- -
- 100%
- +
– Аха-ха, вы, англичане, забавные. Но я не верила.
– Не вижу ничего смешного, – строго заметила гостья.
– Ой, извините, ми-из. Да, здесь была потайная комната. Резиденция клана Маккензи была полностью отреставрирована еще в середине девятнадцатого века. Но был сохранен первозданный стиль укрепленного замка пятнадцатого века. Грубые стены, сводчатые потолочные перекрытия, парадная лестница с широкими ступенями, что вы и сами видели. Этим и славится замок Лауд.
Оливия внимательно слушала служанку, рассматривая современное убранство некогда потайной комнаты.
Морна с воодушевлением продолжала свою лекцию:
– Некоторые помещения были также переделаны в наше время. Была заменена вся сантехника, ну и так.
– Ах, я догадалась, – лицо Оливии украсила легкая улыбка. – А откуда ты так много знаешь? Ты, наверно, долго работаешь здесь?
– Не то чтобы прям долго, – служанка расправила плечи и с гордостью в голосе продолжила. – Всего пару лет. Но я частенько помогаю миссис Маккензи во время экскурсий.
– О-о-о, – гостья понимающе кивнула.
Морна, довольная произведенным впечатлением, разрумянилась:
– Ну что вы, ми-из. Слушать внимательно – наука несложная. Я сейчас принесу вам ужин, – и направилась к двери, возле которой обернулась. – Вы же едите баранину?
Оливия на секунду задумалась:
– Баранину?
– Сегодня на ужин был очень вкусный пряный пирог из баранины.
– Это местное? Шотландское блюдо?
Служанка закивала:
– Да-да, ми-из. Такого вкусного пирога вы нигде не испробуете!
– Хм… Морна, ты меня уговорила.
Рыжеволосая девушка подмигнула и, немного понизив голос, поинтересовалась:
– Может, глоточек? Перед сном он согреет лучше любого горячего чая.
– Глоточек? – неуверенно переспросила Оливия.
– Виски. Глоточек виски, – уже тише пояснила Морна.
– Я не люблю крепкие напитки…
– Ми-из, это из винокурни клана Маккензи. Я принесу. Совсем капельку! А вы сами потом решите.
Англичанка, рассеянно пожав плечами, кивнула, и служанка скрылась за дверью.
В ожидании ужина появилось время разобрать чемодан и разложить вещи в комод. После чего было решено принять горячую ванну, чтобы согреться. И когда вернулась служанка с подносом, Оливия, укутавшись в теплый плед, уже сидела в кресле возле пылающего камина и писала сообщение подруге.
Морна поставила поднос на столик рядом и, указывая пальцем, начала перечислять:
– А вот очень вкусный пирог, ми-из… Это вересковый мед, горячий чай и, – почти шепотом произнесла. – И односолодовый виски с винокурни нашего лорда.
Оливия бросила взгляд на оловянную кружечку с двумя ручками:
– Спасибо, Морна.
– Ми-из, поднос я заберу завтра утром. Доброй ночи!
– Спокойной ночи!
Рыжеволосая служанка скрылась за дверью, плотно прикрыв ее.
Оливия еще раз перечитала свое сообщение для Беатрис: «Привет! Я уже в замке Лауд. Если замок немного мрачноват, то местный лэрд интересен. Красив и горд. Надеюсь, что первое впечатление не обманчиво. Про Генри помню, не волнуйся. Завтра напишу еще. Пока!»
Отложив телефон, она приступила к аппетитному ужину. Пирог с бараниной оказался очень нежным и немного острым, что прекрасно оттеняло вкус мясной начинки. Попробовав ложечку верескового меда, Оливия прикрыла глаза, наслаждаясь травянисто-вяжущим вкусом на языке.
Чай в чашке почти остыл, и еле теплый напиток не обещал согреть перед сном. А вот необычная чашечка с ручками будто манила коснуться. Оливия потянулась к ней, ощутив прохладу металла. Ореховый аромат со сладкими нотками наполнил легкие. Последовал неуверенный глоток. И знаменитый согревающий напиток Шотландии растекся по горлу с долгим фруктово-торфяным послевкусием.
Девушка продолжала любоваться пламенем в камине и маленькими глотками пила виски, вспоминая минувший день. Сборы, перелет и дорогу до замка. Разбитую вазу, знакомство с вождем и его дядей и интерес к своей научной работе. После расслабленно зевнула, вернув пустую чашу на поднос, и, любуясь пляшущим оранжево-алым огнем, незаметно для себя заснула в удобном кресле, укутавшись в плед.
Убаюкивающий треск бревен в камине превратился в ласкающий слух шум прибоя. Лицо Оливии обдувал морской бриз, а на губах ощущался соленый вкус холодного и недружелюбного моря. Издалека доносился крик чаек, но их не было видно.
– В легендах истина, хотя бывает только крупица оной.
Девушка повернула голову на знакомый голос:
– Дедушка… – ее лицо засветилось от счастья.
– Здравствуй, родная, – возле глаз пожилого мужчины возникли сети морщин, глубоких и до боли знакомых.
– Это же сон… – глаза Оливии наполнились слезами, но она только грустно улыбнулась, любуясь любимым дедом, по которому безумно соскучилась.
– Если и так, мы можем поговорить. Ты приехала в Росс-Шир. Я рад, – шершавый голос звучал согревающе.
– Я тоже. Я хочу дописать свою научную диссертацию.
– Я горжусь тобой.
– Но не родители, – с грустью выдохнула девушка.
– Они поймут скоро важность твоего пути. Иногда нужно больше времени, чтобы признать значимость знаний предков.
– Скажи, дедушка, келпи и мулиартех все же существовали? Поиску их ты посвятил всю свою жизнь…
– Если мы не видим что-то, это не значит, что этого нет, – его ответ был неизменным.
– Наверное, многое скрыто от посторонних глаз? Но все равно мифология больше похожа на сказки. Разве нет? – Оливии хотелось услышать слова поддержки. Хотя бы во сне.
– Мулиартех. Так называли морского змея-оборотня. Помнишь, я тебе рассказывал?
– Да, дедушка.
– Это существо иногда выходило на сушу в обличье дряхлой одноглазой старухи и просилось в дом погреться. А если его впустить, то не миновать беды. Верно?
– Да. Но где истина?
– Ми-из… – Оливию кто-то настойчиво звал, ворвавшись в беседу с самым дорогим для нее человеком. Мираж сна рассеялся, оставив после себя только тьму…
По комнате разносился громкий стук в дверь.
– Ми-из!
Лениво открыв глаза, англичанка огляделась. Комната была залита солнечным светом, а кровать застелена. Камин практически догорел, а за окнами пели птицы песни о коротком шотландском лете.
Откинув плед, девушка схватила телефон и поежилась от прохлады в ее спальне.
На часах было начало девятого утра.
«Дорогой дневник, и вот я в Шотландии. После долгой дороги произошло мое знакомство с вождем клана Маккензи. Стоит признать, он привлекателен и, судя по всему, интересуется историей.
У него необычные медово-карие глаза, меняющие свой оттенок с темного шоколада на золотисто-янтарный за долю секунды. Даже шотландский акцент из его уст звучит, как завораживающая мелодия. Стоп!
Это совершенно не важно!
Меня добродушно приняли, а я, как подросток, сейчас вспоминаю его глаза и голос. Да! Я помню, что в отношениях с Генри…»
Глава 4
«Говорят, от ненависти до любви один шаг. Опрометчивое высказывание, я считаю. А вот истина жизни в противоположном мнении – от любви до ненависти шаг точно один, точнее поступок или даже всего слово. И это слово: виски…»
«Проспала!» – первая же мысль напугала Оливию. И она вскочила на ноги, чтобы открыть дверь.
– Морна, я не знаю, как я не услышала будильник… Или… – распахнув дверь, чтобы впустить служанку, Оливия уперлась в широкую грудь владельца замка. Синяя рубашка с темными пуговицами, ее взгляд скользнул выше – две верхние были расстёгнуты. Крепкая шея, англичанка сглотнула и промямлила:
– Милорд, – ее взгляд поднимался выше, минуя бешено танцующие желваки, подбородок с трехдневной щетиной, тонкую линию губ. – Мне жаль, что так произошло… Я… Я…
– Виски?! – в его голосе прозвучало удивление. Но, как оказалось, это было мимолетное замешательство. – Морна!!!
Рядом стоящая рыжеволосая служанка тут же потупила взор, не смея взглянуть на графа, и невнятно лепетала оправдания:
– Ми-из вчера продрогла… И… И я… предложила испробовать глоточек… – ее руки теребили подол клетчатой юбки. – Я… Я…
Его внимательный взгляд шоколадно-медовых глаз уже обжигал английскую гостью. Вождь клана терпеливо слушал, сцепив руки за спиной. Он был почти на целую голову выше Оливии. Сильный и властный.
– Вчера я замерзла. Немного. – Она смело прервала служанку, хотя и продолжала говорить сбивчиво. – И Морна любезно предложила…
В это время служанка проскочила в комнату, чтобы забрать поднос. Так же быстро вышла и, не оглядываясь, поспешила по коридору прочь.
– Мисс Конорс, – владелец замка Лауд посмотрел на свои часы. – Через десять минут ждем вас в столовой.
Не дожидаясь ответа, он развернулся на пятках и направился к лестнице, только бросив через плечо:
– Вас проводит Логан.
Оливия безрадостно закрыла дверь и, оставшись одна после не очень доброго начала утра, побрела в ванную комнату.
Ее огорчало, что и второе впечатление было с треском провалено. И будь это именно официальная рабочая командировка, ее бы вероятней всего ожидало увольнение.
Быстро приведя себя в порядок, гостья направилась в столовую в компании сдержанного дворецкого, который учтивым «добрым утром» встретил ее, но больше ничего не произнес.
В столовой было уютно и оживленно. Деревянные детали уравновешивали общее впечатление от грубо обработанного камня в отделке стен и пола. На полу в больших горшках росли декоративные цитрусовые деревца.
Аромат луговых цветов и запах свежесваренного кофе наполняли помещение, щекоча рецепторы и маня к завтраку. Деревянный стол был сервирован на четверых, и только стул, предназначенный для английской гостьи, пустовал. Белоснежные салфетки были аккуратно сложены возле таких же белоснежных тарелок и начищенных приборов.
На фарфоровом блюде в центре стола лежали золотистые тосты и кексы. Рядом красовались изящная белоснежная маслёнка и несколько баночек с разноцветными джемами и медом. Почетное место на столе занимала блестящая кастрюлька, в которой, словно в зеркале, отражались все присутствующие, а поодаль стояли высокий кофейник и пузатый чайник.
Служанка раскладывала печенье в вазочки. Морны нигде не было видно, и Оливия немного начала нервничать.
Хозяин замка и его дядя что-то обсуждали на гэльском. Рядом с ними сидела красивая женщина и, неспешно помешивая ложечкой чай с молоком, также участвовала в беседе:
– A bheil thu cinnteach?
– Sassenach! Cinnteach, – Роберт откинулся на спинку стула и провел пятерней по волосам, немного взъерошив их.
– Glè mhath. Думаю, что твой дядя был уверен, что что-то подобное произойдет.
– Sassenach… – устало выдохнул молодой мужчина.
– Милорд, мисс Конорс, – громко произнес дворецкий.
Все взоры обратились к вошедшим, неимоверно смутив Оливию. Но она постаралась мило улыбнуться:
– Доброе утро. Прошу прощения за опоздание.
– Доброе или не очень, мисс, – мистер Маккензи расхохотался, бросив выразительный взгляд на племянника.
– Прекрасное утро, – обаятельная дама жестом пригласила Оливию к столу. – Присоединяйтесь к нашей утренней трапезе.
– Мисс Конорс, вы опоздали, – сухо заметил вождь клана.
– Мы же не при дворе английской королевы, Роберт.
– Тетя, правила везде остаются правилами. И даже здесь, в Шотландии.
«В этой глуши! А ощущение, что мы действительно в Букингемском дворце!» – мысленно англичанка возразила педантичному горцу, который уже начинал немного раздражать. Осознание этого пришло неожиданно. А первый день пребывания во владениях клана Маккензи только начинался.
От не радужных мысленных рассуждений ее отвлек все тот же надоедливый горец:
– Росс-Шир не глушь… Хотя пиджак здесь смотрится не уместно!
Оливия удивленно посмотрела на Роберта, поймав его насмешливый взгляд. Руки потянулись к лацканам в попытке не только разгладить их, но и почувствовать уверенность. Она была ученым. Кельтологом, а это было намного серьезней и ответственней, чем управлять замком где-то там на краю света.
– Тетя, прости, забыл тебе представить нашу гостью, – голос Роберта звучал уже без высокомерных нот. – Мисс Оливия Конорс.
– У вас прелестное имя, милая. Вы же будете не против, если я буду звать вас по имени?
– Конечно. Просто Оливия, миссис Маккензи, – девушка опустилась на пустующий стул рядом с Робертом. Это соседство показалось ей навязанным и, судя по всему, обязательным.
– Оливия, а вы зовите меня тетей Агатой. Жаль только, что наша дочка Лесли, кузина Роберта, сейчас отдыхает с друзьями на Канарах.
– Вы с ней точно подружились бы. Лесли не такая бука, как ее кузен, – мистер Маккензи рассмеялся, но, заметив строгий взгляд супруги, примолк.
– Хм… Предлагаю продолжить наш завтрак. Мисс Конорс, вы будете овсянку?
– Да, спасибо, милорд.
Мистер Маккензи немного наклонился и доверительным тоном произнес:
– Мы, шотландцы, не представляем себе жизни без порридж. А все, потому что эта неказистая с виду каша делает нас сильными, храбрыми и непобедимыми! – в конце он расплылся в довольной улыбке и подмигнул племяннику.
– Безусловно, дядя Рэналф, – поддакнул тот.
Миссис Маккензи только заметила, как бы между прочим, не отвлекаясь от намазывания масла на горячий тост:
– Ох, эти мужчины. Оливия, лучше согласиться с ними.
– Я так и подумала, – девушке понравилось, как мистер Маккензи хвалится перед ней, поэтому решила подразнить его. – Хотя как объяснить, ваше поражение в бит…
– А английская мисс с характером, – расхохотался тот, оценив ее ответ.
Роберт лишь усмехнулся.
Служанка засуетилась, пока Оливия задумчиво наблюдала, как перед ней появилась тарелка с горячей кашей. Но пару раз посмотрела в сторону хозяина замка. Он даже за столом казался огромным и сильным. Неспеша попивая кофе, Роберт просматривал почту в телефоне. Белоснежная чашечка казалась игрушечной в его большой руке.
Поблагодарив служанку, Оливия начала есть, стараясь больше не отвлекаться. Ей хотелось побыстрее закончить с завтраком и приступить к своей работе в библиотеке, будучи уверенной, что там ее точно никто не будет отвлекать, а точнее донимать своими нравоучениями, которых ей хватало и в обычной жизни. Родители, Генри, а теперь еще и вождь Маккензи собственной персоной.
Звон приборов заполнил столовую, только изредка звучали короткие гортанные фразы на гэльском. Но незнание языка освобождало гостью от участия в разговоре, что безусловно радовало ее.
– Cofaidh, Роб.
– Мисс Конорс, вы предпочитаете чай или кофе? – голос горца вновь прозвучал чарующе обволакивающе, как прошлым вечером.
Оливия подняла взгляд от тарелки и, смутившись, негромко произнесла:
– Кофе…
Молодой мужчина, взяв неподалеку стоявший кофейник, аккуратно налил черный ароматный напиток в ее чашку. Гостья, как зачарованная, наблюдала за его плавными движениями, напоминающими движения хищника на охоте. Странная метафора возникла в ее голове ниоткуда, что смутило ее еще больше:
– Спасибо.
Заметив произведенный эффект, мистер Маккензи весело заметил:
– Милая мисс, согласитесь, наш Роб иногда бывает галантен. Жаль, что только иногда!
Вождь клана, поджав губы, бросил хмурый взгляд на дядю и продолжил есть овсянку.
– А где библиотека? – Оливия, разделавшись с завтраком, поспешила покинуть стол.
– Библиотеку вам покажет тетя Агата, – снова голос графа звучал безэмоционально.
– С удовольствием. Я обычно предпочитаю там и работать, поэтому смогу вас сориентировать, где какая книга или рукопись лежит.
– Спасибо, миссис Маккензи, – девушка неуверенно вернулась на свой стул.
– Оливия, зовите меня тетя Агата, пожалуйста. Зачем нам эти условности, к тому же мы будем проводить большую часть дня вместе. Уверена, мы с вами подружимся.
– Ой, да. Простите меня.
– По замку экскурсию проведет тоже Агата, Роб? – строго заметил мистер Маккензи.
Молодой мужчина, допив кофе, встал со своего стула и, слегка кивнув тёте, затем – Оливии, обратился к дяде:
– Почему бы и нет?
– А владелец замка так сильно занят? – не унимался дядя вождя.
На красивом лице молодого графа отразилась внутренняя борьба. Заметив это, Оливия решила не навязываться, да и его общество немного пугало:
– Думаю, не стоит отвлекать лорда от его дел, – тихий голос прозвучал робко.
– Благодарю за понимание, мисс Конорс, – молодой вождь неожиданно мило улыбнулся, и снова его глаза были янтарного оттенка.
Девушка завороженно наблюдала, как столовую покидают мужчины, когда миссис Маккензи слегка коснулась ее руки.
– Милая, с вами все в порядке?
– Да-да, извините. Я задумалась.
Женщина понимающе кивнула и, немного помолчав, добавила:
– У Роберта сейчас много работы из-за выставки.
– А что это за выставка? – чтобы поддержать беседу, спросила гостья.
– Ох, я не сильна в терминологии крофтинга. Спросите у него сами, – миссис Маккензи, улыбнувшись, подмигнула.
Глава 5
«События окрашивают наши дни разными цветами. Но именно наше восприятие важнее.
Строгость может быть как врожденной, так и напускной. Следование правилам не гарант счастливого существования, особенно, если учесть, что жизнь не предсказуема».
Остаток завтрака прошел в более непринужденной атмосфере. Миссис Маккензи оказалась очень милой и приятной собеседницей. Она, являясь формальной хозяйкой, продолжила знакомить английскую гостью с историей замка. Но звучало это не как нудное перечисление, а как занимательная заочная экскурсия с множеством лиричных отступлений:
– Милая, управление замком требует особой концентрации внимания, необходимых знаний и прозорливости ума, – миссис Маккензи аккуратно сложила тканевую салфетку и задержала взгляд синих глаз на гостье. – Роберт стал вождем клана очень рано. Ему тогда исполнилось двадцать три.
Оливия удивленно приподняла бровь:
– Двадцать три?
Последовал медленный кивок.
– А сейчас ему сколько? Ой, извините, – англичанка испуганно прикрыла рот ладошкой и густо покраснела из-за своей же бестактности.
– Милая, все в порядке. Роберт уже порядка двенадцати лет является вождем клана. Может, в начале многие со скепсисом относились к столь молодому лидеру, но мой племянник доказал, что он достоин доверия клана и горцев.
– А кто до него был вождем?
– Его отец, брат моего мужа, – в синих глазах застыла грусть. – Малькольм Маккензи, 4-й граф Кромарти.
Наступила пауза. Рассказчица быстро заморгала, разгоняя выступившие слезы, и затараторила:
– Родители Роберта гордились бы им, – затем поджала губы и спустя очередную паузу дрогнувшим голосом поделилась. – Если бы не та автомобильная авария, все было бы по-другому.
– Мои соболезнования…
Голова миссис Маккензи поникла. Последовал вздох, а за ним тихая исповедь:
– Прошло столько времени, а кажется, будто эта трагедия произошла только вчера. Когда этот мир покидают дорогие близкие нам люди, они словно забирают частичку нашего сердца, оставляя пустоту, которую пытаешься заполнить воспоминаниями. Разными воспоминаниями, обычно самыми счастливыми, но и они со временем меркнут. Выцветают, подобно старым фотографиям в альбоме, – тетя вождя Маккензи, грациозно расправив плечи, выпрямилась на стуле. Ее теплые синие глаза внимательно скользили по безэмоциональному лицу англичанки.
Услышанные слова навеяли мысли о покойном деде-кельтологе. И Оливия, уставившись в свою пустую тарелку, молчала. Она не шевелилась. Просто замерла.
– Милая, простите меня, – миссис Маккензи аккуратно коснулась щеки гостьи. – Я не хотела портить ваше первое утро в Шотландии печальными разговорами.
– Я прекрасно понимаю ваши чувства, – на нее смотрели ясные серые глаза.
– К сожалению, в нашем мире нельзя прожить без потерь. Ну что ж, давайте, я покажу вам, где находится библиотека, – спохватившись, хозяйка замка постаралась улыбнуться.
Покидая столовую, казалось, женщины оставили там и грусть. Важные слова были произнесены, наделив поблекшее прошлое светотенями.
Теперь и резиденция клана воспринималась английской гостьей, как фамильный дом, в котором жила, живет и будет жить в будущем семья Маккензи. Стены уже не казались холодными, а цвет гардин – помпезно высокомерным. Солнечный свет наполнял замок жизнью и согревающим душу теплом.
Оливия шла за миссис Маккензи, мысленно представляя, как ходили люди других эпох по этим каменным полам. Гулкое эхо разносилось при каждом шаге. Новые Маккензи рождались здесь, росли и взрослели, а затем погибали в боях или немощными в старости, если доживали. Эти стены повидали много всего: радость и детский смех, влюбленные вздохи и слезы разочарования.
– А вот ради чего вы приехали в Хайленд, – из задумчивости ее вывел мелодичный голос хозяйки.
Они стояли перед резной деревянной дверью, открыв которую перед ними предстало множество стеллажей и полок. Высокие шкафы, заставленные книгами с разноцветными корешками. Все это богатство занимало огромную комнату, создавая уютный мир знаний, неразгаданных тайн и загадок.
Теплый свет окутывал мебель из темного дерева, удобные кресла и спящий камин. В воздухе ощущался аромат бумаги и старых кожаных переплётов. Идиллию дополняло пение птиц, доносившееся с сада. В широкие окна заглядывало желтое солнце, запутавшееся в темных гардинах в попытках выпустить поиграть солнечных зайчиков на мягком ковре.
– Это настоящий рай, – прошептала Оливия, рассматривая роскошную коллекцию книг и манускриптов.
– Не все кланы могут гордиться своими библиотеками.
– Сокровищница, а не библиотека! – гостья уже читала заголовки книг, выложенных на массивном резном столе.
– Это для демонстрации редких изданий во время экскурсий по замку.
Англичанка, отвлекшись от книги в руках, подняла взор на миссис Маккензи:
– Морна вчера рассказала, что помогает вам во время экскурсий.
– Она прекрасно справляется с ролью моей помощницы.
– Это всё оригинальные экземпляры? В такой хорошей сохранности, – в голосе Оливии прозвучали нотки восторга ребенка, оказавшегося в лавке со сладостями.
На красивом лице миссис Маккензи появилась искренняя улыбка:
– Знания необходимо хранить бережно, – она прошла к другому столу, на котором покоился ноутбук и стопки сцепленных скрепками бумаг. – Я предпочитаю работать здесь. И буду рада вашей компании, милая.
– Это честь для меня! – Оливия не могла отойти от восторга, охватившего ее. Получив ответ из замка Лауд, она не ожидала увидеть столько книг, да еще и старинных. Конечно, последние хранились на закрытых полках за стеклом, но всегда оставался шанс получить разрешение ознакомиться с ними или даже оцифровать, чтобы книги, созданные в Средневековье, остались на века. Англичанка от удовольствия зарделась.
– А как вы относитесь к конным прогулкам? – из задумчивости впечатленную гостью вывел странный вопрос.
Она обернулась, удивленно приподняв брови:
– К конным прогулкам? – хмыкнув, пожала плечами. – Я люблю лошадей. Но почему вы спрашиваете?
– Когда хорошая погода, перед хай-ти я предпочитаю пройтись по саду или выезжаю верхом. Это помогает отдохнуть от рабочих моментов.
– О, я вас понимаю, – Оливия вернула книгу на стол. – Я попробовала бы составить вам компанию.
Стараясь не вникать в нюансы «своего попробовать», девушка задала встречный вопрос:
– Тетя Агата, я схожу в свою комнату за принадлежностями, что могут мне пригодиться?
– Конечно. Буду ждать вас здесь, а потом покажу оборудование, что приобрел Рэналф для оцифровки книг.
Оливия кивнула и поспешила в свою спальню, горя желанием побыстрее вернуться в «рай» и приступить к работе.
Ее уже не беспокоило не очень гладкое знакомство с Маккензи. Ваза оказалась дешевым дубликатом, а проспать первый завтрак – не таким страшным недоразумением. Главное, больше не поддаваться предложениям Морны пригубить глоточек янтарного виски. Весело хохотнув, кельтолог быстро шла по родовому замку древнего шотландского клана, ориентироваться по которому было все же не очень сложно, если запомнить, на каком этаже что где находится.
Оказавшись в своей комнате, Оливия уставилась в напольное зеркало. В голове всплыло язвительное замечание вождя клана, а за ним и чувство своего невысказанного недовольства в ответ. Последовал тяжелый вздох. Натянутая улыбка своему отражению. Англичанка пристально оглядела себя.
«Я специалист. Ученый-кельтолог, – словно мантру повторила она несколько раз. – Я работаю с книгами, а не где-то там в хлеву. И я здесь не в отпуск отдыхать приехала, чтобы позволить себе рабочую одежду фермера!»
Оливия кивнула и, расправив плечи, продолжила рассматривать свое отражение. Укороченные брюки и пиджак, может, и выглядели немного официально. Особенно на фоне потертых джинсов и футболки этого надменного Роберта Дункана Маккензи. Но и в замке было не настолько тепло, она хмыкнула: «Мне нужно провести здесь всего две недели. И да, эта поездка мне полезна. На фоне некоторых, – английская гостья закатила глаза, – Генри теперь мне не кажется таким нудным».