- -
- 100%
- +
Глава первая. Поиск души
Лорд Вальдемар Улиес быстро шел по коридорам королевской академии высшей магии, улыбаясь и любезно кивая преподавателям. Перед началом приемных экзаменов, как и всегда в это время, в университете царил бедлам. Столько всего надо подготовить, согласовать, утвердить, поэтому спешка ректора никого не удивляла. Но если бы многочисленные подчиненные ректора узнали, куда и зачем торопится лорд, то они бы потеряли дар речи.
Ректор направлялся в закрытый ритуальный зал, расположенный в подвале академии. Магические эманации заклинаний, которые произносились в этом небольшом помещении, полностью экранировались, не выходя за пределы толстых, укрепленных артефактами стен. Использовался этот зал нечасто, в основном для испытания опасного или предположительно опасного, но небоевого колдовства. И сегодня лорд Вальдемар решил провести тут запретный ритуал призыва.
Очень редко ректор прибегал к запретной магии, но собственная дочь не оставила другого выбора. «Дурацкое стечение обстоятельств! Придется проводить ритуал днем!» – негодовал лорд Вальдемар.
Он с трудом отворил тяжелую дверь ритуального зала и проскользнул внутрь.
Посередине помещения прямо на полу лежала девушка в красивом темно-зеленом платье. Со стороны казалось, что молодая леди спит: грудная клетка поднималась в такт неглубокому редкому дыханию. Но лорду Вальдемару – одному из сильнейших некромантов континента – достаточно было взглянуть на магические потоки, чтобы понять: в этом теле нет души. И если не вселить душу в ближайшее время, то скоро пересохнут магические каналы, затем начнется отмирание мозга, и Вильена Лиека – провинциальная аристократка, приехавшая поступать в академию – умрет окончательно.
Лорд Вальдемар быстро начертил знаки на лбу и груди девушки. Он первый раз проводил ритуал призыва души, но волнения не было, только уверенность в своих силах и концентрация на результате. Он уже все обдумал и принял решение: искать душу необходимо в другом мире, лучше всего в том, где магия отмирает или совсем не развита.
Чем меньше о магии будет знать женщина или девушка, душу которой он перетащит в свой мир, тем больше шансы сделать задуманное. Лорда Вальдемара коробило, что он должен сделать, но когда на кону стоят его репутация и будущее детей, то выбор очевиден.
С недовольством покосившись на камень-накопитель, который поддерживал жизнь в теле девушки, лорд сел на пол и облокотился на стену. Судя по бледно-розовому цвету, магия в накопителе приближалась к нулю, а следовательно, и времени на обряд оставалось в обрез.
С помощью ритуального кинжала некромант сделал два надреза у себя на запястьях, кровью начертил несколько рун на лбу и шее и, пробурчав полагающиеся заклинания, привычно вошел в состояние шимаса1. Не задерживаясь, он преодолел преграду и оказался в зыбком тумане межмирового пространства.
Холод обступил со всех сторон, плети тумана, как пиявки, впились в некроманта, опустошая магический резерв, но лорд Вальдемар не растерялся. Определив мир с неразвитой магией, он потянулся к серо-синему шарику и через мгновение пересек границу мира.
Не давая себе передышки, запустил магический поиск по заданным параметрам. «Повезло, мир густонаселенный, найти подходящую душу не составит труда», – довольно подумал он.
Если бы Вильена не прошла первый этап поступления в академию – проверку магической составляющей, – то подошла бы любая душа с магическими задатками. Но после определителя Грейдера2 магия души должна соответствовать определенным параметрам, иначе подселенку сразу обнаружат.
Поступил сигнал о завершении поиска, и Вальдемар едва сдержал ругательства. Всего девять душ, пять из которых – мужские! Только сейчас он сообразил, что искать душу с определенными магическими задатками в безмагическом мире не совсем верное решение, но для того чтобы реализовать другой план, времени не оставалось.
Сознание лорда устремилось к первой найденной душе. Перед мысленным взором промелькнули желтые пески, буйная растительность, и Вальдемар завис над иссушенным телом чернокожей старухи. Рядом суетились полуобнаженные люди. Из глинобитной хижины вышел худой старик и посмотрел точно на Вальдемара. «Видит!» – понял некромант и быстро ретировался.
«Надеюсь, тут не все дикари, иначе мой план трещит по швам…» – подумал он, перемещаясь к следующей душе. Вальдемар пронесся над землей и водой, над огромными домами и попал в крохотную комнатку. На столе стоял маленький гробик, миниатюрная симпатичная женщина с раскосыми глазами и черноволосый высокий мужчина смотрели на тело девочки лет шести.
Душа умершей яркой бабочкой летала возле пары, пока еще не осознав, что произошло. Вальдемар искренне посочувствовал родителям. Семнадцать лет назад он потерял жену, боль утраты до сих пор жила в его сердце.
Третья душа, притянувшая некроманта, сразу не понравилась Вальдемару. «Слабоумная, что ли?» – морщился маг, глядя на тусклую серую душу, будто бы изъеденную древоточцами. Два лекаря в белых одеждах старались привести в чувство худую осунувшуюся женщину с огромными синяками на руках, но Вальдемар мог сразу сказать, что их усилия бесполезны. Один врач отстранился, но второй еще пытался запустить остановившееся сердце.
– Леха, брось ты ее, – устало произнес первый, – у нее все органы убиты наркотиками. Ничего не поделаешь.
«Ладно, посмотрю последнюю душу, если совсем не подойдет, то заберу эту», – решил некромант.
С последней душой ему определенно повезло. На небольшой площадке перед кладбищем стоял большой гроб, оббитый внутри золотой тканью. Вокруг толпились люди с букетами ярких цветов. Высокий, полноватый мужчина только что закончил говорить траурную речь. В гробу лежала благообразная старушка с позолоченной картиной в руках. Волосы пожилой женщины были убраны под платок, вышитый золотыми нитками.
«Богато хоронят, видимо, аристократка», – сделал вывод лорд Вальдемар.
Двое гробокопателей разглядывали толпу, приехавшую проститься с покойной. Некромант прислушался к их разговору:
– Ее полгорода знает, даже по ящику показывали! – вполголоса говорил плешивый низенький мужичок.
– Да ладно! – так же негромко отвечал заросший бородой бугай.
– Ага, она с другими бабами приют для детей организовала. Активистка…
– Ты ж вроде говорил феминистка, – перебил бугай.
– Так она и то, и другое, – горячился плешивый, – огонь старушенция была. Она нашего мэра так критиковала – обхохочешься. Мне сын видео в этом… как его? Ютрубе показывал. Там у ней этот… канал свой, подписчики!
Если бы у Вальдемара было тело, он бы сейчас нахмурился, пытаясь понять, о чем говорят гробокопатели. Единственное, что он уяснил, что пожилую женщину многие знали. Она занималась благотворительностью, раз открыла для детей приют, и происходила из двух знатных родов. Правда, названия родов показались Вальдемару странными: род Феминистк и Активистк.
Душа умершей лорду понравилась: яркая, но не слепящая; явно магически одаренная, без гнили и черных тонов. «То, что надо!» – решил некромант, но задумался о том, как именно начать. Он не знал, как звали умершую.
– Гражданочка, позвольте пройти, – обратился плешивый гробокопатель к высокой женщине, перегородившей ему путь.
«Прекрасно!» – обрадовался Вальдемар и, подлетев к душе, спросил:
– Гражданочка, не желаете ли здоровое молодое тело в новом мире?
Глава вторая. Попадалово
«Кошмар какой-то! – сокрушалась Любовь Игоревна Василькова, глядя на гроб, оббитый внутри золотой тканью, и на свое тело в этом гробу. – Неужели, нельзя было обычный купить? В этом гробу только золото и видно, я на его фоне теряюсь. И икону в руки самую большую Маша положила! Ну зачем? Я же никогда особенно верующей не была».
К воротам старого кладбища подкатил большой черный внедорожник, из него вылез высокий, полный мужчина среднего возраста.
«Неужели Косякин пожаловал! Вот же наглость! Сейчас начнет из моих похорон избирательную компанию устраивать, жулик депутатский!»
Любовь Игоревна оказалась права. Буквально за несколько минут установили колонки, и вертлявый молодой человек передал микрофон Косякину.
Федор Михайлович Косякин – депутат городской думы – изрядно попортил кровь бабушке Любе и всем активистам, что хотели организовать детский дом, забрав помещение бывшей заводской столовой. А теперь, после смерти главной заводилы, Косякин пытался выставить себя другом покойной.
– Сложно рассказать, как нам была дорога умершая…
«Сложно ему рассказать! Лучше расскажи, как дорог твой новый «Гелентваген»! И откуда у тебя деньги на эту покупку? И желательно прокурору расскажи», – комментировала речь депутата Любовь Игоревна.
– Наша гордость! Золотой человек! – надрывался Косякин.
«Сам ты золотой, пробы ставить негде…» – бурчала Василькова.
– …будем работать еще лучше! – обещал депутат.
«Ага, еще больше воровать, а потом ныть и жаловаться, что денег нет…»
– …была мне лучшим другом…
«Что?! – громко возмутилась Любовь Игоревна, подлетела к Косякину и прокричала: – Заканчивай этот балаган! Совсем стыд потерял, мошенник!»
Федор Михайлович вздрогнул, будто бы услышал пожелание, вытер со лба испарину и быстро закруглил выступление.
На самом деле Любовь Игоревна, или бабушка Люба, как ее ласково звали дети, не имела привычки ворчать, но сейчас просто боялась неизвестности. Чтобы не думать о том, что ее ждет после погребения тела, баба Люба критиковала свои похороны и лживую речь Косякина.
Находиться перед воротами старого кладбища, да еще и в бестелесном состоянии было особенно неуютно. Недавно Любовь Игоревна начала чувствовать на себе чей-то взгляд, но убеждала себя, что бояться ей теперь нечего. Она уже умерла. Каким-то образом женщина знала о чужом присутствии, поэтому, услышав вопрос, почти не удивилась.
– Гражданочка, не желаете ли здоровое молодое тело в новом мире?
«Таким тоном мог бы говорить змей-искуситель, когда он соблазнял Еву», – подумала баба Люба и лениво ответила:
– Нет, не интересует.
– Тогда вам надо… – начал неизвестный, но, осознав ответ, удивленно переспросил. – Что?! Не интересует?!
– Верно, – подтвердила Любовь Игоревна, – не интересует.
На несколько минут установилась тишина. Баба Люба подумала, что поведение говорившего не похоже на россказни о бесах и демонах, которые соблазняют души. Если бы «змей-искуситель» поднаторел в общении с умершими, то отказ его не удивил бы и не заткнул бы так надолго.
– Возможно, вы не поняли то, что я вам предлагаю… – снова попробовал неизвестный.
– Не надо считать меня идиоткой, я и с первого раза поняла, что вы мне предлагаете, – недовольно перебила Любовь Игоревна, – молодое тело, новый мир, про который я ничего не знаю и где меня легко обмануть. Скорее всего, нужно будет делать что-то полезное для вас и неприятное для меня. Возможно, даже моей жизни в другом мире будет угрожать опасность. Умирать еще раз как-то не хочется. Крайне неприятный опыт. Всего доброго.
Снова на минуту установилась тишина. Присмотревшись к тому месту, откуда слышался голос, баба Люба различила полупрозрачный пульсирующий шар размером примерно с футбольный мяч.
– У вас есть дети? – вдруг огорошил вопросом незнакомец.
– Да, есть. И родные, и приемные, и те, которые в приюте.
– И вы, наверное, готовы на все, чтобы их защитить? – вкрадчиво поинтересовался неизвестный.
– К чему вы клоните? – ледяным тоном осведомилась Любовь Игоревна.
Она решила, что «змей» решил шантажировать будущим ее детей или внуков. Мало ли, на что способен этот тип? Вдруг он может навредить живым? А за детей бабушка Люба готова была сражаться и после смерти.
– Буду с вами откровенен, моя дочь стала убийцей. Тиа перепутала порошки, и получилось так, что одна девушка приняла яд вместо лекарства. Это произошло случайно! Я готов на многое, чтобы защитить мою дочь, в том числе и призвать другую душу. Вильена Лиека – девушка, в тело которой я хочу вас вселить, – аристократка из древнего рода, молода, красива, здорова. Ей не угрожают никакие опасности. Соглашайтесь!
– А что случилось с душой этой Вильены? – Рассказ заинтересовал Любовь Игоревну, но она не спешила соглашаться на предложение, помня, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
– Когда я узнал, что произошло, было уже поздно. Душу леди Вильены призвать не удалось, хотя я пытался, – объяснил «змей» и снова приступил к соблазнению. – Только подумайте, вы обретете молодое тело и новую жизнь!
– Постойте, я должна буду себя вести, как эта Вильена? Но я не смогу долго притворяться, рано или поздно близкие умершей распознают подмену. – Люба понимала мотивы отца, но проживать жизнь неизвестной девушки ей не хотелось.
– Распознать подмену будет просто некому, – успокоил голос, – леди Вильена приехала поступать в королевскую академию магии. Своих слуг уже отпустила. Она только вселилась в общежитие для студентов, пока никто ее не знает.
– А после? – не отступала баба Люба. – В конце концов, приедут родственники или друзья, и обман вскроется.
– Родственники, если приедут, то очень нескоро, а люди меняются. – Чувствовалось, что разговор стал надоедать невидимому собеседнику. – У меня нет времени. Все узнаете после. Соглашайтесь, или я найду другую душу!
– Ищите! – рассердилась Любовь Игоревна.
Она ужасно не любила, когда на нее пытались давить, да и мошеннические приемы знала в совершенстве. Сначала заинтересовать, а потом не дать времени, чтобы обдумать решение. Нет уж! Такой тактикой бабу Любу не взять.
– Мы же уже почти договорились! – недовольно воскликнул «змей».
– Договорились? – переспросила Любовь Игоревна. – Ничего подобного! Пока я не услышала никаких гарантий!
– Гарантий? – эхом отозвался голос.
– Да! Откуда я знаю, что вы мне рассказали правду? Может, меня перенесут в тело и отдадут на съедение местному дракону? Нет уж!
– И какие гарантии вам нужны? – с недоумением спросил невидимый собеседник.
Любовь Игоревна задумалась только на мгновение.
– Клятва! – решительно сказала она.
– Я клянусь своей силой, что времени на принятие решение у вас совсем не осталось! – ответил голос. И Люба почувствовала, что это действительно так. – Решайтесь: либо вы остаетесь здесь, скитаться между могил, либо получаете новую жизнь.
– Хорошо! Но поклянитесь мне, что сделаете все возможное, чтобы я прижилась в новом мире. Поклянитесь, что не будете принуждать делать меня то, что я не хочу, а будете договариваться. Поклянитесь, что не будете наносить вред моему здоровью физическому и психическому и не будете подстрекать третьих лиц, чтобы они наносили мне вред. – Любовь Игоревна лихорадочно соображала, чтобы еще попросить, но незнакомец перебил ее:
– Времени не осталось! Как ваше имя?
Баба Люба медлила.
– Говорите же! – потерял терпение невидимый собеседник. – Сейчас вы поклянетесь, что будете сохранять мои тайны и сделаете все возможное, чтобы они не вскрылись. Ну?
– Клянусь! – несмело сказала баба Люба.
– Да нет же! – расстроился голос. – Говорите: «Я – основное полное имя, можно без указания родов – клянусь силой, что буду сохранять тайны лорда Вальдемара Улиеса и сделаю все возможное, чтобы эти тайны не вскрылись».
– Я, Василькова Любовь Игоревна, клянусь силой, что буду сохранять тайны лорда Вальдемара Улиеса и сделаю все возможное, чтобы эти тайны не вскрылись, – повторила Люба, чувствуя себя ужасно глупо.
После того как она произнесла последнее слово, внутри будто бы кольнуло холодной иглой.
– Я, лорд Вальдемар Улиес, клянусь силой, что буду покровительствовать Васильковой Любови Игоревне, не буду наносить умышленный вред ее психическому и физическому здоровью, не буду подстрекать третьих лиц, чтобы они нанесли ей вред и сделаю все возможное, чтобы устроить ее в новом мире.
– А про принуждение? – напомнила Любовь Игоревна.
Маг явно колебался, но потом протараторил:
– Я клянусь, что не буду принуждать Василькову Любовь Игоревну. Все. Время вышло! Летим!
Глава третья. В новом теле
В тот же момент Любовь Игоревну куда-то поволокло. Она взвизгнула от неожиданности, глядя, как размываются дома родного города, отдаляется земля.
– Ты покидаешь пределы мира по собственному желанию? – спросил лорд Вальдемар.
– Да, – уверенно ответила баба Люба.
Сразу после этих слов на нее надвинулся серый туман. Стало жутко, и, хотя тела у Любови Игоревны не было, она почувствовала леденящий холод. Немного впереди проступил силуэт «змея-искусителя». Сейчас он напоминал не футбольный мячик, а комету. Комету, которая летела к горящему светло-зеленому шарику.
Чувствовалось, что ее сопровождающему сложно двигаться в этом пространстве и он тратит много сил на преодоление серого тумана. Бабе Любе искренне захотелось помочь магу, чтобы побыстрей покинуть это место.
Непонятно, что она сделала, но от ее призрачного тела отделились яркие искорки и влились в комету. Светло-зеленый шарик стал приближаться быстрее. И через секунду туман исчез. Резко проступили краски, и Любовь Игоревна почувствовала, будто падает с большой высоты. Не закричала только потому, что очень не хотела позориться перед лордом Вальдемаром.
На мгновение перед внутренним взором промелькнула маленькая, тускло освещенная комната, девушка, лежащая на полу, и мужчина, привалившийся к стене. И Любовь Игоревну с разгона впечатало в тело девушки.
Казалось, каждую клеточку пронзила боль: трещала голова, онемели руки, судорогами свело мышцы на ногах и спине – но все это меркло перед мыслью о том, что у нее снова живое тело.
Пока дышалось с трудом, холод морозил руки и ноги, перед глазами стояли разноцветные круги, но Люба была уверена, что постепенно все придет в норму.
– Пей! – повелел хриплый голос. Кто-то слегка приподнял ее и поднес к губам небольшой флакончик с жидкостью.
Любовь Игоревна жадно глотала живительную влагу и чувствовала, что в буквальном смысле возвращается к жизни: судороги прекратились, прояснилось зрение, меньше стала болеть голова, только полностью согреться пока не удалось.
Она перевела взгляд на мужчину, что поил ее. От старческой дальнозоркости не осталось и следа. Лицо склонившегося над ней мужчины баба Люба рассмотрела во всех подробностях: высокий лоб, глубоко посаженные темные глаза, черные волосы с редкими седыми прядями, такая же черная аккуратная борода.
«Если бы побрился, выглядел бы лет на тридцать с небольшим, а с бородой можно и сорок дать», – про себя решила Любовь Игоревна.
– Лорд Вальдемар? – уточнила она.
– А кто же еще? – ворчливо ответил маг.
Его одежда оказалась вполне современной: штаны, рубашка и что-то вроде фрака с широким воротником-стойкой из более грубой ткани. На этом воротнике с помощью большой круглой бляшки крепилась толстая, по-видимому, золотая цепочка.
– Сможете идти? – поинтересовался лорд.
Несмотря на волшебный напиток, в новом теле ощущалась слабость.
– Не знаю. Попробую.
Любовь Игоревна попыталась встать, но ноги почти не слушались. Наконец, оперевшись на лорда Вальдемара, ей удалось подняться. Голова сразу же закружилась, но маг не позволил ей упасть.
Он отворил дверь, и они вышли из комнаты. Подвал академии освещался скудно, но никаких чадящих факелов Любовь Игоревна не увидела. На стенах ближе к потолку непонятным образом крепились тускло светящиеся шарики.
– Первокурсники делали, – объяснил лорд Вальдемар.
Ни слова больше не говоря, он подхватил Любовь Игоревну на руки и понес. Навстречу им никто не попадался, а Люба вдруг подумала, что ее давно уже никто на руках не носил. Последний раз таскал сын лет двадцать назад. Тогда она сломала ногу.
Пока она размышляла, маг дошел до лестницы и поднялся на первый этаж. Перед глазами снова все закружилось, начало противно подташнивать.
– Отверните лицо, – посоветовал лорд, – нежелательно, чтобы сейчас вас опознали.
Люба повернула голову и, закрыв глаза, прижалась лбом к рубашке лорда. Цепочка и бляшка ужасно мешали.
Кажется, им кто-то встретился по пути, но ей было не до того: все силы уходили на борьбу с тошнотой.
Наконец, они вышли на улицу, яркий свет ударил сквозь веки, прохладный ветерок обдувал лицо. Любовь Игоревна начала дышать полной грудью, стало полегче, но долго они на улице не пробыли.
Хлопнула дверь, и лорд Вальдемар занес Любу в помещение и аккуратно усадил в кресло.
– Извините, нюхательных солей тут нет, но есть кое-что получше, – раздался рядом голос мага.
– Вы что, меня к себе домой принесли? – Люба открыла глаза и оглядела комнату.
Это было просторное помещение, по всей видимости, исполнявшее роль гостиной: небольшой диван, четыре кресла, низенький столик, несколько шкафов, один из которых книжный, и камин.
– Нет, это гостевые комнаты, позади вас дверь в спальню, там же уборная и купальня. Вон – лорд махнул рукой, – дверь в небольшой кабинет, перед гостиной коридорчик и комнатка для прислуги.
Любовь Игоревну по-прежнему знобило, но головокружение прекратилось.
– Стало лучше? – Маг повернулся к Любе. В руках он сжимал чашку, от которой вился парок.
– Да, как показывает практика, если меня не кантовать, то я как огурец, – усмехнулась Люба.
– Такая же зеленая? – поднял бровь лорд.
– Нет, такая же свежая.
Маг поставил перед Любой кружку, сквозь аромат трав пробивался запах алкоголя.
– Выпейте.
– А закуски нет? Боюсь, после глинтвейна, да еще и на голодный желудок меня порядком развезет. Начну еще частушки срамные петь или вовсе цыганочку с выходом забабахаю.
– Что забахаю? – не понял Вальдемар.
– Танец такой активный, – улыбнулась Любовь Игоревна, представив реакцию чопорного лорда на «ай-нанэ-нанэ». – Еще я хотела бы переодеться во что-то более теплое, а то мне очень холодно. Это можно?
– Да, конечно! Я отдам приказание перенести ваши вещи сюда, но пока слуги все принесут, пройдет некоторое время. Может, вы переоденетесь в мужские вещи? Это ненадолго.
– Если они теплее платья, то, конечно, переоденусь! – кивнула Люба. – А вы говорили про санузел, там есть ванна? Мне хотелось бы принять горячую ванну.
– Да, ванна есть, но, боюсь, вы не сможете принять ее в таком состоянии, – скептически заметил лорд, но потом добавил: – Давайте попробуем так: если вы самостоятельно дойдете до спальни и переоденетесь, то мы что-нибудь придумаем с ванной. Хорошо?
– Давайте! – согласилась Любовь Игоревна.
Она осторожно поднялась с кресла, сделала несколько шагов, но голова снова начала кружиться.
– Эх, придется отложить ванну, – смирилась она.
– Ничего, потом придете в себя, примете, – приободрил лорд Вальдемар.
Он уже копался в шкафу в спальне, вытаскивая и кидая на кровать одежду.
– Все не то! – нахмурился маг. – Может, подождем, когда слуги перенесут вещи?
– Нет! Что вы! Мне хватит, – уверила лорда Любовь Игоревна, оглядывая ворох одежды.
Тут были мужские кальсоны, теплые и мягкие даже на вид, толстые носки, пижама, халат, а на нижней полке лежал плед. Маг явно удивился ответу, но спорить не стал, просто вышел за дверь.
Люба сняла платье, надела кальсоны, носки, пижаму и халат, нашла тапочки большого размера, да еще и плед с собой захватила. Одеваться, когда качает от слабости, – задача не из легких, но она справилась.
Когда она вернулась в комнату, на столике уже стояла еда. Две тарелки с мясом и овощами, лепешки с сыром и салат. Лорд Вальдемар не забыл про закуску.
Сначала Люба ела без удовольствия, но, недаром говорят, что аппетит приходит во время еды. Тарелки опустели, а после горячего алкогольного питья ее потянуло в сон. Тем не менее она решила сразу узнать все подробности.
– Лорд, вы сказали, что расскажете мне все подробности после. Полагаю, момент сейчас вполне подходящий.
– Что ж… – задумался лорд. – Всего я сейчас все равно рассказать не смогу, у меня нет времени, да и вам необходимо набраться сил.
– Расскажите кратко, – попросила Люба, спать с каждой минутой тянуло все больше.
– Итак, Вильена, – начал лорд Вальдемар, но, увидев удивление на лице Любы, пояснил, – привыкайте к новому имени. Теперь вас все будут так называть. Итак, я поселил вас в преподавательском корпусе, в гостевом крыле. Пока будете жить здесь, поскольку в общежитии для студентов вас сразу вычислят. Еще две недели в Королевской академии высшей магии, на территории которой вы сейчас находитесь, будут идти вступительные экзамены. Я постараюсь зачислить вас без экзаменов.
– Без экзаменов? – запаниковала Любовь Игоревна. – Но, послушайте, я же не смогу учиться! Освоить школьный курс, множество дисциплин за две недели невозможно! А про магию я вообще ничего не знаю…