Вдвоем – за любовью

Нужно, чтобы он воспользовался нашей улучшенной новой версией, а не брал «Эктон». Это было бы замечательно. О! А у него завтра еще и день рождения!

– И это тоже было в файле? – Джек недоверчиво взглянул на Эмили. Интересно, откуда она это знает?

Эмили кивнула, улыбаясь Майку Эллиоту, когда он появился возле них.

– Я обновила его, пока мы летели сюда.

– Я поражен, – шепотом ответил Джек, уже обмениваясь с Майком рукопожатием. – Майк, я Джек Девон. Кажется, мы встречались в прошлом году.

Неуклюжий мужчина принялся сердечно трясти протянутую Джеком руку.

– Как же, как же, конечно, припоминаю, Джек Девон. Очень рад, что «Винтерсофт» на этот раз тоже здесь представлен.

Джек познакомил Майка с Эмили, потом опять обратился к Майку:

– Вы получили в прошлом месяце наше информационное письмо, что мы совершенствуем матобеспечение? В будущем месяце у нас появится новая версия, но уже сейчас мы привезли демо-версию, чтобы вы прямо здесь могли с ней познакомиться и опробовать. В ней есть улучшения, которые, как я думаю, очень подойдут для «Метрогруп». Хотите взглянуть?

– К сожалению, меня послали в Рено не для развлечений, а именно для этого, – усмехнулся Майк, наблюдая, как Джек загружает для него демонстрационную версию.

– Да уж, не слишком веселое празднование вашего дня рождения. Кажется, он у вас на этой неделе?

– Так и есть, – Майк был приятно удивлен, что Джек помнит об этом, но, поскольку тот уже начал демонстрацию, показывая некоторые новые возможности пакета, вновь вернулся к делам. – Вы знаете, что «Эктон» внес серьезные изменения в свою систему и значительно улучшил ее? Сможете ли вы, ребята, соответствовать их ценам?

– Трудно сказать, что будет с ценами, – согласился Джек, – но ясно, что для такого крупного клиента, как «Метрогруп», мы постараемся сделать все возможное. Но я думаю, когда вы сравните наш новый продукт, поставив его рядом с «Эктоном», то и сами убедитесь, что вряд ли вам стоит переходить на их систему, несмотря на большие скидки. По-моему, это будет серьезной ошибкой.

Заметив, что Майк сомневается, Джек взглянул на Эмили и добавил:

– За прошлый год вы обращались к нашим консультантам всего лишь дважды. И оба раза мы незамедлительно решали возникшие проблемы. А для «Метрогруп» это означало, что не было потеряно ни минуты лишнего времени и сэкономлены сотни тысяч долларов. Вряд ли «Эктон» сможет вам пообещать то же самое.

Пока Джек рассказывал Майку об усовершенствованиях системы, особо отмечая новые функции выделения текста, Эмили принялась рассматривать посетителей. Некоторые остановились возле стенда «Винтерсофта», чтобы понаблюдать за демонстрацией на огромном экране. Эмили ответила нескольким заинтересованным зрителям на возникшие у них вопросы. За пару часов она сумела привлечь одного нового клиента и убедила трех прежних остаться пользователями компании и продолжить сотрудничество. Приближалось время ланча, о чем постоянно напоминал голодный желудок. И тут она вдруг углядела в толпе посетителей высокого блондина.

– Рэндэлл, как я рада вас видеть, – заулыбалась Эмили, когда он подошел к стенду. – Я слышала, вы теперь в Нью-Йорке. Поздравляю!

– Благодарю, Эмили, – с сильным английским акцентом ответил мужчина. – Как здорово видеть вас вновь. Я до сих пор вспоминаю нашу встречу в Лондоне, – в его словах звучала искренняя радость.

Эмили смутилась.

– Ну, раз уж вы подошли к нашему стенду, надеюсь, это означает, что вы задумываетесь о переводе ОБГ на «Винтерсофт»?

Он наклонился и взял одну из брошюр, которые Эмили сразу заказала в типографии, как только они с Джеком решили, что будут участвовать в выставке.

– Все зависит от того, насколько вы будете убедительны. Хотя, глядя на это, – он потряс брошюрой, потом поднял глаза к большому демонстрационному экрану позади нее, – пожалуй, можно поддаться искушению. – Он перевел взгляд на ее лицо. – В целом то, что представлено на стенде, выглядит весьма многообещающе.

Эмили приняла серьезный вид.

– Хоть мне и не удалось переманить вас у «Эктона» во время нашей лондонской встречи, все же у меня есть надежда, что когда вы попробуете наше новое обеспечение, то решите перевести на него ОБГ. Хотите, я дам вам демонстрационную версию?

Джек уже отошел от главного компьютера и беседовал с представителем компании «Аутлэнд системе», являющейся деловым партнером «Винтерсофта». Поэтому Эмили сама подвела Рэндэлла к монитору. Когда он склонился над клавиатурой, девушка ощутила на себе чей-то взгляд и, обернувшись, увидела, как Джек пристально глядит на нее. Он делал вид, что внимательно слушает стоящего перед ним мужчину, но ей было ясно, что гораздо больше его интересует то, чем занята она.

Почему он так пристально смотрит? О чем думает? Может, он хочет сам поговорить с Рэндэллом? Кажется, она и сама неплохо справляется. Если ей удастся привлечь ОБГ в качестве клиента, она докажет Джеку и всем остальным в их компании, что прекрасно соответствует своей новой должности.

Пока Рэндэлл запускал демонстрационную версию, Эмили подробно рассказала ему, на чем ОБГ сумеет существенно сэкономить, используя программный продукт «Винтерсофта».

– Фантастика, – воскликнул Рэндэлл, заканчивая работу. – Так вы говорите, что мы сможем пользоваться поддержкой вашего технического персонала круглосуточно?

– Круглосуточно и все семь дней в неделю, без выходных, – заверила Эмили. – Но мы уверены, что помощь не потребуется. Вы, наверное, в курсе, что «Метрогруп» использует продукт «Винтерсофта». Им приходится выполнять задачи, аналогичные вашим. В прошлые годы они звонили нам по хэлп-лайн[1] всего дважды, и оба раза мы в течение часа разрешали возникшие у них проблемы. Не стану спрашивать, сколько времени ушло у вашего отдела информационных технологий, чтобы получить в «Эктоне» техническую поддержку в прошлом году, но готова поклясться, что гораздо больше.

– Всего лишь дважды? – недоверчиво переспросил Рэндэлл. – Поразительно.

Эмили гордо улыбнулась. Еще бы. Ее отец столько сил и времени потратил на то, чтобы создать «Винтерсофту» репутацию надежной компании. Он недаром так много работает.

– Майк Эллиот из «Метрогруп» присутствует на этой выставке. Можете у него поинтересоваться. Но еще лучше, если кто-нибудь из присутствующих здесь ваших специалистов отдела информационных технологий подойдет к нам.

Пусть они сами попытаются поработать с программой и создать ситуацию, при которой программа зависнет. Посмотрим, что у них получится. Это сделать практически невозможно.

– Вы так самонадеянны? – засмеялся Рэндэлл. – Вот что я вам скажу, – внезапно став серьезным, продолжил он; – В прошлом году в Лондоне вы оказались правы. У нас возникли кое-какие проблемы с программами «Эктона». Они не носят глобального характера, все-таки система достаточно надежная и компания известная.

Но я вовсе не убежден, что программа, которую они предлагают, так уж превосходит возможности, имеющиеся у новой версии системы «Винтерсофта». Я говорю о тех возможностях, которые могли бы значительно повысить эффективность нашей работы.

Он принялся листать брошюру и углубился в изучение параграфов программного обеспечения «Винтерсофта» и «Эктона», сравнивая их.

– После нашей последней встречи я обдумывал, не стоит ли ОБГ перейти на ваш продукт.

Но я не могу принять это решение единолично.

Через неделю я буду на совете директоров в Лондоне. Дайте мне всю имеющуюся документацию по этой системе, и я готов представить свои рекомендации совету директоров.

– Сделаю это с удовольствием, Рэндэлл, – с готовностью откликнулась Эмили, с трудом скрывая свой восторг. Отец будет потрясен, если она сумеет переманить ОБГ в «Винтерсофт». Если это вам поможет, я перешлю полное описание нового продукта сразу же, как только вернусь в Бостон. Таким образом вы сумеете внимательно ознакомиться с ним еще до совета директоров, а если у вас или у кого-то из его членов появятся вопросы, вы всегда можете мне позвонить. Я с радостью поделюсь с вами любой информацией, которая поможет совету принять правильное решение.

Рэндэлл доверительно улыбнулся ей в ответ.

– Меня это устраивает, спасибо. О, совсем забыл упомянуть: после лондонского совета я на три дня приеду в Бостон. Мне нужно встретиться с несколькими финансовыми компаниями из Массачусетса, входящими в ОБГ. Почему бы нам не поужинать в один из вечеров? Я сообщу, как пройдет совет, а вы покажете мне город.

Что это? Он приглашает ее на свидание?

– Я буду в городе, поэтому принимаю ваше предложение. Когда вам станет известно ваше расписание, просто позвоните мне, и я скажу секретарю, чтобы она все организовала.

– С нетерпением жду встречи. – Он кивнул Джеку и двинулся дальше, присоединившись к одному из посетителей. Эмили узнала его, это был один из специалистов по информационным технологиям из крупнейшей инвестиционной банковской компании.

В то же мгновение Джек взял ее под локоть.

– Кажется, все прошло отлично. Прекрасная работа.

– Думаю, мы сумеем его заполучить, – Эмили не скрывала своего торжества. – Ты ведь слышал конец разговора? Он собирается обсудить это на совете директоров!

Джек кивнул, но на лице у него было то же самое странное выражение, что и вчера за ужином, когда он заявил, что сам хотел бы побеседовать с Рэндэллом.

Интересно, что может означать этот взгляд?

– Кажется, и с Майком Эллиотом все вышло отлично, – заметила она, решив, что не стоит продолжать разговор о Рэндэлле Веллингбае. А как дела с этим парнем из «Аутлэнд системе»? Ты обсудил с ним наше совместное маркетинговое соглашение?

– Думаю, с ним все уладится в ближайшее время. Не вижу никаких препятствий.

– Отец будет рад услышать это, – ответила Эмили. – Он должен быть уверен, что все сделано как надо, прежде чем новая программа появится на рынке.

Джек заверил ее, что так и будет, затем отвернулся и принялся разглядывать проходящих мимо стенда посетителей. А когда он завел беседу с очередным потенциальным клиентом, так и не повернувшись к ней, у Эмили создалось впечатление, что она что-то сделала не так.

И она не могла понять, как ни старалась, какую оплошность допустила. Но деваться некуда, нужно оставаться здесь, рядом с ним, продолжая работу.

Они возвращались домой на пикапе. Эмили свернула с главной дороги, ведущей из Рено в Тахо, и прибавила скорость. Джек с удивлением взглянул на нее.

– Трудно писать, когда ты так несешься, – заметил он, указывая ручкой на спидометр.

– Хочешь повести сам?

– Тогда я уж точно не смогу писать.

Не дождавшись ответа, он убрал папку, в которой были документы по «Аутлэнд системе», куда он заносил текущие заметки о своей беседе с их представителем. После ланча с Эмили что-то произошло, и ему это не нравилось. Закончив разговор с Рэндэллом Веллингбаем, она извинилась и отправилась за сэндвичами, но тунец с ржаным хлебом не улучшил ее настроения. Как и четыре диетические содовые, которые она выпила в обед. Видя ее нынешнее состояние, он подумал, что, когда они вернутся домой, она уже не будет такой очаровательной, как в прошлый вечер.

– Ты провела сегодня огромную работу и достигла замечательных успехов, – заметил Джек, стараясь поднять ей настроение.

– Надеюсь. Кажется, неплохо для взбалмошной богатой девчонки.

Джек чуть не уронил папку. Эмили говорила таким ледяным тоном. Ему показалось, что он ее не правильно расслышал.

– Что?

– Я целый день об этом думала. Вчера вечером мне показалось, что ты против моего разговора с Рэндэллом Веллингбаем. А когда у меня все получилось и возникла реальная возможность заполучить ОБГ в качестве клиента, у тебя опять появилось то же самое недовольное выражение лица, словно ты с трудом сдерживаешься, чтобы не сорваться.

Хотя она не скрывала своей обиды, ее голос оставался тихим и спокойным.

– Единственное объяснение, пришедшее мне в голову, – продолжила Эмили тем же голосом, состоит в том, что ты считаешь меня избалованной богатой девчонкой, которая сумела сделать карьеру только потому, что мой отец – владелец компании. И неважно, справляюсь ли я со своими обязанностями в этой должности, в любом случае ты не собираешься доверять мне работу с важными клиентами.

Джек вспомнил, что, когда весть о ее повышении распространилась в офисе, он был удивлен. Ведь ей всего лишь тридцать один год.

Квентин был известным специалистом в своей области, но ему было тридцать пять, когда он занял это место.

Но перед своим уходом Квентин убедил Джека, что Эмили будет так же компетентна, напомнив ему, что Ллойд никогда никого не продвигает по служебной лестнице, если человек не соответствует занимаемой должности. И еще он подчеркнул, что имеет достоверные сведения, что Эмили строго соблюдает служебную этику. И пока не было примеров, которые опровергли бы мнение Квентина.

Конечно, в офисе ходило много разнообразных слухов, и Джек принялся наблюдать за Эмили. Он продолжает это и сейчас, во время поездки, но не намерен делать скоропалительные выводы.

– С чего это тебе пришла в голову такая мысль? Я никогда не говорил ничего подобного.

– Нет, говорил. Но даже если и нет, твое поведение навело меня на такую мысль.

Стараясь говорить спокойно, Джек спросил:

– Когда и кому именно я говорил, что ты избалованная богатая девчонка?

– Моему отцу. Удивительно, что ты не помнишь.

Он с облегчением откинулся на сиденье.

– Теперь я все понял. Эмили, если бы я когда-нибудь сказал подобное твоему отцу, мне бы не поздоровилось. Скажи честно, что произошло на самом деле.

– Я не шучу. Я как раз направлялась к нему в кабинет, когда услышала ваш разговор. Ты сказал, что я «избалованная богатая девчонка». А отец говорил тебе, как он был поражен, узнав, что ты сумел так много добиться в жизни. Я была так расстроена и рассержена твоим замечанием о богатой девчонке, что не помню продолжения разговора. А еще он сказал, что надеется на твое долгое пребывание в «Винтерсофте».

– О'кей. В отличие от тебя я отчетливо помню тот разговор. И могу тебя уверить, что ты ошибаешься. Ты слышала разговор с середины.

Мы говорили о той легкомысленной девице, которую я по недоразумению притащил на вечеринку. Я был обескуражен ее поведением и пришел извиниться перед твоим отцом. Только и всего.

– Так вы говорили не обо мне? – смутилась Эмили.

– Нет.

Она помолчала, обдумывая услышанное, а потом спросила:

– Теперь, когда я беру свои слова обратно, объясни, пожалуйста, чем ты был недоволен вчера за ужином?

– По-моему, тебе это показалось.

– Но все-таки у меня остается ощущение, что ты сам хотел провести переговоры с Рэндэллом Веллингбаем. Но даже теперь, когда я с ним переговорила, ты, по-моему, все равно не веришь, что я убедила его перевести ОБГ в «Винтерсофт».

Она повернулась и посмотрела ему в глаза.

– Я ведь права, не правда ли?

Джек облегченно вздохнул, когда она опять перевела взгляд на дорогу, затем включила поворотник и поменяла ряд, чтобы свернуть к дому.

– Ты права, – согласился он. – Но это не потому, что ты избалованная богатая девчонка.

– А почему?

– Просто ты еще недавно в этой должности.

Только и всего. Я всегда так отношусь к новичкам, которые впервые присутствуют на торговой ярмарке. А мы не можем позволить себе рисковать.

Она скептически улыбнулась.

– И это несмотря на то, что я уже встречалась раньше с Рэндэллом в Лондоне и у меня уже установились с ним доверительные отношения?

– Да, – Джек продолжал глядеть в сторону, старательно отводя от нее взгляд. – Я ничего не имею против тебя лично, Эмили. Просто это моя работа. И я стараюсь избежать любых возможных ошибок.

– И ты не мог мне этого сказать раньше? Целую неделю, пока мы готовились к выставке, собирая материалы, пока готовили презентацию или обсуждали с разработчиками программу...

– Мы никогда не оставались одни в офисе. И я считал недопустимым обсуждать такие вещи в окружении других людей. Ты согласна со мною? А когда мы оказались здесь... я не знаю...

Мне казалось... не правильным и нетактичным говорить тебе что-либо подобное. Я не хотел, чтобы ты сочла, что я подвергаю сомнению твои профессиональные способности. Потому что это не так.

– Хорошо, я согласна, – Эмили тяжело вздохнула. – Должна признать, что то же самое сделал бы на твоем месте и мой отец. Неудивительно, что он так тебя ценит и доверяет тебе.

Джек пожал плечами. Ллойд доверяет всем, пока они не докажут своим поведением, что он не должен был этого делать.

– В таком случае прошу прощения. Я должна была понять... – Некоторое время они молчали, прежде чем Эмили отважилась:

– Знаешь, что я тебе скажу? Пожалуй, я дам тебе на ужин запеканку.

– Любезно приготовленную миссис Вилбурс?

– Да, я ее подогрею. Я даже накрою на стол.

– Значит, я прощен, – ухмыльнулся Джек.

– Сейчас – да, – она завернула к стоянке около ворот и, набрав код, въехала на территорию.

– Что значит – сейчас? Ты хочешь сказать, что я могу опять в чем-нибудь провиниться?

– Надеюсь, этого не произойдет. – Она насмешливо улыбнулась. Что все-таки творится с Эмили Винтере? Когда он работал с Квентином, то особенно не задумывался о том, какого тот мнения о его профессиональных способностях.

А сейчас его постоянно заботит ее мнение. Что-то в ней есть такое, что выбивает его и» колеи, когда они остаются наедине.

– Но я все еще хочу знать, почему ты так скептически относишься к перспективе наших дальнейших взаимоотношений с ОБГ? – продолжала она, не желая отступать. – Ты считаешь, что я ошиблась, решив, что наше новое программное обеспечение понравилось Рэндэллу? Ты бы вел себя по-другому, если бы сам с ним беседовал?

Она ждет от него совета, как искать подходы к потенциальным клиентам, и надеется получить профессиональную подсказку, ждет, что он поделится с ней опытом, которого ей еще не хватает.

– Давай лучше поговорим о запеканке, предложил он. – Деловые разговоры приятнее вести за бокалом хорошего вина, а я как раз заметил, что в холодильнике есть прекрасное «Пино Гриджио». – Он усмехнулся, стараясь развеять ее опасения. – Надеюсь, твой отец не станет возражать?

– Напротив, он будет всячески поощрять нас, она сморщила нос и, прежде чем он успел спросить, что она имеет в виду, пояснила:

– Давай отпразднуем сегодняшний день. Мы неплохо поработали, ты согласен?

Джек кивнул, и они вошли в дом.

Пока Джек доедал запеканку, Эмили разлила по бокалам вино. Кулинарные изыски миссис Вилбурс всегда действовали на нее умиротворяюще, да и первый день на выставке прошел успешно. От всего этого у нее поднялось настроение.

Но постоянно находящийся рядом Джек смущал ее. Вот и вчера вечером она не правильно истолковала его странный взгляд. Слава богу, все разъяснилось. Они непринужденно болтали за ужином, но все-таки внутреннее напряжение не оставляло ее. Он едва притронулся к вину, хотя сам же и предложил открыть бутылку.

– Тебе не понравилась запеканка? – поинтересовалась Эмили. – Обещаю не говорить об этом миссис Вилбурс.

– Нет, запеканка очень вкусная. – Джек положил вилку и сидел, мучительно раздумывая, о чем бы еще завести ни к чему не обязывающий разговор: о еде, погоде или пейзаже за окном.

И тут Эмили начала сама:

– Ты хотел поговорить о Рэндэлле Виллингбае. Так ты считаешь, что он не намерен перевести ОБГ на «Винтерсофт»?

– Напротив, я уверен, что он сделает это. Но я не думаю, что он полностью расстанется с «Эктоном», как тебе того хочется.

– Вспомни: он сам подошел сегодня именно к нам, а не к кому-нибудь другому. И, кажется, серьезно заинтересовался предложением «Винтерсофта».

– В том-то и дело. Только, по-моему, ты все не так восприняла, – тяжело вздохнул Джек. Рэндэлл подошел к нашему стенду. И Рэндэлл был заинтересован. Но он подошел не к нам. Он подошел к тебе, именно к тебе. И я не уверен, что его интерес был вызван программным обеспечением.

– Ты меня разыгрываешь, – Эмили не сумела скрыть раздражения.

– Мне просто так показалось. Вот и все. Подумай сама. Ведь он пригласил тебя поужинать, не так ли?

– Когда он приедет в Бостон, у нас будет много работы. Конечно, он захочет все обсудить, для чего и пригласил меня на ужин.

– Я так не думаю. И, кроме того, я подметил кое-что еще, что для тебя осталось незамеченным. Когда ты работала на клавиатуре с демо-версией, он разглядывал тебя и явно любовался.

Он заинтересован именно тобой, а не системой.

Ты ему нравишься.

– Чепуха. – Эмили принялась собирать посуду, прокручивая в голове свой разговор с Рэндэллом. Может, она слегка с ним и пофлиртовала, но не более того. Она просто дружески беседовала с ним. Точно так же она разговаривала бы с любым возможным клиентом «Винтерсофта».

Она повернулась, чтобы поставить посуду в раковину, и заметила, что Джек последовал за ней на кухню.

– Извини, Эмили. Просто мне кажется, он не столько заинтересован в «Винтерсофте», сколько в тебе.

– Никогда больше не стану флиртовать, чтобы заполучить покупателя.

– Эмили, я вовсе не ставлю под сомнение твою работу с клиентами. Ты все делала правильно. И он не сделал ничего плохого.

Джек поставил в раковину свой бокал и неожиданно для нее обнял ее за плечи и повернул к себе лицом.

– Эмили, ты красивая женщина. Ты успешна и вполне заслуживаешь того, чтобы управлять доходной международной компанией по продаже программного обеспечения. Мужчины всегда будут липнуть к тебе. И ты не всегда сможешь распознать их истинные намерения, если будешь думать только о делах.

Можно подумать, что жизнь ее ничему не научила. История с Тоддом явилась для нее хорошим уроком. Эмили глубоко вздохнула, стараясь не выдать своего волнения, ощущая сильные руки Джека на своих плечах. В маленькой кухне было тесно, а он стоял так близко... После Тодда еще ни один мужчина не прикасался к ней. Марко Валенти можно не брать в расчет: он ей не нравился. Просто она некоторое время встречалась с ним, чтобы успокоить отца. И даже когда Марко ее целовал, это не вызывало у нее никаких эмоций. Не то что сейчас, когда она ощущает на плечах горячие руки Джека.

Он, судя по всему, считает, что ее голова занята только бизнесом, но сейчас это вовсе не так.

– Если это комплимент, то ты нашел забавный способ его высказать, – насмешливо произнесла она и с трудом заставила себя перевести разговор на другое:

– Во-первых, я думаю, что ты меня недооцениваешь, а во-вторых, – твое мнение о Рэндэлле неверно. Но я докажу тебе, что права, когда ОБГ перейдет в «Винтерсофт».

В глубине его глаз вспыхнули озорные огоньки.

– А я докажу тебе, что прав я. Она хотела попросить объяснений, но Джек нагнулся и приник к ее губам.

Если ей и раньше было тяжело противостоять обаянию Джека Девона, то теперь, после такого нежного поцелуя, это стало совершенно невозможно.