Сердце Ардии (том 1). Расплата за Мечту

Кенрат несколько раз со всей силы хватил кулаком по столу. Рука заболела, зато голова на какое-то время прояснилась – возмущённое сознание переключилось на сбитые костяшки и перестало раздувать бесполезную сейчас ярость.

Отец – злодей.

Короткая и понятная мысль словно калёным железом была выжжена с внутренней стороны черепа. Именно такие лучше всего помогают в критической ситуации, когда нужно быстро принимать сложные решения. Забавно, что именно отец когда-то объяснил ему этот принцип.

Юноша обхватил голову и ещё раз обдумал происходящее.

Если отец с самого начала был на стороне их преследователей, значит, Мильбена и Тави, скорее всего, уже схватили. Вопрос – что с ними сделали? Притом что зейхейрка нужна живой, расправа ей вряд ли грозит, но вот мучения – гарантированы. Куда более интересный вопрос – какую судьбу дружки Ондара уготовили Мильбену? Развивать эту мысль не хотелось. Кенрат снова отвесил себе тумака и почувствовал, как на запястье что-то шевельнулось.

Закатав рукав, парень тут же снова хлопнул себя по лбу.

Приведя его в башню, отец даже не попытался устроить обыск! Была это наивность, забывчивость или уверенность в том, что сын не посмеет ослушаться приказа, сейчас не важно. Важно, что при Кенрате остался боевой браслет и, самое главное, нож, сделанный из наручей Тави…

Тогда, в квартире, девушка отказалась от подарка, и Кенрат оставил его себе, спрятав в секретные ножны за голенищем. Одна из хитростей, которым когда-то обучил Ондар. Рука сама собой скользнула к правому сапогу и извлекла оружие на свет.

Клинок блестел не так ярко, как изделия отца, но всё же в нём хватало лунного серебра, чтобы справиться с магическим замком. Выскользнув в коридор, Кенрат первое время пытался прятаться в проёмах, прижимаясь спиной к дверям, но быстро бросил это – патрулей в единственном проходе не наблюдалось. Похоже, комнаты хорошо изолированы, чтобы не пропускать звуки ни внутрь, ни наружу. С другой стороны, подслушать, что творилось за дверьми, тоже не получалось, а это уже проблема.

Размышления прервал громкий стук – из комнаты чуть выше по проходу появился сухой старик. Хотя на вид он был далеко не в самой лучшей форме, мужчину так и распирало возбуждение, мужчина даже слегка пританцовывал на месте.

– Эй, мальчик! – обратился он к Кенрату, поманив пальцем. – А ну, поди-ка сюда.

Парень не шелохнулся, но на всякий случай покрепче стиснул рукоятку ножа.

– Ну давай, чего ты небыстрый такой! – чуть более раздражённым тоном сказал старик. – Новенький, что ли?

Кенрат перевёл дыхание. Похоже, один из клиентов Башни желаний принял его за местного служку. А значит, лучше ему подыграть.

– Сию секунду, господин. – Он незаметно убрал оружие и, приняв самый невинный вид, поспешил поравняться с собеседником. – Чего изволите?

– Ох и распустил вас… – Мужчина назвал имя, но сделал это очень неразборчиво. – Скажу ему, чтоб тебя выпорол, будешь знать, как слова мимо ушей пропускать!

– Как вам будет угодно, господин!

– Да ладно, шучу я! – Старик потрепал Кенрата за плечо, даром что был ниже на целую голову. – Дело к тебе есть, деньгами не обижу. Интересно?

– Как пожелаете господин. – С каждой секундой сохранять вежливый тон получалось всё труднее. От старика невыносимо несло потом и мочой.

– Я там… набедокурил немного. – Мужчина посмотрел по сторонам, убедившись, что в коридоре больше никого нет. – Поможешь прибраться, а? Очень мне не хочется перед Хозяином твоим краснеть, а ты раз-раз метлой – и как будто ничего не было. По рукам?

Юноша, стараясь не дышать, кивнул. В тот же миг довольный клиент принялся подталкивать его к двери, приговаривая: «Ты, главное, хорошо там всё сделай, от души». Как назло, свет в комнате не горел, и понять, что там внутри, было очень сложно.

– Давай-давай! – ещё раз сказал старик и неожиданно крепким пинком подтолкнул Кенрата внутрь, захлопнув за ним дверь. На ней тут же вспыхнула голубоватым сиянием последовательность знаков, означающих, что магический замок активирован. В этот же момент в комнате загорелся основной свет.

– Ох, Пекло… – только и смог сказать парень прежде, чем его вырвало.

В самом центре на огромном столе, похожем на операционный, лежал привязанный эрранделец. Совсем молодой, на вид ему не было и тридцати пяти, или во сколько там эльфы считаются взрослыми. Лицо юноши распухло от многочисленных синяков и шишек, один глаз был выколот, на руках и ногах не хватало пальцев, а всё тело покрывали глубокие порезы и рваные раны. Что же касается остального туловища… Кенрат старался не смотреть на то, что от него осталось, покрывая пол содержимым своего желудка, которое смешивалось с большой лужей крови и других жидкостей, что натекли во время экзекуции.

«Башня желаний», как же… а он-то поначалу решил, что попал в обычный бордель!

Пошатываясь, парень добрёл до стены и опёрся на неё. Если в этой «Башне» исполняют именно такие желания, то Мильбена с Тави нужно освобождать как можно скорее! Даже если придётся брать все комнаты штурмом…

Сегмент дальней стены отошёл, открывая проход ещё в один коридор, на этот раз опоясывающий башню по внешнему контуру. Судя по всему, чтобы слуги и уборщики не мешали клиентам и не попадались им на глаза.

В проёме показались двое рослых мужчин. Они бросили равнодушный взгляд на выпотрошенного эльфа, а затем один из них повернулся к Кенрату.

– Твоя работа?

Парень замотал головой.

– Так и думал, – произнёс мужик, а затем повернулся к приятелю. – Говорил же, судья заигрался. Ещё и свалил раньше срока, прибирайся за ним теперь… и чего Хозяин его до сих пор пускает?

– Он же судья, вот и пускает, – флегматично заметил второй. – Хорошего судью сейчас поди найди, а этот уже прикормленный.

Первый мужик вздохнул и вошёл в комнату, прямо к столу. Присев, он приладил к ножкам колёсики, превратив его в удобную каталку, и повёз труп к выходу. На полпути он вдруг остановился и снова перевёл взгляд на Кенрата.

– Ну а ты-то что тут делаешь? Кто таков вообще?

– Я… я… – Как назло, ничего путного в голову не лезло.

– Поди судье подмахивал, а? Ох, не завидую тебе, зная, что этот извращенец тут вытворяет…

Парень закивал, подтверждая догадку служки.

– Ну так и вали отсюда, приглашения ждёшь, что ли? – раздражённо буркнул второй.

Кенрат послушно двинулся на выход, но внезапно в голову пришла идея.

– Меня господин разведать кое-что просил, – заискивающе начал юноша. – Говорят, тут к вам ушастую из Зейхейра привезли. Очень уж Его Честь с ней развлечься хочет, говорит, никаких денег не пожалеет!

Врать Кенрат никогда не умел и даже сейчас прекрасно понимал, насколько глупо и неубедительно выглядит со стороны его ложь.

– Зейхейр – это где копчёные, что ли? – переспросил тот, что говорил вторым. – Ну в сто шестой она, вместе с друганом своим… только заняты уже, приказ Хозяина.

– Передай Его Чести, что он ещё вот за это не рассчитался! – проворчал первый, выталкивая каталку в тайный проход. – И вали отсюда живее. А ты, – он обратился к товарищу, – чем языком чесать, давай тряпку в зубы и начинай пол драить!

Парень послушно выскочил в коридор и закрыл дверь, на которой красовались цифры «три» и «пять». Вновь вытащив нож и приготовив боевой браслет, Кенрат бросился вниз.

Елан отбросил остывающее клеймо и вытер со лба пот. Переходить к калечащим процедурам пока не хотелось, так что он решил сделать перерыв. Деревенский парень оказался крепче, чем выглядел, хотя и визжал не хуже других.

Фирхивор обернулся к эльфийке, на лице которой словно застыли два невысыхающих ручья. Мясоруб постарался, чтобы девушка не могла отвести взгляд от своего приятеля, а для надёжности ещё и придерживал её за макушку.

– Ты можешь помочь другу в любой момент, – с притворной любезностью начал Елан. – Твои сородичи тоже молчали и сейчас годятся только на перегной. Не заговоришь – и к ним присоединится этот парнишка.

Зейхейрка поджала губы и с ужасом посмотрела на привязанного к станку юношу. Елан тщательно следил, чтобы тот оставался в сознании – лично влил ему в глотку уже две порции обезболивающего, а заодно прошёлся по ранам заживляющим составом. Хороший дознаватель и в медицине должен неплохо разбираться. В конце концов, пытает он сейчас эльфийку, а не человека.

– Ничего… не говори, – пробулькал привязанный, сплюнув кровавую пену. – Меня всё равно…

– А ты вообще помолчал бы! – манерно обратился к пленному Елан. – А лучше упрашивай подругу стать поговорливее – и страдания тотчас кончатся!

Парень с ненавистью посмотрел на своего мучителя и выдавил кривую улыбку.

– Ладно, раз ты сам хочешь продолжения… – Елан снова взял со стола щипцы. – Второй зуб или ещё пару ногтей?

– Хватит! Хватит! – вдруг закричала эльфийка.

Привязанный парень побледнел, а вот палач, напротив, расцвёл.

– Какая умница! – Он отбросил инструмент и, подойдя поближе, опустился на корточки, чтобы их с девушкой лица оказались на одном уровне. – Давай, рассказывай.

Зейхейрка ещё раз всхлипнула, её губы дрожали.

– Ну! – Цандр схватил эльфийку за волосы.

– Я искала…

– ТВОЁ МАЛЕПУСЕНЬКОЕ ХОЗЯЙСТВО, ЖИРТРЕСТ! – что есть сил заорал привязанный парень.

В любой другой момент Елан оставил бы выпад без внимания, но, глядя, как эльфийка, в глазах которой ещё миг назад стояло отчаяние, вдруг поджала губы и отвернулась, он рассвирепел. Фирхивор с размаху ударил зейхейрку, а затем двинулся к пленному.

– Мясоруб! – рявкнул толстяк. – Оторви этому…

Закончить фразу помешал грохот, с которым входная дверь сорвалась с петель и, пролетев через всю комнату аккурат между Еланом и Цандром, впечаталась в противоположную стену. Окажись кто на пути этого снаряда, ему бы не поздоровилось.

– А ну быстро их отпустили! – сквозь зубы произнёс юноша в дверном проёме. От его левой руки, сжатой в кулак, исходил едва заметный пар, а в правой он держал неестественно блестящий нож.

Сто шестая дверь находилась, по ощущениям, где-то на десяток этажей ниже – Кенрат сбился со счёта, сколько раз он обогнул центральный ствол. Большая часть встреченных по пути дверей была отмечена зелёными светокристаллами, но над некоторыми горели красные. Воспоминания об увиденном в тридцать пятой камере заставили ускорить бег. Фантазия рисовала весьма красочные картины того, что в одной из таких комнат делают с Мильбеном и Тави.

Восемьдесят один, восемьдесят два…

Кенрат перебирал формулы в боевом браслете – плоские камни, соединённые прочным жгутом таким образом, чтобы каждый из них простым движением ложился прямо в ладонь. Отец говорил, что хотя символ Стального гарнизона – меч, на магию егеря и дозорные полагаются не меньше, а то и больше. Особенно когда силы неравны, но есть возможность ударить первым.

Девяносто три, девяносто четыре…

В прошлом году юноша всё-таки сумел получить магический патент, причём с правом использовать боевые знаки, а это удавалось далеко не каждому. Не исключено, конечно, что Ондар потянул кое-кого за ниточки и напряг старые связи, однако Кенрат верил, что и сам по себе кое на что способен.

Сто пять…

Он резко остановился и перевёл дух. Над сто шестой дверью сиял красный светокристалл, а на ней самой – символы магического замка, которые парень тут же деактивировал. Покрепче стиснув в кулаке камень с формулой, Кенрат вскинул руку. Сейчас важно сосредоточиться и максимально осторожно направить по её контурам поток силы, в точности повторяя рисунок…

«Воздух собирается, раздувая огонь. Огненный вихрь набирает скорость, огненный вихрь набирает жар. Ветер раздувает огонь, огонь разгоняет ветер… а потом получает свободу», – пронеслось в голове.

Эту формулу Кенрат придумал в качестве эксперимента, который пошёл настолько удачно, что своротил дома старый сарай. Ондар тогда не стал наказывать сына, а наоборот, от всей души похвалил. Знал бы отец, как всё обернётся…

Вокруг предплечья вспыхнуло пламя, тут же закрутившееся спиралью. Ещё секунда – и огненный поток сорвался с руки со скоростью урагана, опалив рукав. Достигнув двери, сдерживающая магия ветра перестала действовать, и накопленная энергия вырвалась на свободу. Не предусмотри Кенрат направляющие символы, наверняка его самого размазало бы ударной волной. Невредимым, правда, он тоже не остался. Левая рука покрылась ожогами и покраснела, будто он сунул её в кипяток, а затем сразу охладил в проруби. «Чем сложнее и мощнее формула, тем сильнее обратный эффект бьёт по самому магу», – вспомнились поучения Стальных.

Впрочем, увиденное мигом заставило Кенрата позабыть о любой боли.

Толстый незнакомец склонился над Мильбеном, распятым на жуткой конструкции. Всё тело друга покрывали многочисленные ссадины, порезы и ожоги от прикосновения калёного железа. В небольшой миске на столе лежали три вырванных ногтя и окровавленный зуб.

Прямо напротив стоял стул, к которому была привязана Тави. Голову и подбородок девушки перехватывали верёвки, мешавшие отвернуться. За её спиной стоял рослый дортхонец, недобро скосившийся на незваного гостя.

– А ну быстро их отпустили! – велел Кенрат.

Мысленно юноша выругал себя – отец всю жизнь твердил ему о том, как важно сохранять хладнокровие в любой ситуации. Кенрат и сам не раз пытался втолковать это Мильбену… а сейчас, в критический момент, пошёл на поводу эмоций и лишил себя преимущества.

– Или что? – весело спросил пухлый и щёлкнул в воздухе щипцами. – Ты ворвался на самом интересном месте, к твоему сведению.

Эльф не стал говорить ничего, а просто молча двинулся к двери. В его руке будто сам собой появился мясницкий тесак.

В отчаянии Кенрат вскинул руку с браслетом. Он знал, что может применить формулу огненного вихря ещё раз, пускай за это придётся дорого заплатить. Возможно, ему даже удастся справиться с эльфом, но в тот же миг он останется совершенно беззащитен перед толстяком.

– Жахнешь меня, зажаришь и свою подружку, умник, – скривился дортхонец. – Каюк тебе, герой в башке с дырой. Меня тут, кстати, Мясорубом зовут…

Как же глупо всё получилось.