Орион

37

– Опустить щитки!

Вместе со всеми я повиновался приказу Адены и опустил забрало, слабый щелчок замка подтвердил, что я надежно изолирован от внешнего мира.

Небо уже очистилось от облаков, и его нежная голубизна соперничала с девственной белизной снега. Вокруг меня простиралась бесконечная ледяная пустыня. Ни дерево, ни скала не нарушали первозданной чистоты белого безмолвия. Я встал во весь рост, чтобы лучше рассмотреть поле грядущей битвы. У входа в пещеру Адена склонилась над экраном монитора, наблюдая за передвижениями неприятеля. Легкие вспышки на дисплее фиксировали перемещения приближавшихся к нам животных и тварей.

– Они поставили в авангард медведей, – бесстрастно информировала нас Адена. – Похоже, нам придется иметь дело и с волками, хотя на таком расстоянии нетрудно и ошибиться.

Я решил, что ослышался, и только какое-то время спустя до меня дошло, что колонны, маршировавшие в нашем направлении, состояли преимущественно из животных. Лисицы, волки и даже медведи шли четким строем, словно заправские солдаты. Небо почернело от огромного количества пернатых – орлов, ястребов и другой более мелкой птицы. Скоро я смог разглядеть и более мелких животных – росомах, барсуков и енотов. Казалось, вся фауна планеты ополчилась против нас. В задних рядах шагали гуманоиды, мускулистые мужчины с серой кожей, одетые в звериные шкуры. В одном ряду с мужчинами шли женщины, более миниатюрные, но не менее страшные в своей мрачной решимости. Все они были вооружены тяжелыми длинными копьями.

– Будьте наготове, – предупредила Адена. – Сейчас начнется самое интересное.

Я скорчился позади прозрачного пластикового щитка, прикрывавшего фронтальную часть лазера. Зрелище на самом деле было необычайное. На моих глазах строй животных неожиданно рассыпался, и они живой лавиной устремились в нашу сторону.

– Огонь! – скомандовала Адена.

В мановение ока ледяная равнина обратилась в кромешный ад. Луч лазера, словно гигантская коса, сметал все на своем пути, оставляя небольшие лужи воды и обугленные туши животных. К мощному гудению силовой установки добавился треск разрозненных выстрелов. Солдаты как могли отстреливались от пикировавших им на головы птиц. Несмотря на безусловное преимущество в вооружении, наше положение следовало назвать незавидным. Нападавших было слишком много. Часть животных сумела незаметно обойти нас с фланга и обрушилась на нас в тот момент, когда мы меньше всего ожидали нападения. Огромный пещерный медведь буквально смял наши ряды, и одному Богу известно, чем бы все кончилось, если бы мне в последнюю минуту не удалось разнести ему голову выстрелом в упор. К моему глубокому сожалению, мое вмешательство не спасло бедняжки Рены, оказавшейся первой жертвой затянувшейся баталии. Все пространство вокруг входа в пещеру было завалено трупами животных. Казалось, еще немного, и нам не выдержать, но неожиданно я обнаружил, что сражаться, собственно, больше не с кем. Наши противники разом исчезли, словно повинуясь неведомому сигналу.

– Всем вернуться в пещеру! – распорядилась Адена.

Я поднял свое забрало и перевел дух. Насколько я мог судить, состояние остальных моих товарищей было ничуть не лучше.

– Ну и денек, – заметил я, увидев Адену, сидевшую без сил в двух шагах от меня. – Надеюсь, на сегодня все кончено?

Она устало покачала головой.

– Мы отбили только первую атаку, Орион. Они вернутся через несколько минут.

– Но это была настоящая бойня. Мы уничтожили несколько сотен врагов.

– Пока мы убиваем только животных, – поправила меня Адена. – Война идет на полное уничтожение, Орион. Твари послали против нас животных, чтобы заставить нас истощить энергоресурсы. Только после того, как они добьются своего, последует настоящая атака.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смысл сказанных ею слов.

– Ты хочешь сказать, что они будут снова и снова направлять на нас послушных им животных, пока наши батареи окончательно не истощатся?

– По крайней мере именно так они всегда поступали раньше.

– Тогда мы обречены?

– Это зависит от того, что иссякнет раньше: их запас пушечного мяса или наши энергетические мощности. Люди Аримана находятся в столь же отчаянном положении, что и мы. Ставка слишком велика. Мы или они. Других уже нет. От победы в этой последней битве зависит, кто будет править миром. Отныне и навсегда.

Наш разговор был прерван возгласом часового.

– Они возвращаются!

Все поспешили занять позиции. Тело Рены осталось лежать на каменном полу пещеры. Я поднял ее ружье и занял освободившееся место.

Четыре раза животные атаковали, и каждый раз мы отбрасывали их назад. Воздух вокруг нас пропитался запахом горелого мяса и шерсти. Над равниной висело облако дыма и пара. Силы обеих сторон были на исходе. Итог битвы зависел от того, кто дрогнет первым.

В середине дня Марек обошел строй солдат и вручил каждому по паре таблеток пищевых концентратов, которых вполне хватало, чтобы поддерживать силы человека в течение двенадцати часов. Я с трудом сумел подавить приступ истеричного смеха. Вокруг нас лежало столько мяса, сколько, вероятно, мы не смогли бы съесть за всю жизнь, а нам приходилось поддерживать свои силы какими-то таблетками. Взяв себя в руки, я подошел к Адене.

– Сколько атак мы сможем еще отразить? – спросил я.

– Две наверняка. Может быть, три. У них хватит животных по меньшей мере на три, – уточнила она, бросив взгляд на экран сканера.

– Тогда мы должны изменить тактику.

– Что ты имеешь в виду?

– Вместо того чтобы тратить энергию на убийство бессловесных животных, мы должны сами атаковать неприятеля.

– Интересно, какими силами? – вмешался в разговор Марек, не скрывая своего скептического отношения к моей идее.

– Мы можем послать двух или трех добровольцев, чтобы атаковать неприятеля в его логове.

– Но это безумие! Их разорвут на части еще до того, как они успеют приблизиться.

– Этого можно избежать, если незаметно покинуть пещеру и зайти им в тыл.

– Как ты собираешься это сделать? – спросила Адена.

– Я прокрадусь вдоль подножия горного массива и обойду их с фланга.

– На это уйдет несколько часов, даже если они сразу не засекут вас, – возразил Марек.

– Знаю, – согласился я. – Мы не доберемся до их лагеря до наступления темноты.

– Может быть, будет лучше, если мы проделаем это ночью, – предложила Адена, – и атакуем их на рассвете? Мы можем использовать лазер, чтобы отвлечь их внимание от тебя.

– У них все преимущества, – возразил Марек. – Не забывай, что их животные способны видеть и в темноте.

– У нас есть сенсоры, – заметила Адена, – что по меньшей мере уравнивает наши шансы. Ты сам знаешь, они никогда не воюют по ночам. В темноте преимущество будет все-таки на нашей стороне.

– Сомневаюсь.

– Оставь свои сомнения при себе. Орион, я принимаю твой план. Приходится идти на риск. Я подберу еще двух ребят, которые пойдут с нами.

– С нами?

– Конечно. Я иду с тобой.

– Ты не имеешь на это права, Адена, – вмешался в разговор Кедар. – Ты наш командир.

– У меня нет выбора. Орион еще чужой среди нас, и солдаты не пойдут за ним. За мной они последуют в огонь и в воду.

– Но все одно это слишком опасно…

– Знаю, но я не посылаю солдат на задание, которое не решилась бы выполнить сама, – отрезала Адена.

Переубеждать ее было бесполезно.

– Но что будет с нами, если ты погибнешь?

– Ты останешься за старшего на время моего отсутствия. На рассвете начнете обстрел. Не жалей энергии. К этому времени мы достигнем позиций, с которых сможем атаковать неприятеля с тыла.

– А если вы не успеете?

– Тогда… тогда думайте только о себе, – усмехнулась Адена. – Если мы не сумеем выполнить наш план до рассвета, это будет означать, что либо мы уже погибли, либо нам всем осталось жить всего несколько часов.

38

Насколько хорош или плох мой план, нам так и не суждено было узнать. Твари атаковали нас прежде, чем мы начали его осуществление. Их действия оказались для нас полной неожиданностью. Адена подобрала двух добровольцев, готовых идти за ней на край света, – могучего Огуна и Лизу, высокую пышнотелую красавицу, специалиста по взрывчатым веществам.

– Если нам удастся незаметно подобраться к лагерю, – объяснила мне свой выбор Адена, – Лиза сумеет уничтожить врагов одним ударом.

Когда солнце опустилось за горизонт, Адена приказала нам лечь спать, хотя сама не меньше любого из нас нуждалась в отдыхе. Возбуждение долго не давало мне уснуть, но, понимая всю сложность задания, которое предстояло выполнить, я заставил себя расслабиться и на какое-то время забылся в беспокойной, тяжелой дремоте. Если кто из нас и видел сны в эту ночь, то наверняка не смог бы припомнить ни одного из них. Я проснулся от странного запаха, заставившего меня открыть глаза. Потянув носом, я попытался принять сидячее положение. К моему удивлению, мускулы не повиновались мне, и я тут же рухнул на каменный пол рядом с Аденой, лежавшей в нескольких шагах от меня. С трудом поднявшись на ноги, я огляделся вокруг. Все мои товарищи, включая часовых, спали.

"Газ!" – понял я. Тем или иным способом твари сумели наполнить пещеру газом, и лишь счастливый случай спас нас от уготованной нам печальной судьбы.

Спотыкаясь на каждом шагу о распростертые на полу тела моих товарищей, я кое-как выбрался наружу и еще долго лежал на снегу, с наслаждением вдыхая чистый холодный воздух. Стояла тихая ночь. Когда я снова обрел возможность что-либо соображать, то пробрался обратно в пещеру и, отыскав в темноте свой шлем, водрузил его на голову. По крайней мере теперь лично я был в безопасности. Следовало подумать об остальных. Газовая атака являлась всего лишь прелюдией к настоящему нападению. Загерметизировав скафандры моих товарищей, я вернулся к выходу из пещеры, чтобы в случае необходимости в одиночку встретить первый натиск неприятеля.

– Что случилось? – спустя несколько минут услышал я в наушниках слабый голос Адены.

– Твари атакуют нас с минуты на минуту, – сообщил я, но, увы, мое предупреждение уже запоздало.

Несколько массивных тварей выскочили из глубины пещеры и устремились в нашу сторону. Выхватив пистолет, я наугад выстрелил. Один из нападавших рухнул у ног Адены, видимо не ожидая такого отпора, остальные в беспорядке отступили в спасительную темноту туннеля.

Адена подобрала лежавшее рядом ружье и выпустила целую обойму вслед отступавшим. Ей повезло даже больше, чем мне. Четыре трупа остались лежать на земле в нескольких шагах друг от друга.

– Они все-таки нашли путь и напали на нас с тыла, – воскликнул я с досадой.

– Или, скорее, сделали его, – хладнокровно отозвалась Адена. – Мне следовало раньше прислушаться к твоим советам, но довольно об этом. У нас нет времени на сожаления. Они вернутся.

Мы оказались в ловушке. Пещера не была больше надежным укрытием. Из естественной крепости она превратилась в мышеловку. Винить в этом я мог только себя. Почему я поступил как полный идиот? Кому, как не мне, было судить о возможных шагах Аримана? Подземная камера двадцатого столетия. Храм в Каракоруме. Наконец, лабиринт у подножия Арарата. Пещеры всегда были излюбленным прибежищем Владыки Тьмы. И сейчас он снова прибег к старому, испытанному средству. Как я мог позволить ему захватить нас врасплох?

– Твари рассчитывали застать нас лежащими без сознания и не ожидали, что мы окажем сопротивление, – заметила Адена. – Теперь они поняли, что их план провалился. В следующий раз они атакуют нас сразу с двух сторон. Это их последний шанс. А для нас последнее испытание. Через несколько часов решится, кто – мы или они – будет править миром.

Сенсоры, расположенные у входа в пещеру, известили нас о приближении новой армии диких животных, двигавшихся под прикрытием темноты в нашу сторону.

Адена заняла место у пульта управления большого лазера.

– Орион, – распорядилась она. – Ты, Огун и Лиза прикройте нас с тыла. Надеюсь, противников у вас будет немного. Подземный ход не слишком велик, да и сил у них уже мало. В случае чего – зовите на помощь.

Щиток скрывал лицо Огуна, но я легко представил себе, какую кислую гримасу он скорчил при этих словах своего командира. Что касается Лизы, то она, напротив, была в восторге от нового задания.

– У меня достаточно взрывчатки, чтобы в случае необходимости похоронить всех тварей, – заявила она.

– Боюсь, что, если мы используем ее здесь, – возразил я мрачным тоном, – пещера станет нашей общей могилой.

– Кажется, вы правы, – согласилась она, немного поразмыслив.

Не тратя времени на разговоры, мы углубились в лабиринт туннелей, которые вели к подземному озеру.

– Мы только напрасно теряем время, – заметил недовольно Огун. – Мы уже не менее десятка раз обследовали все переходы. Здесь не может быть выхода наружу… Черт возьми, а это что такое?

Заглянув через его плечо, я обнаружил узкую шахту, вертикально уходившую в недра горы.

– Клянусь, вчера ее еще не было! – растерянно произнес он, опускаясь на колени и обследуя стенки узкого лаза. – Наверное, они прокопали его в то время, когда их подручные атаковали нас с фронта.

– Но сейчас здесь никого нет, – заметила Лиза.

Я наклонился и в свою очередь осмотрел шахту, показавшуюся мне бездонной.

– Они вернутся, – объявил Огун уверенно. – Иначе чего ради им было проделывать такой колоссальный труд.

Возможно, именно безапелляционность Огуна породила во мне дополнительные сомнения.

– Давайте вернемся и обследуем боковые туннели, – предложил я.

– Вернуться? Зачем? – возразил Огун. – Адена ясно приказала нам защищать пещеру с тыла.

– Я могу заминировать шахту, – предложила Лиза. – По крайней мере отсюда на нас не нападут.

– Мне кажется, что это ловушка, – предположил я. – Может быть, ее и использовали до недавнего времени, но думаю, сейчас они ведут новый подкоп, где-то между нами и пещерой. Они хотят отрезать нас от наших товарищей. Лиза, ставь свою мину, и возвращаемся как можно быстрее.

Мы вернулись в центральный туннель, где на земле еще лежали трупы четырех тварей. Почувствовав себя в относительной безопасности, я снял шлем и приложил ухо к стене. Моя догадка подтвердилась незамедлительно. Характерный стук инструментов, крушивших твердую породу, был слышен совершенно отчетливо. От наших противников нас отделяло в лучшем случае несколько футов.

Адена, успевшая передать пост у лазера своим солдатам, встретила меня хмуро.

– Твари ведут новый подкоп, – объяснил я. – Они атакуют нас, как только он будет готов.

Бросив на меня недоверчивый взгляд, она тем не менее отправилась за мной.

– Ты прав, – согласилась она, приложив ухо к стене. – Боюсь, они нападут даже раньше, чем я предполагала.

Сенсоры у входа в пещеру свидетельствовали о концентрации большого количества животных в нескольких сотнях ярдов от нас. Сейсмограф, установленный Мареком неподалеку от точки, где, по нашим предположениям, враги рыли лаз, позволял с точностью до нескольких футов определить место появления незваных гостей. Мы не знали только одного: когда последует новая атака. Нервы у нас были напряжены до предела.

"Как же они должны ненавидеть нас, – закралась мне в голову крамольная мысль, – если готовы послать на смерть сотни своих бессловесных союзников? И все для того, чтобы уничтожить жалкую кучку людей, оказавшихся заложниками амбиций своего создателя".

Неожиданно стрелка сейсмографа замерла на нуле. Твари прекратили свою работу.

"Почему?" – мелькнула у меня тревожная мысль.

Ответ на мой немой вопрос последовал незамедлительно.

– Они атакуют, – раздался голос часового, стоявшего у входа в пещеру.

В то же мгновение оглушительный взрыв едва не разорвал наши барабанные перепонки. Каменная стена рухнула, и примерно полсотни тварей бросилось на нас. В рукопашной схватке все преимущества были на их стороне. Я успел выстрелить пару раз и уложить первых нападавших, благо даже целиться не пришлось. Огуну повезло меньше. Удар копья сорвал его шлем и отбросил уже бездыханное тело к противоположной стене. Лиза, занявшая позицию в нескольких шагах от меня, стреляла не переставая, и через пару минут перед нами выросла баррикада из волосатых тел. Улучив момент, она отложила ружье в сторону и швырнула связку гранат в гущу наседавших на нас противников.

Мощный взрыв едва не похоронил нас вместе с врагами, но положил конец беспощадной бойне. Мы поспешили на выручку своим товарищам, с трудом отбивавшимся от лавины животных, успевших прорваться к самому входу в пещеру. Гигантский серый медведь, поднявшись на задние лапы, едва не снес мне голову. Выстрелы, прозвучавшие одновременно с разных сторон, остановили его в нескольких футах от меня.

Адене наконец удалось привести в действие свой лазер, и воздух мгновенно наполнился запахом горелого мяса. Несколько саблезубых тигров были застигнуты в момент их последнего прыжка. Если бы им удалось ворваться в пещеру, исход битвы решился бы сразу же. Воспользовавшись секундной передышкой, я обернулся к Лизе, сидевшей на полу спиной к груде еще не успевших остыть трупов. Заметив мой взгляд, она указала рукой на две последние связки гранат, лежавшие у ее ног.

– Надо обрушить туннель, – крикнула она, – пока они еще не опомнились.

План был рискованным, но выбора мы не имели. Два взрыва потрясли пещеру, но наше убежище устояло. Об атаке с тыла уже не стоило беспокоиться. Завалы каменных глыб надежно защитили нас.

Присоединившись к нашим товарищам у входа в пещеру, мы вместе с ними встретили новую атаку обезумевших от ярости животных. Мы уже устали убивать, но битва еще продолжалась. Сами твари больше не показывались, предоставив право умирать своим бессловесным и безропотным союзникам. Лазер уже не извергал свое смертоносное пламя (энергия батарей давно иссякла), постепенно смолкли и залпы ружей, и только вспышки пистолетов время от времени еще разрывали темноту ночи.

К утру исход сражения был ясен. Мы потеряли пятерых товарищей, еще трое получили серьезные ранения. В строю оставалось одиннадцать смертельно усталых людей.

– Они бегут, – сообщила Адена, протягивая мне бинокль.

– Следовательно, мы победили?

– Мы победим тогда, когда убьем последнего из них, – жестко сказала она.

Подняв бинокль к глазам, я взглянул в указанном направлении. Восемь оставшихся в живых тварей поспешно отходили в южном направлении. При них не осталось ни одного животного. Даже собак.

– Думаю, мы навсегда отбили у них желание сражаться, – заметил я. – Почему не предоставить их своей судьбе?

– Нет, Орион. Мы выиграли сражение, но война еще не закончилась. Наша задача уничтожить всех до единого.

– Но их всего восемь!

– Тем не менее мы должны последовать за ними и убить их.

– Таков приказ Ормузда? – спросил я презрительно.

Адена окинула меня холодным взглядом с ног до головы. Уголки ее губ скривились в недоброй гримасе.

– Это мой приказ, Орион, – произнесла она твердо.

39

Адена быстро отдала необходимые распоряжения. Кедар и два других солдата должны были остаться в пещере с ранеными. Всем остальным предстояло преследовать отступавших, не думая об отдыхе. Торопливо проглотив несколько таблеток пищевых концентратов, мы двинулись через ледяную пустыню.

– Восемь против восьми, – произнес я горько. – Ормузду не откажешь в справедливости.

Адена бросила на меня сердитый взгляд.

– Не надо думать, что Ормузд поступает так для своего удовольствия, – резко возразила она. – Речь идет о судьбе мироздания, о судьбе твоего собственного народа, наконец.

– Но не устраивать же ради этого охоту на восьмерых обессиленных людей?

– Это люди Аримана, – поправила она меня строго. – Наши смертельные враги.

– Враги, вынужденные сражаться копьями против лазерных ружей.

– Ты предпочел бы схватиться с ними врукопашную? – усмехнулась она. – Не исключено, что у тебя еще появится такая возможность. Наши батареи вот-вот иссякнут. А энергетическая установка, оставшаяся в пещере, и без того на нуле. Ты доволен?

Я вынужден был признать, что перспектива драться с тварями мало обрадовала меня.

– Мы должны истребить их, – без устали повторяла Адена. – Всех до единого, включая Аримана. Его следует уничтожить в первую очередь. Надеюсь, ты это понимаешь.