Запомни, я твой куратор!

✮

Глава 6. Аромат Вальмирской сирени

Окружив себя светом, я шагнула вперёд в поисках своего бедового адепта. Купол был невелик, поэтому найти во тьме Хьюго оказалось просто, а вот достать не очень. Лордёныш парил в высоте, испуская из себя марево – неподвластную смертоносную тьму. Ухватив парня за штанину, я потянула Хью на себя и он, пребывая в невесомости, беспрепятственно подплыл ко мне. Обхватив лицо "любимого" адепта ладонями, тихонько позвала его. Времени оставалось всё меньше – нужно срочно выводить его отсюда, пока маги чего не заподозрили на мой счёт.

– Хьюго. Очнись, малыш! – глаза юноши распахнулись на звук моего голоса, но в них плескалась только тьма.

Чёрные дымящиеся щупальца стали обхватывать тело и приподнимать вверх. Из-за сильной хватки дышать стало тяжело. Блузку на теле стремительно разъедало марево. Кожу стало ощутимо печь – пока от смерти спасал лишь мой свет.

Стараясь не обращать внимания на смертоносную магию, вновь воззвала к лордёнышу:

– Я рядом, Хью! Успокойся, твой учитель не прав! Тебя ждут в Академии друзья, сокурсники! Тебя жду я!

Брайт не реагировал на мой голос, тьма даже не собиралась покидать глаза, возвращая носителю контроль над собой. Пришлось импровизировать.

– Хью, вернись ко мне! Я соскучилась! – ухватив парнишку за ворот рубашки, подтянула его к себе, или себя к нему, тут с какой точки посмотреть, и поцеловала жёсткие губы.

Секунда-другая, адепт не реагировал, а потом на моей талии резко сжалось не марево, а его тёплые руки.

– Хопс… – прошептал Хью в перерыве между глотком воздуха и новым поцелуем.

– Давай, малыш, возвращайся ко мне! – с этими словами я углубила поцелуй, смотря как марево теряет фиолетовые всполохи и становясь привычной тьмой.

Руки Хьюго прижимали меня ближе к себе, гуляли по телу, поцелуи становились всё откровенней, а я не брыкалась, выжидая момент, когда тьма ещё немного уляжется и позволит утащить Брайта к морю, которое охладит его пыл.

Подгадав момент, начертала знак петли на прозрачном камне, активируя «ловушку» и потащила несопротивляющегося Брайта через серый мир к морю. Камень должен был всосать в себя всю магию, а после остаться на полу – надеюсь, мне вернуть его позже.

Времени искать точку выхода не было – тьма Хьюго собиралась вновь сорваться с цепи, переродившись в марево. Нужно было до конца успокоить юнца и не рассекретить себя ни перед магами, ни перед Хью в изнанке. Именно поэтому мы выскочили в волнах холодного моря, а не на пляже. Так было меньше вероятности, что моё светлое сияние, а не привычное всем чёрное, увидят посторонние.

Холодные волны накатывали, "обжигали" и пришлось постараться, чтобы отпрыск древнего рода не умер раньше времени от моей руки или переохлаждения. Признаюсь, утопить его хотелось, отомстив за всё разом: за мои вымотанные нервы, за непонимания слова «нет», за убийственные подарочки, за раздевающие взгляды. Короче, за всё! Правда, эта мысль гуляла в голове только первые пару секунд. Море охладило мой пыл, жаль, что не Брайта.

Вытащив блондина на берег, оседлала мужские бёдра, закатала рукава рубашки Брайта и, стащив свои браслеты, надела адепту логры чуть ниже локтя, стараясь перекрыть ещё один канал магии.

«Откуда в нём столько мощи? Мал да удал, про тебя, что ли? Столько лет дрыщом ходил и на тебе… две пары логров удержать не могут!»

– Хьюго! – стала тормошить адепта за плечи, видя, что он начинает отключаться, а это плохо. Марево жрёт много сил, но тьму угомонить без сознательного носителя маловероятно. Да, под влиянием логров она притихла, но несколько щупальцев ещё танцевали на песке под его спиной.

– Открой глаза! Открой глаза, малыш! – просила я, гладя мальчишку по щекам.

Тёмно-синие глаза приоткрылись, даруя надежду, что пляж останется прежним, без новых углублений и заводей.

– Хороший мой, постарайся успокоиться! – стала ласково лепетать я. – Прислушайся к себе, что тебя успокаивает? Меня вот, когда доводят, только шум моря угомонить может. Слышишь? – всё так же гладя колючие щёки, делилась я сокровенным. – Оно так хорошо убаюкивает. Так ласково качает на волнах, чувствуешь?

Очередная сильная волна накатила на мою спину, заставляя склониться ближе к адепту.

– Хью, подумай, что может успокоить тебя сейчас? – пыталась я наставить лордёныша на нужную ему волну, сама же чувствовала, как седею на глазах. Логры раскалились настолько, что кожа на его запястьях покраснела.

Рука адепта поднялась к моему лицу, но вместо того, чтобы коснуться лица нежно, как я его, он запустил пальцы в мои мокрые волосы и с силой потянул на себя. Думала, поцелует, но нет – уткнулся носом в мою шею и просто дышал. Было больно, неприятно, но я не дёргалась, видя, как логры потихоньку тускнеют.

Новая волна ударила в спину, и я распласталась на своём подопечном.

– Звёз…дочка… – послышался неуверенный голос Хьюго. – Ты рядом или… вновь кажешься?

– Рядом, малыш, рядом!

«Вот зря я это сказала! Хьюго давно не малыш и не мальчик, а вымахавший под два метра мужчина!» – жаль, что осознала, что ляпнула, когда уже была перевёрнута и придавлена сверху массивным телом.

– Уже не малыш! – прорычал Брайт мне в шею, вновь вдыхая мой запах.

Неуверенно положив руки на напряжённую спину, я стала медленно водить ладони вверх-вниз, пытаясь хоть так успокоить "любимого" адепта.

– Знаю, что уже не малыш. Просто привыкла всех вас так называть. Вы для меня все дети.

Рука в моих волосах сжалась сильнее, причиняя боль. Но какую-то странную… приятную, что ли…

– Дети так не могут… – произнёс Брайт и, потянув волосы, заставил запрокинуть голову, чтобы в следующее мгновение поцеловать. Глубоко, напористо, по-взрослому. Так, что я даже на мгновение забыла, что передо мной ученик.

Очередная сильная волна накатила, скрыв под собой с головой, а когда она схлынула, Брайт уже лежал на моей груди, так и не выпустив волосы из стального захвата. Вылезти самостоятельно из-под его тяжёлого тела не получалось, как и высвободить несчастные волосы от его хватки. Хорошо, что где-то сверху кричали наши имена – на выручку бежала подмога, отправленная четой Брайтов.

Крепкие парни, которых я заказала у Антуана, сняли с меня Хьюго, особо не заостряя внимания, в какой позе нас застали и в каком полу раздетом виде я оказалась под юным лордом. Блузку на груди и животе разъело подчистую, вместе с бюстиком, оставив от него только повисшие бретельки на плечах. Рукава и ворот единственное, что осталось от блузы. И слава богам, ошмётки ткани всё ещё скрывали руки и мой позор.

Мужчины подняли нас с холодного песка. Меня тут же в плед замотал вихрастый парень, скрывая обнажённую грудь от мужских взглядов. Всё тот же «чёрный китель» помог отцепить руку Хьюго от моих волос, а после, накинув на лорда плед, они повели нас в дом. Вихрастый юноша шёл рядом, придерживая за локоть, боясь, наверное, что навернусь при подъёме на крутой утёс*. Он так и не представился, поэтому так и остался для меня «чёрным кителем».

Поднявшись на вершину, я бросила взгляд на бухту** и случайно зацепилась взглядом за противоположный берег. Там на таком же утёсе стоял небольшой одинокий, скрытый в пёстрой листве, светлый домик с синей крышей. Маленькую территорию огораживал покосившийся бело-серый заборчик. Рядом с домиком виднелся массивный красный каштан, на ветвях которого раскачивалась верёвочная качелька. Узнав дом, я вздрогнула, ещё раз пробежалась глазами по нему и перевела взор на имение Брайтов.

«Да, ладно! Как интересно… Если бы всё сложилось иначе… Если бы тогда Брайт не завалился в "Дэ́льфин" и не поскандалил с Перреем, мы могли бы быть соседями…» – пронеслось в голове, пока я смотрела на домик под названием «Чайка».

✮✮✮

С нашим фееричным появлением в доме началась суета. Служанки носились вокруг меня и наследника рода, предлагая полотенца, горячий чай с мёдом, ванну, но я лишь отмахивалась.

«Сначала доставлю горе адепта в постельку, а потом и выпью. И явно не чай, а чего покрепче! И побольше! Никаких нервов с Хьюго не хватает, я от его выкрутасов скоро окончательно побелею или… сопьюсь!»

На втором этаже у покоев Хьюго нас ждали Брайты и старый маг, что очень обрадовались нашему возвращению. Они, видимо, не до конца были уверены, что я смогу вернуть им сына. Хотя… у них просто не было выбора – либо я, либо комиссия и неизбежное запечатывание. Брайты просто выбрали меньшее из зол, доверившись мне.

В спальне Хьюго служанки стали пытаться раздеть юного лорда, чтобы обтереть смоченными в чём-то полотенцами, а вот он неожиданно смог дать отпор. Всю прислугу Брайт-младший слал к чёртовой матери, не позволяя дотрагиваться до своего тела, причём он, самостоятельно не держался на ногах. «Чёрный китель» удерживал лордёныша, а когда понял, что служанки напуганы, а крепкие парни не желают быть уволенными завтрашним утром, попытался сам раздеть своего господина, причитая о его наследственной упрямости. Правда, и «чёрный китель» был послан к бесам.

– Давай я попробую! – обречённо вздохнула за спиной «кителя», видя сопротивления блондина.

Покрепче закрепив плед на груди, я вышла вперёд под прицел синих глаз. Натянув на лицо ласковую улыбочку, я схватилась за мокрую рубашку.

– Хьюго… – воркуя начала я, – …мне некогда с тобой в блюстителя невинности играть!! – крикнула я, разрывая на парне рубашку. Пуговицы полетели в разные стороны, а за спиной от такого зрелища закашлялся старый маг.

«Соблюдать формальность мне сейчас некогда – мы так-то в холодном море искупались! Будет и дальше так рогами упираться точно простынем!»

– Я замёрзла в море как цуцык, мне в горячий душ надо! Иначе я простыну и неделю буду в лазарете валяться, потому как ваши чёртовы зелья на меня через одно место действуют! Хочешь недельку у лазарета дежурить и ждать, когда я вернусь? Уверен, что не сорвёшься за это время? – подняла я глаза на Брайта, попутно срывая с его рук остатки рубашки.

– Нет… – закачал лордёныш головой.

– Тогда какого чёрта ты сопротивляешься? Я к тебе в сырую постель не лягу!! – воинственно схватилась я за ремень на штанах и… затупила, не понимая, как эта хрень открывается.

«Что за металлическая коробочка? Где обычная пряжка и два язычка? Это что… новомодный пояс верности?»

– Ляжешь… ко мне? – послышалось надо мной неуверенное.

Медленно подняв голову, я столкнулась с уставшим, но осмысленным взглядом Брайта.

– А ты думаешь, я тебя после марева одного оставлю? Сегодня спишь со мной! Это приказ твоего куратора! – отчеканила я.

Холодная рука неожиданно легла поверх моей и, совместив наши большие пальцы, показала, что нужно сделать, чтобы механизм отщёлкнул и открыл доступ к самому ценному.

– Хороший мальчик! Можешь же, когда хочешь! И только попробуй ночью психануть…

– А то что?

– Покусаю! – шикнула я на адепта, и рывков вытянула ремень из петлиц штанов. Отбросив ремень в сторону, решительно взялась за пуговицы на ширинке, но холодная рука вновь легла на мои окоченевшие пальцы.

– Дальше я сам! – постановил лордёныш.

– Не переживай – голых мужчин в жизни видала! Ты не первый и не последний! К тому же… мою загубленную честь, уже ничего не испортит!

– Я САМ! – повысил на меня голос Хьюго, обхватывая мои пальцы и отнимая от своих полурасстёгнутых штанов.

– Как скажешь! Раздевайся и ложись. Я приму горячий душ и приду! – видя, как темнеют глаза Хьюго, быстро добавила, ткнув пальцем в голую грудь парня: – Только попробуй сорваться ещё раз, пока я отогреваюсь – наплюю на всё, развернусь и вернусь в Академию, вместо совместной ночёвки! И твори под крышей родителей, что душе угодно! Я больше не примчусь доставать твою задницу из марева! Понял?

– Понял. Я жду тебя в постели… звёздочка! – довольно улыбнулся несносный мальчишка, стоя в обнимку с «чёрным кителем».

– Да… сильно же его сегодня пришибло, – проговорила я тихо, качая головой и отходя в сторону, чтобы тут же попасть в руки служанки.

– Леди, давайте я провожу вас в ванную. Вы замёрзли и вымокли.

– Не удивительно после купания в море, – тихо забухтела я, но покорно пошла за служанкой, обходя родителей Брайта и старого-мага по большой дуге.

«Разговаривать с Антуаном мне всё равно придётся, но… мне нужен перерыв, чтобы придумать объяснения, какого хрена я так беспардонно обращаюсь к отпрыску великого рода. Хотя с ними по-другому иногда просто никак!»

✮✮✮

Отогревалась я долго и не потому, что так сильно замёрзла, а потому что ванна была прекрасна. Не знаю, что сделала служанка, но стоило лечь, как из отверстий в стенках стали бить горячие, тугие струи воды массируя тело. Вода быстро вспенилась, и комната наполнилась ароматами цветов. Блаженство, одним словом.

Пока я лежала в густой пене, в ванную кто-то вошёл. Нехотя разлепила глаза и обомлела – вместо служанки ко мне зашёл «чёрный китель», что медленно складывал тёплую флисовую пижаму, шерстяные носочки на стульчик вместе с махровыми полотенцами. А пока он всё это раскладывал по законам "ветра и воды"***, успел оценивающе осмотреть мои закинутые на бортик щиколотки, левую руку, что свисала с борта и обхваченную пеной грудь. А налюбовавшись просто вышел, так и не сказав ни слова – не поторопил, не объяснил, что за вещи притащил. Просто зашёл и вышел. Сказать, что я была шокирована – ничего не сказать!

После такого визита я решила поторопиться, а то мало ли Антуан устанет меня ждать в своём кабинете и решит поговорить прямо тут. Да и нежиться дальше в тёплой воде было нельзя – там за стенкой Хьюго с очередным срывом. Накинув на правую руку иллюзию, я вылезла из воды и стала вытираться.

Всё та же миловидная служанка поймала меня на выходе из ванной комнаты и повела к спальне юного господина, вот только услышав звон посуды, я обогнула прислугу и понеслась на шум, задницей чувствуя неприятности.

Заскочив в знакомую спальню, увидела Антуана, что зло смотрел на Хьюго и разбитый фарфор у его ног.

– Я сказал: «угомонись»! – воззвал он снова к сыну.

– Это так не работает! – проговорила я, видя накаляющиеся логры Брайта-младшего.

Выйдя вперёд, я закрыла собой Антуана от яростного взора Хьюго и рявкнула:

– Брайт!!

Все мужчины в комнате вздрогнули от моего голоса, а служанка, пискнув, замерла над разбитыми чашками.

– Мне стоит прямо сейчас уйти в Академию?

Юнец надулся и повернул голову в сторону кровати. Логры раскалились сильнее, а после, Брайт-младший прикрыл глаза и, спокойно вдыхая, стал успокаиваться. Браслеты начали тускнеть, а это уже хорошо.

– Что на этот раз стряслось? – раздражённо сложив руки под грудью, повернулась я к главе дома, чтобы не смотреть на голый торс своего адепта и длинные спальные шёлковые штаны, которые визуально делали ноги Хьюго ещё длиннее.

– Он отказывается пить глинтвейн, чтобы согреться изнутри! – ответил «китель», рассматривая на мне, выданную им же, пижаму.

«Да, серые зайчики на розовых штанах и на кофте тоже меня умилили. Вот только я совсем не зайчик и давно уже не девушка, визжащая на такую прелесть. Ну, может, чуть-чуть только…»

– Я не переношу алкоголь! – отозвался Хьюго за моей спиной. – И ты прекрасно знаешь, что меня от него вырубает!

– Даже так? – приподняв бровь, улыбнулась, смотря на юнца. – Принесите две чашки, пожалуйста! – обратилась я к поднимающийся с пола служанке, что бытовой магией убрала мокрое пятно с пола.

– Я… – воспротивился адепт.

– Будешь! – перебила и показательно засияла глазами, намекая, что, если будет сопротивляться, я поступлю нечестно – заставлю. – Выпьешь, как миленький и будешь сегодня спать без задних ног! Тебе нужен отдых и твоим магическим каналам после срыва тоже.

Хьюго сжал кулаки и уселся на постель спиной ко мне, выказывая так своё недовольство.

«Неужели настолько всё плохо с выпивкой?»

– Антуан, можно вас на минуту? – обратилась я к отцу Хьюго и, получив согласный кивок от него, направилась к двери, бросив через плечо: – Вернусь через пять минут! Постарайся не сделать за это время ещё одно окно в своей комнате.

Выйдя в коридор, я прикрыла дверь за Антуаном и выбежавшей, за второй порцией горячего напитка, служанкой. Уперевшись спиной в стену, я смотрела на ауру Антуана и обдумывала – «как бы его незаметно подлечить, не вызвав подозрений?».

– Я не узнаю своего сына! Он никого раньше не был таким… вспыльчивым! – вырвал меня из раздумий голос аристократа.

– Это последствия третьего срыва. Ваш сын силён… – бросила я взгляд на дверь, – …сильнее любого моего адепта. Поэтому сегодня я переночую в его комнате!

– Вы уверены в своём решении, мисс Хопс? Это может испортить вашу…

– Нечего портить! – перебила главу дома. – Я прекрасно осознаю ситуацию, но повторюсь – ваш сын силён. Ночью он может ненароком разнести весь этаж, а то и весь дом. И я единственная смогу его вырубить вовремя. К тому же мне не привыкать спать рядом с неуправляемым подростком. Как только он заснёт, я хотела бы с вами поговорить.

– Хорошо, мисс Хопс. Слуги покажут, где меня найти, когда… вы освободитесь.

– Благодарю, – кинула я головой, увидев поднимающуюся служанку с подносом, на которой дымились две чашки. – А сейчас мне пора.

– Конечно, больше не задерживаю, – отозвался Антуан и медленно пошёл по коридору, опираясь на трость. Проклятье слишком сильно подкосило здоровье главы дома.

За время взрослого разговора Хьюго не сменил позу, так и сидел спиной к двери. Кулаки он держал на коленях и рассматривал новую пару браслетов. Встав перед ним, я ухватила адепта за подбородок и заставила посмотреть на себя.

– Нужно выпить и согреться!

Повернувшись вполоборота, взяла стакан с глинтвейном и протянула его Хьюго.

– Давай, будь хорошим мальчиком, не заставляй меня применять внушение!

Сжав зубы, Хью взял протянутую чашку и обхватил её двумя руками, согревая пальцы. Взяв вторую чашку, я отпустила напуганную служанку и, под зелёным взглядом «кителя», уселась на ковёр прямо у ног адепта.

– Приятного! – отсалютовала чашкой и так же, как Хьюго, обхватив горячий фарфор, стала медленно пить вино с пряностями. – Ммм, вкуснотища! – чуть не простонала я от первого глотка. – Лучший из всех, что я где-либо пробовала! – вынесла свой вердикт и облизала губы. – Попробуй! – дотянувшись до донышка чашки, я заставила Хьюго поднести к губам фарфор и сделать первый глоток. – Лучшее средство согреться после купания в холодном море! – усмехнулась, видя, как Брайт морщась, покорно пьёт алкоголь.

– Не согласен! – закашлялся он после большого глотка. – Я знаю способ получше! – на лице Хьюго появилась лукавая улыбка.

– В следующий раз покажешь! – без задней мысли, кивнула ему. И в этот момент Брайт подавился вином, а «китель» хрюкнул у двери.

Смотря на вихрастого парня, с витилиго на лбу, что старался скрыть смех покашливанием, я поняла какой способ согрева имел в виду мой повзрослевший адепт.

«Развратник!» – пронеслось в голове, но заострять тему или как-то показывать, что догадалась о "его способе" я не стала. Даже, наоборот, сделала удивлённые глаза, мол «а, что такого я сказала?». Смотря на мои невинные глаза, «китель» вновь заржал "закашлялся".