Теневой факультет

– То есть вы считаете, что это гуманно? – я не поверила своим ушам. Как это – нет и не было?! Вот она я, чья-то дочь, сестра, подруга. Важный и близкий человек. Неужели можно так просто выбросить меня из жизни огромного количества людей?

– Поверь, это лучший вариант, – снова заговорил ректор. – Я понимаю, что даже если они забудут тебя, ты будешь помнить о них, волноваться и беспокоиться. Поэтому я готов предоставлять тебе сведения о жизни твоей семьи раз в пару месяцев. А если всё будет хорошо, то через два года открою портал и позволю несколько дней пожить в своём старом мире, пообщаться с близкими. Что скажешь?

– Они всё равно не будут меня помнить, даже если я вернусь?

– Да, не будут, – подтвердил эльф, увидев, как судорожно мои пальцы смяли подол туники. – Считай, что это цена, которую ты должна заплатить.

– Я всё поняла, – сил находиться в кабинете уже не было. Медленно встав с кресла, я на негнущихся ногах побрела к выходу. Плевать, что обо мне подумают. Слишком непростым оказался этот разговор. Прямо перед дверью я остановилась, кое-что вспомнив. – Насколько я знаю, здесь есть ещё один маг с Земли. То есть я могу отказаться? У вас ведь всё равно получится полный комплект.

– Можешь, конечно, – Святослав встал, опёрся руками о столешницу и впился холодным взглядом в моё лицо. – Но захочешь ли ты, Алёна, вернуться в опостылевшую серость своего полумёртвого мира и прожить там короткую, ничем не примечательную жизнь? Пока тебя здесь ничто не держит, решай.

Услышав это, я развернулась и вышла из кабинета. Ещё до того, как за спиной закрылась дверь, я уже знала ответ. Если судьба даёт подобный шанс, глупо отказываться. И пускай интуиция во всю вопила о том, что всё не так просто, как мне только что расписали, мир магии того стоит.

– Ещё и факультет какой-то мутный, – прикрыв глаза, припомнила я не слишком-то подробное описание будущего места учебы.

– Не мутный, а теневой, – эльф бесшумно появился рядом, заставив подскочить на месте. Нет, если они тут все так ходят, нужно будет у Иль успокоительное выпросить, нервы-то не железные.

Кстати, о целительнице. Кто-то обещался меня к ней в целости и сохранности доставить.

Этот кто-то всё-таки выполнил обещание, но перед этим нацепил на мою шею тонкую серебряную цепочку. Как мне объяснили позже, с помощью этого артефакта можно будет скрыть тот факт, что я не уроженка Срединного мира. Почему это нужно оставить в тайне, я не особо поняла. Вроде что-то связанное с запретом на проникновение в закрытые миры.

Все-таки маги -классные ребята. Выдумали целый свод законов и спокойно себе шастают в другие миры, придерживаясь мнения, что правила существуют для того, чтобы их нарушать.

Уже через пару минут, преодолев большой просторный холл и пару коридоров, мы вернулись в уютное царство Иль. Сама целительница, раздав нам чашки с очередной порцией вкусного отвара, расположилась вместе с эльфом на кровати. Я, отставив свой напиток на невысокую тумбу, разлеглась напротив, уютно пристроив голову на подушке, и рассматривала белоснежный потолок. Эмоции более-менее успокоились, в голове прояснилось. Действительно, как и сказала Иль, чем больше я узнавала, тем легче становилось.

– Так что ты в итоге решила, Алёна? – целительница озвучила вопрос, который, уверена, не давал ей покоя последние несколько часов.

Я перевернулась на бок и натолкнулась на пару вопрошающих взглядов. Неужели моё решение так важно? Вон, эльф даже чашку до рта не донёс, застыв в ожидании ответа.

– Я хочу, чтобы вы поняли: мне не нравится быть человеком без прошлого. Однако, если всё, что я услышала – правда, то вынужденное лишение прошлого с лихвой окупит светлое будущее. Касаемо моей прошлой жизни, мне пока будет достаточно знать, что у моих друзей и семьи всё хорошо. Остальные проблемы буду решать по мере их поступления.

– То есть ты остаёшься? – с облегчением выдохнула Иль.

– Да, – я улыбнулась, поймав мелькнувшее торжество в глазах эльфа.

И тут завертелось.

За следующий час я успела обзавестись несколькими комплектами повседневной одежды, двумя серыми мантиями, одеждой для тренировок, письменными принадлежностями и милыми девичьему сердцу вещами первой необходимости. Последнее самолично выдала Иль, пообещав, что этого будет вполне достаточно на первое время, а остальное я смогу купить сама, когда будет дозволено выходить в город.

Дальше было знакомство с библиотекарем, милой, улыбчивой женщиной неопределённого возраста и, собственно, с её огромным книжным царством.

Следующим пунктом нашей программы оказалось заселение в общежитие. Суровый мужчина, проживающий в каморке на третьем этаже, сдвинув кустистые брови, выводил казавшимся очень тонким в его огромных руках пером информацию обо мне. Вернее, успел он написать только имя и принадлежность к расе, после чего был остановлен Амиареем, который выступил в роли моего сопровождающего и грузчика по совместительству. А что? Я всё, что мне любезно выдали, даже поднять вряд ли смогу.

Как оказалось, студенты Теневого факультета обязаны скрывать своё происхождение. О нас не должно быть известно вообще ничего. Ну кроме имён, конечно.

И с чего такая секретность?

Я машинально коснулась маскирующего артефакта на своей шее.

– Значит так, – пробасил мужик, закончив писать в толстой кожаной книге. – Место твоего проживания – четвёртый этаж, комната номер десять. Предупреждаю сразу, шуметь после полуночи запрещается. Из других правил: мужиков к себе не водить, разврат не чинить, имущество не портить, сильную магию не творить. За нарушения буду сурово наказывать. Соседи у тебя, девочка, – прорицатели, существа тихие, мирные, любят тишину и покой.

После этих слов эльф почему-то улыбнулся и закатил глаза. Похоже, ему было известно намного больше, чем коменданту общежития.

– Димитр, мы уже можем идти? Ключ я девочке выдам сам.

– Если вопросов ко мне нет, тогда идите уж, – пробасил суровый комендант и кивнул в сторону выхода.

– Нам на четвёртый, – эльф, перехватив поудобнее ношу в одной руке, потянул меня на лестницу. Поднявшись на ещё один пролет, мы остановились. Причина задержки была проста – пройти дальше не представлялось возможным. Лестница упиралась в сплошную каменную стену. Никакого входа на четвёртый этаж даже приблизительно не наблюдалось.

– Это что? – ошарашено спросила я и, подойдя ближе, для надёжности постучала по холодному серому камню костяшками пальцев. Чуда не произошло, рука наткнулась на препятствие, подтверждая, что это никакой не зрительный обман или что-то в этом роде.

– Это меры предосторожности, – пояснил эльф и, сгрудив всё, что до этого держал в руках, прямо на каменный пол, начал рыться в кармане своей жилетки. После чего извлек на свет массивный перстень-печатку из почернённого серебра. На поверхности изделия были выгравированы переплетающиеся буквы «ТФ», украшенные витиеватыми символами. – Держи, теперь это твоё. Как и цепочку, не снимай никогда. По крайней мере, до окончания университета.

– Что это? – поинтересовалась, осторожно принимая украшение из рук Амиарея. Как только тяжесть упала на мою ладонь, металл моментально нагрелся. Я надела перстень на указательный палец и поняла, что сел он идеально. Не спадает и не оттягивает руку. Вообще никак не ощущается. И, несмотря на громоздкость, смотрится очень красиво и гармонично. Даже благородно в какой-то степени. Обновка мне, несомненно, понравилась.

– Артефакт, указывающий на твою принадлежность к теневому факультету. С его помощью ты сможешь видеть то, чего не дано остальным – истинные лица своих однокурсников. К тому же это твой пропуск в общежитие. На ваш этаж, в отличие от остальных, смогут войти далеко не все. У этого перстня есть ещё много свойств, но это тебе предстоит узнать позже. А теперь пойдём.

Эльф, подхватив вещи одной рукой, второй коснулся стены и спокойно прошёл сквозь неё.

Я для верности протёрла глаза и ущипнула себя за запястье. К такому действительно можно привыкнуть?!

Сделала глубокий вдох, прикоснулась рукой к стене, ощущая себя небезызвестным волшебником на платформе 9 ѕ. И тут же с визгом провалилась вперёд, успев только отметить, как полыхнул фиолетовым светом перстень на руке.

– И чего ты кричишь? Я ведь предупреждал, что это пропуск. Ну же, студентка, откройте глаза и закройте рот.

И как тут не выполнить просьбу, произнесённую таким тоном? Если Амиарей так со всеми студентами разговаривает, думаю, дисциплина у него на занятиях идеальная.

– Слушаюсь и повинуюсь, – прокряхтела я, поднимаясь с колен. Сзади оказалась монолитная стена, но прикасаться к ней снова я не решилась. Теперь-то понятно, как это работает. А вдруг опять на другую сторону выкинет?

Место, в котором мне предстояло жить, выглядело немного устрашающе. Хорошо, что у меня нет клаустрофобии. Длинный коридор, начинающийся и заканчивающийся глухой стеной и несколько светильников по потолку и у каждой двери. На этом, собственно, всё. Никаких тебе излишеств вроде картин на стенах или цветочных горшков на полу.

– Нам вперёд, – пояснил эльф и первым направился в нужном направлении. Десятая комната оказалась последней, в конце коридора. – В комнате напротив живёт Макс, твой однокурсник. Если захочешь, можешь зайти познакомиться. Он тоже из твоего мира. Остальные прибудут чуть позже, так что можешь пока отдохнуть. Потом тебе это вряд ли удастся.

Ничем не прикрытое ехидство в его голосе заставило насторожиться. Что же у меня за однокурсники будут? Видимо, непростые ребята.

Я взялась за ручку и почувствовала, как теплом полыхнул перстень. Ну прямо не колечко, а ключ от всех дверей. Нужно будет потом проверить уровень доступа.

Все мысли испарились из головы, как только я очутилась в комнате. Вау! Неужели это всё мне одной? Да я уже люблю этот мир, этот университет и факультет заодно!

Просторное светлое помещение было раза в три больше того, где я провела последние пару лет своей жизни. Вот это я понимаю общежитие! Руководство заботится о студентах, не покладая рук. Помимо размеров комната радовала всем необходимым для жизни: шкаф, большая кровать, зеркало, тумба, стол, несколько кресел. А санузел где?

– Там, – то ли прочитав мои мысли, то ли угадав, эльф кивнул в сторону неприметной двери в другом конце комнаты.

Естественно, я сразу побежала проверять и чуть не запищала от восторга, обнаружив солидных размеров ванную.

– Спасибо, Господи! – я захлопала в ладоши, но сразу же осеклась. – Или, правильнее сказать, Демиург?

– Алёна! – позвал эльф, и мне пришлось вернуться в комнату. – Я ухожу. Все вещи на кровати. В ближайшие дни можешь заходить к Иль, она сейчас не занята, и, думаю, будет рада компании. Через пять дней собрание по поводу нового учебного года. Пока отдыхай, осваивайся и знакомься со всеми. Есть вопросы?

– У матросов нет вопросов! – бодро отрапортовала я.

И только через пару часов, разложив всё по полочкам и сделав небольшую перестановку в комнате, я поняла, что вопросы всё же задавать стоило. Например, как я могла забыть о такой важной вещи, как еда? Да я не помню, когда последний раз ела. Ну за исключением отвара и печенек у Иль. Так, надо разведать, где тут столовая. Помню, что на первом этаже. Но просто ли её найти? Устройство университета оказалось намного сложнее, чем рассказывала целительница. Ой, есть-то как хочется!

Помучившись минут пятнадцать, я приняла решение не идти к Иль, а совершить гораздо более практичный манёвр. Убить, так сказать, двух зайцев одним выстрелом. Поэтому, покрутившись немного у зеркала, поправив волосы и одёрнув тунику, я решительно вышла в коридор и замерла у комнаты напротив. Занесла руку для того, чтобы постучать, и тут же опустила. Откуда-то взялась робость и непонятное волнение. Вдох-выдох. А чего, собственно, я волнуюсь? Снова подняла руку и через секунду отпрянула. Дверь отворилась сама, и на пороге застыл мой новый сосед.

– П-привет, – неуверенно улыбнулась я, разглядывая, как я понимаю, того самого Макса.

– Привет, Земляне! – улыбнулся парень и гостеприимно распахнул дверь, предлагая войти. А я что? Я ничего. Немного помялась на пороге комнаты, не зная, как озвучить свою просьбу. Я люблю знакомиться с новыми людьми, но есть люблю ещё больше. Шутка ли – больше суток без полноценного приёма пищи. Ещё немного и к Иль попаду не только с дружеским визитом.

Парню, видимо, надоело наблюдать за душевными метаниями, явно отразившимися на моём лице, и он просто схватил меня за запястье и втянул в комнату. Опомнилась я только через минуту, утопая в мягком кресле и во все глаза рассматривая земляка. Он, кстати, что-то рассказывал, активно жестикулируя и улыбаясь во все тридцать два зуба.

– Подожди! – мне всё-таки удалось вставить слово в поток его словесных излияний. И в наступившей тишине мой организм решил напомнить присутствующим в комнате, что неплохо было бы его покормить. Очень громко напомнил, между прочим. Я прижала руку к животу и покраснела до такой степени, что на глаза едва не навернулись слёзы.

Макс замер, забавно приоткрыв рот и подняв брови. Затем нахмурился и быстро пошёл к выходу.

– Жди здесь и никуда не уходи, – успел крикнуть он прежде, чем скрыться в коридоре. Напоследок я ещё успела услышать его сетования о том, что кто-то там снова забыл о простых смертных.

А потом я честно ждала. Сначала в кресле, рассматривая окружающую обстановку, которая мало чем отличалась от обстановки моей комнаты, потом отошла к окну. Здесь, в отличие от моих покоев, вид был намного более унылым. Разглядеть можно было разве что университетскую стену и неясные очертания города за ней, тогда как в моём распоряжении был вид на внутренний двор со всеми его прелестями.

Я уже начала скучать, снова забравшись в кресло, когда дверь, наконец, распахнулась, и вошёл мой новый знакомый, неся накрытый салфеткой увесистый поднос.

– Они и про меня в первый день забыли, – пожаловался он, придвигая стол с уже водруженным на него подносом поближе ко мне. – Приятного аппетита.

С этими словами салфетка была торжественно стянута с подноса, и начался, наверное, самый вкусный и желанный ужин в моей жизни.

За следующий час мы успели не только насытиться едой, но и узнать очень многое друг о друге. Оказалось, эмоциональный и улыбчивый Макс в нашем прежнем мире жил в небольшом городе, всего в каких-то трехстах километрах от меня. Неплохо учился, занимался спортом и имел целую кучу друзей-приятелей, каждым из которых дорожил. Однако в момент, когда оказался здесь, принял то же решение, что и я. Просто ему оно далось гораздо сложнее.

– Мне не очень хотелось оставлять всё и начинать новую жизнь, – разоткровенничался он. – Но мне всегда казалось, что я должен сделать что-то большее. Понимаешь, искал возможности, хватался за всё подряд, добивался успехов, но не чувствовал удовлетворения. Это как есть, но не чувствовать насыщения. Паршивое чувство, если честно. А как только попал сюда, этот странный голод отступил. Не знаю, надолго ли, но я смог, наконец, расслабиться. А ещё это место показалось таким…

– Близким? Своим? – предположила я, видя, что парень пытается подобрать слова.

– Именно! – Макс кивнул и хлопнул в ладоши. Он вообще спокойно сидеть не может? Постоянно вертится и жестикулирует. – У тебя так же?

– Что-то вроде того. Но помимо дикого восторга и открывшихся перспектив ты не заметил какого-то подвоха? Вся эта секретность, недомолвки. Странный факультет, непонятые однокурсники. Да и много всего другого.

Недослушав меня, Макс метнулся к кровати, откуда принёс небольшую книгу в тонком переплёте.

– Конечно, я тоже всё это заметил. Поэтому первым делом наведался в библиотеку. Пособие для попаданцев я там, конечно, не нашёл, однако краткий справочник по коренным жителям этого мира раздобыл. И знаешь, что? На первых порах нам придётся непросто. Помимо описания внешности и истории каждого народа здесь присутствует ещё и описание их характера и традиций.

– Всё так плохо? – пролистывая книгу, уточнила я. – Вроде Иль, Святослав и Амиарей показались мне вполне адекватными. Хотя последний немного настораживает.

– Так это они в университете сколько прожили, с разным народом общались, да и положение обязывает вести себя соответствующим образом, – Макс взъерошил свои короткие тёмные волосы и закатил орехового цвета глаза. – А теперь представь, что приедут детишки состоятельных семей, выращенные в лучших традициях своего народа. Эльфы – высокомерные. Демоны – вспыльчивые. Вампиры вообще холодные как рыбы. И я не про температуру тела, а про эмоциональный диапазон. Продолжать?

– Думаешь, нам будет тяжело прижиться среди них? – заволновалась я. Перспектива прожить ближайшие годы изгоем не радовала.

– Нет, – Макс резко наклонился ко мне, хитро сощурился и искривил губы в улыбке. – Это им придётся несладко.

Что именно имел в виду новый знакомый, я поняла лишь через пару дней, когда начала собираться остальная часть нашего курса.

Однако обо всём по порядку.

После памятного ужина я вернулась в свою комнату, предварительно договорившись с Максом встретиться следующим утром, чтобы подробно обследовать университет, обменяться всем, что успели выяснить, и заглянуть в библиотеку. Нужно было побольше узнать об этом мире. Маскирующие артефакты – штука хорошая, но они лишь скрывают ауру. А от догадливых людей и нелюдей вряд ли защитят. Так что будем готовиться.

Уже забравшись под мягкую простынь и прикрыв глаза, я сонно пробормотала весёлую присказку: «Сплю на новом месте, приснись жених невесте». Если честно, я не особо верю в приметы, не срабатывают они со мной. Однако нужно же как-то развлекаться? Тем более, здесь магический мир, полный чудес и живущий по своим законам. Всякое случается.

Лучше бы молчала, честное слово.

Уже знакомый тёмный коридор со множеством одинаковых дверей. Их количество даже считать не придётся, и так знаю, что их десять. Я даже знаю, что стою у самой последней. Стою, прижатая к стене, ощущая лопатками холод и шершавость камня. Понимаю, что уйти не получится, как бы ни пыталась вырываться, просить, проскользнуть.

Вопреки обыкновению, светильники не горят ярким светом, а полностью обесточены. Лишь один слабо мерцает в самом конце помещения, давая рассмотреть смутные очертания окружающего пространства и фигуру, нависшую надо мной. Фигуру мужчины, которого я боялась и уважала, пыталась оттолкнуть и удержать, ненавидела и… Любила?

Да, пожалуй, так. И в этом странном, до боли реалистичном сне, я как никогда чётко понимала: он никогда меня не отпустит. И от осознания этого факта тело пробирала дрожь.

– Алёна, – кожу опалило дыханием, а следом последовал невинный, практически невесомый поцелуй в висок. Тело моментально среагировало, покрывшись мурашками, щёки залило румянцем.

Нет! Мне не нравится, что моё тело так реагирует. Не хочу быть ни от кого зависимой. И не буду!

Я упёрлась руками в грудь мужчины и попыталась оттолкнуть, отвоевать себе хоть немного личного пространства. Бесполезно. Как будто непоколебимая каменная стена была не только позади меня, но ещё и впереди. Сдвинуть точно не получится.

Злость берёт своё, и я, сжав кулак, наношу удар. Уверенно, как учили, прямо перед собой в намеченную цель. Ущерба, конечно, не нанесла, но, думаю, кое-кто осознал всю серьёзность моих намерений. И я тоже кое-что осознала. Какая же тёплая, практически горячая у него кожа.

Разжимаю кулак и ладонью прикасаюсь к тому месту, где размеренно и сильно бьётся сердце. Провожу рукой немного вверх и ощущаю бархатистость кожи в вырезе рубашки. Чужая рука перехватывает запястье и прижимает к стене, лишая возможности хоть немного пошевелиться.

– Маленькая моя, играй со мной, – дыхание, на этот раз учащённое и прерывистое, снова коснулось кожи.

– А ты – со мной! – злюсь на то, как моё тело реагирует на него, на свою беспомощность. К чему все те навыки, что я приобрела здесь с таким трудом, если всё равно не могу защититься? – И прекрати меня так называть. Я не твоя.

– Это пока что, – уверенно замечает мой пленитель и, обняв за плечи, резко прижимает к себе.

Слабо пискнув, мысленно тянусь к магическим светильникам, желая заполнить ярким светом коридор. Хоть чем-то разбавить эту странную атмосферу интимности, где были только я и он, никакого расстояния между напряжёнными телами, посторонних звуков и запахов.

И снова ничего не вышло. Всё та же темнота скрывала его от меня, не поддаваясь даже на самые сильные энергетические импульсы, которые я только могла создать. Знаю, это его проделки, с моей магией уж точно всё в порядке.

– Я хочу тебя видеть! – раздражение придало сил, и мой голос, громкий и уверенный, с явными нотками злости, разлетелся по коридору.

– Упрямица, – с восхищением произнёс мужчина, и в конце помещения медленно, один за другим начали зажигаться светильники.

Я, довольная своей маленькой победой, не сразу заметила, как тёплая ладонь, едва касаясь, поднялась вдоль позвоночника и зарылась в моих волосах. В следующую секунду чужие, горячие, властные губы прижались к моим в собственническом поцелуе, заставляя забыть обо всём и раствориться в водовороте эмоций.

Не знаю, сколько мы так простояли, вцепившись друг в друга, но когда сквозь плотно сомкнутые веки начал пробиваться слишком яркий, практически ослепительный свет, в голову закралась мысль, что что-то происходит. И это что-то очень неправильное, возмутительное и крайне несвоевременное.

В следующую секунду резкий громкий звук ворвался в сознание, заставив испуганно вздрогнуть и судорожно вздохнуть. Казалось, в эту самую секунду весь мир рушится, реальность разбивается на мелкие осколки. Пол, на котором до сих пор уверенно стояли двое, стал вязким, затягивающим.

Я, безвольно проваливаясь вниз, успела вскинуть голову, чтобы разглядеть того, с кем вела столь увлекательную беседу. Но не успела.

Жуткое чувство свободного падения, ощущение подкатившей к горлу тошноты, мой крик, слившийся с ужасным, уничтожающим мир грохотом…

И через секунду я уже сидела в своей постели, побелевшими пальцами вцепившись в простыню, чувствуя, как саднит от крика горло.

В дверь энергично тарабанили, причём, видимо, очень долго. Потому что посетитель, в последний раз особенно сильно ударив по двери, угомонился.

– Ну, Алёна, сколько можно спать? Мы же договаривались! – обиженный голос Макса отчётливо донёсся из-за многострадальной двери.

– Уже встаю, – прокричала я, вскакивая с кровати, чтобы впустить знакомого.

Лишь через пару минут, выслушав всё, что Макс думает о девушках, которые вечно опаздывают и заставляют несчастных парней ждать, я заперлась в ванной и смогла прийти в себя.

– Это всего лишь сон, – напомнила на всякий случай своему отражению в зеркале, прежде чем вернуться к ожидающему меня приятелю. И лишь на секунду позволила себе прикоснуться к чуть припухшим, помнящим чужое тепло губам.