Волк из Овруча Геометрия проклятия

Аннотация

Мой дед, пан Николай, был инженером. Строил мосты, которые не рушились, и стены, которые не покорялись врагу. А ещё верил, что проклятия можно разрушить так же легко, как осушить болото.

Он ошибся.

Исчез в полесской пуще на рассвете. Никто не знал, что он там нашёл. Никто, кроме меня — его внучки, которая пересказывает эту историю.«Wilk z Owrucza» Geometria klątwy Legenda rodzinna z Polesia

ПРОЛОГ: О природе проклятий и несущих конструкциях

Из «Великой библиотеки Оксенфуртского университета», том IV, манускрипт 118

«Славянские Пущи и аномалии левых берегов»

Перевод с древнеполесского

Проклятие, панове, есть вещь сугубо материальная. Мещане и простолюдины склонны думать, что проклятие — эдакий чёрный туман, что спускается с небес по воле рассерженного божества или злобного колдуна. Вздор.

Проклятие — нарушение баланса. Это трещина в фундаменте бытия. И если трещину в стене замка можно заделать известковым раствором с добавлением бычьей крови и яичного белка, то трещину в ткани бытия заделать куда сложнее. Для этого нужно не просто знать молитву. Для этого нужно знать геометрию.

Рассказывают, что в те времена в Овруче объявилась беда — неведомый зверь, что выл на болотах и уводил людей в трясину. Что сталось с теми, кто вышел против зверя, и чем кончилась та история — об этом пишут по-разному.

Я же, как хронист, не берусь судить, где правда, а где вымысел. Переписываю то, что нашёл в манускриптах Великой библиотеки Оксенфуртского университета. А вы судите сами.Ибо магия, как вода, всегда находит трещину. Но если знать, как правильно положить камень, она разобьётся о него.Глава I. Пан Николай и дочь его Элла

Ибо магия, как вода, всегда находит трещину. Но если знать, как правильно положить камень, она разобьётся о него.

Глава I. Пан Николай и дочь его Элла

В те времена, когда вокруг Овруча шумели пущи, непроходимые для чужих, случилась эта история.

На высокой скале над рекой Случь стоял замок. Принадлежал он роду Обуховских-Вощатинских.

Старый пан Николай, воевода овручский и каштелян, был суров, но справедлив. Любил порядок, чертежи и точные расчёты. При нём замковые стены выровнялись так, что ни один камень не торчал наружу. А мост через Случь стоял крепче, чем в иных королевствах соборы. По нему могли пройти десять повозок сразу — и он не дрогнул бы.

Особенным был и фундамент замковой башни — она стояла на холме, что каменный перст, указующий в небо. Пан Николай нашёл под холмом странный белый камень — лёгкий, пористый, но крепкий, как кость, и белый, как мел. Велел измельчить его в порошок, смешать с известью — и получился раствор, что держал кладку крепче железа. Говорили, что заложил он в фундамент и живого петуха. Но сам пан Николай усмехался: заложил, мол, теодолит — для точности.

Была у пана Николая дочь — Элла. Не видало Полесье краше девицы. Коса — светлый лён, очи — как утро над Иршой, а ликом бела и румяна, что яблонев цвет.

Но не только красою славилась панна Элла — разумом острым и рукой твёрдой. Чертежи отцовские понимала не хуже писарей, а в костёле, когда ксёндз Якуб читал про святую Эльжбету, шептала про себя: «Дай мне, Господи, так же людей разуметь».

— Мир держится на трёх вещах, — говорил пан Николай, обводя пальцем, испачканным в саже и чернилах, пергамент. — На мере, на весе и на числе. То бишь, на камне, что несёт, на железе, что крепит, и на расчёте, что правит всем. Ибо если угол кривой — и мера неверна, и вес не тот, и число обманет. А если угол прям — стена не рухнет, враг не войдёт, и мы пьём мёд, славя Господа. Поняла?

— Поняла, отец, — Элла кивнула. — Но если враг умнее камня?

— Враги не умнее, — усмехнулся пан Николай. — Они просто кривее.

Девушка унаследовала от отца и цвет глаз, и твёрдую линию рта, и эту странную, почти еретическую веру в то, что мир можно измерить, взвесить и, следовательно, подчинить.

Она знала латынь, читала Витрувия, умела рассчитать траекторию арбалетного болта и могла отличить след волка от следа бродячей собаки (а в полесских пущах это была разница между жизнью и смертью).

Болота не прощали ошибок. Дышали туманом, пахли сероводородом и старой кровью, и в них водилось такое, чего даже бывалые, знавшие все медвежьи тропы, вслух не называли, да стороной обходили.

Глава II. Кто воет на болотах

Овруч в те времена был не тем уютным городком, каким его рисуют на гравюрах путешественники. Это был форпост. Красный песчаник, добываемый в местных карьерах, шёл на стены, на башни, на мосты. Но стоило отъехать на версту от замка, как кончался камень и начиналось Болото.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.