- -
- 100%
- +
Он уже минут двадцать смотрел, как какие-то родственники Адели пытались что-то настойчиво рассказать девушке. Но учитывая, что оба мужчины были уже изрядно пьяны, получалось у них это с трудом. Все это выглядело абсолютно естественно, пока один из мужчин не попытался взять ее за руку. Стэфа вежливо отстранилась, однако гость решил повторить свою попытку. Януш заметил, как мгновенно скучающий, вежливый взгляд девушки стал брезгливо-ледяным. Парень отлично понял: Стефания сейчас ответит, и то, что она скажет, явно не понравится пьяному мужчине.
— Панове, — заговорил Януш, — позвольте мне забрать у вас свою девушку. Панна Далькович сегодня и так уделила более чем достаточно внимания гостям.
Мужчины недовольно обменялись взглядами, но провоцировать конфликт не стали — то ли были не настолько пьяны, то ли не хотели связываться с Красовичем. Все же Януш обладал явным преимуществом в плане физической формы.
— Идем, Стэфа, — он уверенным жестом взял ее за руку.
— Спасибо, — шепнула та. — Ты избавил меня от этой пьяной болтовни.
— Может быть, немного прогуляться? Ты не возражаешь? — предложил Януш. — За рестораном есть неплохой сквер.
Стефания согласно кивнула в ответ.
— Не знала, что наши отношения перешли на новый уровень, — улыбаясь, говорила она молодому человеку, когда они шли вдоль аллеи.
— Ну извини, не было времени тебе сообщить. Но если говорить серьезно, Стефания, не стоит так реагировать на выходки людей в состоянии алкогольного опьянения. Ты же не можешь знать, как себя поведет человек.
— И что ты хочешь предложить? Мне терпеть, когда меня без моего согласия пытаются хватать? — парировала девушка.
Януш не нашелся что сказать в ответ.
— Давай поговорим о чем-нибудь другом, — предложил он сменить тему.
Сколько времени они тогда провели в сквере, мужчина сейчас уже и не помнил. Когда Януш вызвал для Стэфы такси, уже основательно рассвело. Хотел ли он тогда пригласить ее к себе? Да, конечно хотел. Молодой человек ее безумно хотел, но получать в ответ тот взгляд, которым она наградила зарвавшегося гостя, парень не собирался.
Они стали встречаться. Не просто встречаться — они проводили почти все свободное время вместе. Насколько бы ни чувствовал себя Януш усталым или разбитым после работы, он либо ждал, пока Стефания за ним заедет, либо забирал ее сам. Но с близостью молодой человек пока не торопился — Красович и сам не понимал почему.
Было начало сентября, они ужинали в ресторанчике после похода в кино. Януш планировал сходить на какую-нибудь мелодраму, ведь девочки любят романтические фильмы. Но Стэфа категорически отвергла его предложение.
— Давай лучше посмотрим «Проклятие монахини», я не люблю мелодрамы, — заявила она.
— Почему? — удивился он.
— Януш, но для чего смотреть истории о чужой любви, если у человека все хорошо в своей жизни? И потом, если уж смотреть сказки, то я предпочту страшные, а не слезливые.
И вот они обсуждали за ужином семейную чету Уорренов. Пока Стефания рассуждала о том, были ли они обычными шарлатанами или все же гипотетически что-то, что находится за гранью человеческого понимания, имеет право на существование, молодой человек внимательно смотрел на нее.
И здесь Тодеуш был снова прав: Стэфа легко могла разговаривать на любые темы. Литература? Кто интересует: Роулинг, Ремарк, Золя (знать бы еще Янушу, кто этот последний). Музыка? Сюиты, этюды, Фредди Меркьюри и Бетховен. Живопись, история (она легко сыпала датами), автомобили, политика — да без проблем. Причем это была не пустая болтовня, а либо неплохие знание темы, либо четко аргументированная позиция.
— У тебя что, в голове процессор? — улыбнулся Януш, когда Стэфания договорила.
Девушка отставила в сторону чашку кофе.
— Нет, — ответила она. — Просто люблю читать. Ну или, если нет возможности, то слушать что-нибудь интересное. И к тому же у меня нет склероза.
Молодой человек накрыл ее руку своей.
— Стэфка, пожалуйста, поехали сегодня ко мне, — неожиданно для самого себя произнес он.
— Ну неужели, пан Красович! А я уже стала опасаться, что мне придется самой делать тебе такое предложение, а для девушки из приличной семьи это недопустимо, — улыбалась она.
В постели со Стефанией было так же хорошо, как и в общении. Она умела быть одновременно и очень темпераментной, и невероятно нежной. Стэфа не страдала от ханжества или излишней морали и охотно шла на что-то новое. Но самым приятным для Януша было то, что она не притворялась: она искренне хотела его, ей нравилось быть с ним, смотреть на его тело, касаться его.
Вскоре они стали жить вместе. Правда, перед этим Стефания честно предупредила его о том, что готовить она не любит и не очень хочет. Но Януша эта проблема волновала меньше всего, ему и так было хорошо с ней.
Конечно, у его Маленькой были и свои недостатки. Она терпеть не могла лицемерия. Нет, разумеется, такое качество можно было бы назвать достоинством, но не в том случае, когда вам в лицо абсолютно спокойно и детально рассказывают о том, почему именно вы не нравитесь. Стэфа отличалась невероятным упрямством: если она что-то хотела, девушка могла перевернуть землю, но получить свое. Сложно было с ней и спорить, так как тебе не устраивали обычный скандал — тебе размеренно, по полочкам, аргументированно доказывали, что ты не прав. И в обратном направлении это действовало так же. Девушка была свято уверена: если ты не можешь доказать свою позицию, значит, у тебя ее нет. О семейной жизни у нее тоже были свои представления.
Однажды Януш вернулся с работы и застал Стефанию за просмотром чего-то по ноутбуку.
— Что ты там смотришь? — спросил он, целуя Стэфу в основание шеи…
Когда они выбрались из постели и сели ужинать, молодой человек поинтересовался.
— Мне казалось, что ты не любишь мелодрамы.
— В целом да, но эта — исключение.
— И что такого особенного в «Унесенных ветром»? — спросил Януш, отвлекаясь от тарелки.
— А в этой книге нет слабых, постоянно нуждающихся в защите. Знаешь, в фильмах или книгах о любви почему-то всегда кто-то кого-то спасает, а здесь — отношения двух одинаково сильных характеров. Для меня хорошие отношения или удачный брак — это брак между равными партнерами.
В общем, быть рядом со Стэфой было хоть иногда и сложно, но точно не скучно. Януш давно забыл о своих многочисленных похождениях, его интересовала только одна женщина. Парень понимал, что любит свою маленькую Стэфу.
Первые проблемы появились где-то года через полтора. Это был корпоратив. Компания, в которой работал Януш, отмечала свое десятилетие. И, разумеется, он приехал туда со Стефанией. Стэфа, как обычно, была невероятно привлекательна, но на этот раз молодому человеку это не нравилось. Если раньше парень не без чувства превосходства наблюдал за тем, как его Маленькую провожают взглядами другие мужчины, то сейчас, глядя на то, как Стефания легко и непринужденно общается и очаровывает топ-менеджеров, финансистов и генерального, Януш впервые чувствовал довольно болезненный укол ревности. На какое-то мгновение ему даже показалось, что они на самом деле из разных миров.
Нет, он не мог ни в чем упрекнуть Стефанию: она даже не пыталась с кем-либо флиртовать, наоборот, всем своим видом девушка показывала, что единственный мужчина, который ее интересует — это он сам. Но молодому человеку не было от этого легче, он довольно ясно улавливал недоумевающие взгляды, направленные на их пару.
— Ты позволишь пригласить свою девушку? — к ним подошел Матей.
— Если Стефания не возражает, то, пожалуйста, — ответил мужчина, мысленно добавив: «А не пошел бы ты к черту».
Ну не устраивать же было сцену ревности из-за обычного танца. К тому же сам Януш танцевать не особенно и умел, поэтому и не любил, но и портить настроение любимой женщины не хотел. Молодой человек, прислонившись плечом к стене, наблюдал, как грациозно Стэфа в паре с Матеем скользят по залу.
— Ты будешь? — его внимание отвлекла Малгожата. Девушка стояла возле него, протягивая бокал шампанского. — Надо же тебе себя чем-то занять.
— Нет, спасибо, Гося, но я не хочу сегодня пить, я на своей машине.
Молодая женщина грустно вздохнула. Януш понял, что его тон показался ей довольно резким. Он знал, что уже давно небезразличен девушке, правда, никогда к этому не относился всерьез. Гося, конечно, миленькая, но не более того.
— Ты сегодня прекрасно выглядишь, — решил исправить ситуацию парень.
— Именно поэтому ты сейчас даже не смотришь на меня, — обиженно ответила та. — Может, мы тоже потанцуем, ты не против?
Януш продолжал смотреть за Стефанией.
— Извини, Малгожата, но я не люблю танцевать.
Девушка положила руку на плечо молодого человека. Януш с удивлением посмотрел на нее.
— Ничего же плохого в одном танце нет, — продолжала Гося. — Вряд ли твоя подруга будет ревновать.
Януш осторожно убрал женскую руку со своего плеча.
— Еще раз извини, но я на самом деле не люблю.
Женщина обошла его и встала так, чтобы заслонить собой танцующих.
— Яне, — заговорила она, — с каких пор ты стал таким правильным? И потом, посмотри на эту ледяную куклу, — кивнула Гося головой в сторону Стефании. — Разве такая тебе нужна?
Мужчина посмотрел на коллегу.
— Гося, во-первых, тебя это не касается, во-вторых, Стэфа точно не кукла.
Не дожидаясь ответа, Януш обошел Малгожату и отправился в сторону танцующих.
— Матей, извини, — прервал он танец, — но мне нужно кое-что сказать Стефании.
Боровский пожал плечами:
— Да, конечно.
Януш взял девушку под руку и отвел в сторону.
— Стэфа, поехали домой.
— Что-то случилось? — подняв на молодого человека глаза, спросила она.
— Я тебе там все объясню.
Не успели они переступить порог квартиры, как Януш, даже не включая свет, подхватил девушку на руки и понес в спальню.
— Ты моя, ты только моя, — не переставал шептать он, лаская любимую женщину.
Стефания лежала, устроив голову у него на груди и аккуратно водя пальцами по низу живота Януша. Парень гладил ее пепельные волосы.
— Стэфка, — неожиданно спросил он, — почему ты со мной?
Девушка приподнялась на локте. В темноте спальни мужчина не мог видеть ее лица, но чувствовал, что она смотрит на него.
— Прости, я не понимаю, о чем ты, — заговорила Стефания.
— Я спросил, почему ты именно со мной. Для хорошо образованной девочки из состоятельной семьи, может быть, кандидатура и получше есть.
Какое-то время девушка молчала. Стэфа не понимала, что сегодня происходит с Янушем, но она хорошо чувствовала, что его что-то беспокоит — это ощущалось даже по тому, насколько сейчас было напряжено тело любимого человека.
— Мне кажется, здесь все очевидно, — наконец заговорила Стефания. — Я люблю тебя, вот и все. И потом, что ты имеешь в виду, говоря о более достойных кандидатах? Ты хочешь предложить мне вместо целеустремленного мужчины, который одновременно учился и работал, сумел устроиться на хорошую должность, мальчика-мажора или человека для которого жена – это просто статус, как часы, машина или пара брендовой обуви? Спасибо, любый, но меня это не устраивает. К слову, да, у моего отца есть средства, но это его деньги, а не мои, ты же знаешь, что я не хочу их брать.
Януш знал: Стэфа на самом деле стремилась к независимости. Единственная и любимая дочка владельца сети «БелостокБуд» жила на свою зарплату менеджера, даже ее любимая Audi была куплена в кредит. Стефания мечтала о своем деле.
Януш бережно прижал ее голову снова к своей груди.
— Прости, Маленькая, это просто ревность, обычная мужская ревность.
— Да-а, — наигранно-обиженным тоном протянула девушка. — А ты думал, мне приятно смотреть, как эта девочка — кажется, Гося — ужом вьется вокруг тебя?
— Стэфка, не говори глупостей, — усмехнулся Януш.
А на следующий день молодой человек в обеденный перерыв поехал сначала в ювелирный магазин, а затем к Стефании на работу. Остановив машину на парковке перед офисным центром, Януш достал мобильный телефон.
— Да, любый, — раздался в трубке голос Стэфы.
— Не сможешь сейчас освободиться до вечера? — спросил мужчина.
— Думаю, да, — после небольшой паузы ответила девушка. — Все же могу я иногда использовать тот факт, что я работаю у отца.
— Хорошо, я жду тебя на парковке у центра.
Через десять минут Стефания устраивалась на соседнем сиденье.
— Что это ты решил сегодня уйти посреди рабочего дня? — с любопытством спросила она.
— Могу же я иногда прогулять, — ответил Януш.
— И чем же мы будем с тобой заниматься?
-- Ну, ты же любишь отдыхать на природе, вот и поедем в Сольницкий лес. Погода сегодня отличная, так что почему бы не прогуляться.
На улице стояла первая половина октября, погода на самом деле была хорошей. Последнее осеннее солнце еще неплохо прогревало дневной воздух. Дождей давно не было. Легкий ветер почти не проникал сквозь ветви деревьев, а только легко шуршал в верхушках их еще не облетевших перед зимой крон, осыпая землю разноцветным ковром из пестрых листьев. В лесу было сухо, тихо и уютно.
Януш и Стефа долго бродили по узким извилистым тропинкам, путавшимся среди стволов деревьев.
— Так ты, сбежал с работы ради прогулки по лесу, — говорила Стефания, когда они уже в вечерних сумерках возвращались к машине.
— Да, но не только ради этого.
Януш остановился посреди тропинки.
— Я хотел еще, кое о чем с тобой поговорить.
Стэфа с интересом смотрела на него снизу вверх.
— Пан Красович, вы меня сегодня интригуете.
— Ну что вы, панна Далькович, никаких интриг. Просто хочу предложить вам стать пани Красович. Стэфка, выходи за меня замуж, — Януш, улыбаясь, достал из кармана пальто коробочку с кольцом.
— У меня только одно условие, — девушка смотрела на молодого человека смеющимися глазами. — Я хочу быть пани Далькович-Красович.
— Вот уж эти современные женщины, никакого уважения к традициям предков. Впрочем, как хочешь: какую бы ты ни выбрала фамилию, любить тебя от этого я меньше не стану, – целуя ее пошутил Януш.
Домой они возвращались уже поздно вечером. Как выяснилось, иногда для близости самым лучшим местом становится и машина, стоящая на глухой поляне в вечернем осеннем лесу.
Свадьбу молодые люди планировали в июне, ну а пока Янушу предстояло то самое мероприятие, которое он откладывал более полутора лет: родители Стэфы ждали их на Рождество у себя дома.
Они сидели тогда в небольшом помещении, которое Вишневский снимал под офис своей только набирающей обороты фирмы.
— Послушай, Януш, перестань метаться из угла в угол, — с улыбкой говорил Тодеуш, наблюдая за другом. — У меня сейчас голова закружится. Лови и успокойся.
В сторону Красовича полетела бутылка с пивом. Парень легко перехватил емкость на лету, открыл, сделал пару глотков.
— Когда мы с тобой подростками едва ли не раз в месяц влезали в драки, ты не боялся, — продолжал Вишневский. — А сейчас тебя беспокоит знакомство с родителями невесты. Я сам два с половиной года назад проходил через этот процесс и могу уверить, исходя из своего опыта: никто не будет тебя там пытать.
Януш, устав измерять шагами размер помещения, сел в кресло напротив друга.
— Дело не только в самом знакомстве, — сделав еще пару глотков, заговорил он.
— А в чем?
— Тодеуш, кто родители твоей Адели? — неожиданно спросил Януш.
Вишневский с непониманием посмотрел на друга.
— Ты же знаешь: отец — хирург, мать — офтальмолог. Но при чем здесь это?
— А у Стэфы кто отец? Ты, будучи уже бизнесменом, ехал знакомиться к медикам. У меня несколько иная ситуация. Прораб из семьи эмигрантов: отец — водитель, мать — медсестра, и дочка владельца сети магазинов стройматериалов.
— Януш, ты спятил? — абсолютно серьезно спросил Тодеуш. — О чем ты сейчас говоришь?
— Вишневский, я осенью был с ней на корпоративе… — и молодой человек пересказал другу события того вечера. — Даже Гося, и та заметила. А ты же знаешь, что умом она не блещет, — подытожил парень.
— Друг мой, тебе не кажется, что ты сам себя накручиваешь? Да, у тебя красивая, умная невеста. Тебе самому двадцать девять лет. Конечно, ваш пятидесятилетний генеральный, да и остальные, будут смотреть с завистью. А что ты ждал от пьяных мужиков? А Госька… Я тебя прошу! Да все, кому не лень, знают, что она к тебе неравнодушна, вот и наговорила гадостей. Она же тоже не слепая и понимает, что ей до Стефании во всех смыслах как до Луны пешком. Нашел кого слушать. Вот что я тебе скажу: все же моя жена — близкая подруга твоей невесты. Стэфа любит тебя, а на остальное наплюй. К тому же, насколько я знаю из рассказов Адели, семье Дальковичей абсолютно не свойственен снобизм. Дед ее и сам строитель, еще при коммунистах таскал со строек, что мог, и продавал — так и начал зарабатывать. Отец и за товаром в свое время ездил без помощников, и за прилавком постоял. Так что не бери в голову.
И снова Тодеуш оказался прав. Единственное, что заботило родителей Стефании, так это отношение Януша к их дочери. Они давно уже привыкли к ее независимости и не вмешивались в жизнь Стэфы.
— Меня вполне устраивает то, что моя девочка счастлива с тобой, — сказал ему пан Александр, когда они вечером пили виски у него в кабинете, подальше от пани Эдиты.
Из воспоминаний Януша вырвал голос Малгожаты.
-- Что ты делаешь по среди ночи на лоджии?
Жена стояла на пороге, запахивая халат. Молодой человек обернулся, пытаясь сосредоточиться на реальности.
— Нам сегодня к моим ехать утром, а ты не спишь, — продолжала та.
— Покурю и приду, — ответил, с трудом скрывая раздражение, Януш. Он злился не на жену, он злился на себя. — Гося, иди ложись спать, я скоро буду.
Женщина в ответ пожала плечами:
— Ну, как хочешь.
Мужчина снова остался на лоджии один. Последнее, к чему он был сейчас готов — так это к тому, чтобы лечь в супружескую постель. Януш смотрел на горизонт, над верхним его краем виднелась тонкая розовая полоса. Воспоминания, которые он шесть лет прятал в глубине сознания, нахлынули новой волной.
Глава 3 Шаг в темноту
В марте они собрались в Люблин — навестить родителей Януша. Отец как раз вернулся из рейса. «Казалось бы, что могло пойти не так? — думал молодой человек. — Кому может не понравиться его Маленькая?» Но парень ошибся.
Если отец на самом деле пришёл в восторг... Ну, как часто можно обсудить с будущей невесткой технические характеристики тягачей и особенности перевозки грузов по Европе!
— Ну вот, представьте, иду я спать, — рассказывал за совместным ужином пан Владимир, — а на утро…
— А на утро у вас пустой бак, — продолжила Стэфания. — А хотите, я угадаю, что это был за город?
— Попробуй, — улыбаясь, предложил отец.
— Марсель, — ответила девушка.
— В точку!
Мужчина засмеялся, а вместе с ним и Януш со Стэфой. Не улыбалась только пани Светлана.
— Хватит вам про машины, — заговорила она. — Давайте о более важном. Что вы планируете со свадьбой?
— Да ничего особенного, — пожал плечами Януш. — Думаем снять дом, выездная регистрация и близкий круг друзей и родных. Денег у нас для этого вполне достаточно.
— А разве твой отец, — пани Светлана обратилась к Стэфании, — не хочет помочь дочери со свадьбой? Ведь брак — это раз и на всю жизнь.
Стэфа поставила на стол стакан с водой и с некоторым удивлением посмотрела на женщину.
— А при чём здесь мой отец? Это я замуж выхожу, а не он женится, — ответила она.
— Ну-у, — скептически протянула мать Януша, — всё же единственная дочь.
— И что из этого? — девушка пожала в ответ плечами. — Мои родители дали мне всё, что были должны: счастливое детство, хорошее образование, а дальше я могу и сама справиться.
— Сама, так сама, — с видимой неохотой согласилась пани Светлана. — А как с венчанием? Ты же православный, — на этот раз обратилась она к сыну, — а Стэфания — католичка.
— Да мы и не планировали венчаться, к чему эти предрассудки — без задней мысли сказал Януш. — К тому же Стэфка у меня скорее гибрид.
— Это как? — улыбаясь, поинтересовался пан Владимир.
— Да просто: мой отец — католик, а мама — православная. Ее бабушка и дедушка из-под Глубокого, это в Беларуси, — пояснила девушка.
— А, так мы еще и почти земляки! — заметил отец Януша. Ему определенно нравилась невестка. — А мы со Светой из Видз. Знаешь, где это?
Стэфания кивнула.
— Да, недалеко от усадьбы Плятеров. я несколько раз была на западе Беларуси, поэтому неплохо там ориентируюсь.
Постепенно тема сместилась в сторону общего исторического наследия, чему Януш был крайне рад. Он отлично видел, что Стэфании не очень приятны придирки его матери, и понимал, что сейчас девушку от достойного ответа сдерживает только то, что это его мать. Пока они обсуждали исторические вопросы, пани Светлана так и продолжала сидеть с недовольным лицом. Она почти не принимала участия в общем разговоре.
А вечером Януш, идя на кухню за водой, услышал из спальни родителей:
— Света, что ты пристала к детям? Они самостоятельные люди, сами во всем разберутся. Да и Стэфа — прекрасная девочка: красивая, воспитанная, умная. Мне она нравится.
— Ну да, — раздался голос матери, — очень уж умная. А тебе, как выпьешь, вообще все нравится.
— Прекращай, Света, — уже серьезно произнес отец.
Утром мать попросила Януша отвезти ее на рынок под Замком, так как у пана Владимира после вечера слегка болела голова.
— Ты знаешь, сынок, — начала пани Светлана, — Стэфания твоя, конечно, очень красивая, но не для тебя она. Всё у нее так просто, так легко. Конечно, можно играть в независимость, когда богатые родители стоят за спиной…
— Мама, прекрати! — резко оборвал ее молодой человек.
— А что прекрати? — не хотела успокаиваться та. — Вот как вы живете? Еда из ресторанов — она же почти не готовит. Уборка — клининговые компании. Стирка — машинка. Что это за жена такая?
Януш оторвал взгляд от дороги.
— Я тебя один раз попросил: прекрати. Ты ничего о ней не знаешь. И потом, мне не нужна домработница, мне нужна жена, которую я люблю.
— Ну, любишь… А, девочка поиграет с тобой и найдет себе ровню.
Парень резко остановил машину у тротуара.
— Давай договоримся так: или мы закрываем эту тему, или я еду домой, забираю Стэфу и возвращаюсь в Белосток.
Женщина молчала. Подействовали ли на мать его слова или сама решила, что не права, молодой человек не знал, но остаток выходных прошел без особых проблем. Только когда они вечером гуляли по городу, стоя у Краковских ворот, Стэфа спросила:
— Твоя мать от меня не в восторге?
— Не говори глупостей, Маленькая, — улыбнулся Януш. — Пойдем, я лучше покажу тебе Старый город.
Вскоре неприятные впечатления от поездки в Люблин стали забываться. Их плавно вытеснили работа, разговоры о подготовке к свадьбе и планирование будущего собственного дела. Стэфания и Януш все больше и больше приходили к пониманию того, что неплохо было бы открыть что-нибудь свое. В Польше был строительный бум, и стройка считалась перспективным направлением. Огромным плюсом для попытки попробовать себя на этом рынке были и опыт Януша, и работа Стэфы в качестве PR-менеджера, да и связи ее отца в строительной сфере. Тот, в свою очередь, готов был оказать любую поддержку как дочери, так и зятю. Отец Януша также приветствовал идею молодых людей.
— И правильно, думаете делать, — говорил он. — Я вот всю свою жизнь работал на дядю, и толку?
И все вроде было бы хорошо, если бы не одно «но».
— Увольнять решил? — спросила в телефонном разговоре пани Светлана сына.
— Да, пока нет, — ответил Януш. — Всё еще в планах.
— А ты хорошо подумал? Что будет, если не получится? Белосток — город не самый большой. Подумай, сынок, кто возьмет потом на работу выскочку и неудачника? Стэфу-то твою отец прикроет, а ты что делать будешь? Сынок, — пани Красович говорила без остановки, не позволяя Янушу вставить и слова, — я же тебе добра желаю. У тебя хорошая работа, стабильная жизнь, так зачем все это ломать. Или дело в том, что статус прораба твоей Стэфании не подходит?
И следует отдать должное — эти слова Януша зацепили сильно. Все чаще и чаще он стал думать о том, а не права ли мать. Если Стэфа и правда любит его, какая ей разница — прораб он или бизнесмен?
Это было шестое апреля, Януш хорошо помнил эту дату. Вечером Стэфа собирала чемоданы: завтра с отцом она летела в Мюнхен на выставку стройматериалов. Парень, стоял, опершись о дверной косяк, и с улыбкой смотрел, как девушка пытается впихнуть в чемодан всё, что, по ее мнению, было ей необходимо. Чемодан сопротивлялся, и его крышка упорно отказывалась закрываться.