение забыла о гневе.

Вау. Просторно, уютно, вся мебель из темного дерева, клетчатые занавески на окнах, глиняные горшки на полках. Идиллическую картинку нарушал только полуобнаженный атлет с рельефными мышцами, беззаботно чистящий картошку у раковины.

— Лия, — позвал он, не глядя на меня. — В нижнем шкафу чугунный котелок. Наполни его наполовину водой и принеси.

— Что? — мои мысли отставали от реальности, но тело уже повиновалось. Я выполнила просьбу, с трудом подняв тяжелую посудину.

Передавая котелок, я избегала его глаз, разглядывая вместо этого свои руки, его ладони… И замерла. На его сбитых костяшках красовались свежие ссадины, лишь слегка затянутые. Регенерация оборотня не справилась за несколько часов — значит, драка была серьезной. Либо Альфа жестоко избил оппонента, либо второй тоже был не промах.

Ледяная догадка пронзила меня.

— Почему мне нельзя домой? — спросила я, и голос мой вдруг стал тихим и хрупким.

— Потому что теперь ты принадлежишь мне. По всем нашим законам.

— Что ты сделал? — прошептала я.

Он положил нож, медленно вытер руки и наконец посмотрел на меня. В его янтарных глазах не было ни тени сожаления.

— Я вызвал на поединок Алексея. Твоего так называемого отца. Он поднял руку на члена клана и довел свою жену до сердечного приступа. У меня были все основания изгнать его. Но я дал шанс — доказать в честном бою, что он способен защитить свою семью, а не только калечить.

Внутри меня что-то оборвалось. Гнев, горячий и слепой, хлынул в жилы, вытесняя весь воздух из легких.

— Кто дал тебе такое право?! — мой голос сорвался, превратившись в низкое, утробное рычание. — Кто разрешил тебе разносить наши проблемы на весь клан?! Я и так изгой! Ты сделал меня жалкой в глазах других!

Боль накрыла мгновенно, волной, сметающей разум. Это был не плавный переход, а мучительный разлом. Кости заходили ходуном под кожей, сухожилия натягивались, грозя порваться. Я свалилась на пол, пытаясь выползти из дома, чтобы не разрушить всё вокруг, но тело не слушалось. Сквозь пелену агонии я слышала его голос — твердый, но негромкий, пробивающийся сквозь шум в ушах.

— Дыши, Лия. Сквозь боль. Я здесь. Ты не одна.

Что-то теплое и тяжелое легло на мою спину, возможно, его ладонь. И это прикосновение, вместо того чтобы оттолкнуть, стало якорем. Оно не унимало боль, но давало точку опоры, за которую можно было зацепиться, чтобы не утонуть.

Последний хруст, последняя вспышка — и мир перевернулся, обретя новую четкость. Я тяжело дышала, уткнувшись холодным носом в пол. Перед глазами проплывали собственные белые лапы.

Сильная рука осторожно провела по загривку, разглаживая взъерошенную шерсть.

— Вот и всё, — прошептал Адриан где-то очень близко. — Всё позади, маленькая волчица. Ты справилась.

Глава 12. Равные

Воздух в доме вдруг стал густым, а пространство невыносимо тесным. Моя волчица, только что обретшая форму, требовала движения, простора, выхода. Каждая мышца дрожала от остаточной боли и переизбытка энергии.

Адриан встал, и его тень накрыла меня. В его янтарных глазах не было ни снисходительности, ни той опасной игривости, что была раньше. Только холодная, сосредоточенная серьезность.

— Твоя сила рвется наружу. Если запереть её в этих стенах, она разорвет тебя изнутри, — его голос звучал низко, не оставляя права на возражение. — Тебе нужно бежать. Сейчас. Я буду рядом.

Он сделал шаг к двери и распахнул её настежь. Ночной лес встретил нас влажным, хвойным дыханием, полным тайн и свободы. Он обернулся ко мне, и в его взгляде я прочитала приказ и… вызов.

— Высвободи всё. Гнев. Боль. Страх. Дай этому выйти через волчицу. Беги.

Последнее слово прозвучало как щелчок стартового пистолета. Что-то внутри сорвалось с цепи. Я рванула с порога, не выбирая пути, вонзив когти во влажную землю. Белый мех сливался с лунными бликами на траве. Позади раздался тяжелый, упругий топот — он бросился вдогонку.

Первый рывок был чистым адреналином, бегством от самой себя. Второй — уже игрой. Я виляла между широкими соснами, резко меняла направление, бросалась в чащу, где черные ветви хлестали по бокам. Он не отставал. Его присутствие ощущалось за спиной — массивное, теплое, неотступное. Его рык, глухой и предупреждающий, вибрировал у меня в костях, заставляя сердце колотиться чаще. Это не была погоня хищника за добычей. Это был танец. Испытание на скорость, ловкость, выносливость.

Но игра кончилась, когда я вылетела на открытую лужайку. Здесь негде было прятаться. Я услышала, как он собрался для прыжка — мощные мышцы сгруппировались, оттолкнулись. Я попыталась рвануть в сторону, но было поздно.

Его вес обрушился на меня сбоку, сбивая с ног. Мы кубарем покатились по мху, и в конце он оказался сверху, прижимая мою холку к земле всей тяжестью своего тела. Игра сменилась чем-то настоящим, первобытным и пугающим.

Рычание, которое вырвалось из его груди, не оставляло сомнений.

Оно не уговаривало. Оно приказывало.

И вместе с ним обрушилась волна его силы — та самая, леденящая аура Альфы, которая заставляла трепетать всю стаю. Давление. Не физическое, а ментальное. Гнетущая, тяжелая воля, которая ползла по позвоночнику, требуя покорности, настаивая опустить голову, поджать хвост, обнажить горло.

В его глазах горело холодное пламя. Он был серьезен. Опасен. Он проверял последнюю границу.

Страх, острый и животный, пронзил меня. Но под ним, глубже, загорелась ответная искра. Яростная, белая, обжигающая.

Нет.

Мое собственное рычание, тихое и высокое, вырвалось из сдавленной груди. И я выпустила навстречу его черной буре своюсилу.

Это был не удар, а взрыв. Взрыв лунного серебра, мерцающего и неукротимого. Он не давил, а очищал, разрезая его гнетущую ауру, как лезвие. Там, где его сила требовала подчинения, моя заявляла о равенстве. Воздух вокруг нас затрещал от напряжения, зарядившись статикой. Мох под лапами слегка замерз, покрывшись инеем.

Адриан не отступил. Но его давление внезапно исчезло. Он замер, вглядываясь в меня. Его янтарные глаза, еще мгновение назад полные властной тьмы, теперь отражали странное, почти человеческое чувство — оценивающее, удивленное, удовлетворенное.