- -
- 100%
- +
«Завтра», – приняла решение я, не став открывать остальные подарки.
Остаток дня был посвящен введению меня в курс начинающей принцессы. Охват того, что следовало выучить, впечатлял. Практически университетский курс за полгода. Я искренне надеялась, что побег удастся и вся эта занудная мудрость дворцового этикета пройдет мимо меня.
Раздражало то, что часть правил была абсолютно нелогична. Ну вот как женские следы на песчаных дорожках перед императорским дворцом могли оскорбить правителя? Или чем смотрение вечером в зеркало могло не понравиться духам дворца? А единые стандарты на одежду и макияж? И это разграничение на цвета: желтый лишь для императора. На вышивку: фениксы для императрицы или старших наложниц. Даже слово «дракон» в письмах было под запретом, если речь не шла об императоре или его семье.
Но больше всего меня умиляло правило для наложниц: «три шага – одно молчание». Никакой болтовни с подругами, если вышли за пределы собственного павильона. А я-то удивлялась с чего такая тишина во дворах… Какой там смех… Тут и слова лишнего не услышишь. Впору называть Запретный город мертвым.
Все эти мысли я, естественно, оставила при себе.
Вечером, когда павильон привычно опустел, я погрузилась в изучение канона об устройстве дворцов, время от времени бросая нетерпеливый взгляд на дверь. Братец своим опозданием заставлял меня нервничать и думать о всяком плохом…
Книга действительно оказалась ценной. Я совместила одну из схем с картой, которую дал мне брат. Путь до внешней стены постепенно вырисовывался, правда, было совершенно непонятно, как выбраться за стену. Моя надежда основывалась на том, что извне покинуть Запретный город легче, чем пробраться внутрь.
Способ братца Ло мне не подходил – я не умею развоплощаться до бесплотного состояния и протекать мимо стражей. Так что следовало придумать что-то свое… Но без разведки не обойтись.
Что-то он и, правда, задерживается. Я от переживаний уже все губы искусала.
Наконец, стукнула входная створка, и в павильон, внеся с собой волну тепла, вошел братец с жаровней в руках.
– Почему так долго? – обеспокоенно поинтересовалась я.
– Возникли кое-какие сложности, – дернул плечом дух, опуская жаровню около кровати. – Ты знаешь, сестренка, что за тобой наблюдают? – спросил он.
– Догадываюсь, – пробурчала, прикидывая, кто у нас такой любопытный… Старший брат? Кто-то из евнухов? Во дворце доложить о нарушениях, как воды попить. Практически рутина. И ничего личного. Ведь вся твоя личность принадлежит государству и императору, а значит, ты не имеешь права ничего скрывать. Мне вон ночи без служанки у постели с трудом удалось отвоевать.
Дух неодобрительно поджал губы, укоризненно покачал головой.
– Я тут наслушался о найденной принцессе, – он нервно огладил юбку. – Тебе следовало быть осторожнее и не привлекать столько внимания.
– А что говорят? – заинтересовалась я.
– Ты хорошо обращаешься со служанками. Непочтительна к старшим. Умна и образована. И похожа на мать, которая, правда, прекрасно рисовала, писала стихи и играла на цине. А еще, что твоя жизнь вне дворца была столь тяжела – не позавидуешь.
Угу. А здесь она, конечно, идеальна. Внутри злой волной всколыхнулась язвительность. Сидят пауками в банке и считают, что снаружи лишь грязь. Дай им свободу – они ее своими правилами и статусами испоганят, не поняв, что с ней делать.
В том, что моя мать была образована, талантлива и происходила из благородного рода, я не сомневалась. Иные в императрицы не попадают.
Ладно, какое мне дело до сплетен прислуги? Правильно, никакого.
– Если желаешь начать войну, – протянул вдруг братец. – Ну там… свергнуть императора. Занять престол. Заставить их прикусить языки…
И взгляд у него сделался предвкушающим, а на лице промелькнуло что-то такое… темное. И мне плохо стало. Подумалось – а так ли я хорошо знаю духа? Он ведь давно в человеческом мире. И чем занимался, например, в прошлом столетии? Может, как раз императора и свергал.
– Нет, никаких свержений, – замотала головой. – Лучше показывай, что принес, – поторопила.
Через час я была готова. Точнее мы. Дракончик обещал поддерживать какое-то там внутреннее равновесие, позволяющее мне не сверзнуться с крыши и не сломать себе шею.
Братец поклялся быть осторожным и, не дожидаясь меня, вернуться на служебную часть дворца. Разгуливающая ночью служанка могла вызвать ненужные подозрения. Да и честь опять же… От которой сластолюбцы могли пострадать… А прятать трупы во дворце – дело утомительное.
Ну а если меня поймают, братец должен был покинуть дворец, не пытаясь мне помочь.
Я поправила повязку на лице. Попрыгала, проверяя, как сидит принесенный духом черный костюм. Сидел отлично. И обувь братец смог раздобыть правильную – мягкие сапожки из кожи.
– Выдвигаемся, – я решительно шагнула к окну. Выбралась наружу. Постояла, привыкая к темноте.
Теплый воздух был насыщен цветочным ароматом приближающегося лета. Где-то переливчато заливалась птаха, нарушая окружавшую тишину. Над городом круглым шаром вставала розовая луна, обещая подсветить мой путь.
Я легко взобралась на дерево, чья ветка удачно заходила на крышу забора, окружавшего мой павильон. Присела, коснулась руками холодной черепицы. Лунный свет серебрил изогнутые скаты крыш – эти волнообразные линии, будто драконьи спины, расстилались передо мной.
Я перебралась на крышу соседнего павильона, едва не поскользнулась, ухватившись за керамическую фигурку феникса на коньке крыши. Ниже, в глубине двора, мерцали слабые огни фонарей, отбрасывая длинные тени на выложенные узорами дорожки. Отдельными точками перемещались подвешенные на палки фонари в руках слуг.
Я выдохнула, напоминая себе, что моя задача добраться до стены, понаблюдать и вернуться незамеченной обратно, не свалившись нигде по пути под ноги страже. Вот они обрадуются внеочередной премии за мою шальную голову.
Внутри хихикнул дракончик и подбадривающе кинул картинку себя в небе. Мол, летать же получилось. Ползать по крышам проще.
Я и поползла. Где-то согнувшись. Где-то на четвереньках. Ориентируясь на луну. И пугаясь стука собственного сердца, который в тишине казался звуком чьих-то шагов.
Уже ближе к воротам Западного Благословения, которые использовались слугами, я спрыгнула в небольшой дворик, казавшийся совершенно пустынный на первый взгляд.
И тут мне дали понять, что моя надежда на приватность совершенно неоправданна.
– Не слишком ли позднее время для прогулок, ваше высочество? – лениво, с издевкой поинтересовалась впереди темнота.
– Много ты понимаешь в прогулках? – сварливо осведомились за моей спиной. – Погода-то чудная. Луна опять же, – с сарказмом напомнили мне. – Слышал, гулять перед сном полезно для здоровья.
Я с досадой прикусила губу, чувствуя себя глупым котенком, храбро полезшим покорять мир, не подозревая о внимательном взгляде двуногого хозяина…
Из тени с невозмутимым видом выступил страж наследного принца, словно он тут каждый вечер беглых принцесс ловит. В правой руке – аксессуаром для прогулки – меч в ножнах. Лицо бесстрастно, а вот в глазах блеснуло веселье. Или это был блеск луны?
И что ему, павлину плешивому, дома не сиделось?!
– Еще скажи, не спится, а лучшее средство от бессонницы – размять ноги на крышах, – насмешливо вскинул брови страж, бросив взгляд мне за спину.
Оборачиваться я не стала. Понятно, он не один, с напарником, который сейчас перекрывает мне путь отступления.
Страха не было, а вот досады и раздражения – аж кипело все внутри.
– Лично проверял, – отозвался второй. – Когда весь дворец оббегаешь, знаешь, как потом крепко спишь? Как младенец, правда, с синяками.
Издеваются… причем абсолютно сознательно.
Я стиснула зубы, уговаривая себя, что пытаться побить стража затея безнадежная. Он вооружен, а у меня кроме злости ничего нет.
– Так давайте продолжим прогулку? – спросила с сарказмом. – Я ведь даже до ворот не добралась. Луна опять же… Сна ни в одном глазу.
И я сделала маленький шажок.
– И никакого стремления сбежать? – сурово вопросили вдруг, заставив меня бросить взгляд в сторону и похолодеть от увиденного. Там, сложив руки на груди, грозной фигурой мщения стоял брат.
За полчаса до…
Павильон наследного принца
– Если ты пришел жаловаться и просить вернуть Хэйби, то тут я тебе не помощник, – Вэньчэн отложил в сторону кисть, посмотрел на вошедшего брата. Кивнул евнуху, и тот молча удалился.
– Знаю, – вздохнул Тяньцзи. – Если ей что-то взбрело в голову, даже я не могу ее переубедить. А запирать жалко… Она тогда совсем грустная становится и от еды отказывается.
Принц бросил последний взгляд на свиток с докладом, который составлял для отца по будущему урожаю в южных провинциях. Потянулся – спина ныла от целого дня за бумагами. Надо будет завтра проверить цифры еще раз, а пока можно и отдохнуть. Он подошел к столу, на котором была уже разложена доска вейци.
– Странно, – пробормотал он, вглядываясь в желтое поле и стоявшие на нем черные и белые камни, – после того, как отец подарил тебе Хэйби, она признавала лишь тебя и императора. Частенько сбегала к нему по ночам. Главный евнух, помню, ругался, что император должен спать с наложницами, а не с диким зверем.
И принц передвинул черный камень на свободное поле.
– Да-да, – усмехнулся Тяньцзи. – Помню, как они вешали на вход вонючие благовония, чтобы ее отпугнуть.
Он устроился на противоположном диванчике. Хмыкнул, оглядывая доску, а потом занял белым камнем соседнюю ячейку, отрезая черным путь к продвижению.
Некоторое время братья были заняты игрой.
– Через две недели праздник драконьих лодок, – произнес задумчиво Тяньцзи, посмотрел с сочувствием на принца и напомнил: – Третий раз для тебя.
Тот помрачнел, прикусил губу и выдохнул с сердитым раздражением:
– Почему не выходит? Отец говорит – звать сердцем. Больше работать с огнем. А я столько им занимаюсь – уже, кажется, сам огнем дышу. И ничего… Пусто. Нет отклика.
– У многих с первого раза не получается, – мягко заметил Тяньцзи.
– Знаю, – буркнул в ответ принц. – Но со второго – да! Я не слышу даже эха отцовского дракона. Боюсь, все опять впустую. А без дракона… сам знаешь, я не смогу взойти на трон. Уже поползли разговоры, что наследного принца стоит сместить, – и он со злостью стукнул себя по колену.
– Наберись терпения, – посоветовал князь. – Не с третьего, так с четвертого раза все получится. И разговоры стихнут сами собой.
– А если я снова опозорюсь? – с горечью вопросил Вэньчэн, нервно комкая пальцами ткань бэйцзи. – Слышал, наверное, как четвертый принц хвастался, что слышит зов отцовского дракона и если ему дадут шанс, он приманит духа с первого раза…
– Это всего лишь пустая болтовня, – легко отмахнулся Тяньцзи. – Четвертый всегда любил прихвастнуть. Лучше сосредоточься на подготовке.
– Ты как всегда прав, – признал принц. – Я выкину лишнее из головы и сосредоточусь на ритуале. Но у меня будет к тебе просьба. Через неделю мне держать пост молчания и воздержания. Пригляди в это время за сестрой, пожалуйста. Мне кажется, она не смирилась с тем, что ее оставили во дворце.
– Конечно, не смирилась, – усмехнулся князь. – Она же твоя сестра, а ты, помнится, двое суток на коленях перед парадным залом стоял, умоляя отца даровать мне жизнь. Еще и под дождем.
– Вспомнил тоже, – скривился Вэньчэн, не любивший вспоминать то время. – А ты потом пять ночей не отходил от моей кровати, пока я болел. Так присмотришь?
– Мог бы и не просить. Она и моя сестра, как—никак.
– Ваше высочество, вам послание, – донесся из-за двери громкий возглас евнуха.
– Проклятье! – выругался, резко побледнев, принц, прочитав записку от стража. – Она все же решилась. Безумная! Надо перехватить, пока другие не узнали.
– Я с тобой!
И оба поспешили к западным воротам, куда по донесению направлялась принцесса.
Сейчас его высочество стоял, с недовольным видом рассматривая беглянку. Мысли в голове роились ни разу не теплые и внутри все клокотало от ярости. Хотелось подойти, сгрести за шиворот и встряхнуть хорошенько, чтоб зубы клацнули, а потом устроить допрос.
Вот откуда у нее, например, хэшан? Вряд ли принцессе подобает иметь боевой наряд тайного стража в гардеробе. Ладно хэшан, но навыки у нее откуда? Ведь до самых ворот добралась, ни разу не упав и не попавшись страже. За последнее хотелось гордиться, но Вэньчэн запретил себе даже мысленно восхищаться ее дерзостью. А если бы она ошиблась?
От мысли, что могло произойти на скользкой крыше, страх заскребся острыми коготками и стало тошно.
И ведь сама не боится. Даже пойманная огрызается. Он слышал ее перепалку со стражами. Слышал, мечтая прибить за каждое слово.
Нет, он точно ее прибьет, чтобы не мучилась. Брат, почувствовав его настрой, успокаивающе положил ладонь на плечо. Ему хорошо… Она ему не родная. А Вэньчэн столько раз ее хоронил, что не готов хоронить ее снова!
– Сознаешь ли ты, сколь это глупо пытаться сбежать отсюда? – спросил он, едва сдерживая рычание в голосе.
Сестра в ответ гордо вздернула подбородок, и в брошенном на него взгляде он прочитал много чего… многообещающего: и побег, и неприятности тому, кто попробует ее остановить.
Вот же… наказание Небес! Он за нее переживает. Трясется, чтоб не обидели старшие в гареме. Уговаривает бабушку дать время и не наседать слишком. Умоляет отца поторопиться с официальным признанием, чтобы пресечь слухи о самозванстве. Требует от служанок не спускать с сестры глаз, а она…
По крышам! Ночью! Побег планирует!
Теперь понятно, зачем ей понадобился доступ в библиотеку.
Вот же зараза мелкая!
Дождется – запрет он ее в павильоне и стражу поставит. Посмотрим тогда, как она посмеет сбежать!
– Я, наверное, глуп, но никак не могу понять, откуда у вашего высочества столь впечатляющие боевые навыки? – влез в разговор Юйлинь.
Вопрос бы по существу и все с интересом посмотрели на принцессу.
Та смутилась, опустила голову, стянула, наконец, повязку с лица.
– Были бы впечатляющими, не попалась бы, – пробурчала, разглядывая землю у себя под ногами.
Вэньчэн поймал себя на закатывании глаз. Кажется, он забыл – какого это быть старшим братом… Как ни старались наложницы отца подружить его со своими детьми, он шарахался от них, как от проклятых.
Ему не объясняли, куда деваются «сестренки», не прошедшие проверку на родство. Он докопался до правды сам, пробравшись ночью к павильону, куда отводили девочек. А после долго мучился кошмарами, шарахаясь от каждого живого ребенка.
Да и не нужны были ему сводные братья и сестры. Для дружбы хватало Тяньцзи.
Потом, когда у каждого появилась тень, стало совсем весело. Они вчетвером что только не устраивали… И на память пришла первая попойка, с воровством пыльника у старшего евнуха. Тогда он чудом с крыши не сверзнулся – Юйлинь удержал.
И Вэньчэн в который раз подумал о том, какое было детство у сестры. Судя по всему – не совсем обычное. Жить в деревне, но при этом уметь читать, писать и знать труды мудрейших. Еще и высокому языку обучена. Но больше всего смущало ее владение боевыми искусствами. И мысли закрадывались самые нехорошие… А если сестра оказалась в каком-нибудь теневом ордене, где выращивают наемных убийц? Нет, там обычно обучают убивать, а не выражаться высоким слогом.
– Не желаете поделиться именем своего наставника, ваше высочество? Я бы счел за честь выразить ему свое почтение, – холодно поинтересовался Тяньцзи.
Линь Юэ вздрогнула, затравлено посмотрела на князя. Оглянулась с видом дикого зверька, попавшего в ловушку, и паника впервые промелькнула на ее лице.
Странно. Его она не боится, а вот Тяньцзи, похоже, опасается. Хотя они хороши… накинулись на нее вчетвером. Коршуны над цыпленком. Ладно, над очень смелым, но все равно цыпленком.
– В следующий раз, когда тебе пожелается прогуляться по крышам, просто позови меня или Юйлинь составить компанию, – недовольно произнес он, уже зная, что пожалеет о своих словах, но страх на лице сестры ударил неожиданно больно. Он словно в кошмар вернулся, когда в ушах долго звучал тонкий крик: «Блатик, помоги». Когда просыпался в слезах, задыхаясь от боли и собственной беспомощности. Когда молил Небо забрать его жизнь взамен на жизнь сестры.
Если было бы можно – он бы ее сам за ворота отвел. Только он не готов потерять ее снова. Переживать о том, сыта ли. Есть ли у нее рис на обед. И где она спит – в тепле ли или под открытым небом.
Нет, он ее не отпустит ради нее самой.
Стражи посмотрели на него с удивлением, явно не одобряя подобное разрешение. Да, он сам себя не одобрял.
– Мы проводим вас, ваше высочество, – откашлявшись, смущенно заявил Вэй. – Не стоит вам… – он запнулся, пытаясь облечь в вежливость фразу о том, что внешний вид принцессы далек от пристойности.
Вэньчэн потянулся к завязкам, но князь успел первым. Скинул с себя бэйцзы, накинул на плечи принцессы, не обращая внимания на исказившееся от страха лицо девушки. И вот как у нее получается увеличивать вопросы, не давая ответа ни на один?!
– Я первым пойду, – Юйлинь скользнул в темноту и скоро оттуда донесся тихий свист – путь был свободен.
Шли молча. Вэньчэн судорожно пытался подобрать слова для той, кто считал дворец ловушкой. Рассказать ей о праздниках? Они все проходят под надзором старших. Напомнить, как хороша императорская кухня? Или как красиво в садах цветут хризантемы?
Но чутье подсказывало, что Линь Юэ найдется, чем ему возразить. Похоже, ее жизнь была не такой уж плохой, раз она стремится в нее вернуться. Или это страх перед дворцом?
– Тебе не стоит здесь никого бояться, – он потянулся потрепать ее по макушке, но остановился. – Я смогу тебя защитить, обещаю.
– Не сбегай больше, – попросил тихо, кляня себя за то, что так и не извинился. Она его точно врагом считает.
– Ты уже раз не смог, – шепотом ответила сестра, – ни меня, ни маму.
И опустила голову, скрывая заблестевшие глаза.
Вэньчэн ощутил, как от боли сжимается сердце и становится трудно дышать. Но она права. Она единственная, кто может его винить и кому плевать, что ему тогда было лишь шесть лет.
У павильона их уже ждал Юйлинь и, судя по его виду, сюрпризы этой ночи еще не закончились.
Вэньчэн споткнулся взглядом о сидевших на корточках у двери и сладко спящих служанок. Одна вон даже рот открыла, вторая похрапывала, положив голову на колени. А ведь Юйлинь их явно пробовал разбудить.
– Ваше высочество, думаю, вы порядком утомились от прогулки и вам нужно отдохнуть. Мы пришлем вам новых служанок, – напряженно поклонился тень.
– Это дух, – едва слышно прошептал разом подобравшийся Тяньцзи. – Его работа.
И вот только свободно разгуливавшего духа им не хватало, с тоской подумал Вэньчэн. Еще и рядом с покоями сестры. И сильного духа, раз смог усыпить сразу двоих.
Линь Юэ замерла на ступенях, бросила взгляд на стоявшего у входа стража, на спящих служанок.
– Ваше сиятельство, благодарю за заботу, – произнесла, возвращая князю бэйцзы. – Не стоит волноваться насчет служанок. Это я их усыпила, иначе как еще я могла бы сбежать, – спокойно посмотрела она на Вэньчэн. И на лице – ни черточки не дрогнуло.
– Конечно, ваше высочество, мы не сомневаемся в ваших талантах, – с едва заметной насмешкой заверил принцессу Тяньцзи, а его тень уже растворился в темноте, отправившись на поиски.
Глава 6
Створки двери с ожесточением хлопнули за моей спиной. Один шаг, второй. Потревоженное пламя фонарей задрожало, запуская пляску теней на полу. Тишина удавкой обвила шею, перекрывая доступ воздуха. И стук сердца в ушах стал оглушающим.
Третий шаг – я без сил опустилась на пол. Ноги дрожали, руки тряслись. Перед глазами мельтешили желтые пятна света, в голове царил хаос. Мне было дико страшно: до сухости в горле, до вспотевших ладоней, до заледеневших пальцев. Страшно не за себя. За братца.
Дура! Ведь чувствовала, что затея с побегом гнилая, но «отрицательный результат тоже результат», – передразнила себя едко.
Ну и каков он, результат? С меня теперь глаз не спустят. Удвоят или утроят число служанок. Евнухов приставят. Стражу. И то, что раньше казалось неволей, теперь покажется вольницей.
И ведь по грани прошла. А если бы чужие поймали? Легко прибить могли, не разбираясь, кто там по крышам ползает. Еще пара часов назад идея побега казалась блестящей, а риск оправданным, теперь же меня накрывал жуткий страх в компании с паникой. Так бывает, когда самоуверенность сталкивается с реальностью.
Меня мало волновал позор принцессы—беглянки или возможное наказание, а вот братец! Что будет, если его поймают? Уничтожат или попробуют допросить? И чем я могу помочь? Главное – не предупредить никак. Я даже не знаю, где именно его искать. Если дух каким-то образом умел меня находить, то я поиск по крови не освоила. А сунусь на служебную половину – только выдам его.
Я прикрыла глаза, выдыхая и пытаясь успокоиться. Истерикой никому точно не поможешь.
Внутри тяжелым маховиком раскручивалась ненависть, и меня трясло уже от нее.
Старший брат, называется. Только и знает, что запрещать.
«Не сбегай!»
Угу, просто сиди дома и будь прилежной девочкой, не доставляй никому проблем.
А если я не хочу сидеть дома? Если мне дворец поперек горла? Так-то человек ко всему привыкает, но я не видела себя в роли принцессы. Точнее той безмолвной куклы, послушной воли отца и бабушки, которую здесь желали видеть.
«Я смогу тебя защитить».
Я и сама могу себя защитить. Не нужна мне его защита… Столько лет обходилась и дальше обойдусь.
Разочарование – так легко попалась – выжигало кровавые язвы на сердце, заставляя испытывать ненависть ко всем четверым…
Дались им мои навыки и прошлая жизнь! Любопытные какие.
И ничуточки не стыдно за то, что обвинила брата в смерти мамы. Ему полезно пострадать. Жил тут, небось, на всем готовом. Не боролся за жизнь. Развлекался. Да и с отцом нормальные отношения наладил, раз наследным принцем его признали. А мать… Вон целый гарем на замену.
Злость бурлила, разъедая едкостью, и в голову лезли всякие гадости – не остановить. Лицо уже пылало. Руки тоже. Казалось – я целиком из ненависти состою. Я ей просто горю.
И только когда потянуло паленым, а на лицо легли отсветы пламени, поняла, что действительно горю.
Опустила взгляд – и охнула, подскакивая.
Языки пламени весело и дружно плясали на руках, переползая на ткань и та уже тлела, рыжея и скручиваясь от идущего от меня жара.
Твою же… И купальня, как назло, пуста. Да у меня вообще ничего жидкого под рукой нет!
Дверь я открывала пинком. В сторону с визгом метнулся кто-то в платье. Света не требовалось – я сама сейчас факелом была, и впереди по дорожке, разбивая темноту, побежали желтые пятна всполохов. Следом понеслась я. Целенаправленно так. Игнорируя топот за спиной и истошные вопли: «Ваше высочество!». Умеют местные евнухи голосить так, словно их режут. А мне некогда было останавливаться и выяснять, какого они делают ночью у моего павильона.
Холодный воздух чуть освежил, сбивая пламя, но крики за спиной – словно стая бродячих котов неслась с воплями «Жрать!» – лишь добавляли остервенелой злости, и пламя внутри уже не просто гудело – ревело. Бился дракон, требуя выпустить и позволить все спалить. На мгновенье так и захотелось сделать. Как говорится, нет дворца – нет проблемы. И сбегать будет не от куда, но здравый смысл все же победил. Я не готова была жертвовать чужими жизнями ради свободы.
Сопение за спиной приближалось. Я поднажала, ибо кожу продолжало дико печь. Со злорадством представила, как преследователи сейчас глотают дым – я же как подбитый бомбардировщик иду, разве что не завываю – дыхание берегу.
Пруд встретил дружным кваканьем, которое озадачено стало стихать. Самая храбрая квакнула неодобрительно, когда я с шумным плеском влетела в воду. На красивый прыжок не было времени и в воду я вошла, плашмя ударившись грудью и животом. Вода раздраженно зашипела, словно в нее горячий утюг кинули. Пошла паром, окутывая меня холодом.
Хорошо-то как! Я выдохнула, расслабляясь и раскинула руки, опускаясь звездой ко дну, позволяя холоду пробраться внутрь и погасить пылающий внутри меня огонь, который сама же и разожгла. Дракон ответил ворчанием. Ему хотелось полетать, а еще поджарить тех, кто меня обидел. В другой раз. Вот доведут – тогда и поджарим точечным огнем.
Мощный всплеск ударил по ушам.
Спасатели!
Я вильнула в сторону, не желая, чтоб меня, как котенка, за шиворот вытаскивали из воды. Вынырнула, в три взмаха добралась до берега, подтянулась на камнях, перевернулась и села, оставив ноги в воде. Мало ли что… Вдруг меня прям сейчас доводить начнут.