Холодные рассветы

– Шлюха! – бросил юнец ей.

– Молодой человек, – поднявшись из-за стола, заговорил с ним Владислав, – Вам же сказали, придержать язык! Покиньте ресторан, в противном случае, я вынужден вызвать охрану!

– Думаешь, я посмотрю на то, что ты весь такой крутой и богатый? Что, – он выглянул из-за своего соперника, обращаясь к девушке, – легла под него из-за бабла?

– Какой же ты мерзкий! – потеряв все оправдания для него, прошептала Лена.

– А тебе не мерзко? Шалава!

Он хотел было броситься в её сторону, но её спутник ухватил его за шею.

– Выйдем, поговорим, – предложил он парню.

– Да пошёл ты! – Илья быстро развернулся и вышел на улицу, где его ждали друзья.

Лена оперлась плечом на стену, что была справа от неё.

– Вы в порядке? – уточнил Владислав.

– Да, вполне, – через силу улыбнулась она.

– Не нужно лжи, прошу Вас. Это излишне после случившегося.

– Вы слишком добры ко мне, – пролепетала она, пока слёзы наворачивались на её глаза.

– Не нужно, – успокоил он её, взяв её руку, лежавшую на столе, в свои пальцы.

Она лишь благодарно посмотрела на него, уловив на себе взгляд полный безграничного тепла.

– Пожалуй, мне пора, – через минуту произнесла она, насладившись моментом их дружеской близости.

– Я провожу Вас, – сообщил он.

Расплатившись с официанткой, он повёл её к метро, затем посадил в вагон поезда, следовавшего до конечной, на которой она жила, не требуя никакой благодарности, не намекая на приглашение «на чашечку чая» и прочей ерунды, лишь бы поскорее уложить её в постель. Всё было довольно уютно, тепло и дружелюбно.

Добравшись до дома, Лена зашла в квартиру, поставила на плиту небольшую кастрюлю с водой, чтобы сварить пельмени, потому что салат, съеденный ею в ресторане, не дал ей насытиться, а значит сейчас, почти в половину одиннадцатого вечера, самое время съесть что-нибудь посущественнее травы и овощей.

Впечатление от этого дня, которое осталось у неё можно описать лишь словами: комфортно и надёжно. Да, ей было спокойно с этим человеком. Не нужно было говорить лишних слов, ведь он и без них всё понимал и видел. Она хотела бы иметь такого друга, но не более. Всё ещё прокручивая комментарии Ильи в ресторане, она впадала в беспомощную панику: он так старался её унизить, оскорбить, растоптать… Как низко пал этот человек! Как глуп был этот юнец, ровно, как и все его друзья и ровесники!

А жизнь с каждым днём всё больше и больше теряла смысл, а любой найденный смысл терял жизнь. Замкнутый круг, словно возникший на воде, когда кто-то бросил в неё камень, всё туже сжимал горло, не давая вздохнуть полной грудью.

Теперь единственное, что осталось у Лены после этой долгой и откровенной беседы в ресторане с мужчиной, что был гораздо старше её, тепло. Оно заставляло её двигаться дальше. Он показал ей другие стороны её сущности, другие возможности, которые она могла бы раскрыть в себе, в своем сознании.

Серая пасмурная погода скопилась тяжёлым грузом на холодном небе Москвы. Душу согревали лишь слова, сказанные Владиславом неделю назад, когда они виделись в последний раз, уехав из студии вместе и проведя в обществе друг друга без преувеличения два часа.

– Ты какая-то тихая, – заметила Ника почти неосязаемые изменения в подруге.

– Да нет, всё как обычно, – натягивая кожанку на своё замёрзшее тело в холле института, ответила Лена.

– Ну да, ну да…

– Да что не так-то? – несколько громче уточнила девушка.

– Да всё так… Просто… У тебя кто-то появился? Да? – выпытывала Ника.

– Нет у меня никого! Чего ты докопалась-то?!

– Вау, какая у нас девушка агрессивная! – засмеялась собеседница Лены, подавая спутнице рюкзак.

– Спасибо, – улыбнулась та в ответ.

Они вышли на крыльцо, прощаясь с одногруппниками, помахали руками друзьям, направились в сторону метро, но резкий гудок автомобиля слева от них заставил остановиться и обернуться на звук.

Возле машины, имевшей довольно внушительные размеры, блестевшей черным лаком под хмурым столичным небом, одетый всё в том же стиле, что и всегда, облокотившись спиной на корпус своего транспорта, стоял Владислав.

Лена удивлённо посмотрела на него, а Ника притворно улыбнулась.

– Чего это он тут? – задала она риторический вопрос подруге, которая никак не ожидала увидеть здесь человека, который теперь знал её лучше, чем она сама.

– А мне почём знать? – отозвалась девушка.

– Пойдём, поздороваемся, – потащила её спутница к мужчине.

– Зачем?

– Ну… Поболтаем. Он же для чего-то приехал…

– Тебе надо, ты и иди, – сухо бросила Лена.

– Так, Ермолаева, быстро пошла за мной! – громко и твердо произнесла Ника.

– А ты тут не командуй. Я тебе не рота солдат, – совершенно спокойно ответила её собеседница и пошла в сторону метро.

Она преодолевала расстояние уверенными шагами, как вдруг кто-то остановил её, едва ухватив за локоть.

– Елена, прошу меня извинить, я чем-то Вас обидел? – догнал её Никольский.

– Нет, – она остановилась и посмотрела в его глаза, стараясь разглядеть их сквозь затемнённые очки.

– А, что я тогда сделал не так?

– Знаете, Вы ставите меня в неловкое положение. Приехали на джипе к моему институту, ждёте кого-то, потом бежите за мной… Зачем? Компрометируете мой авторитет?

– Нет, что Вы! Я и думать об этом не мог! Всего лишь хотел снова Вас увидеть.

– С какой целью? – Лене приходилось несколько повышать громкость своего голоса, чтобы перекричать шум машин, проносившихся мимо по широкому проспекту.

– Мне было с Вами очень хорошо. Надеюсь, Вас тоже устроило наше общение. Почему бы не продолжить его? Я рассчитываю исключительно на нашу дружбу. Большего я не заслужил, да и Вы вряд ли согласитесь. Это было бы чересчур.

– Разве у Вас нет друзей, с которыми так легко можно общаться?

– Есть. Но это двое довольно зрелых мужчин. Нашей дружбе уже около тридцати лет. Мы изучили друг друга настолько, что знаем все мельчайшие детали быта каждого из нас. В моей жизни нужен новый человек, я бы даже сказал, свежая кровь. Не поймите неправильно! Я всего лишь нашёл в Вас ту, что имеет своё мнение и не стесняется его высказывать. Я люблю и уважаю честных людей.

– И Вы сейчас предлагаете сесть к Вам в машину и поехать в неизвестном направлении?

– Вы уже однажды сделали так. Всё закончилось как нельзя лучшим образом. Почему бы не повторить?

Она смущённо улыбнулась, заметив любопытный взгляд нескольких своих одногруппниц во главе с Никой.

– Последний вопрос! Можно?

– Задавайте!

– Как Вы меня нашли?

– Вы говорили, что Ваш друг учится вместе с Вами и записывается на моей студии. Просто посмотрел журнал посетителей, нашел его номер телефона, уточнил Ваше расписание, приехал…

– Заговор? – усмехнулась она.

– Вроде того, – согласился он с её шуткой.

– Ладно, что ж теперь с Вами делать? – сдалась девушка.

Он проводил её до машины, посадил в салон, захлопнул дверцу, сам сел с другой стороны, и водитель повёз их вдоль шумной улицы.

– И что это было? – удивлённо и несколько ошарашенно спросила одна из зрительниц этой сцены.

– Пока не знаю. Но Ленка же со мной обязательно поделится… – предположила Ника. – Ладно, расходимся. Спектакль закончен! – бойко разогнала она толпу соратниц, а сама направилась в сторону метро.

– Я надеюсь, у Вас найдется несколько часов свободного времени? – уточнил Владислав у своей спутницы.

– Для чего? – удивилась она.

– Для экскурсии по Третьяковской галереи.

– Ох, я не была там лет с восьми…

– Значит, я угадал с местом сегодняшней прогулки?

– Более чем, – с нескрываемым восторгом ответила она, но потом опустила взгляд на свой наряд. – Только… Одета я далеко не соответствующе.

– Ничего страшного. В наши дни никто уже не обращает внимания на такие мелочи, – улыбнулся он.

Машина подъехала к причудливому зданию в Лаврушинском переулке, остановилась возле центрального входа.

– У Вас, вероятно, тяжёлый рюкзак, – предположил хозяин музыкальной студии. – Вы можете оставить его здесь, Виктор потом привезёт его.

– Если Вы настаиваете, – согласилась она, вытащив из сумки лишь телефон, наушники, билет на проезд в метро и банковскую карточку.

Владислав провёл её внутрь, купил билет, пока она осматривалась в холле.

– Пойдёмте? – он помог снять ей куртку, и вместе со своим пальто отдал гардеробщику.

Мужчина провёл её вперёд, затем остановился и взглянул на девушку.

– Хотите взять экскурсовода или же предпочтете меня в качестве путеводителя? – уточнил он.

– Лекцию работника я могу почитать и в интернете, а вот Ваше мнение и Ваше восприятие всего окружающего мне не скачать в Ютубе, – улыбнулась она.

– Благодарю за доверие, – кивнул он головой, наигранно изобразив некоего гусара.

Одет он был в строгий офисный костюм, но, войдя в первый зал, снял пиджак, оставшись в белоснежной рубашке, сквозь которую с трудом можно было различить витой узор татуировки на его теле.

– Экспозиция содержит произведения, написанные, начиная с одиннадцатого века и заканчивая нашим временем. Такая потрясающая связь эпох… – начал рассказывать он. – Сначала это был домашний музей Третьяковых, но из-за неукротимой страсти главы семейства, коллекция росла с неимоверной скоростью.

Он долго водил её по залам знаменитой русской галереи, она задумчиво останавливалась возле великих произведений искусства, впитывая в себя незабываемые ощущения могущества кисти и красок, а после послушно следовала за своим личным экскурсоводом.

– А вот эта картина, – он подвёл её к полотну средних размеров, – художника Василия Пукирёва…

– Неравный брак, – подхватила она несколько печально.

– Да, именно, – с такой же мимолётной грустью подтвердил он. – В этой картине слишком много тайн, чтобы разгадать их за одно посещение музея…

Лена внимательно изучала произведение, а после, не совладав со своими чувствами, покинула зал. Владислав пошёл следом за ней.

Она выбежала на улицу в одной футболке, села на скамью возле входа, стараясь взять себя в руки. Ничего не получалось. В голове пульсировало изображение, заставлявшее её остановиться на границе истерики. На секунду она представила себя на месте той невесты, а своего спутника в роли жениха. Это было невыносимо! Несомненно, Владислав был ей симпатичен, интересен, но… Представить с ним, и без того мерзкую в её понимании, семейную жизнь было отвратительным шагом для неё.

– С Вами всё в порядке? – он набросил ей на плечи её куртку, а сам опустился перед ней, чтобы видеть её эмоции на лице.

– Да, – она зачесала пальцами чёлку назад, чтобы открыть свои глаза для него.

– Почему Вы ушли? – искренне желал он разобраться в её чувствах.

– Я не знаю. Просто эта картина… Она… Нагнала на меня ужасную тоску, которая выворачивала меня наружу.

– Если Вам будет лучше, мы можем прогуляться по… Какому-нибудь парку…

– Да, пожалуй…

Она встала со скамьи, натянула рукава куртки, расправила воротник. Он как следует надел своё пальто, и они вместе пошли в сторону метро.

В парке имени Горького было много молодежи, несмотря на пасмурную и унылую погоду.

Лена потянула своего спутника к прокату самокатов, где они взяли два транспортных средства, а после девушка помчалась по аллеям меж желтеющих деревьев, а её знакомый спокойно ехал следом за ней.

Сделав пару кругов вокруг него, она спрыгнула с площадки.

– Мне за Вами не угнаться, – улыбнулся он.

– Признайтесь, когда Вы в последний раз по-детски дурачились? – поравнявшись с ним, смеялась она.

– Хм, давно, – заключил он.

Теперь они ехали мимо большого фонтана, расположенного недалеко от набережной Москвы реки.

Он сошел с самоката, проследовал по наклонной доске к небольшому садику, а она, переоценив свои возможности, решила съехать прямо на двухколёсном аппарате вниз, но, не справившись со своим железным конём, полетела вперёд, упав прямо в объятия Владислава.

Он крепко держал её в своих руках, а она, слегка откинув голову назад, пристально смотрела в его глаза, различая их блеск за затемнёнными очками, предвкушая поцелуй, который вряд ли бы сделал её счастливой.

– Вы в порядке? – уточнил он.

– Да… – протянула она, приходя в себя.

– Не рискуйте больше так. Меня может не оказаться рядом, – ласково улыбнулся он.

– Кстати, – отойдя от него, поднимая самокат с земли, вспомнила она, – говорите мне «ты». Как-то не удобно, когда… Ну, в общем, Вы меня поняли.

– Хорошо, – теперь он шёл рядом с ней, выводя её на набережную, – в таком случае, и у меня к Вам… к тебе та же самая просьба.

– Разве могу я… Так панибратски относится к Вам?

– Мне казалось, что сегодня мы перешли на несколько более близкую стадию знакомства, приближаясь к довольно трепетной дружбе, – мягко говорил он.

– Хм, ладно. Как скажешь, – усмехнулась она и снова помчалась на самокате по асфальту.

Когда аренда транспорта подходила к концу, они вернулись в центральную зону парка, сдали средства передвижения и отправились на пешую прогулку. Через час уже начало темнеть.

– Мы сегодня провели почти весь день вместе, – заметил он.

– А что с твоей работой? Её сегодня не было? – опомнилась она.

– Не переживай. Дела обстоят неплохо, поэтому я могу позволить себе хотя бы один выходной, – успокоил её мужчина.

Она слегка поежилась под холодным осенним ветром, нападавшим на город вместе с ночью.

– Замёрзла? – уловил он её почти незаметную судорогу.

– Немного, – подтвердила девушка.

– Пойдём тогда, я провожу тебя, – он приобнял её за плечи, чтобы укрыть от прохлады.

Возле центрального входа в парк уже ждала машина. Виктор отвёз их в район Котельников, где высадил девушку, а после направился к метро «Международная», где жил директор музыкальной студии.

Этот вечер был закончен. За ним следовала ночь. Пустая, ледяная, одинокая, как у него, так и у неё. Их сейчас объединяло лишь одно: грусть, что скопилась в средостении и не давала свободно вздохнуть.

Он нашел её в социальной сети, нажал на кнопку «Добавить в друзья», но к этому времени она уже уснула в своей постели, а значит утром её ждал сюрприз.

Сразу с рассветом раздался требовательный телефонный звонок.

* Ты где? – выпытывал голос Ники.

– Дома, где мне быть? – сонно, не осознав до конца, что происходит, пробормотала Лена.

* Ну, знаешь, ты вчера умотала на тачке с каким-то мужиком… Я же волнуюсь! – абсолютно искренне беспокоилась подруга.

– Не надо. Я взрослый человек. Сама разберусь.

* Ага, взрослый! – усомнилась девушка на другом конце связи. – Тебя даже детсадовец обидит!

– Ой, – недовольно заключила Ермолаева.

* Ладно, жду тебя к первой паре!

– Угу…

Она выключила телефон. До будильника оставалось полчаса, а значит было ещё тридцать минут законного сна.

Лишь в вагоне метро она зашла в сеть, после чего на экран смартфона выплыло уведомление о новой заявке в друзья. Она ответила на добавление, открыла его профиль, быстро пролистала ленту и, решив закончить начатое в свободное время, отключила интернет.

Когда Лена вошла в аудиторию, ей на глаза попались девушки, сидевшие на втором ряду и о чем-то говорившие. Они осмотрели её презирающим взглядом, нервно захихикали и продолжили шептаться.

– Ну… – протянула Ника, когда Ермолаева заняла своё место рядом с ней на четвёртом ряду.

– Что «ну»? – уточнила девушка.

– И какие у вас отношения с этим Владиславом?

– Никаких, – ответила Лена, доставая из сумки тетрадь и ручку.

– Ой, да не заливай. За человеком, с которым нет никаких отношений, так не бегают! Он прям ломанулся за тобой, когда ты к метро шла.

– Ник, отстань, пожалуйста. Твой допрос невыносим. У нас ничего нет и быть не может. Сама посуди! Какая у нас разница в возрасте. Мы вчера в Третьяковку ходили. Всё.

– А с чего это он вдруг тебя туда потащил? Такое себе место для свиданий…

Лена спокойно обернулась, но в её выражении лица было явное недовольство.

– Какого свидания? – с тяжёлым вздохом уточнила она.

– Ну, как «какого»? Того самого.

– Ой, думай, что хочешь! Мне плевать.

– Эй, ты обиделась? Ну, я же шучу… Правда теперь все в группе, да и во всём универе обсуждают ваш роман.

– Пофиг.

– Ладно, я-то тебе верю.

– Хм, ну спасибо.

После пар девушки спустились в метро, зашли в вагон. В институте было просто невыносимо находиться. Везде болтали о том, что видели, как Ермолаева закрутила роман с хозяином крупной музыкальной компании, легла под него из-за его денег… Сегодня можно было узнать много нового о себе, а о Никольском и того больше.

– Знаешь, – схватившись за поручень, заговорила Ника, – однажды, один очень умный человек мне сказал: «Каждое чудо на три дня». Если ты перетерпишь сейчас эти три дня сплетен, то дальше будет гораздо легче.

– Спасибо, утешила, – усмехнулась Лена.

– А может у вас и реально что-нибудь получится с ним.

– Надеюсь, что нет.

– Да почему? – возмущенно вскрикнула девушка.

– Ник, я тебе всё уже сказала. Зачем опять начинать этот разговор?

– Ой, ладно! Куда он денется? Влюбится и женится.

Елена лишь недовольно посмотрела на спутницу, а после усмехнулась наивности подруги.

– Мне кажется, что я заболеваю, – укутываясь глубже в свой шарф, предположила Ермолаева.

– Не мудрено, когда у тебя такой мужик… И болезнь та – любовь, – засмеялась Ника.

– Хм, не смешно. У меня горло болит.

– Вот, а это один из признаков, что вы всё-таки вместе, – продолжала девушка отпускать неуместные шутки.

– Господи, да, когда ты уже угомонишься?! – воскликнула Лена, выходя из вагона.

– Никогда, – улыбнулась её спутница.

Они расстались на одной из станций. Ермолаева отправилась домой, готовясь к длительному лечению от простуды. Видимо, вчера она всё-таки замерзла, а сегодня пожинает плоды вечерней прогулки.

Когда она уже собиралась лечь спать, забравшись под теплое одеяло, выпив чай с малиновым вареньем, померив температуру и, не обнаружив у себя признаков лихорадки, взяла телефон в руки, открыла соцсеть, снова зашла на страницу Владислава, решив посмотреть его фотографии. Их было немного: одна из них запечатлела его на каком-то горном курорте со скейтбордом в руках, другая – в небольшом баварском городке с кружкой пива за столом в местном баре, третья – в тату-салоне, где ему вырисовывали машинкой с иглами узор возле ключицы, ещё несколько фотографий изображали его в компании каких-то девушек, парней, женщин, которых он слегка приобнимал, не вызывая никаких подозрений на тесные контакты. Ничего особенного. Кроме одной фотографии, где он сидел на огромном мотоцикле в кожаной куртке, тяжелых ботинках, в митенках и со шлемом в руках, а в комментариях было написано: «Брутальный рокер», «Настоящий мужик!», «Жаль, что женат» и так далее…

– Интересно, – вслух произнесла Лена, – я одна знаю, что он разведен?

Телефон тревожно пискнул, оповещая о новом уведомлении. Девушка опустила вниз верхнюю панель. Это было сообщение от Владислава: «Привет. Ничего, что так поздно? Ты как?».

– Зачем же тебе всё это нужно? – снова задала девушка риторический вопрос.

«Всё хорошо, – ответила она. – Приболела немного, а так всё в порядке»

«Это из-за меня? Вчера гуляли по холоду…»

«Не бери в голову. Всё нормально. Сама виновата. Хожу в прохладной одежде»

Она поднялась с кровати, взяла пачку бумажных салфеток, поскольку почувствовала приближение насморка. Тем временем телефон снова настойчиво загудел.

«Напиши свой адрес. Будем лечить тебя»

Несколько аргументов против сообщения столь конфиденциальной информации рассыпались о безрассудство и желание просто не оставаться одной, когда она так плохо себя чувствовала.

Она отправила ему свои координаты, немного прибралась в квартире, поставила чайник и села на диван, укутавшись в плед в ожидании гостя, листая новости в социальной сети, периодически шмыгая носом. Лена даже не подумала о том, что выглядит совсем, мягко говоря, не презентабельно, а лишь сильнее запахнула на себе края уютного одеялка.

Спустя час раздался звонок домофона, она прошлепала в домашних тапках в прихожую, ответила в аппарат, пропустила человека, от которого немного учащался её пульс, но осознания влюбленности она не находила внутри себя.

– Ну, – улыбаясь, спросил он, перешагнув порог её квартиры, – как ты тут?

Она лишь шмыгнула носом и неуютно поежилась под его тёплым взглядом.

– Понятно, – догадался он. – Температура есть?

– Не знаю, не измеряла… – призналась она, проводя его в гостиную.

Он оставил пальто и ботинки в прихожей, снял очки, положив их на тумбочку, проследовал за ней, оставшись в футболке, чёрных джинсах и носках.

– Я сделаю тебе горячий чай, а после выпьешь лекарство. Я позвонил своей сестре, она врач-терапевт, сказала, что нужно делать.

Лена села за стол, на котором он раскладывал какие-то упаковки из аптеки, следя за его движениями, слушала слова гостя.

Он внезапно замер, вытащив очередную коробку с препаратом от простуды из пакета, и внимательно посмотрел на девушку.

– Ты мне доверяешь? – бережно уточнил он, словно сейчас это было единственное, что казалось для него важным.

Она перевела взгляд на его глаза. В них прослеживалась нескрываемая забота и беспокойство.

– Да, – как-то неуверенно прозвучал её голос.

Он подошёл к плите, быстро коснувшись ладонью стенки чайника.

– Горячий, – заметил он, беря кружку, что стояла возле раковины на столешнице.

Владислав высыпал в посуду какой-то порошок, залил его кипятком, размешал ложкой и подал хозяйке квартиры.

– Пей, только осторожно. Не обожгись, – предупредил он.

– Что это? – чисто из любопытства поинтересовалась она.

– Там всего понемногу… И витамин «С», и аспирин, и какие-то добавки… В общем, хуже не будет.

– Пахнет вкусно, – заметила она.

Он лишь довольно улыбнулся на её слова.

Девушка выпила кружку с горячим раствором, который, как оказалось, обладал привкусом лимона, что делало лечение гораздо приятнее, чем обычные микстуры и мерзкие лекарства.

– У тебя градусник есть? – вспомнил гость о температуре.

– Где-то был… – пытаясь вспомнить текущую локализацию инструмента, произнесла Лена.

– Так, понятно, – заявил он и, подойдя к ней, приложил запястье к её лбу.

– О, да у тебя градусов тридцать восемь, не меньше. Давай, бегом в постель, а я тебя буду чаем поить. Аспирин подействует, может спадёт жар. Постарайся пледом не укутываться. Голова болит?

– Немного.

– Ну, это всё из-за лихорадки. Ничего страшного, ложись, отдыхай. Я тут немного похозяйничаю. Ты не против?

– Делай, что хочешь, – устало произнесла она, направляясь к разложенному дивану.

Он взял полотенце, смочил его в прохладной воде, отжал, положил ей на лоб, стянул с неё плед, обнаружив на ней теплую пижаму.

– Солнце моё, – словно обращаясь к маленькой девочке, произнес он, – тебе не жарко?

– Нет, морозит, – изобразив озноб, ответила она.

– Так, понятно. Лежи, сейчас приду.

Он достал из кармана телефон, ушел на кухню, позвонил сестре.

– Оксан, привет, снова я, – раздался его голос за стенкой. – Слушай, чем можно температуру сбить? – он замолчал ненадолго, прислушиваясь к советам собеседницы. – Ладно, хорошо, спасибо большое.

Через пару минут он вернулся в комнату.

– У тебя водка есть? – вдруг спросил он, подойдя к кровати.

– В шкафу, кажется, была… – с нескрываемым удивлением, указывая на сервант советских времён, произнесла Лена. – Ника оставляла…

Он открыл дверцу, достал целую бутылку, сел на край её постели, открывая крышку.

– Что ты хочешь сделать? – забеспокоилась Ермолаева.

– Снимай пижаму. Доктор сказала, что нужно тебя натереть водкой, чтобы сбить температуру, – пояснил он.

– Ты думаешь, что я стану раздеваться перед тобой?

– Тебя никто не просит снимать с себя всё. Останься в белье.

– Это всё равно, что голой.

– Ты же в купальнике загораешь на людях, почему сейчас стесняешься?

– Мы так мало знакомы… – жалобно протянула она.

– Можно подумать, что на пляже ты всех поголовно знаешь! – усмехнулся он, перевернув бутылку, смачивая ладони в пахучей жидкости. – Снимай, давай!

Она неохотно стянула с себя серую толстовку, потом теплые штаны, которые явно прибавляли пару градусов к её лихорадке, легла на спину. Он, стараясь не смущать её своим взглядом, осторожно обтирал её кожу, скользя ладонями по рукам, плечам, обходя бретельки бюстгальтера, спускаясь по животу к бёдрам. По телу пробежала дрожь от холода, который теперь сковывал её плоть. Если этот озноб был предвестником скорого выздоровления, то она была готова вытерпеть и его.