Книга Снов. Шамтеран 3

– Как вы попали в мою комнату?

Стайен улыбнулся, развёл руками.

– Дверь была не заперта.

– Это не смешно! – резко ответила Лас.

– Дверь была не заперта, – повторил Стайен. – Я оставил бы в библиотеке. Должно быть, вы забыли запереть.

– Я никогда не забываю, – возразила Лас. – Вы можете осмотреть мою комнату? Ну, чтобы…

– Уже. У вас всё в порядке. И в других комнатах тоже.

Лас прикрыла глаза, сосчитала до десяти.

– Спасибо, Стайен. Извините. Зачем мне его надевать?

– Защита, – пожал плечами Хорёк. – От мелких неприятностей.

– Скажите, – Лас понизила голос, – зачем вы просили меня обнять вас? Там, в машине?

– На мне аналогичный костюм, – пояснил Хорёк. – Если бы что случилось…

– Вот как, – улыбка Лас потускнела.

Хорёк встал.

– Теаренти, я был бы рад, если бы вы меня обняли в других обстоятельствах, но я не посмел бы даже намекнуть!

– Намёков и не нужно, – Лас встала. Трудно обнимать человека, который выше тебя на две головы. Но ей удалось.

– Я вам не мешаю? – Вейс поставила на стол новые порции. – Вы как хотите, а я ещё съем!

– Бабушки! – довольный голос Тесан. – Вы где? О, Стайен, добрый день! Ого, уже начали!! А нам что-нибудь оставили?

– Тесан! – укоризненно покачала головой Вейс. – Как не стыдно!

– Какой тут стыд! – Тесан подбежала, обняла няню, потом – бабушку. – Я после этого вашего медосмотра слона съесть готова! Вери! Ве-е-ери! Поторопись, а то я за себя не ручаюсь!

– Переодеться, вымыть руки и только потом за стол, – ледяным голосом распорядилась Вейс. – Марш!

Тесан испарилась, словно её и не было.

– Я прослежу, – Стайен поднялся и ушёл туда, где в глубине сада жарилось мясо.

* * *

– Вейс, ты чего?

Лас присела перед ней на корточки. От съеденного и выпитого она захмелела – хотя ни капли спирта. Было очень хорошо, невообразимо хорошо. И вот – Вейс, мрачная как туча, вот-вот расплачется.

– Медвежонок! – прошептала Лас. – Ну что случилось? Стайен спас мне жизнь, там в машине. Тесан подбежала ко мне, потому что я стояла ближе. Перестань!

Вейс скользнула по ней взглядом и вновь уставилась куда-то в пространство.

Лас встала у неё за спиной, обняла, склонилась и медленно поцеловала в щёку. Вейс вздрогнула, прикрыла глаза.

– Мир?

Вес взяла её за руку, крепко сжала. Вытерла лицо полотенцем.

– Иди, помоги ему, – кивнула в сторону сада. – Мы с тобой потом поговорим, – и рассмеялась. – Мир, мир.

– Как вы могли подумать! – возмутилась Тесан. – Зачем мне так шутить? Зачем мне вас ссорить?

– Почему нас? – поинтересовалась Лас. – Почему именно меня и Вейс?

– Кроме вас, никто записок не получал, – пожала плечами Тесан. – Это первое, что приходит в голову! Что вам намекали друг на дружку!

– Я исследую, – Стайен кашлянул. – Посмотрим, что удастся найти. Итак, молодые люди, – он перевёл взгляд с Тесан на Эверана. – Вы хотели кое-чему научиться? Я собирался подкрутить кое-что в «Торнадо». Составите компанию?

– Конечно! – Тесан захлопала в ладоши. – Бабушки? Вы с нами?

– После такого обеда? Ну уж нет, мы погуляем по саду, выпьем чайку, – ответила Вейс. – У меня ни на что больше сил нет!

– У меня тоже, – Лас встретилась взглядом с Хорьком и тот едва заметно кивнул.

– Я так и думала! Но ночную прогулку я вам всё равно устрою! Не спрячетесь!

– Вот юла, – вздохнула Вейс, когда они с Лас остались одни. – Он молодец. Всё понял.

– Идём, – Лас указала в сторону беседки. – Чай я принесу. Идём, посидим.

* * *

– Что случилось, Медвежонок? Что на тебя нашло?

– Я не знаю, – Вейс прикрыла глаза. – Там, в больнице, мне показалось, что тебя не стало. Не знаю, почему. Я поняла, что тебя уже нет. Я хотела побежать, узнать, что случилось, и…

Она прикрыла глаза.

– И заметила. Рядом со мной кто-то стоял. Я почуяла, увидела её тень. Это она, Лас. Она пришла туда, ко мне, и стояла. Мне было страшно, я боялась посмотреть, кто это. А потом я очнулась, мне сказали, что ты сейчас придёшь.

Лас молча прижала её к себе. Бедная Вейс. Наверное, это была одна из них. Хорошо, что ты не посмотрела в её лицо.

– Извини, – Вейс отстранилась. – Лас? С тобой в в порядке?

Лас замерла, глядя в одну точку, лицо её стало пустым.

– Лас! Лас, очнись!

– Ты пришла за мной? – Лас сидела, держа кинжал в руках. Гроза не могла не прийти. Можно было сбить с толку остальных, но не её. Можно было не оборачиваться.

Одно движение. Всего одно движение кинжалом. Гроза может многое, но даже она не успеет.

– Нет, – Гроза закрыла за собой дверь. Замерла. Сделай она хоть шаг, случилось бы то движение. – Когда я прихожу провожать кого-то, у меня с собой фонарь.

Лас оглянулась. Гроза не стала принимать ничей облик, оставалась сама собой.

– Фонарь? Зачем? Стой где стоишь!

– Я устала, – Гроза потёрла лоб. – Можно сесть?

– На пол, – махнула рукой Лас. – Садись на пол. Не подходи! Что за фонарь? Зачем?

– Обычный фонарь. Чтобы освещать дорогу, – пояснила Гроза. – Там темно. И нельзя стоять на месте, чтобы привыкнуть к темноте.

– Тогда сходи за фонарём.

Гроза засмеялась. Невесело и устало.

– Нет, не пойду. Мне и так хорошо.

– Хочешь посмотреть? Тебе ведь это нравится? Повернуться к тебе лицом?

– Нет, – Гроза прикрыла глаза. – Никогда не нравилось. Знаешь, почему я не сошла от этого с ума? Потому что знала: это пройдёт. Взойдёт солнце, прогонит ночь, кошмары рассеются. Так и случилось.

– А потом снова придёт ночь и новые кошмары, – Лас почувствовала, как дрожат руки. Не дай ей себя заговорить. Она всё равно не поймёт.

– Лас, ты же помнишь, как её провожали? Помнишь? Вспомни, что ты там видела?

Лас припомнила. Сочувствие, но без боли. Печаль, но без надрыва. Скорбь, но без отчаяния. Были песни – но светлые. Ни рыданий, ни безнадёжности. Её просто проводили в дальний путь. И пожелали вернуться – когда и если захочет, когда придёт час.

– Вот именно, – Гроза поднялась на ноги. – Я не знаю, что ты сейчас чувствуешь. Наверное, я могла бы узнать, но не стану подслушивать. Я уйду, Ласточка, но я вернусь. С фонарём или без, решай сама. Я не перестану любить тебя в любом случае. И никто не перестанет, что бы ты ни сделала.

Едва дверь за ней затворилась, Лас упала на колени. Кинжал выпал из рук.

– Прости, – прошептала она, сама не понимая, к кому обращается. И упала в обморок – так ей показалось. А может, заснула – от чудовищного перенапряжения.

Гроза пришла через час. Без фонаря. Проводила Лас к остальным – и там тоже не было ничего тёмного – никто не плакал, не убивался. Просто на одном из портретов появилась чёрная рамка, а на одной из стен – белая полоса. Она ушла, но осталась. В этой комнате всегда ощущалось её присутствие – все последующие года.

…Где теперь эта комната? Где все? Моя вахта закончена, сказала Гроза в письме, которое передала Вессен. Завтра я покидаю вас. Мы с тобой последние – ты остаёшься на вахте. Не оплакивай меня. Мы все встретимся, я обещаю. Береги себя, Ласточка! Я не прощаюсь.

В её голосе не было ни печали, ни сожаления, ни скорби. Её просто призвали на последнюю службу. Когда-нибудь это должно было случиться.

– Досталось тебе, – Вейс крепко сжала плечо Лас и налила ей ещё чая. – Теперь я почти понимаю. И молчала! Ни словечка ведь не сказала!

Ничего не понимаю, подумала Лас. Её всё ещё била дрожь, но становилось лучше. Я что, всё это рассказала вслух?

– Что бы это изменило? – полюбопытствовала она.

– Ты всё-таки свинка! Всё! Всё бы изменило! Вот что, милочка: больше ты не будешь одна. Ни днём, ни ночью!

– А это прилично? – не удержалась Лас.

– Да чихать я хотела! Ты поняла, о чём я, не притворяйся. Всем когда-то нужно одиночество, но надо же и меру знать!

– Вейс, – Лас прикрыла глаза. Слабость накатила и прошла. – Не оставляй меня.

– Размечталась! – Вейс подбоченилась. – Ни я, ни внуки. Ни все остальные. Я тебя из-под земли достану, если что! Всё, вставай. Мы выпьем сегодня за тех, кто ушёл, и споём для них. Всё, как надо. Но жить ты будешь с живыми.

* * *

– Бабушки! – Тесан восторженно хлопнула в ладоши. – Всё-таки пришли! А мы уже почти закончили!

– Нам захотелось прокатиться, – пояснила Вейс. – До ближайшего злачного места. Кто нас отвезёт?

– Бабушка! – Тесан потрясена. – Ты серьёзно?!

– Ещё как! Мы будем веселиться до утра. Ну, кто о нас позаботится?

– Я, – ответили Тесан и Эверан хором. Рассмеялись. – Стайен, вы с нами? – поинтересовалась Тесан.

– С удовольствием, – и Хорёк надел шляпу. – Завтра мне уже на работу, надо как следует развлечься.

– Ну вы даёте, – в очередной раз заметила Тесан, помогая бабушкам выбраться из машины. – Такое никто не забудет!

– Это точно, – Хорёк был единственным, кто оставался трезвым. Выпил, казалось, больше всех, а трезв как стекло. – Теаренти, вам помочь?

– Нет, вдвоём мы как-нибудь справимся, – заплетающимся языком возразила Вейс. – К тому же, это ужасно неприлично! Лас, фу… ты меня напоила! Как не стыдно!

– Простите, – у Лас язык не заплетался, но видно было – и она перебрала. – Простите нам это, Стайен. Вы чудо. Я бы вас ещё раз обняла, но она меня убьёт!

– Убью! – подтвердила Вейс. – Сейчас же и убью!

Тесан смотрела на всё это с восхищением. Эверан ещё не вернулся из гаража. Он много пропустил, подумала Тесан.

– Спокойной ночи! – видно было, что Вейс не вполне понимает, кто она и где. – Лас, пойдём! У меня к тебе очень серьёзный разговор!

И они удалились – держась друг за дружку и пошатываясь.

– Завтра им будет плохо, – обеспокоилась Тесан.

– Сделайте холодный чай, добавьте дольку лимона, – посоветовал Хорёк. – Завтра пригодится. Вы сами как, справитесь?

– Не впервые, – Тесан улыбнулась до ушей. – У меня «шлем»! – показала на виски. – Могу пить сколько угодно.

– Вы не очень обидитесь, если я предложу проверить ваш «шлем»?

– Вы и в этом разбираетесь?! – поразилась Тесан. – Знаете, я вам что угодно разрешу! Ну почти!

– Тогда давайте завтра.

Наверху послышались возмущённые возгласы и шум – что-то упало. Или кто-то.

– Как бы чего не вышло… – Хорёк посмотрел наверх.

– Я посижу под дверью, – пообещала Тесан. – Не бойтесь. Они ужасно любят друг друга, только никогда не сознаются. Я постерегу! Отдыхайте!

– Тесан! – Хорёк осторожно потрогал девушку за плечо. Спала прямо на полу у дверей в комнаты Лас. Тесан поморгала, потянулась… зевнула и смутилась.

– Идёмте, – Хорёк помог ей подняться. – Я приготовил поесть. Всё равно мне не спится. Пока никто не видит, можно и «шлем» проверить.

Тесан прыснула, зажала рот ладонями.

– Почему никто не должен видеть?

– Вы поймёте. Сами всё поймёте.

– Давайте! Только сначала поедим. Ох, чего я наслушалась тут за ночь…

– Тесан! – укоризненно протянул Хорёк.

– Ой, не будьте вы как бабушка! Их весь дом слышал, так шумели. Могли бы тишину включить, если бы не хотели. Нужно мне прямо подслушивать!

– Всё, молчу, – Хорёк предложил ей руку. – Идёмте.

* * *

– Вы правда так мало спите? – аппетит у Тесан оказался волчьим. – Час или два? Вам хватает?

– Привык, – развёл руками Хорёк. Его привычка то и дело поправлять пенсне и подкручивать пальцами усики забавляла девушку. – Скажите, бабушка знает, что у вас «шлем»?

– Нет, а что? Не хочу её зря расстраивать. У нас это многие себе поставили. Жуть как удобно!

Хорёк вздохнул. «Шлем», он же «паутина Стайена». О втором названии знают единицы. Первый удачный опыт управления гормональными системами при помощи точечных источников сверхслабых модулированных электрических полей. Вживляется в тридцать две активных точки на голове, не определяется детекторами металла в аэропортах, не боится обследования в диагностах, при частичном разрушении просто перестаёт действовать. Но в некоторых странах ношение «шлема» запрещено, и если обнаружат – то крупный штраф и высылка обеспечены.

И самое главное – стоит очень недёшево. Откуда у Тесан столько денег?

– Идёмте, проверим, насколько удобно, – встал Хорёк.

Тесан оживилась.

– Куда пойдём?

– Где нас никто не услышит.

– Да хоть здесь! Включите тишину, и всё. Бабушки до вечера не проснутся!

– Как скажете, – Хорёк добыл «волшебную палочку» (так Тесан называла про себя его указку), три-четыре постукивания – и звуковая защита действует. Теперь ни в кухню, ни наружу звуки не проходят.

Тесан рассмеялась.

– Вы ей всё можете включить или выключить, да? Всё-всё?

– Практически. Так, сядьте в кресло. Расслабьтесь. Держите язык за зубами. Я буквально – чтобы не прикусить. Готовы?

Тесан кивнула – готова. Хорёк ещё одним взмахом указки включил телевизор, вот только вместо новостей на нём появилась… картинка. Тесан, анфас и профиль. И сеточка точек на её голове. Я так и думал, подумал Хорёк. Ставила подпольно. Там это стоит раз в десять меньше.

– Где вам его ставили?

Тесан замялась. Четыре пары точек на экране изменили цвет – из пронзительно-синих стали зелёными.

– Что это значит? – удивилась девушка, указывая на картинку.

– Это значит, что вы думаете, что бы такого соврать, – пояснил Хорёк. – Скажите правду. Это была «рекламная акция», верно? Вам что-то втёрли о скидках, и всё такое, и сертификата не дали?

– Откуда вы знаете?!

Хорёк тяжело вздохнул.

– Тесан, вам его поставили нелегально. «Шлем» делает единственная компания, ММТ. Ни у кого больше нет лицензий. А у вас – подделка. Кустарного производства. Показать, чем это опасно?

– Покажите, – Тесан надула губки. Ей обидно. Она в самом деле думала, что это рекламная акция. Подруга посоветовала. Ох и достанется подруге…

– Так… ну, давайте для начала вас развеселим, – Хорёк постучал ногтем по указке, взмахнул ей – и Тесан принялась хохотать. Всё сильнее и сильнее. Когда она уже начала задыхаться, Хорёк взмахнул указкой и Тесан тут же уселась прямо, тяжело дыша, вытирая слёзы и глядя на Хорька широко раскрытыми глазами.

– О Великое Море! Это вы? Это вы заставили меня смеяться?!

– Я, – Хорёк снова вздохнул. – Я могу сделать с вами что угодно. Заставить смеяться или плакать, переживать депрессию и что угодно ещё. Понимаете? У вас подделка. Запрещённая законом.

– Что же мне делать? – жалобный взгляд.

– Моя сестра приглашает вас всех к себе. Бабушек и вас с братом. Там у меня мастерская. Я поставлю вам настоящий «шлем», не подделку. Или просто сниму этот.

– Но откуда?! Как вы…

– А, очень просто. Это я его изобрёл.

Тесан потеряла дар речи. Секунды на две.

– Не может быть! Слушайте, это уже слишком! Ну признайтесь, что соврали!

– Провалиться на месте, если вру! – Хорёк выглядел совершенно серьёзно.

Тесан долго смотрела ему в глаза.

– Только бабушке не говорите! – прошептала она умоляюще. – Пожалуйста! Она меня убьёт!

Вот за это точно убьёт, подумал Хорёк.

– Не скажу ни слова. Если хотите, могу его отключить.

– А его можно отключить?! – поразилась Тесан.

– К настоящему полагается сертификат и пульт управления. Его вообще-то включают только на время цикла. Ну или если нужен иммунитет к…

– Да понятно! Чтобы не «угладили»! Я давно уже не маленькая, говорите простыми словами!

– Вот именно. Кстати, вам в нём лучше, чем без него?

– Лучше, – согласилась Тесан. – Теперь не четыре дня, а полдня. И не хожу, как варёная, и на людей не кидаюсь. Хоть здесь не обманули!

– Вы можете дать адрес, где вам ставили?

– Я боюсь, – Тесан посмотрела ему в глаза. – Мне же придётся идти в полицию!

– Не придётся. Вообще не будет никакой полиции. Я прикрою эту лавочку своими средствами.

– Слушайте, ну вы даёте! Я вас сейчас начну бояться! Скажите, сколько вам лет? Мы с Вери поспорили, он говорит – вам за семьдесят, а я думаю, что сорок с небольшим!

– Семьдесят четыре, – приподнял шляпу Хорёк. – Сегодня не ваш день.

– Ладно, – тяжело вздохнула Тесан. – Выключайте его. Сама виновата. Пусть всё будет по-честному.

– Лас, ты как? – слабый голос Вейс.

– Как огурчик, – Лас уселась на кровати. – Ты хоть помнишь, что вчера вытворяла?

– А сама? Там надолго запомнят твой танец с кинжалом! Как тебя не арестовали, не понимаю! Ох! – Вейс схватилась за горло. – Мне плохо…

– Сейчас, – Лас соскочила на пол, добежала до окна. Там, в горшке, рос перчик – красный, огненный, жгучий на вид. Сорвала один стручок.

– Вот, – протянула его подруге. – Медленно разжуй.

– Ты издеваешься, да? – слёзы навернулись на глаза Вейс. – Смерти моей хочешь?

– Это только выглядит как перец. Смотри! – Лас откусила половину стручка и медленно разжевала. Проглотила. Вейс смотрела широко раскрытыми глазами. – Ешь давай!

Вейс повиновалась. На лице её возникло изумление.

– Вкусно! Что это такое, Лас? Ты где взяла?

– Вчера вырастила. Перед тем, как мы уехали. Знала, что пригодится. Поправилась? Тогда бегом в душ!

– Я не дойду, – Вейс прикрыла глаза.

– Ох уж эти бабушки! – Лас протянула ей руку. – Идём.

* * *

Вейс понемногу ожила. То ли перчик, то ли душ, то ли массаж помог – кто знает.

– М-м-м… – промурлыкала Вейс, когда Лас закончила. – Я тоже многое упустила… Можно, я немножко полежу? Всё равно давно не утро.

– Конечно, – Лас уселась на пол, глядя на Вейс. Мне хотелось, чтобы она сделала мне что-нибудь такое. Но я никогда не попрошу. Не смогу. Глупо, понимаю, но не могу. Ох, мама, мама… что же ты со мной сделала…

– Слушай, мы идём сегодня на свидание? – поинтересовалась Вейс. – Нас ведь вчера пригласили.

– Мы согласились – придётся идти.

– Я этого не переживу! Придумай что-нибудь! Я старше его на восемьдесят лет!

– А кто тебя тянул за язык?

– А ты? Ты пойдёшь?

– Конечно. Я ничего не обещала. Просто встретиться, поговорить. Я девушка строгих правил.

Вейс зарычала. Звучало неубедительно.

– Ничего, это полезно для здоровья, – Лас посмотрела ей в глаза. – Разве нет? Все врачи так говорят.

– Если ты будешь делать мне массаж, – Вейс закрыла глаза, – мне никто больше не нужен.

Лас усмехнулась, покачала головой.

– Буду. Но на свидание мы всё равно пойдём.

Вейс обречённо вздохнула.

– Лас, можно я тебя спрошу?

– Конечно.

– Это очень личное.

– Пожалуйста.

– Только не обижайся!

– Спрашивай уже, – проворчала Лас.

– Почему у тебя нет своих детей? У тебя ведь всё в порядке, я знаю. И ты хотела, я тоже знаю.

Лас посмотрела Вейс в глаза, вздохнула.

– Прости. Мне не нужно было спрашивать.

– Я трижды собиралась. Было три человека, которым я доверила бы себя и детей.

– И что?

– Как только мы с ними всё решали, они погибали. Через день-два.

Вейс уселась. Побледнела – белее снега.

– Лас, прости! Я не знала!

– Ничего, Медвежонок. Пятьдесят человек зовут меня няней. Разве это плохо?

– Отчего они погибли?

– Не знаю. И больше не хочу пробовать. Наверное, не в этом моё счастье.

Вейс отвела взгляд и помотала головой.

– Вот это да! – прошептала Тесан, глядя как Вейс и Лас спускаются по лестнице – бодрые, энергичные и улыбающиеся. – Я бы так не смогла. Ничего себе!

– Старая школа, – вздохнула Лас. – Десятилетия упорных тренировок. Чем, по-твоему, мы занимаемся в Стране Цветов?

– Лас! – Вейс схватилась за голову. – Ну и кем нас будут считать?!

– Я говорила про здоровый образ жизни. А ты о чём подумала?

– Да ну тебя! – Вейс в сердцах оттолкнула подругу и прошла на кухню. – Тесан, это ты приготовила? Умничка!

– Мы уже завтракали и обедали, – пояснил Стайен, возникая на пороге библиотеки. – Мне пора покинуть ваш гостеприимный дом, теаренти. Дела. Можно вас на минутку? – Хорёк заметил, как помрачнела Вейс. – Вас обеих. Тесан, вы не подвезёте меня?

– Да, с удовольствием! – Тесан расцеловала обеих бабушек и выбежала из дому.

– Лас, меня попросили обеспечить вашу безопасность. Пока мы не выясним, кто запустил ту ракету, вот, – он протянул ладонь. На ней – две брошки. – Экстренная связь. Телефон у вас всегда с собой?

Лас кивнула.

– Отлично. Моё кодовое имя – «Хорёк». Если будет сигнал – а вы сразу поймёте – просьба делать в точности то, что я скажу.

– А моё кодовое имя? – поинтересовалась Вейс. – Не подскажете? Кем вы меня называете?

– Вы у нас «Сойка», теаренти, – приподнял шляпу Хорёк.

– Хорошо хоть не «сорока», – проворчала Вейс. – Что за ракета? Что вы уже успели натворить?

– Когда мы возвращались, на «Сокол» навели ракету, – пояснила Лас. – Мы не смогли уйти.

Вейс схватилась за сердце.

– Великое Море! Кто это сделал?! Зачем??

– Мы выясняем, – Хорёк продолжал протягивать брошки. – Возьмите.

Лас забрала обе.

– Если «Сокол» выдержал попадание ракеты, – медленно проговорила Вейс, – то может быть, на нём и ездить?

– Именно об этом я и прошу. Если выезжаете куда-нибудь – то пусть это будет «Сокол». Я немного модернизировал остальные два автомобиля. Подстраховался. Но «Сокол» мощнее во всех смыслах.

– Если смогли навести ракету, – Вейс посмотрела в глаза Хорьку, – то смогут и вторую. Ну и что нам теперь? Зарыться под землю? Улететь на Луну?

– От термической не зароешься, – махнула рукой Лас. – Она права, Стайен. Если очень захотят убить, то убьют.

– Можно вернуться, – Вейс явно была напугана. – В Страну Цветов. Туда никому чужому нет дороги, ведь так?

– Я не буду бегать, – Лас выразительно посмотрела на неё. – Я ни от кого не собираюсь бегать! И закапываться в нору тоже не буду.

Стайен кивнул.

– Согласен, всё не предусмотришь. Но от известных неприятностей я постараюсь вас уберечь. Простите, если напугал! Я позвоню, когда будут новости.

И отбыл.

– Ну что, идём обедать? – Лас протянула брошку Вейс. Та молча оттолкнула руку. – Не вредничай! Это просто на всякий случай!

– Мне теперь кусок в горло не полезет! Кто желает тебе зла, Лас? Кому ты мешаешь?

Лас пожала плечами.

– Не хочу гадать. У меня были «поклонники», но не настолько, чтобы запускать по мне ракету. Всё, я иду есть. Нас ждут в семь вечера! Я не дотерплю!

Вейс махнула рукой и пошла вслед за Лас.

* * *

– Я не поеду, – угрюмо сообщила Вейс, после того, как обед закончился. – Говори что хочешь, думай что хочешь. Я не поеду.

– Мы просто посидим в ресторане, – Лас взяла её за руку. – Ничего больше не будет. Посидим, послушаем комплименты, поговорим о всякой чепухе. Какая-то морская свинка хотела меня развлекать!

Вейс безнадёжно махнула рукой.

– Ладно, ладно. Но я теперь от тебя ни на шаг! Поняла?

– Ни на шаг, – Лас улыбнулась. – Я очень рада! У меня появились планы, Медвежонок. Хочу побывать кое-где. Где давно не была. И нас с тобой всегда рады видеть – там, куда я ездила в гости.

– У меня тоже есть планы. Тогда по очереди! Сначала, куда ты хочешь – потом куда я! Чтобы всё честно!

Лас кивнула. Ох и трудно же с тобой будет, Медвежонок… но зато спокойно, очень спокойно.

– Меня колотит, – Вейс залпом допила остатки чая. – Лучше бы я не знала ни про какую ракету!

– Я знаю одно средство. Сейчас мы поднимемся ко мне…

– Лас! – Вейс покраснела.

– …и ты меня причешешь. Так, как ты умеешь. Меня это очень успокаивает. А ты о чём подумала?

– Да ну тебя! – Вейс вскочила из-за стола и подбежала к окну. Стояла и глядела куда-то в сторону города. Постояла-постояла, и глубоко вздохнула. – Да, ты права. Как всегда. Это очень успокаивает.

– Я тебя о многом хочу расспросить, – призналась Вейс. Она быстро успокоилась.

– Расспрашивай. Обещаю, что отвечу, если смогу.

– А ты? Почему меня не спрашиваешь?

– А ты и так сама рассказываешь.

– Укушу! – пообещала Вейс. – Неужели ты не поняла, что мне приятно, когда ты хоть капельку мной интересуешься!

Лас долго молчала.

– Извини… – начала было Вейс. Она не успела заметить, как Лас сделала это – прошла какая-то секунда, и вот Вейс лежит на спине, а Лас сидит сверху на её коленях, прижимая обе руки. Не пошевелиться.

– Медвежонок, меня бесит, когда ты извиняешься ни за что!

Вейс улыбнулась.

– Я не буду! Я постараюсь!

Лас прикрыла глаза.