Арктическая академия. Дело Гронского

Глава 5. Рускеала

Работа занимала всё свободное время, а общение сводилось к недолгим разговорам по пути домой, когда мы с Кешей заезжали за Крис и Никитским в кафе, а потом направлялись домой. За время пользования машиной я успел уже кучу раз поблагодарить Сальникова за такой ценный подарок. В холодную погоду в Мурманске такой внедорожник был просто незаменимой вещью и позволял экономить массу времени. Не представляю, как я раньше справлялся без него.

С Ариной мы почти не виделись. Только на парах нам удавалось ненадолго встретиться взглядами. В этой ситуации девушка пошла на хитрость – каждый вечер приходила в кафе, а затем ехала с нами в машине домой. В это время Никитский захаживал к Уваровым на чай или шёл гулять с Вьюгой, а мы с Ариной могли хоть недолго побыть одни.

С приходом октября в Мурманске начался запоздалый бархатный сезон. С юга принесло тёплый циклон, и в городе воцарилась солнечная погода, совсем нехарактерная для этой поры. К концу учебной недели все мои мысли были заняты предстоящей поездкой и длительным отсутствием Дронова. Я был уверен, что начальника имперской службы безопасности нет в Мурманске, иначе он бы давно проявил ко мне интерес. А это значит, что где-то за пределами города происходит нечто важное, что вынудило его оставить службу и бросить все свои силы на решение новой проблемы.

Уже в пятницу я планировал ехать за ребятами и направился на парковку, но меня ждал неожиданный гость.

– Арсений Игоревич! – позвал высокий мужчина лет сорока пяти в длинном тёплом пальто, видавшем и лучшие времена. Я пробежался взглядом по этому человеку и отметил, что он явно не похож на сотрудника службы безопасности или ушкуйника. Худощавый, с седыми волосами, которые торчали на макушке, уставшие глаза и обветренное лицо, которое показалось мне до боли знакомым. Он походил больше на промысловика, или моряка, чем на наёмника. Конечно, внешность может быть обманчива, поэтому я не спешил расслабляться.

– Мы знакомы?

– Геннадий Иванович Сотников, – протянул мне руку мужчина.

Вот оно что! Теперь я понимаю, почему его лицо показалось мне знакомым. Это отец Арины!

– Очень приятно! Какими судьбами в Мурманске?

– Решил посмотреть на человека, который вскружил голову моей дочери, – признался мужчина. – Так вышло, что этим летом сорвалась моя очередная экспедиция по Сибири, и я задержался дома, чтобы побыть с семьёй. Ариша только и говорит о вас.

– Надеюсь, только хорошее?

– Более чем! Если я правильно понимаю, вас связывают не просто дружеские отношения.

– Всё так, – честно признался я. – Присаживайтесь в машину, пообщаемся в более комфортной обстановке.

Ребятам пришлось немного подождать, пока мы проехали в «Хаяр» и посидели там за чашечкой горячего чая. Геннадий Иванович заказал себе чай с облепихой, а я взял классический травяной. От закуски он отказался, но это нисколько не помешало нашей беседе. Отец Арины оказался замечательным человеком, который мог бесконечно рассказывать истории о своих путешествиях и исследованиях, но цель его визита, конечно, была совсем иной, поэтому большую часть разговора мы говорили о его дочери.

– Арсений, и всё же, когда свадьба? – с интересом произнёс Сотников.

– Планировали сразу после того, как Арина закончит обучение в академии.

– Ещё полтора года ждать? – удивился Геннадий Иванович. – Да, долго…

– Пока я преподаватель, а она – студентка со свадьбой всё сложно. В академии такое событие точно приведёт к проблемам для всех нас.

– Понимаю. Но вы не затягивайте!

Сотников решил сам сделать сюрприз дочери, а потому я подкинул его до нашего кафе и дал отцу пообщаться с дочерью. Сегодня домой мы ехали вчетвером, без Арины. Зато уже утром наша делегация собралась возле академии в полном составе.

– Что такие грустные? Такое впечатление не отдыхать собрались, а на выездную тренировку! – произнёс я и сам поймал себя на мысли, что нельзя исключать и такой вариант.

– Невозможно быть радостным в половине шестого утра, – пожаловался Аксёнов.

– Арсений Игоревич, когда уже поедем? Холодно, мы все замёрзли! – пожаловалась София Серафимова.

– Заходите в автобус и занимайте места. Там согреетесь, а заодно и подремлете немного. Как только все соберутся, выезжаем.

На экскурсию отправлялись три преподавателя и двадцать четыре студента. Многие хотели бы поехать, но побоялись отправляться в далёкую дорогу в столь неспокойное время, предпочитая оставаться под защитой академии. Я и сам жалел, что не могу взять с собой Вьюгу и Никитского. С ними было бы немного спокойнее. Зато я знал, что собака останется под надёжным присмотром.

Нам достался невероятно комфортный автобус, в котором нам предстояло проехать не меньше тысячи километров, а затем столько же обратно домой.

Я искренне жалел, что мы ехали не на поезде, но времени было в обрез, а расписание поездов никак не укладывалось в наше расписание. Зато нам выделили сопровождение в виде двух бронированных внедорожников, в каждом из которых помимо водителя находились ещё по три хранителя порядка. С таким сопровождением можно было не бояться случайных налётчиков, которые расплодились по глухим краям.

Одна машина расположилась спереди, а вторая замыкала нашу колонну. Мурманск мы проехали с мигалками, которые выключили только после того, как мы выехали за пределы города.

Через шесть часов нам пришлось остановиться на ночлег в Кандалакше. Это небольшой городок на берегу Кандалакшского залива Белого моря. Приехали туда мы уже ночью, поэтому прогуляться не получилось. Сразу заселились в гостиницу, потому как нам предстояло продолжить путь рано утром.

Здесь было гораздо тише, чем в Мурманске. Ночью никаких машин, шума порта и вокзала. Да, всё это здесь было, но на ночь затихало, и кромешную тишину нарушали только звуки природы. В шесть утра у нас был подъём, ранний завтрак в гостинице и выселение. Нас ждала Рускеала!

Дорога до парка заняла ещё шесть часов времени, поэтому на месте мы оказались только к обеду. К счастью, здесь тоже хватало всевозможных кафешек, где готовили сытные блюда и различные угощения, вот только до них ещё предстояло добраться. Автобус и машины пришлось оставить в трёх километрах от самого парка, потому как добраться туда по дороге было невозможно. В этом и заключалась одна из особенностей парка.

Правда, идти пешком оставшееся расстояние нам не пришлось – рядом с парковкой располагалась железнодорожная станция, у которой нас ждал старинный поезд. Такие поезда массово передвигались по железным дорогам империи лет семьдесят назад, но сейчас, благодаря изобретениям артефакторов, канули в прошлое и остались лишь в музеях или на единичных небольших маршрутах для развлечения туристов.

Если и есть в мире уголок, в котором царит тишина и спокойствие, то это Рускеала. Комплекс, отрезанный от остального мира, в котором нет ни придворных интриг, ни борьбы за власть или ресурсы. Только осеннее великолепие Карелии.

В прошлом здесь добывали мрамор, из которого построено множество зданий Санкт-Петербурга и других городов, а теперь природная красота этого места благоприятствовала созданию живописного парка. У нас в распоряжении был весь день, и мы решили провести его с максимальной пользой. Сначала прокатились на старинном паровозе по местной железной дороге. Каждый желающий мог попробовать себя в роли кочегара, который забрасывал уголь в топку. Несмотря на октябрьскую прохладу, внутри было очень жарко.

Следующим пунктом нашей экскурсии стал верёвочный мост через озеро. Мы поднимались наверх, шагая по доскам, и держались за плетёные поручни, а обратно съезжали по натянутому тросу.

Отдельное внимание получил Сад камней. Из небольших камней гости парка складывали башенки и загадывали желание. Ходят легенды, что такое желание непременно сбудется.

– Знаешь, что я загадала? – прошептала Арина, пока все были увлечены и никто нас не слышал.

– Не говори, а то не сбудется, – предупредил я девушку.

– Нет, это так не работает, – упрямо покачала она головой. – К мечте нужно идти, в неё нужно верить и представлять, тогда всё получится. А что это за мечта, о которой никто не знает? Получается какая-то тайна…

– И что же ты загадала?

– Что мы будем вместе.

– Обязательно будем! – пообещал я и сменил тему, потому что к нам начали подтягиваться остальные студенты.

Следующим пунктом нашей прогулки стала экскурсия на лодках по подземным тоннелям Рускеалы. Вода здесь была особого, изумрудного цвета. Причина такого чуда объяснялась просто – в реке, впадавшей в местный карьер, содержалось много железа, из-за чего вода становилась коричневой. А уже в карьере происходила химическая реакция, которая и давала необычный зелёный оттенок.

Особое место в экскурсии заняли подземные гроты, по которым мы передвигались на лодках. Гиды помогали сориентироваться в освещённых подземных тоннелях и найти правильный путь. Сами мы точно сюда бы не сунулись, потому как недолго и потеряться.

– Добыча мрамора не ведётся здесь уже более ста двадцати лет, но карьер продолжает пользоваться популярностью. Сначала сюда захаживали геологи и путешественники, во время войны в сухопутных тоннелях укрывались люди из ближайших деревень, а лет двадцать назад было решено открыть парк, чтобы красотой Рускеалы могли полюбоваться все желающие – делился историческими фактами наш проводник. – К нам приезжают даже из других стран, и поток туристов не прекращается даже зимой.

– А что здесь делать зимой? – удивилась Чернова. – Здесь же всё замерзает!

– Зимой в Рускеале тоже красиво. И потом, зимой можно отправиться в Подземную Рускеалу – это целый комплекс природных подземных тоннелей и пещер, куда летом попасть почти нереально из-за угрозы затопления.

Парк открывал перед гостями множество прекрасных видов и увлекательных развлечений. Катанием на квадроциклах нас было не удивить, потому как во время путешествий мы в основном передвигались именно таким образом, а вот верёвочный парк понравился всем без исключения. Особенной изюминкой стала местная кухня, которая радовала блюдами с брусникой и морошкой. Надо бы предложить Любавину добавить эти блюда в наше меню. Мне кажется, получится превосходное угощение. Под конец дня прогулялись по аллее скульптур, где местные умельцы работали с мрамором и создавали красивые, а порой немного причудливые каменные изваяния. Можно было даже остановиться и понаблюдать за работой мастеров, но я решил не отвлекать их от работы, потому как знаю как это, когда кто-то стоит над душой и мешает творить.

Переночевали здесь же, в палаточном городке, а рано утром собрались в обратный путь. Завтрак на свежем воздухе в палаточном городке с видом на парк показался настоящим приключением. Если бы мне пришлось выбирать между ужином в самом шикарном ресторане Москвы и этим местом, я бы, не раздумывая, выбрал Рускеалу.

На концерт симфонического оркестра, который планировался вечером воскресенья мы не остались, потому как нам предстояла долгая дорога домой. Паровоз доставил нас до парковки, а уже оттуда мы целых двенадцать часов добирались до Мурманска, останавливаясь только на обед и в случае крайней необходимости.

Автобус остановился возле академии в девять часов вечера, а мы смогли наконец-то отправиться по домам. Уваров забросил походный рюкзак в багажник моей «Индигирки» и развалился на пассажирском сидении возле водителя.

– Я смертельно устал! – пробормотал Кеша. – Не могу дождаться, когда окажусь дома в тёплой ванне.

– Сейчас мигом домчим! – успокоил я друга и устроился за рулём.

– Погоди, Арс, не заводи двигатель! – неожиданно заволновался парень.

– Почему? Что не так?

– Я чувствую, что в машине есть посторонние артефакты. Дай-ка мне сосредоточиться.

Парень завис минуты на две, а затем попросил меня выйти из машины, и принялся обходить её по кругу.

– Ничего не понимаю! – бормотал артефактор, осматривая заднее колесо. – Я уверен, что здесь есть посторонний артефакт, только не могу понять где именно. Ах, вот оно что! Точно, вот и он!

Через минуту Уваров поднялся, сжимая в руках небольшой металлический диск размером чуть больше кулака.

– Магнитная бомба! – прорекламировал артефактор. Крепится к металлической части, а при срабатывании механизма взрывается. Если бы мы поехали, взлетели бы на воздух.

– Спасибо, друг! – поблагодарил я Кешу и попросил убрать эту штуковину подальше. Вызвали полицию, но те лишь приняли заявление и пообещали поискать виновников. Учитывая, что камеры наблюдения на парковке ведут запись постоянно, у нас был шанс найти виновника, вот только предполагаемый исполнитель преступления тоже не был профаном и хорошенько замаскировался.

– Бомбу установили прошлой ночью, когда злоумышленник мог свободно передвигаться по городу в маске, – объяснил следователь.

– Ясно только одно – кто-то хотел твоей смерти, Арс. И этот кто-то действовал просто, но профессионально.

– «Ушкуй»? – предположил я, вспоминая, что у этой бригады есть на меня заказ ещё с января.

– Вполне может быть, я бы не стал отрицать и такой вариант, – покачал головой Уваров.

Домой мы вернулись ближе к полуночи. Никитский с Вьюгой встречали меня, несмотря на позднее время. Оказалось, что хотя бы дома был порядок, и не происходило ничего странного. Может, убийцы только прощупывали почву? В любом случае, им удалось меня утомить. Утром я вставал по будильнику не выспавшийся и уставший.

С большим трудом отработал три пары и отпустил ребят домой. Я уже мечтал о том, что поеду домой отсыпаться, но Акулина Ивановна назначила очередное собрание, и мне пришлось плестись в актовый зал. Хоть бы не заснуть там! Думая об этом, я ещё не знал, услышу нечто настолько важное, что сон как рукой снимет.

– Дамы и господа, важные новости! – произнесла Остроумова, когда весь коллектив академии собрался в зале. – Я собрала всех вас для того, чтобы передать официальное объявление, которое поступило из Москвы буквально час назад. Этой ночью на императорское имение в Москве было совершено нападение. После погрома Его Императорское Высочество Михаил Павлович пропал без вести. На данный момент нет никаких новостей о его судьбе. В сложившихся условиях, если Цесаревич Михаил не будет найден в ближайшее время, право наследования престола перейдёт брату покойного императора, Его Высочеству Владиславу Александровичу.

– Наконец-то! – выпалил Медин и воздел руки к небу. – Вот теперь настало наше время!

– Напрасно радуетесь, Павел Николаевич, – осадила парня Акулина Ивановна. – Ничего хорошего для нашего государства правление Его Императорского Высочества Владислава не принесёт.

– Вы так считаете? – удивился парень.

– Не просто считаю так, но и уверена в этом. Возможно, юный возраст или личные амбиции не ают вам понять этого, но с императором Владиславом для нашего государства наступят нелёгкие годы. Впрочем, я не намерена обсуждать политическое устройство нашего государства с вами.

– Очень занятная позиция, – вмешался в разговор Яковлев, но Остроумова оставила его слова без ответа и объявила собрание закрытым.

– Не понимаю, зачем она сказала это при Медине и Яковлеве? – удивлялся Кеша, когда мы шли по коридору академии после собрания. – Неужели она не понимает, что её слова немедленно передадут, куда не следует?

– Остроумова знает что делает. Она всё-таки предсказатель, и очень мощный, – успокоил я друга. – Возможно, мы не понимаем её действий до конца, потому как не можем видеть наперёд.

– Думаешь, всё наладится? – с надеждой в голосе поинтересовался Уваров.

– Уверен, что мы наведём порядок. Вот только какой ценой?

Глава 6. Ректор

Кеша был прав, когда опасался последствий слишком резких высказываний Акулины Ивановны. Имперская служба безопасности отреагировала на её слова буквально на следующий день. У меня сегодня не было занятий, поэтому я рассчитывал поработать над планами и заскочить пообедать в «Айгун», но уже на выходе из корпуса меня остановил Уваров.

– Арс, погоди! – окликнул меня Кеша. – Остроумова собирает весь преподавательский состав на собрание.

– Опять? – удивился я, предчувствуя неладное. – Не нравятся мне эти собрания в последнее время. Какую неприятность Акулина Ивановна сообщит в этот раз?

– Боюсь даже подумать! – признался Уваров.

Мы собрались в преподавательской, вот только Акулина Ивановна задерживалась. Даже Медин вертел головой и беспокойно ёрзал на стуле, словно ожидал неприятностей. Яковлев же, наоборот, сидел неподвижно, словно статуя, и боялся даже моргнуть. Ожидание затягивалось, но никого не было. Наконец, дверь распахнулась, и в преподавательскую вошёл Дронов.

– У меня ордер на арест ректора Арктической академии Остроумовой Акулины Ивановны! – с важным видом произнёс Виктор, помахав в воздухе печатным листом бумаги. – Она обвиняется в сокрытии государственных средств и заговоре против Его Величества, императора Владислава Александровича!

– Увы, арестовать Акулину Ивановну у вас не выйдет, – спокойно произнёс я, с улыбкой глядя в глаза Дронову.

– Вы намереваетесь препятствовать работе имперской службы безопасности?

– Что вы, господин Дронов, как можно? – с наигранным удивлением произнёс я, откровенно издеваясь над новым главой безопасников Мурманска. – Просто Акулины Ивановны здесь нет. Вы же не думали, что талантливый предсказатель её уровня будет дожидаться, пока вы выбьете ордер на её арест и явитесь сюда?

Теперь понятно к чему было это собрание. Талант предсказательницы помог Остроумовой заранее узнать об аресте, и ей требовалось незаметно покинуть академию. А как ещё избавиться от нежеланных свидетелей, особенно, от Медина с Яковлевым, которые наверняка шпионили за ней? Собрать всех в одном месте и заставить ждать. Снимаю шляпу перед её умением решать проблемы! Дронов может носом рыть землю, но Остроумову он не найдёт. Не удивлюсь, если в этот самый момент она покидает пределы Мурманска.

– Очень смешно с вашей стороны. И очень наивно, – произнёс Дронов. – Поспешу вас обрадовать очередной новостью. После инаугурации нового императора каждый дворянин должен будет принести ему присягу. Его Императорское Высочество сам решит кого оставлять в сословии дворян, а кого вышвырнуть вон, а заодно лишить всех титулов и государственных наград. Наконец-то мы избавимся от кучи бесполезных выскочек, которые позорят честь нашего государства, портят отношения с соседями и создают угрозу нашему государству.

– Выходит, мы с вами больше не увидимся? – съязвил я, скорее, чтобы не терять лицо.

– Да, господин Чижов, – ответил Дронов с улыбкой. – С вами мы точно больше не увидимся.

От меня не ускользнуло, с каким нажимом он произнёс эту фразу и нарочно выделил интонацией слово «вами». Выходит, Дронов чувствует себя хозяином ситуации и знает наперёд что произойдёт дальше. Ах, как бы хотелось испортить их планы и посмотреть как ухмылка исчезает с этой самодовольной рожи! Знать бы только как это сделать…

Этим вечером на кухне Уваровых мы устроили настоящий мозговой штурм, чтобы понять как выбраться из сложной ситуации.

– Выходит, если отказаться приносить присягу, тебя ждёт неминуемая ссылка, – подвёл я итог своих умозаключений.

– Не просто ссылка, а лишение дворянского титула, всех привелегий и каторга, как для простолюдинов, – уточнил Кеша.

– А отказаться от дворянского титула просто так нельзя, потому как лишить статуса дворянина может только император?

– Всё верно! – подтвердил Уваров.

– Выходит, дворянам, которые не поддерживают Владислава, остаётся либо дать клятву верности, либо позволить себя уничтожить? Неплохую чистку устраивает новый император.

– А ты бы не также поступил? – удивился парень. – Владислав хочет обезопасить себя. Зачем ему дворянство, которое может взбунтоваться в любой момент?

– А я всегда говорила, что от этих дворян ничего хорошего ждать не приходится! – вмешалась Лариса Александровна, которая слышала часть нашего разговора. – Того и жди беды! Как жаль, что мои дочь и зять в это впутались!

Женщина поднялась из-за стола и ушла на кухню, где кипел чайник, а мы провели её взглядами, не желая продолжать разговор при ней.

– Есть ещё один вариант… – начал Кеша.