- -
- 100%
- +
Фрэнк решил дать ей день или два, прежде чем вмешаться. Разумеется, в ближайшие сорок восемь часов она с таким размахом превысит заявленные полномочия, что это будет равносильно профессиональному самоубийству. Между тем Фрэнк написал ей осторожное (и довольно бессмысленное) письмо, чтобы прикрыть собственные тылы. Напомнил, что все планы необходимо согласовывать с правлением.
Барбара вгрызлась в огромный гамбургер. Она сидела на диете уже шесть недель и потеряла всего три кило. К тому же она пообещала побаловать себя, если получит работу в кардиологической клинике. Барбара выбирала между новыми туфлями и большой сумкой. Но день был долгим, и сил идти по магазинам у нее, пожалуй, не хватило бы. Барбара договорилась встретиться и отпраздновать устройство на новую работу с подругой Фионой.
Фиона изнывала от зависти. Она сама мечтала о такой работе.
– Но ты не подала резюме, – разозлилась Барбара. – Ты получила бы место, и мы работали бы вместе, но нет, ты ведь не станешь заполнять все эти бумажки.
– Я не знала, что работа окажется такой славной, клиника будет так перестроена и у тебя откроется столько возможностей. Я думала, это будет что-то типа должности мальчика на побегушках.
– Ну а теперь слишком поздно. Может, она уже наняла какую-нибудь чудовищную бой-бабу, с которой мне придется работать, – просто потому, что ты не пожелала заполнять бумажки.
– Какая она? – поинтересовалась Фиона.
– Темноволосая, ухоженная, выглядит хорошо для своих лет. Похожа на женщину вон за тем столиком. Эй, погоди-ка, да это она! – Барбара замерла, так и не откусив от гамбургера.
– Она обедает здесь? – Фиона открыла рот от изумления.
– Да, а рядом с ней – девушка из нашего центра, иностранка по имени Аня, точно это она. Потрясающе! – Барбара недоверчиво потрясла головой. – Впрочем, если подумать, должна же она где-нибудь есть…
Но Фиона уже направлялась к Кларе.
– Вернись! – прошипела Барбара, но было поздно: Фиона уже атаковала жертву и теперь что-то говорила.
– Доктор Кейси, пожалуйста, простите, что беспокою вас за едой. Но… меня зовут Фиона Райан. Я коллега Барбары, вон она сидит, она будет работать у вас со следующей недели. Я собиралась подать вам резюме, но решила, что мне будет скучновато. А теперь я слушаю Барбару и кусаю локти! Может быть, не поздно еще отправить резюме? Я могу отправить его сегодня вечером, если вы еще никого не взяли.
Перед Кларой стояла симпатичная, широко улыбающаяся девушка лет двадцати, излучающая уверенность и энергию. Именно такие люди нужны ей в команде. Сидящая в глубине зала Барбара делала отчаянные знаки подруге в попытках вернуть ее за свой стол, но Фиона не обращала на них никакого внимания.
– Барбаре за меня стыдно, но я подумала, что если не спрошу вас, то так никогда и не узнаю, есть ли у меня шанс.
Она казалась сообразительной и бойкой. Почему бы не прочитать ее резюме?
– Конечно. – Клара улыбнулась. – Присылайте, как сможете, и не забудьте телефонный номер, чтобы я могла с вами связаться. Кстати, это Аня.
– Привет, Аня. Приятного аппетита. Большое спасибо. – И Фиона вернулась к своему столику, где Барбара сразу же накинулась на нее.
– Милая, правда? – Казалось, Клара была готова общаться с Аней на равных.
Аня, ужасно польщенная, согласилась:
– У нее хорошая улыбка. Вы возьмете ее?
– Определенно, – кивнула Клара. – Ну, Аня, как ты думаешь, взять нам по мороженому? Или пойдем руководить?
– Пойдем руководить, мадам, – ответила Аня. Они хорошо пообедали, но нужно уметь вовремя подвести черту.
В семь часов Клара выплатила Ане ее дневной заработок.
– Увидимся завтра в восемь тридцать, – добавила она.
Аня расплылась в широкой улыбке.
– Я завтра снова работаю? – Она восторженно прижала руки к груди.
– Конечно, если ты не против. Ты ведь теперь опытный сотрудник. Но завтра, возможно, придется убираться и двигать мебель. Разумеется, я помогу.
– Спасибо, мадам, от всего сердца спасибо, – поблагодарила Аня. – И спасибо за прекрасный обед. Вы очень добрый доктор.
– Дома обо мне думают иначе, – вздохнула Клара. – Они считают меня сумасшедшей.
Ади привела ужинать своего приятеля Джерри. Они сидели за кухонным столом и ели суп и салат, когда вошла Клара. Ади встала, чтобы положить матери еды, но Клара помотала головой:
– Только кофе, милая. Я съела днем огромный обед. Бургер с жареной картошкой.
Джерри состроил недовольную гримасу:
– Мясо! Очень плохо. Право, совершенно ужасно!
Ади удивилась:
– Ты обычно живешь в другом ритме, мама.
– Да, жизнь у меня сейчас далека от привычной. – Клара налила себе кофе и пошла наверх. По дороге она постучалась к Линде.
– Заходи. – Линда лежала в постели с маской на лице. Она была похожа на клоуна-мима или на ребенка, нарядившегося на маскарад привидением.
– Прости, не думала, что ты так рано ляжешь, – извинилась Клара.
– Я и не ложусь, я готовлюсь к выходу в свет. Около одиннадцати пойду в клуб, сегодня открывают новое место, хочу быть лучше всех.
Линда взглянула на Клару, как бы ожидая укора или небольшой лекции об антисоциальном ритме жизни. Разумеется, мама не преминет напомнить, как мало внимания Линда уделяет книгам и учебе. Но с Кларой никогда нельзя было угадать, чем обернется разговор.
– Линда, когда же ты будешь приносить домой деньги? – мягко спросила она.
– Так и знала, что ты начнешь брюзжать. – На лице Линды даже сквозь маску проступило раздражение.
– Кто это брюзжит? Просто задала вопрос.
– Ну, думаю, через пару лет, – ворчливо ответила Линда.
– Ты ведь заканчиваешь в следующем году?
– Мама, к чему этот разговор? Ты хочешь сдать мою комнату или что?
– Нет, мне очень нравится, что мы живем здесь все вместе. Просто сегодня я общалась со строителями, электриками, сантехниками…
– И ты собираешься жить с ними коммуной, – перебила ее Линда.
Клара проигнорировала этот выпад.
– И я подумала, что нужно построить вторую ванную комнату. Но твой заботливый, великодушный отец вряд ли захочет поддержать мою идею, вот я и раздумываю, откуда взять средства. Ади уже может немного вложить, и я надеялась, что в следующем году ты тоже будешь в состоянии поучаствовать.
– Я подумывала взять год на передышку, прежде чем начинать работать.
– Передышку между чем и чем, позволь уточнить? – язвительно спросила Клара.
– Не надо срывать на мне плохое настроение, если у тебя был неудачный день, – возмутилась Линда.
– Ничего подобного. У меня был очень удачный, совершенно отличный день. Я взяла на работу девушку примерно твоего возраста, она проработала с девяти утра до семи вечера, как маленькая рабыня. Я попросила ее выйти на работу завтра, и она захлопала в ладоши.
– Наверняка она не ирландка, – заметила Линда.
– Когда-нибудь будет, пока она полька.
– Ага! – В голосе Линды звучал триумф.
– Ой, Линда, лучше закрой рот, ты ничегошеньки не знаешь о работе и притом блеешь, что тебе нужен год на передышку. Ты не представляешь, как тебе повезло.
– Вот уж не думаю, что мне повезло. Мои родители ненавидят друг друга. Отец собирается жениться на моей ровеснице. Представь, каково мне это. Моя мать – трудоголик, который жалуется, что я не убиваюсь, зарабатывая на жизнь, хотя мы договорились, что я буду учиться. Я сижу здесь, никого не трогаю, сплю, ты врываешься и вываливаешь на меня свои проблемы. Почему бы тебе не напомнить мне о голодающих сиротах в Китае, Индии или Африке заодно с твоими рабынями-польками?
– Маленькая дрянь, – холодно процедила Клара и хлопнула дверью.
– По поводу чего они кричат там наверху? – спросил Джерри Ади.
– Видишь ли, Джерри, – ответила она, – в реальном мире люди не могут ужиться, не понимают окружающих, не готовы принять чужую точку зрения.
– Во всем виновато красное мясо, – сказал убежденно Джерри. – Если ты ешь днем мертвых коров, это не может привести ни к чему хорошему.
На следующее утро, когда Ади спустилась завтракать, Клара уже ушла. Похоже, она ничего не съела – и не оставила записки о планах на вечер. Должно быть, вечерняя ссора была серьезнее, чем подумала Ади вчера. Когда Ади разбудила Линду, та оказалась не в лучшем настроении.
– В этом доме стоит только закрыть глаза, как немедленно кто-нибудь врывается с криками и руганью, – пожаловалась она, пытаясь прогнать сон.
– Что у вас с мамой произошло?
– Господи, я откуда знаю? Вчера она была совершенно не в своем уме, жаловалась, что я не полька, что я не вкладываю денег в новую ванную и что я до сих пор студентка. Чуть дверь с петель не сорвала. Она совсем не в себе, говорю же.
– О чем вы разговаривали?
– Понятия не имею. Может, она расстроена из-за того, что папа хочет жениться на Синте.
– Она давно не любит папу.
– Откуда нам знать, кого она любит, она же совершенно чокнутая. А теперь, пожалуйста, отстань от меня, я хочу спать.
– А лекции?
– Ади, ради бога, иди уже отравлять юные умы, пожалуйста.
Линда снова завернулась с головой в одеяло. Ади пожала плечами и вышла. От сестры все равно больше ничего не добиться.
Маленькая Аня сидела у входа в центр.
– Вы ведь правда сказали, что я могу прийти, мадам?
– Да, я так и сказала, Аня. Сегодня я сделаю для тебя ключи, так что завтра ты сможешь войти первая.
– Вы дадите мне ключи?! – Аня была поражена.
– Конечно, тогда ты сможешь приготовить кофе к моему приходу.
– У нас будет кофемашина?! – снова взволнованно воскликнула она.
– Да, ее привезут сегодня, а сейчас возьми деньги и спустись вниз, купи нам две большие чашки кофе и выбери что-нибудь на завтрак. Что-нибудь очень сладкое, нам понадобится много энергии: круассан, пончик… На твой вкус, по штуке на нос.
– Какая чудесная работа! – Аня послушно умчалась за покупками.
День пролетел незаметно. Бригада строителей работала весело и быстро. Вскоре центр начал напоминать место, рисовавшееся Кларе в воображении. Ее собственный стол стоял в самом центре происходящего, так что все перемены были у нее на виду. Нужно обеспечить пост медсестер и подать заявку в «Дженерал медикал сапплайз». Привезли кровати для пациентов, помещения разделили на отсеки ширмами из материала, выбранного Кларой. Приемную покрасили и расставили стойки, где будут помещены буклеты с информацией для сердечников. Здесь поставят кулер для пациентов и кофеварку.
Комната Лавандер была готова принять диетолога. Сегодня, чуть попозже, должны привезти весы в ее кабинет и на сестринский пост.
Кабинет физиотерапевта был совершенно пуст. Какое оборудование они получат, зависит от того, что Джонни и Клара смогут выжать из начальства. Пока все шло на удивление хорошо. Клара еще покажет Фрэнку, кто она такая. В обеденный перерыв Аня, к удивлению Клары, принесла ей сэндвич с салатом и кофе.
– Сейчас я отдам тебе деньги. – Клара полезла в сумку.
– Нет, мадам, вы дали мне много денег вчера. Сегодня я угощаю.
Она казалась такой довольной и гордой, что у Клары защемило сердце. На фоне Ани ее особенно раздражала собственная ленивая дочь, которая в этот момент, вероятно, отсыпалась после ночной гулянки.
– Мадам, вы уже нашли всех нужных сотрудников?
– Нет, Аня, мне все еще нужен офисный менеджер. Человек, который будет держать в порядке финансы. Кто-то, кто прикроет мой тыл.
– Прикроет тыл? – Выражение оказалось новым для Ани.
– Да. Не даст мне попасть впросак, сесть в лужу.
– И это будет ваш секретарь?
– Вроде того, но в секретарши мне хотят навязать молоденькую девочку. А от нее пользы не будет. Мне нужен человек, который сможет потягаться с монстрами вроде Фрэнка Энниса и его банды. Ребенок с такой задачей не справится.
– Думаете, победа будет за вами, мадам? – В глазах Ани от волнения плясали искорки.
– Если я найду подходящего человека, мы наймем его прежде, чем все поймут, что к чему. Осталось только найти.
– У вас получится, мадам. Я точно знаю.
– У тебя веры больше, чем у меня, Аня.
– Как же жить без веры? – спросила Аня, прихватив веник, и отправилась жизнерадостно подметать пол за плотниками, а потом принесла им с Кларой две большие чашки чая.
Когда первая неделя почти подошла к концу, Клара поняла, что пора познакомиться с местным фармацевтом. Она знала, что его зовут Питер Барри и что этот суетливый мужчина лет пятидесяти содержит аптеку в торговом районе неподалеку от центра. Когда центр начнет работать, именно он будет продавать лекарства по их рецептам. Нужно убедиться, что у него в запасе есть все необходимые сердечные средства и лекарства от давления, которые она выпишет.
Клара могла не беспокоиться. Питер Барри был настоящим профи. Несмотря на суетливость, он читал все последние исследования по новейшим препаратам и противопоказаниям. На мгновение Кларе показалось, что она снова студентка на лекции.
– Желаю успеха вашему центру, – формально попрощался он. – Он очень нужен, людям пора осознать, что они в состоянии держать под контролем свои недуги.
– Да, безусловно. Давно пора было открыть что-то подобное, – пробормотала Клара.
Когда ей говорили, каким нужным делом она занимается, она отвечала привычной, ничего не значащей вежливой фразой. Никто не должен заподозрить, как она презирает этот тупик, в который завела ее жизнь. Она выполнит свою работу как можно лучше – и отправится дальше. На лице Клары сияла улыбка.
– Вы правы. Видели бы вы, как пациенты прижимают к груди свои бутылочки с лекарствами в ужасе, что они не поняли, какая именно магическая пилюля позволит им выжить. Я пытаюсь поддержать их, но часто им нужно поговорить, расспросить, научиться, а на это у меня просто нет времени.
Фармацевт произвел на Клару хорошее впечатление. Он оказался гораздо более человечным, чем она ожидала.
– Согласна, работы много. У вас есть помощник?
Питер Барри снова принял строгий вид:
– Позвольте вас уверить, доктор Кейси, в аптеке всегда присутствует квалифицированный специалист. Хотя для моего помощника это только подработка. Видите ли, я надеялся, что моя дочка Эми займется аптекой вместе со мной. Но… эти дочери! – Он пожал плечами.
– А что выбрала Эми вместо аптеки? – сочувственно спросила Клара.
– Вероятно, поиски себя. А это можно делать очень долго. – В его голосе звучали годы разочарования.
– Моя с уверенностью рассуждает о годе передышки. Она хочет еще один год просидеть на моей шее, не принимая решений. – Клара знала, что говорит это с горечью. Она только надеялась, что на лице и поджатых губах не проступило холодное, жесткое выражение, свойственное ее матери. Но, возможно, у матери Клары также были причины разочароваться в дочери. Чего она добилась в жизни? Две хмурые девочки, разрушенный брак, неудачная карьера в кардиологии, хотя все утверждали, что это ее призвание. Возможно, ее мать так же разочарована в ней, как она – в Линде, как этот мужчина с очками на макушке – в своей дочери.
Питер Барри не собирался менять тему.
– Что бы вы сделали, если бы могли начать сначала? – спросил он.
Клара в точности знала что. Она не стала бы выходить замуж за Алана. Но тогда у нее не было бы двух девочек, а это немыслимо. Да, правда, с ними иногда сложно, но это ее дети – она так хорошо помнила день рождения каждой. Они бывали очень славными, любящими, забавными и нежными. Она и представить не могла себя без них. И все же, если бы она не вышла за Алана, она бы заслуженно сделала серьезную карьеру в кардиологии. Но Клара провела много лет, скрывая свои истинные чувства и притворяясь спокойной. Она не собиралась расслабляться и обсуждать с этим мужчиной свою личную жизнь.
– Господи, трудно так с ходу ответить. А что бы сделали вы? – Она уверенно приняла мяч и отправила пас обратно.
Питер Барри не колебался.
– Я бы снова женился, и у Эми был бы настоящий дом, – просто ответил он. – Ее мать умерла, когда девочке было четыре года. Она так и не узнала, что такое семья.
– Вот так взять и найти свою любовь, да еще и жениться – это непросто, – покачала головой Клара. – Должно очень повезти, не правда ли?
– Не знаю. На самом деле не знаю. Мне кажется, в мире множество людей, из которых получились бы превосходные спутники, супруги, половинки, если бы мы об этом просто как следует задумались.
Клара пробормотала что-то в знак согласия и ушла. На экране телефона мигало сообщение от Алана, но она не стала читать его. Она уже вновь погрузилась в заботы, что нужно сделать, над чем поработать и каких ошибок избежать. Размышлять об Алане было просто некогда. Впрочем, к концу дня она почувствовала, что готова прочитать его послание. Она сделала больше, чем полагала возможным.
Чудовищный Фрэнк Эннис явился с неожиданным визитом, явно ожидая увидеть в центре сумятицу и переполох, но вместо этого обнаружил, что работа почти выполнена. Уже привезли покрытие для пола, строители были бодры и полны энтузиазма, мебель заказали, и Тим, новый охранник, с гордостью продемонстрировал Фрэнку выбранную им систему безопасности. Медсестры Барбара и Фиона деловито наводили порядок на своем посту. Лавандер принесла плакаты о здоровом питании. Джонни установил свои тренажеры. И в довершение всего Клара нашла себе помощницу.
Ее звали Хилари Хики, она зашла поинтересоваться насчет какой-нибудь подработки. Хилари была профессиональной медсестрой, эксфузионистом и работала в администрации больницы. Сорокадевятилетняя вдова, она жила с единственным сыном. В силу домашних обстоятельств ей нужно было проводить часть времени дома, поэтому она не могла выйти на полный рабочий день. Еще до окончания собеседования Клара поняла, что Хилари идеально ей подходит. Но она предпочла подавить свою привычку принимать решения, не взвесив все за и против.
– Домашние обстоятельства связаны с вашим сыном? – спросила она.
– Нет, с матерью. Она уже пожилая женщина и живет с нами. За ней необходимо присматривать, просто время от времени заглядывать домой, проверять, все ли в порядке.
– Конечно, конечно. А как у нее со здоровьем?
– Совершенно прекрасно. Она нас всех переживет. Бывают небольшие проблемы с головой, но беспокоиться не о чем.
Энергичная Хилари была готова браться за любую работу. Она помогла Ане, Кларе и Джонни перенести огромный аппарат, похожий на беконорезку, – впрочем, Джонни уверял, что это тренажер для рук. Хилари с легкостью нашла общий язык со всеми сотрудниками. Когда Фрэнк Эннис явился инспектировать клинику, она была в кабинете. Клара не могла бы пожелать лучшего союзника. Она представила друг другу Фрэнка и Хилари:
– Мисс Хики.
Он кивнул и пожал Хилари руку.
– Рада знакомству, Фрэнк, – улыбнулась Хилари.
У Фрэнка так перекосилось лицо, что Кларе пришлось прикрыть рот рукой, пряча улыбку. Он так привык быть мистером Эннисом, так привык к огромному уважению.
На Аню, налившую ему кофе, он посмотрел с некоторым непониманием:
– А вы… вы будете…
– Я буду Аня Праски, – ответила она.
Он раздраженно хмыкнул, но сообразил, что она не хотела передразнивать его. Скорее всего, она просто плохо владела языком.
– Вы здесь работаете?
Клара вмешалась:
– Я плачу ей из наличных, выделяемых на мелкие расходы, но предпочла бы перевести ее оплату на более регулярную основу, – объяснила она.
– А за что вы ей платите?
– Она работает сиделкой, – ответила Клара не моргнув глазом.
– Но сиделки помогают медсестрам в больничной палате, у нас в штате их нет.
– Нам очень понадобится сиделка. У нас будут пациенты в креслах-каталках, некоторым понадобится помощь, чтобы дойти от автобусной остановки и вернуться обратно, нам нужно, чтобы кто-то готовил кофе, нам нужна уборка, нужно, чтобы кто-то заботился об уюте и комфорте для посетителей и сотрудников. Нужен человек, который сбегает в аптеку к мистеру Барри для пациентов, которые не могут дойти туда сами. Нам постоянно нужно ходить в больницу, чтобы забирать рентгеновские снимки и просто передавать сообщения. Поверьте, наша сиделка будет занята делом каждую минуту рабочего дня.
– Боюсь, мы никак не сможем убедить в этом больницу… – начал Фрэнк.
Клара увидела, как сощурилась Хилари. Битва началась.
– Видите ли, доктор Кейси, у вас уже есть мисс… э-э-э… Хики, она будет вашим помощником. Навряд ли мы можем рассчитывать на неиссякаемый источник вакансий…
Хилари перебила его:
– Послушайте, Фрэнк, с вашей силой убеждения вы можете заставить всю больницу плясать под свою дудку. И потом, ведь вы не думаете, что у меня такие же молодые ноги, как у Ани, не стану же я мыть полы, да и глупо тратить на это мое время – я буду помогать управлять нашим центром. В общем, уверена, вы позаботитесь, чтобы Аня осталась у нас.
Казалось, пауза длилась не меньше десяти секунд, хотя Клара понимала, что на самом деле не прошло и трех. Наконец Фрэнк заговорил.
– Сколько вы ей платите? – пролаял он.
– Минимальную ставку, но сейчас, после недельной стажировки, я хотела…
– Минимальная ставка! – отрезал он и вышел.
Аня обняла их обеих и принесла шоколадное печенье.
После такого прекрасного дня Клара нашла в себе силы прочитать сообщение Алана. Он хотел встретиться, предлагал выпить после работы или даже поужинать. Клара написала ответ. Он может заехать, но без вина; они пообщаются час, без ссор и ругани, не вмешивая девочек. Если он согласен, то пусть приезжает в семь.
В ту же минуту позвонила Кларина мама и попросила дочь заехать и помочь ей выбрать ткань для штор. Клара прекрасно знала, что это бессмысленная затея. Ее мать наслаждалась состоянием нерешительности. Они ни на чем не сойдутся и ничего не выберут.
– Не могу, мама, – ответила Клара. – Мне нужно встретиться с Аланом.
– Надеюсь, чтобы наконец избавиться от него? – едко поинтересовалась мать.
– Может быть. А может быть, и нет. Посмотрим. – Кларе не хотелось ссориться.
– По-моему, мы уже все видели, – огрызнулась мать, – и то, что мы видели, нам не понравилось.
– Разумеется, мама. – Клара обессиленно отключилась и положила трубку на стол.
Хилари сочувственно посмотрела на начальницу. Работает как проклятая, хорошо бы у нее сегодня сложился приятный вечер. Хилари не удержалась от вопроса, но ответ Клары ее удивил.
– Сегодня заедет мой бывший муж, от которого я смертельно устала, и, уверена, снова заведет разговор о разводе, – просто ответила Клара.
– Но вы согласитесь – и избавитесь от него. – Хилари произнесла это так, как будто это было совершенно очевидно.
– Почему я должна делать его жизнь легче? – ощетинилась Клара.
– Потому что, если вы будете цепляться за него, хуже будет вам. Мне пора бежать. Одному богу известно, что там творит моя бедная мама. – С этими словами Хилари ушла.
Когда Клара ехала домой, позвонила ее подруга Дервла.
– Он сегодня снова придет, – объяснила Клара.
Дервла никогда не любила Алана, но обычно она сдерживалась. На этот раз, услышав новости, она не стала скрывать свои чувства:
– Я слышу, что он придет или что он не пришел, последние двадцать пять лет. Клара, соглашайся на этот чертов развод. Ради бога, покончи наконец с этим.
– Спасибо, Дервла, – рассмеялась Клара.
– Ты что думаешь, он устанет от своей новой подружки и захочет вернуться к тебе?
– Нет. Я слишком старая и морщинистая.
– Если он захочет вернуться, ты примешь его?
– Ну уж нет. С меня хватит, – сказала Клара. Она не хотела бы снова пережить все это.
Клара обрадовалась, обнаружив, что девочек нет дома. Так будет проще. Она приняла душ и вымыла голову. Но едва она успела чуть подсушить волосы и переодеться в свежую розовую рубашку, как раздался звонок в дверь. Клара предложила Алану кофе. Черный, как всегда.
– Давай просто поболтаем, Клара, как в старые времена, – попросил он.
– Не как в старые времена. В старые времена мы, если помнишь, по большей части пытались переорать друг друга.
– Что же, значит, как в очень старые времена.
Улыбка у него хорошая, в этом ему не откажешь. Он склонил голову к плечу, как бы предлагая взглянуть на вещи с его стороны, – конечно, именно так она много лет и поступала.
– О чем же мы говорили в очень старые времена?
– О работе, о детях, друг о друге. – Ответы давались ему легко.
– Ну, работа – самая безопасная тема. Как у тебя дела?
– Все в порядке. Конечно, утомительно. Банковское дело изменилось за последние годы. Работать стало значительно тяжелее. А у тебя как?
Он спрашивал так, будто ему на самом деле было интересно.
Она рассказала ему о польке Ане, о новой помощнице Хилари Хики. О двух смешливых медсестрах, о физиотерапевте, о диетологе Лавандер и охраннике Тиме. Она даже рассказала о чудовищном администраторе Фрэнке и о фармацевте Питере Барри. И да, ему на самом деле было интересно.