Тайны Варангии. Тёмная страна

Глава 1

Ветер гулял по просторному, мрачно полуразрушенному залу, проникая в щели и издавая протяжные, зловещие звуки. Воздух был тяжелым от сырости и гнили. Сквозь разбитые окна пробивался лунный свет, позволяя в полумраке различить силуэт, который опирался обеими руками о стол и склонил голову. Тишину нарушил гулкий стук шагов по каменному полу, эхом разносящийся по залу. Силуэт поднял голову, но не обернулся на звук.

– Новости? – хрипло прозвучал голос, прерывая шаги.

– Наш план удался. В замке распространили слух, что Дамир не из рода Варгов.

– Верея! – прервал её рассказ силуэт, повернув голову.

Перед Вереей стояла женщина с бледным лицом и впалыми щеками, над которыми в черных глазницах мерцали два голубых огонька. Она поправила седую прядь, убрав её за ухо. Её тонкие, длинные пальцы с чёрными, как у ворона, ногтями вызывали отвращение. Женщина тяжело вздохнула и продолжила:

– Ты должна привести его ко мне. Пора ему узнать правду о себе.

Верея приблизилась к своей собеседнице, выглядела она во много раз лучше старой ведьмы: глаза её сияли, кожа переливалась слегла жемчужным светом, а волосы были собраны на затылке, обнажая изящную лебединую шею.

– Озара, владычица, я принесла тебе клятву верности много лет назад и готова повторить её вновь. Я не подведу тебя и приведу к тебе князя. Но что же делать…

Старая ведьма перебила её:

– Белая река? Её оставь мне. С остальными из рода Варгов поступай как считаешь нужным. До них мне нет дела. Если пророчество сбудется – от них и следа не останется.

Рогнеда застыла у окна, погружённая в собственные думы. За стеклом хлестал дождь, и гремела гроза, ветер трепал тяжёлые ветви деревьев и, казалось, они вот-вот вырвутся с корнем. В своей жизни она ни раз не видела столь бушующую стихию. Внезапно её мысли устремились к людям, работающим на строительстве моста через реку Мерелу. Их могло унести сильное течение – волны разбивались о скалы с неимоверной силой, неподвластной человеку. Сколько уже погибло душ? Эти мрачные размышления вились тревожным вихрем в её голове. В шуме комнаты, в спорах и криках она уже не слышала ничего; всё это казалось далеким и пустым. Больше всего её терзал дурной холодок предчувствия, принесённый бурей. Сжав ладони в кулаки, словно готовясь к битве, Рогнеда шептала молитву Перуну, умоляя о милости и остановке урагана. Но в ответ лишь грохот грома прорвал небеса, заставив её вздрогнуть. Внутри у нее все крепче укоренялось чувство надвигающейся беды.

– Радмира! – прозвучал суровый голос Беримира. – Ты может соизволишь повернуться к нам?! Скажи хоть слово, а то я своими руками убью его! – громогласно выкрикнул Великий князь Варангии, указывая на Дамира.

– Отец, я намерена выйти за него. Это взвешенное решение, да и вы сами говорили, что мне пора замуж, – спокойно произнесла Рогнеда, но в её взгляде читалась отрешённость.

– Ты! – не сдержавшись в гневе, Беримир схватил Дамира за шиворот. – Ты никогда её не получишь! Я не отдам!

Дамир не сопротивлялся брату, лишь театрально закатил глаза. Он не вырывался из цепких рук яростного Беримира и был готов принять любой удар. Но, исчерпав силы, тот ослабил хватку и рухнул в кресло, обитое медвежьим мехом.

– Можешь уйти с глаз моих, – устало произнёс Беримир.

– Да, – спокойно ответил Дамир, – но хоть как ты не сопротивляйся, глубоко в душе ты знаешь: я – единственный, кто сможет ей обеспечить безопасность и власть, когда ты уйдёшь к предкам.

С этими словами он покинул комнату.

Оставшись наедине, Беримир не решался заговорить, а Рогнеде нечего было добавить. У неё не было союзников – в Варангии её едва ли признавали за истинную дочь Беримира. Дружина была разделена между Акамиром и Дамиром, и ни один воин не стоял за ней, разве что Вацлав, но этого было недостаточно. Верить Дамиру казалось опрометчиво, но она понимала: сейчас они оба нуждаются друг в друге. Вскоре правда о нём станет известна, и его враги немедленно предпримут решительные шаги. Если же она останется одна, рано или поздно судьба лишит её последней опоры – Беримира, и тогда она окажется в смертельной опасности. Ей придётся бороться не только за власть, но и за собственную жизнь, ведь Акамир непременно попытается уничтожить её сразу после смерти отца.

– Радмира, дочь моя, неужели ты действительно этого хочешь?

– Великий князь, я осознаю, что эта новость ошеломила вас, – ответила Рогнеда, – но подумайте сами: Дамир – не мой кровный родственник, между нами не будет кровосмешения. Он выдающийся воин и стратег, способный позаботиться обо мне и защитить меня. Множество знатных родов на его стороне, и большая часть дружины поддерживает его. Верните ему должность главнокомандующего дружиной и дайте нам благословение на брак.

– Он запудрил тебе голову, как и другим девицам. Но ты же не такая? Неужели его слова оказали на тебя влияние?

Рогнеда подошла к отцу, присела рядом, взяла его руки в свои и заглянула в его глаза.

– Нет, я не питаю к нему страсти – это скорее союз взаимной выгоды. Я не смогу убедить вас в необходимости этого решения, но прошу, рассмотрите его со всех сторон. Да дарует вам Род долгие лета жизни, но всё же вы не всегда сможете быть рядом.

Беримир смутился от её слов. Он никогда не понимал намёков – с ним следовало говорить предельно ясно, иначе он искажал смысл сказанного.

– У тебя есть брат Акамир. Он всегда поддержит тебя, Радмира. Он поможет тебе в управлении и может стать твоим советником.

Девушка поднялась и вновь подошла к окну; за стеклом бушевала буря, не утихая, а, напротив, набирая силу. В её мыслях опять возникли пленники, скованные на каторжных работах – там сейчас мог находиться Вацлав, если бы богиня Мокошь не распорядилась иначе их судьбами.

– Отец, – начала Рогнеда, – Дамир не из рода Варгов, но всегда жаждал трона, на котором сидели вы, и всей той власти, что принадлежит вам. А разве вы думаете, что Акамир, носитель крови нашего рода, не стремится к тому же?

Князь собрался возразить, но запнулся, и Рогнеда вновь перехватила инициативу:

– Поверьте, я обдумала все возможные варианты. Однако без вашей поддержки Акамир не позволит мне спокойно управлять Варангией. Начнется гражданская война. Но это не самое страшное. Надвигаются мрачные времена, и без помощи Дамира мы не справимся с надвигающейся бурей. Он – из Темной страны и он ключ. Зло, которое приближается может быть страшнее Вереи. Подумайте об этом.

С этими словами Рогнеда удалилось от Великого князя.

После разговора с Беримиром Акамир окончательно убедился: Яснея была права – Дамир не принадлежит к роду Варгов. Пока его супруга была занята рукоделием, он мчался к Рогдаю. Советник неизменно поддерживал его, и Акамир знал: после ухода отца Рогдай сумеет убедить большую часть совета выступить на его сторону. Вкус власти уже горчил на его губах. Он – истинный Варгов, признанный на всём просторе Варангии, главнокомандующий дружины, сместивший Дамира с этого поста; за ним последует большинство княжеств Варангии, и в жёны он взял саму княжну Лукоморского княжества. Теперь он непобедим. С этими мыслями Акамир распахнул дверь в кабинет Рогдая без стука. Тот, склонившись над книгами, вздрогнул от неожиданного вторжения.

– Княже, ты меня изрядно напугал! Что же случилось, что ты ворвался ко мне без стука? – спросил советник.

– Рогдай, я – следующий Великий!

Дамир больше не представляет для нас угрозы! – торжественно произнёс Акамир, небрежно устраиваясь в кресле напротив. Пламя радости играло в его глазах и окрашивало румянцем щеки. Юноша не скрывал довольной улыбки.

– Ладно, не томи, рассказывай, что случилось.

– Дамир не Варгов, – твёрдо заявил Акамир. – Он не принадлежит к семейству Великих и никогда им не станет. Он – безродный!

Акамир поведал всё, что узнал за последние сутки о Дамире. Он не мог усидеть на месте, жаждал услышать хоть какое‑то слово от Рогдая, но советник молчал, лишь хмуро поглаживал бороду. Было видно, как усердно думал пожилой мужчина.

– Ну? – нетерпеливо прервал его размышления молодой князь.

– Акамир! Сколько раз я должен учить тебя терпению? – строго произнёс советник. – Обдумываю, как поступить с той информацией, что ты мне преподнёс. Пока иди, а я приму решение, как нам правильно действовать. Ах да, принеси мне дневник, в котором изложено всё, о чём ты говорил. Необходимо удостовериться в его подлинности.

Акамир покинул кабинет, а Рогдай, наслаждаясь вестью, уже знал, что предпримет. Взяв перо, он принялся писать письма во все княжества, затем сложил их в шкаф стола. Откинувшись на спинку кресла, он расхохотался. Боги явно благоволят Акамиру – в этом не было сомнений. Он ждал мгновенья, когда в его руках окажется дневник Яромира – именно этот артефакт наконец поможет стереть Дамира с их пути.

Рогнеда мчалась по коридору, её волосы развевались, дыхание было прерывистым, щеки пылали румянцем, а глаза сияли ярким блеском. Влетев в опочивальню Дарины, она бросилась к подруге и крепко обняла её. Дарина взглянула на Рогнеду с удивлением, не понимая, что с ней произошло.

– Неда, ты в порядке? Что с тобой? – взволнованно произнесла Дарина.

– Дара, ты была права! Давай сядем, у меня ноги дрожат.

Дарина посадила подругу на кровать и налила ей воды.

– Хочешь, я пошлю за Вацлавом, и ты нам всё расскажешь?

– Да, пожалуйста, – успокоившись согласилась Рогнеда.

Спустя мгновение в комнату с лёгким хлопком вошёл Вацлав. Его взгляд был светел, волосы чуть растрёпаны, что нисколько не умаляло его обаяния, а наоборот – придавало ему особый шарм.

– Девчонки, что случилось? – с улыбкой спросил он, переступая порог.

– Твоя сестра здесь, хочет поделиться горячими сплетнями, – со смешком проговорила Дарина, бросив взгляд на Рогнеду, которая в ответ закатила глаза.

– Ребята, вы даже не представляете, что я вам сейчас расскажу.

Друзья уютно устроились у камина, расположившись на медвежьей шкуре. Ветер стучал по ставням, а раскаты грома грозили вскоре разнести замок, словно он был построен из песка. При каждом громе Дарина охала и вздыхала, пытаясь не отвлекать подругу от рассказа. Рогнеда начала с самого начала – с того вечера, когда Дамир сделал ей предложение, и довела повествование до того, что он вовсе не из рода Варгов, не упустив ни одной детали, включая упоминания о Темной стране. На лицах Вацлава и Дарины застыл шок от услышанного. Минута молчания после завершения рассказа была прервана Вацлавом.

– Неда, я не понял: ты теперь собираешься выйти замуж за Дамира? – с вопросом взглянул он на сестру. В его глазах не было радости, он явно не был готов к скорому её замужеству.

Воспользовавшись моментом, Дарина вмешалась, не менее озадаченная, чем Вацлав:

– Я же говорила, что всё к этому идет! С самого начала! Ещё на корабле, после того как ты подслушала его разговор с этим Абсеем, будь они неладны!

Вновь раздался громкий раскат, заставивший троих вздрогнуть.

– Даже Перун в гневе! – добавил Вацлав, в то время как Рогнеда собиралась с мыслями.

– Я понимаю, что вы ошеломлены, и мне не легче, – тяжело вздохнула Рогнеда, продолжая: – Этот брак будет союзом по расчету, не более. Мне вовсе не по душе моё положение. Власть – не та цель, к которой я стремилась. Но кто ж спрашивает Мокошь, плетущую нити судьбы? Мне остается лишь принять это. Великий заставит присягнуть на верность мне все княжества – кто-то сделает это искренне, кто-то под принуждением. А если мне не удастся быстро утвердиться на троне после смерти отца – да хранят его бог и даруют долгие лета – начнется распри и вспыхнут междоусобицы. Мы все окажемся на краю пропасти. Акамир сейчас в более выгодном положении: пусть большая часть дружины верна Дамиру, но подчиняться она будет Акамиру – новому главнокомандующему. А когда узнают, что Дамир не Варгов, что тогда? Его влияние рухнет.

– Какая тебе разница до Дамира! – вскипел Вацлав. Ему было невыносимо думать о связи сестры с этим подлецом. – Пусть его хоть за Мрачные горы обратно отправят, тебе он не должен быть важен! Он лишь использует тебя, чтобы удержаться у власти и остаться Варговым!

– Я тоже не понимаю твоей заинтересованности в нём, – тихо произнесла Дарина, добавляя дров в камин. Холодный ветер быстро выдувал тепло из комнаты.

– Почему вы не понимаете: его судьба для меня безразлична, – с тоской сказала Рогнеда. – Но будем честны: я слаба в интригах, у меня мало поддержки и вовсе нет связей с боярами и знатными родами; для них я чужая, а в управлении – ноль. Как я справлюсь с огромной страной, сидя на троне?

– Но ведь у тебя будет совет! – Возразила Дарина.

– Дара, весь этот совет встанет на сторону Акамира. При удобном случае он захочет меня устранить, – Рогнеда искала в глазах друзей хоть каплю поддержки, но сталкивалась лишь с непониманием. – Только Дамир сможет защитить меня…

Вацлав прервал сестру, не дав ей договорить:

– А я на что? Думаешь, не сумею тебя защитить?

– Тебе самому не помешает защита! Как же вы меня не понимаете! Мы выросли в иных обстоятельствах! – Рогнеда поднялась и стала взад и вперёд ходить по комнате, стремясь донести друзьям полную картину. – Вацлав, ты только постигаешь военное искусство. Есть ли у тебя хоть капля авторитета, заработанного собственными усилиями, не благодаря тому, что я – Великая княжна?

– Неприятно слышать такое от сестры.

– Ох, Вац, – вздохнула Дарина. – Ты ж понимаешь, что Неда имела в виду.

– Я имела в виду то, что сказала! – резко перебила подругу Рогнеда. – Пора нам взрослее смотреть на вещи! Мы уже не в Беловодье. Раз уж вы решились последовать за мной в столицу, должны осознать: мы втянуты в жестокую борьбу за власть, где на кону наши жизни! Дамир умен, хитёр, отважен. Желание власти у него есть, и оно значительно сильнее, чем у Акамира; но той власти, о которой мечтает он, ему не видать. Я не позволю. Но справиться с Акамиром сможет он – куда лучше меня.

– Значит, ты решила обзавестись тёмным рыцарем, который будет расправляться с твоими врагами, – с лукавой улыбкой произнесла Дарина.

– Дарааа, – протянула Рогнеда, стараясь скрыть улыбку.

Обстановка в комнате постепенно разрядилась. Вацлав успокоился, частично признавая правоту сестры, но он слишком сильно не желал отдавать её в руки Дамира. Тема брака была закрыта; друзья поняли, что Рогнеду им не переубедить, и оставалось лишь оказать ей поддержку. В конце концов, если ей удастся найти общий язык с Дамиром, вместе им будет проще противостоять Акамиру и не только ему одному. В замке царило тревожное молчание: над Варангией сгущались тучи, нависло что-то зловещее. По всей стране начали распространяться слухи о нападениях нечисти в лесах. Никто не был готов к предстоящему ужасу, и страх глубоко поселился в сердцах людей.

– И когда же свадьба? – спокойно спросил Вацлав.

– Не знаю, – с досадой ответила Рогнеда, – мне не удалось убедить Великого в её необходимости.

– Неда, меня осенило! Посмотри, Дамир не из рода Варгов, но почему же его признали северные волки? По легендам лишь у Варгов есть такая связь с ними, – неожиданно сменила тему Дарина.

– Ты права, – поддержал её Вацлав. – Ведь у него даже есть свой волк, Дарк. Этот зверь безмерно предан ему – я видел это во время тренировок.

Рогнеда задумалась. Как возникла между ним и Дарком такая непоколебимая связь? Почему другие волки тоже относятся к нему с уважением? Разве может быть такое не будь он из рода Варгов?

– Я не знаю, – с недоумением произнесла она. – Как же раньше я об этом не думала? Ведь первое, что он сделал, чтобы убедиться в том, что я дочь Беримира, – отправил меня в клетку к волкам.

Друзья ещё долго обсуждали загадку, но так и не пришли к ответу, и разошлись по своим делам. Рогнеда возвратилась в свою комнату – её терзали сомнения. В семнадцать лет сложно оставаться мужественной и решительной в своих намерениях. Что если она совершит ошибку, выйдя замуж за Дамира? Но почему-то именно с ним она чувствовала себя под защитой; что-то глубоко в сердце говорило ей, что она идёт по верному пути. Ее неистово потянуло к молодому князю. «Где он сейчас? Что делает? Разрабатывает ли он план, чтобы убедить Беримира? Или, может, погружён в сомнения, узнав истину о себе?» – раздумывая над этим, она покинула комнату и отправилась на поиски князя.

Рогдай направлялся к Великому, держа в руках дневник Яромира, который передал ему Акамир. Он был в приподнятом настроении и надеялся, что простодушный Беримир нынче откроет все семейные тайны, после чего это будет оглашено на совете, а Дамир позорно покинет замок и Обдору. День клонился к концу, и уставший правитель покоился в своей опочивальне, не ожидая никого. После беседы с Рогнедой и Дамиром он почувствовал недомогание и слёг. Хорс приготовил ему успокаивающий отвар, и Беримир начал погружаться в сон. Внезапный стук в дверь нарушил его покой, и слабым голосом он разрешил войти. На пороге стоял Рогдай.

– Великий, позвольте, – кротким голосом произнёс он, входя в покои князя.

– Заходи, Рогдай. Что тебе нужно?

Советник сразу заметил нездоровье Беримира. Как хитрый лис, он приблизился к князю и, словно ластясь встал у его ног, ожидая подходящего момента.

– Вижу, вы не в лучшем состоянии. Что с вами случилось? Что за беда?

– Со мной всё в порядке. Принял снотворное, потому разум затуманен. Говори кратко, – с трудом произнёс Беримир, полузакрыв глаза, словно вовсе не присутствовал здесь.

– Тут такое дело, Великий, – начал Рогдай. – Прознал я, что Дамир не ваш родич. Конечно, возмущался, мол, как же так?! Он же настоящий Варгов – и характером, и умом! Да тут мне дали вот эту книженцию. – Советник протянул дневник Яромира.

Беримир тяжело вздохнул и выругался тихо под нос.

– Кто дал тебе это? Ах да, угадаю, Акамир! Несносный мальчишка.

– Не стоит спешить на него злиться. Он волнуется – говорит, что отец мог не знать правды, что, возможно, находится под чарами, ведь это Дамир отпустил Верею на волю, и с рук ему всё сошло.

– Всё я знаю, – устало проговорил Беримир, а затем, вспомнив с кем говорит, поспешно добавил: – Сплетни да выдумки врагов. Передай Акамиру, чтобы держал язык за зубами! А теперь уходи.

– Великий, прошу прощения за дерзость, но разрешите забрать эту книгу.

– На кой тебе она? Сплошные враки! Иди давай и про дневник забудь! – проревел Беримир, крепко сжимая в руках дневник своего отца.

Советник откланялся и покинул покои Великого, спеша к Акамиру. Сомнений больше не оставалось: Дамир не принадлежал к роду Варгов и, следовательно, не имел ни малейших прав на трон.

Рогнеда остановилась у двери, ведущей в опочивальню Дамира. Она подняла руку, чтобы постучаться, но внезапно остановилась, охваченная сомнениями. Воспоминания о пережитом из-за него ожили вновь, и огонь ненависти разгорелся в её душе. «Нет, пусть он немного испытает одиночество, как когда-то я томилась в его темницах», – решительно подумала она и, не выдержав, повернула обратно, размышляя о том, какие противоречивые чувства вызывает у неё этот мужчина.

В то же время Дамир сидел в своём удобном кресле у камина, пристально вглядываясь в мутные тучи за окном, что колыхали деревья в буре. Он тщетно пытался дотянуться до туманных воспоминаний своего далёкого детства, но в памяти всплывали лишь образы Варангии. С юных лет он знал – он не из рода Варгов. Когда он достиг сознательного возраста отец рассказал ему и Беримиру тайну о том, что его нашли в горящей избе на окраине княжества Обдоры, смелый князь спас младенца, коим был Дамир и с тех пор сердце мудрого правителя прикипело к мальчику. Так он и оказался в замке, став сыном Яромира.

Но Дамира всегда терзало любопытство: зачем отец наделил его почестями, почему обманул всех вокруг, выдавая его за своего наследника? Князь догадывался, что за этим скрывается нечто большее, но даже и предположить не мог, что он родом из Темной страны. Вспоминая свои сны, что с детства мучили его, Дамир вдруг осознал – всё это время его ведения вели именно туда, в Темную страну. Но кто тот голос, что звал его? Кому он принадлежит? Неужели он – сын ведьмы?

Несмотря на свою стойкость и сильный характер, Дамир ощущал внутри уязвимость. Беримир столько лет знал о нём больше, чем он сам, и столько лет хранил в тайне его судьбу. «Сколько ещё загадок скрывает род Варгов?» – задумчиво вздохнул князь, сознавая, сколько неизведанного ему предстоит открыть. В его сознании никак не укладывалось, как Беримир, непрестанно требуя доверия, сам утаивал от него самые сокровенные страницы его собственной жизни.

– Я возьму с тебя, братец, сполна, – пробормотал мужчина себе под нос, поднимаясь с кресла.

Он подумал о Рогнеде и эти мысли заполнили его сердце теплом: несмотря на всё, что она пережила из-за него, она протянула ему руку, приняла его игру, осознавая его скрытые мотивы. Желая увидеть её, он распахнул дверь своей комнаты и неожиданно для себя увидел ее, идущую по коридору, которая мгновенно обернулась на звук открытой двери.

– Рогнеда? – удивлённо произнёс он.

Она округлила глаза и попыталась выдавить из себя улыбку.

– Добрый вечер, Дамир. Что случилось?

– Что ты здесь делаешь? – подходя ближе, спросил молодой князь, пристально всматриваясь в её тревожные глаза.

– Искала Вацлава, – быстро соврала она.

– Хочешь, поищи в моей комнате?

Рогнеда закатила глаза, и напряжение, возникшее в момент встречи, улеглось – она с облегчением выдохнула.

– Дамир, было бы странно, если бы он был там, – улыбнулась она, затем с более серьёзным выражением продолжила: – Ты говорил с Великим? Он принял решение?

– Нет, пойдем завтра утром – вдвоём. Но у него нет выбора, он одобрит наш брак.

– Почему ты в этом так уверен?

– Потому что теперь он мне должен, – с легкой насмешкой ответил Дамир.

Он взял Рогнеду за руку и внимательно заглянул ей в глаза. Она не стала вырывать свою руку, позволяя его ладоням полностью обхватить её кисть. Сердце её забилось учащённо, а голос предательски дрогнул.

– И что же он тебе должен?

– Мою жизнь. И отныне без тебя ее не может быть, – спокойным тоном произнёс князь.

– Ты снова начинаешь свои игры! – Она резко вырвала руку. – Боги, дайте мне сил. Если уж мы поженимся, то ни одного прикосновения ко мне ты не получишь, запомни это сразу!

Дамир рассмеялся.

– Я то сумею сдержаться, а вот ты? Судя по тому, как ты бродишь у моей комнаты, для тебя это станет проблемой.

В ярости Рогнеда ударила его по плечу, но это лишь ещё сильнее развеселило молодого князя. Молчаливо развернувшись, она ушла в свою комнату, кипя от негодования. Дамир, довольный, вернулся в опочивальню и быстро погрузился в сон.

Утро для Рогнеды было тревожным: она быстро собралась и уже готовилась отправиться к отцу, когда в комнату с лёгким стуком вошёл Вацлав.

– Доброе утро, сестрица! Как спалось под ураган?

– Доброе, Вац. Плохо, не могла долго уснуть – было неспокойно под звуки бури, да и мысли о предстоящем дне не давали покоя.

Вацлав подошёл к окну и отдернул занавесы – в комнату протянулся мягкий дневной свет.

– А то у тебя тут, словно в склепе, – улыбнулся юноша. – Посмотри, что творится за окном! Случалось ли нам когда-нибудь видеть столь свирепый ураган?

Рогнеда приблизилась к окну и увидела, как слуги суетливо бегают по улице, собирая обломки ветвей и мусор, принесённый ветром. Сад утопал в грязных лужах, множество деревьев было вырвано с корнем, а некоторые постройки в замковом дворе получили повреждения.

– Какой же ужас творится! – изумлённо прошептала девушка. – Представь, сколько разрушений в городе…

– Да, работы сегодня предстоит немало, – пробормотал Вац с задумчивым видом. – Я вот зачем пришёл то…

Юноша замялся, медленно вынул из кармана мятый свиток и протянул его Рогнеде.

– Что это?

– Ивар просил передать. Сначала я колебался, но подумал: он всё равно мог бы передать это Дарине или кому-то ещё – лучше уж сделаю это я сам.

Рогнеда неуверенно взяла свиток из рук брата. Вацлав молчал, ожидая её реакции, внимательно наблюдая за растерянным выражением лица сестры.

– Мне кажется, ты меня осуждаешь? – тихо спросила она.

– Неда, ты с ума сошла! Нет, конечно, откуда такие мысли? – возмутился Вацлав.

– Ну, Ивар и всё такое…

– Я знаю, как ты его любила, и не смею тебя осуждать. Я и сам в ловушке собственных чувств.

Вацлав сел на кушетку у окна, опустив плечи, и Рогнеда сразу заметила тень печали в его взгляде. Аккуратно положив письмо от Ивара на стол, она села рядом и обняла брата.