Прости, я буду подонком

Глава 8

Егор

– Спорим, он ее даже не поцелует. – За моей спиной, развалившись на кровати, лениво болтают Дёмыч и Шах.

– Ты посмотри, как он наряжается, – ржет Шах. – Как будто надеется, что не только поцелует. Резинки не забудь, Ромео!

– Заткнитесь уже, – схватив подушку за уголок, швыряю в пацанов.

Дёмыч ловит, взбивает и подкладывает ее себе под голову.

– Не поцелует. – Лучший друг смотрит на меня взглядом опытного провокатора и улыбается так, что хочется ему двинуть.

– Ладно. На правах его соседа по комнате ставлю на то, что все-таки поцелует, – хмыкает Шах.

– Вы задрали. Я в этом участия не принимаю! – рявкаю на них, поправляя белую футболку, обтянувшую торс.

Парни переглядываются и, посмеиваясь, бьют по рукам. Шах поднимается со своей кровати, идет к моей тумбочке, вытаскивает флакончик «Kenzo» и брызгает на меня.

– Я хочу выиграть, – широко улыбается он.

– Оу! Это запрещенный прием, – наигранно возмущается Дёма.

Раздраженно закатываю глаза. Выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью. И только в коридоре позволяю себе подумать, что Ляся может и не пойти со мной. У меня, конечно, есть доступ в ее комнату, и я им непременно воспользуюсь, но хочется, чтобы пошла. Возможно, это поможет разобраться в том, чего во мне больше в ее адрес: раздражения, симпатии или желания. А может, это природный азарт – чем больше нельзя, тем сильнее хочется.

Засунув руки в карманы тонких летних брюк, дохожу до их барака. Поднимаю взгляд на второй этаж и, отогнав странное, тупое волнение, подбираю с земли мелкие камушки.

Кидаю в окно один, затем второй, третий.

Ну же. Выгляни. Давай. Ты должна мне, в конце концов.

Собираюсь бросить еще один камушек, но Ляся все же появляется между раскрытых створок.

Да!

Довольно улыбаюсь, пожирая взглядом мягкие черты лица, необычные глаза, наполненные волнением, и румянец, вспыхнувший на щеках. В естественном вечернем свете ее кожа похожа на бархат. Кончики пальцев покалывает от желания прикоснуться.

– Чего тебе? – недовольно спрашивает она.

– Ты как будто не рада меня видеть, – хмыкнув, дразню ее.

Ляся очень плохо скрывает эмоции. Весь их спектр отлично читается по ее глазам и жестам. Мне нравится!

– А должна? – ведет темной бровью.

Обязана!

– Естественно, – улыбаюсь шире. – Спускайся, разговор есть.

– С ума сошел? Я не могу.

– Ну тогда отойди, я сам зайду.

Знал же, что придется это сделать, но все равно нацепил брюки.

Размявшись и дернув штанины выше, подпрыгиваю. Упираюсь ладонями в подоконник окна на первом этаже. Подтягиваюсь, встаю на него обеими ногами. Между этажами балка. Забираюсь на нее, надеясь, что и в этот раз она выдержит мой вес. Цепляюсь за подоконник Лясиного окна, подтягиваюсь, отталкиваюсь от стены и оказываюсь в комнате.

– Ты сдурел? Если Зоя Марковна тебя увидит… – Она и пугается, и теряется, и смущается еще сильнее.

Кайф, а не девочка. Нет таких в нашем окружении. Мы обычно не усложняем себе жизнь. Но сейчас мне вкусно смаковать все ее реакции до единой.

– Не увидит, – самоуверенно ухмыляюсь. – Помнишь, я говорил, что приду за наградой? – надвигаюсь на нее, украдкой вдыхая приятный, очень особенный запах.

– Опять какие-то твои гадости?

Ляся-Ляся, знала бы ты, какие эти гадости на самом деле приятные. Но ты не знаешь. И в этом тоже есть своя прелесть.

– Никаких гадостей, – заверяю ее, стараясь не вздыхать с сожалением. – Пойдем, погуляем?

– Я не могу.

Да что же это такое?

Ладно, выдыхаем, набираемся терпения. Случай тяжелый, но шансы еще есть. Приходится выслушать кучу сомнительных аргументов и на пальцах объяснить, что я вроде не дурак, все понимаю. Да и не маньяк, чтобы сразу тащить в кусты. Простого общения со мной в ее очаровательной головке не предполагается изначально? Это даже немного обидно. Репутация, конечно, скачет впереди нас, но странно делать выводы о человеке, даже не попытавшись хоть немного этого человека узнать.

Придумываем план, и я сваливаю из ее комнаты тем же путем, через окно. Встаю за угол здания, чтобы не попадаться на глаза дежурному тренеру, и жду. Сколько там девочкам надо, чтобы собраться?

Она выходит ко мне в том самом белом платье, на котором отлично смотрелась моя футболка. В прошлый раз, намокшее, оно так красиво ее облепило, но и сейчас смотрится очень круто. Ляся в нем похожа на облако. Такая легкая, воздушная, чистая.

– Тоже в белом, – улыбаюсь ей.

Она пожимает узкими плечами и смотрит мимо меня.

– Куда мы пойдем?

– Нарушать правила, конечно, – киваю ей на ограждение лагеря.

– Так и знала, что тебе нельзя верить. – Она тут же вспыхивает, упиваясь своей правотой, будто надеялась на подставу и от того теперь радуется, что была права.

Но она не права. Точнее, не совсем права. А без риска жить скучно.

– Нам же не по семьдесят, чтобы соблюдать правила. Пойдем. Я обещаю, тебе понравится. Смелее. Я же вижу, ты хочешь. – Шагнув к ней, случайно касаюсь пальцами тыльной стороны ладони. Ляся вздрагивает, прячет руку за спину. – Извини, – произношу тише. – Так и будем терять драгоценное время?

– Мы должны вернуться до отбоя, – напоминает она.

– Нет в тебе ни духа авантюризма, ни романтики, – заявляю я, направляясь прямиком к забору.

Слышу, как шуршит подол ее платья. То-то же. Стоило ли ломаться, если все равно пошла?

Все местные знают про лазейку, через которую можно легко оказаться за пределами лагеря.

– Тут осторожно. Не поцарапайся, – раздвигаю кустарник и кивком указываю Лясе на широкий проем в заборе.

Она снова смотрит на меня как на врага народа, но проскальзывает через него. Я аккуратно выбираюсь следом за ней и показываю направление.

Узкая дорожка уводит нас через высокие деревья, мимо старого, исписанного бетонного забора прямиком к морю. В это время людей на берегу гораздо меньше. В основном гуляют и тискаются парочки разного возраста. Слышится шум волн, разбивающихся о берег. С воды дует мягкий солоноватый ветер. Он подхватывает Лясино платье, прижимает его к стройным ногам, треплет подол.

– Как красиво … – Ее голос едва слышен, но мне хватает, чтобы понять: я все сделал правильно.

Забегаю вперед, заглядываю в ее восторженные глаза и ловлю теплую улыбку. Делаю пару быстрых снимков под ее забавное сопение. Ну красивая же. Как такое не сохранить?

Чуть дальше на берегу стоит палатка с вареной кукурузой и холодными напитками. Уверен, она ни разу не ела ничего подобного.

– Подожди меня здесь, – прошу ее и убегаю к сворачивающемуся торговцу.

– Парень, я закрываюсь, – разводит руками мужчина.

– Мне нужно всего две кукурузины. Уверен, у вас еще остались. Пожалуйста, – стреляю взглядом в Лясю.

– А-а, понял. Ладно, сейчас, – понимающе ухмыляется торговец.

Копается в своих сумках. Достает пакеты, соль и вынимает для нас молодую, ароматную кукурузу. Заворачивает в пакет, солит, хорошенько растирает.

– С моей кукурузой тебе ни одна девушка не откажет, – подмигивает мужчина.

Перевожу ему деньги через приложение банка и бегом возвращаюсь к Лясе. Отдаю ей кукурузу. Она удивленно на меня смотрит.

– Море без этой штуки и не море, – смеюсь я.

– Да? – Она разворачивает пакет и смешно принюхивается.

Я откусываю от своей кукурузины. Сок течет по пальцам, а во рту взрываются сладость и соль. Ляся повторяет за мной.

– М-м-м, – зажмуривается и снова вгрызается зубками, собирая желтые зерна. – Это… это необычно, – прожевав, комментирует она. – И правда вкусно.

Доедаем, разуваемся и подходим ближе к воде. Подол Лясиного платья намокает. Она поднимает его, оголяя икры и впервые не задумываясь о том, что ей там можно, а что нельзя. Искренне смеется, чуть запрокинув голову и глядя в небо.

Я смотрю, как двигаются ее губы, как тонкие пальцы сжимают ткань платья. С трудом гашу в себе желание касаться. Просто касаться ее. Даже не целовать. Ощущать мягкость кожи, вдыхать ее запах.

И это у нас будет. Я не сомневаюсь. Только пришедшая уверенность никак не помогает мне понять, что я при этом чувствую, кроме желания обладать, трогать, целовать. Мне нравится просто находиться с ней здесь. Нравится смотреть, как она улыбается.

– Егор.

– М? – отмираю.

– Не смотри на меня так, – смущенно просит она.

– Как? – склонив голову к плечу, смакую ее эмоции.

– Не знаю. Так, как сейчас смотришь.

– И как же я смотрю? – дразню ее, чтобы получить еще вкусного и настоящего.

– Да вот так! – Она топает ногой и охает, ударившись ею о крупный камень.

Подхватываю на руки. От неожиданности Ляся цепляется за мою шею, и мы зависаем на несколько секунд, глядя друг другу в глаза.

– Отпусти. Ты обещал не трогать, – напоминает она дрогнувшим голосом.

– Сейчас. Больно?

Кивает. Отношу ее подальше от воды, в одну из открытых беседок. Усаживаю на деревянный пол, а сам присаживаюсь на корточки.

– Я ничего такого не сделаю. Просто посмотрю, не поранилась ли ты. Хорошо? – молчит. – Лясь, клянусь, просто посмотрю.

– Хорошо, – зажмуривается она.

Осторожно беру ладонями ее маленькую ступню. Сердце молотит быстрее, но я не обращаю на него внимания. Подсветив себе телефоном, проверяю стопу. Все хорошо. Провожу по ней пальцем. Ляся вздрагивает и смеется.

– Щекотно!

– Даю свое экспертное заключение, – поднимаюсь и сажусь рядом с ней. – Можно гулять дальше.

– Вы уверены, доктор? – Она неосознанно кокетничает.

– Абсолютно. А в качестве лекарства я выписываю вам порцию мягкого мороженого.

– На такое лекарство я согласна.

Мы уходим с берега на набережную. Покупаем рожки с фруктовыми шариками и идем гулять, разглядывая бесконечное море с другого ракурса.

– А ты про родителей правду рассказал? – спрашивает она.

– Да. У меня мама метиска, но росла она в семье своего отца. Замуж потом вышла за отчима. Я сначала думал, что он мой отец, а потом выяснилось, что нет. Хрень! – отмахиваюсь. – Не забивай голову.

– Ты не хочешь об этом говорить? – Она так легко улавливает мое настроение, что я спотыкаюсь на ровном месте.

– Не о чем говорить.

– Тогда я скажу, если ты не против, – улыбается Ляся. – Спасибо за то, что удалил видео. Для меня это много значит.

– Ерунда… Секунду, – достаю из кармана вибрирующий телефон. – Да, Дин. Фак! А сколько сейчас? М-м-м… – провожу ладонью по лицу. – Скоро будем. Отвлеки Зою пока. – Ляся бледнеет на глазах. – Тихо, в обморок не падаем. Все будет нормально, – говорю ей, сбрасывая звонок и тут же набирая Демона.

Друг бесит тем, что долго не отвечает. Рано еще для ночных развлечений. Где его носит?

– Чего случилось? – наконец отзывается он.

– Хэлп. Мы опаздываем. Зоя уже начала обход. Нам нужен какой-то план.

Глава 9

Егор

У друга всегда есть план. Его довольный смешок в динамике отражается ухмылкой на моих губах. В этот момент кроме азарта и адреналина нет ничего. Обожаю лето и такие поездки за эмоции, которыми они наполняют. А когда рядом красивая девочка в развевающемся белом платье и родителей не видно на горизонте, появляется особенное чувство – кажется, что весь мир у твоих ног.

– Я знала. Знала, что это плохая затея. – Ляся едва не плачет.

– Это отличная затея, – подмигиваю ей. – Зачем еще сюда ехать, если не за приключениями?

– Чтобы не потерять форму? Выиграть соревнования? – возмущенно перечисляет она.

– Пф! – закатываю глаза. – Все это можно делать дома, в зале. А здесь, – шагаю ближе к ней, – надо наслаждаться моментом. Я тебе обещал, что все будет нормально? – гипнотизирую ее приоткрытые губы.

Самое время для поцелуя.

«Нельзя» докидывает в бурлящий в крови коктейль еще много всего приятного. Сглотнув, смачиваю пересохшее от возбуждения горло.

– Егор, – нервно зовет Ляся.

– А? – Черт, завис! – Пойдем. Дёмыч с Шахом все организуют. Нашего опоздания никто не заметит.

– Что вы задумали?

– Небольшую диверсию. Дашь мне руку? – протягиваю ей раскрытую ладонь. – Так будет быстрее.

– Ладно. – Она осторожно вкладывает свою ладошку в мою.

– Холодная, – вздыхаю. – Не бойся ты так. В крайнем случае, я всю вину возьму на себя.

– Ты совсем не боишься вылететь? – удивляется она, послушно следуя за мной по набережной.

– Это было бы неприятно, но не смертельно. Осторожно, ступеньки, – разворачиваюсь и, нагло пользуясь моментом, ловлю Лясю за талию, приподнимаю и переношу через невысокую бетонную преграду.

Ничего неприличного, между прочим, а она смущается.

Мы сворачиваем на ту самую узкую улицу, по которой пришли сюда. Лясина ладонь согрелась в моей, и я толкаю свои пальцы между ее, перехватывая немного интимнее, заочно присваивая и сжимая крепче.

– То есть ты не дорожишь местом в лагере? – не унимается Ляся.

– Дорожу. Просто отношусь к этому проще, чем ты. У моего отца свой центр подготовки, на базе которого был основан наш спортивный клуб. Если я отсюда вылечу, на тренировках отец будет драть меня лично. Поверь, это то еще удовольствие. Ну и санкции какие-то будут за косяки. Чего-чего, а наказывать он умеет. Но это никогда мне не мешало находить маневры для того, чтобы делать то, что мне хочется.

– Тебе хочется все время нарываться? – Она путается в подоле платья, теряя в скорости. Приподнимает его, и мы снова двигаемся быстрее.

Немного осталось. Уже виден конец бетонного забора.

– Мне хочется… Оу! – округляю глаза, увидев столб густого дыма, устремившегося в темное небо.

– Мамочки, там пожар?! – пугается Ляся.

– Спокойно. Все под контролем, – смеюсь я, сбавляя скорость и из тени заглядывая на территорию лагеря.

– Вы сумасшедшие, – шепчет она.

До нас доносятся громкие голоса. С другой стороны слышится хлопок, а через несколько секунд в небо поднимается еще один столб дыма.

Набираю Демьяна.

– Как тебе зрелище? – смеется он в трубку.

– Шикарно. Мы на месте. Когда можно заходить?

– Ждите. Ваш Беляев с нашим Александром взялись тушить мусорный бак, а Зоя побежала к девчонкам за огнетушителем, чтобы погасить урну.

– Вас не спалили, надеюсь?

– Обижаешь. Когда мы на такой ерунде попадались? – фыркает друг. – Все, гоу. Только в темпе давайте. В урне не разгорелось ни хрена, дымит только. Зоя быстро справится.

– Идем, – отбиваюсь, убираю телефон в карман и еще крепче сжимаю Лясину ладошку. Смотрю ей в глаза, взглядом обещая, что все будет нормально. И у парней там все под контролем. Они же не дебилы, чтобы всем лагерем рисковать.

Пролезаю через проход. Развожу кусты и пропускаю Лясю. Она тяжело, шумно дышит от страха, все время поднимая взгляд к небу. Дыма уже практически не осталось. Только воняет жженным картоном и немного пластиком.

Прокрадываемся к женскому бараку. Буквально из тени к нам шагает Демьян. Ляся взвизгивает. Приходится зажать ей рот ладонью, чтобы все не испортила.

– Как погуляли? – скалится друг.

– Оху… – кошусь на девушку. – Хорошо погуляли. Осталось вернуть принцессу в башню. Не кричи больше, ладно? – прошу Лясю. Она кивает, и я убираю ладонь от ее лица.

Демьян прикладывает пальцы к губам и шагает к краю стены, проверяя, успеем ли мы просочиться через дверь.

Отрицательно качает головой.

– У нас пара минут. Предлагаю зайти через душевую. Там окно маленькое, но всегда открыто. Ляся точно пролезет.

– Откуда вы знаете про нашу душевую? – шепчет Ляся.

Мы с Демоном переглядываемся и едва сдерживаем смех. Всего этой девочке знать точно не надо. Слишком она хорошая и правильная.

– Ничего не бойся, – быстро проговариваю ей. – Я тебя подсажу. Там тебя встретит Динка. – Демьян уже ей звонит. – Снимешь платье, замотаешься в полотенце.

– Волосы еще растрепать не забудь. Или концы в раковине намочи, – добавляет Демьян. – И глаза честные-честные. Зоя сейчас на нервах. Ей будет похрен, лишь бы все были на месте.

– Я больше с тобой никуда не пойду, – жалобно отвечает Ляся.

– Потом обсудим, – подталкиваю ее в сторону нужного окна.

Разворачиваю лицом к стене. Обхватываю за талию. Спускаюсь ладонями к бедрам и, напрягая руки, толкаю Лясю вверх. Она хватается за оконную раму, подтягивается, я страхую снизу, пока пробирается внутрь. Очень стараюсь не смотреть на то, как до бедер задралось ее платье.

С другой стороны ее уже встречает Дина. Голос подруги я узнаю даже сквозь пульс в ушах.

Супер. Теперь и нам пора возвращаться.

Двумя пулями вдоль стены бежим к мужским баракам. Наша с Шахом комната тоже на втором этаже. Демьяну в соседний корпус. Он забирается через окно, а я вхожу через главный вход. Встречаюсь с Шахом. Он как раз вышел из душа, придерживая полотенце на бедрах.

Вместе поднимаемся в комнату.

– Не воняет гарью? – спрашивает, пока я переодеваюсь со скоростью армейского дембеля.

– С улицы, – киваю на наше открытое окно. – Спасибо за помощь.

– В следующий раз ты меня прикроешь.

– Договорились…

Дверь распахивается. Напарываемся на злой взгляд тренера.

– Почему не в кроватях до сих пор, я не понял?! – рявкает он.

– Так проснулись. Воняет же, – кривлюсь я. – Что горело, Ян Викторович? Опять баки, что ли?

– Баки. Гаранин, если это ты…

– А чего сразу я? – возмущенно смотрю на тренера. – Я вообще спал.

– Ну да, ну да, – хмыкает он. – По койкам. Завтра на пробежке будет ясно, у кого легкие лишние.

– Бычок? – лениво спрашивает Шах.

– И пустая пачка, – подтверждает тренер.

По взгляду Рамиля понимаю, что это не они.

– Вряд ли наши, Ян Викторович, – встаю на защиту клуба. – Не дураки же так палиться. Да и не курит у нас вроде никто.

– Вот именно, что «вроде». Ладно, отбой. Завтра будем разбираться. Гаранин. – Тренер показывает мне кулак и уходит в следующую комнату.

– И кто у нас курит? – упав на кровать, подкладываю руки под голову.

– Медик вроде, – шепчет Шах. – Подставили мужика, похоже. Оно хоть того стоило? – Друг меняет полотенце на шорты и заваливается на свою кровать.

– Стоило, – мечтательно улыбнувшись, закрываю глаза. – Она обязательно будет моей.

Глава 10

Ляйсан

Пролезаю в окно и оказываюсь в душевой. Страшно так, что аж трясет всю и изнутри, и снаружи. Зачем я только согласилась на эту авантюру? Ведь знала, что Егору верить нельзя. Непременно втянет в какие-то проблемы. Ему-то хорошо, не боится вылететь, а для меня это подобно смерти. Больше ни за что не поведусь на его обещания!

– Давай быстрее. – Дина в одном полотенце встречает меня около окна и помогает опуститься на пол. – Раздевайся.

Пытаюсь снять платье, но руки ходят ходуном, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Никак не могу успокоиться. Мне никогда не было так страшно, как сейчас. Дина сжаливается и помогает мне. Сама стягивает одежду и заворачивает в полотенце меня и волосы. А платье прячет в сумку для душа.

– Меня поймают, – шепчу непослушными губами и прячу лицо в ладонях. Даже не представляю, что будет. Из хорошей девочки я слишком быстро превращаюсь в плохую. И во всем виноват только один человек.