Брак по расчету. Счастью не прикажешь

Глава 3

Я и сама ничего толком не знала об этой семье. Пожалуй, только внутренний уклад жизни с вечными запретами и тех родственников, которые постоянно проживали на территории клана. Еще изучила поместье в горах с обширными личными владениями, и пару-тройку домов, где семья обитала год или два, после чего переезжала на новое место. Последние полгода Тереза исследовала здание приюта и ближайшие окрестности.

Дар в ее руках преображался в настоящее искусство, когда дело касалось подчинения мужчин. Со временем девушка превратилась бы в истинное искушение, способное погубить любого, кто осмелится поймать ее взгляд.

Для чего же Густав приказал дочери уничтожить собственное тело? Неужели опасался той силы, что грозила пробудиться вместе с первыми чувствами? Не потому ли в клане искусственно сделан акцент на подчинении главе, которым непременно должен быть мужчина?

Оплошность княжны Орловой породила спонтанный план с участием Терезы. Это ведь было бы первое серьезное задание, связанное с выходом в свет. Может, девчонка боялась вовсе не будущего брака и навязанной роли? Густав обязательно захотел бы проконтролировать, чтобы дочь не наделала глупостей. Не исключено, что он подстраховался на тот случай, если бы ей пришло в голову рассказать жениху правду.

Наш разговор был прерван скрежетом открывающейся двери. Карл все-таки не утерпел и вломился в ритуальный зал.

— Учитель! — увидев фигуру в плаще, темноволосый парень с хищными чертами порывисто припал на одно колено и склонил голову. — Простите за столь бесцеремонное вторжение, но у меня серьезная причина. В воздушной гавани Адлера пришвартовался имперский фрегат. Нам следует как можно быстрее покинуть приют.

Адлер? — я мысленно присвистнула. — Вот это меня занесло.

— Пятнадцать минут, — ответила вместо Ольги. — Подожди снаружи.

Выпроводив Карла, который только зубами скрипнул на мое самоуправство, я молча указала княжне, чтобы дожидалась здесь, и направилась к выходу.

— Ты куда? — донесся изумленный возглас в спину

— Подожди здесь и никуда не выходи. Я заберу личные вещи Терезы, — огорошила Орлову ответом.

Прежде чем уйти, я подошла к куче пепла, оставшегося после Густава Далиани, и сгребла часть в носовой платок, обнаруженный в притороченном к платью потайном кармашке. После опрометью бросилась к выходу. За дверью никого не обнаружила, Карл куда-то исчез, поэтому припустила бегом, чтобы успеть обернуться за обозначенное время. Проскочила коридор и пустующий склад при кухне, поднялась по узкой лестнице на жилой этаж и юркнула в комнату Терезы.

Запнувшись на миг от полоснувшего по глазам дневного света, я огляделась. Скромное жилье, рассчитанное на четверых постояльцев: кровати, тумбочки, два письменных стола и шкаф для одежды.

Холщовая сумка, с которой девушка ходила на занятия, висела на спинке стула. Я подхватила ее, намереваясь вытрясти учебники и набить вещами. Однако первым мне попался учебник по истории имперской России. Одного взгляда на обложку хватило, чтобы понять, летающих кораблей в первой половине двадцатого века в моем мире не строили.

Куда же я попала-то? Знания Терезы открывали немыслимые исторические факты. Такого точно не было в моем мире.

Учебники я оставила. Более того, сгребла остальные книги и конспекты — знания о месте, где я оказалась, мне еще пригодятся. Выспрашивать у кого-то — значит, привлечь ненужное внимание. А с княжной Орловой еще не понятно, как дальше сложится. Вроде бы она обещала помочь, и связаны мы, крепче некуда. Но откуда мне знать, что у нее на уме?

— Тереза! — Карл подобрался сзади бесшумно, как обычно, чтобы застать врасплох.

Я вздрогнула, загасив ладонью вырывающийся наружу вскрик. Как подкрался-то! Я ничего не слышала.

— Чего тебе? — развернулась к молодому человеку, оказавшемуся в опасной близости.

Я в теле княжны Орловой была повыше ростом, но все равно смотрела на Карла снизу-вверх.

— В этом облике ты выглядишь старше и соблазнительнее, — ухмыльнулся он, нагло пользуясь возможностью заглянуть в вырез платья. — Сегодня тебя ждет брачная ночь. Если хочешь, дам пару дельных советов, или даже продемонстрирую на практике. Некоторым вещам не обучают в школе.

— А мы что, уже никуда не опаздываем? Обойдусь как-нибудь!

Двинув парня плечом, подошла к шкафу, схватила тонкую стопку вещей с полки и запихнула в сумку. Вроде бы все. Еще раз внимательно осмотрелась и вернулась к кровати. Засунув руку под матрас, нащупала сверток, который также отправился в сумку. Теперь точно все! Кажется, в тайнике лежала книга, которую Тереза утащила из закрытой части библиотеки.

— Ты хоть знаешь, кто станет твоим мужем? — не получив желаемого, Карл захотел поиздеваться. Ничего нового.

— Кто же? — информация о возможном союзнике меня заинтересовала.

— Егоров Аристарх Алексеевич — черствый и неотесанный солдафон, который понятия не имеет, как обходиться с женщинами. Его отца, генерала Егорова, разжаловал в рядовые князь Орлов по обвинению в пособничестве темникам. После чего Егорова лишили дворянства и сослали в Благовещенский гарнизон, куда он незамедлительно отправился вместе с женой и сыном. Не выдержав сурового климата, отец семейства вскоре заболел и умер. Аристарх с матерью оказался на грани выживания. Они выкарабкались только благодаря тому, что у мальчишки обнаружились магические способности. Аристарх прошел жестокую школу, зубами выгрызая место под солнцем. В тридцать пять Егоров дослужился до штабс-капитана, хотя, сложись обстоятельства иначе, давно бы уже носил чин полковника. Представь, как он обрадуется, узнав, что женится на дочери человека, который лишил его семью будущего?

— Это же мезальянс! Род Орловых не признает этого брака. — Характеристика на будущего супруга мне не понравилась. Даже с моими скупыми познаниями в этом вопросе я понимала, что простолюдин — не пара дочери князя. — Зачем ему, вообще, женится на княжне?

— Затем, что только так Аристарх Егоров получит доказательства, обеляющие отца, восстановит честное имя и дворянство. Брак уже не будет мезальянсом, а старому князю Орлову ничего не останется, как признать, что в прошлом он допустил ошибку.

— И какую роль в этом спектакле должна сыграть я?

— Любящей дочери и жены, разумеется. Ты убедишь супруга не доводить дело до огласки, чтобы не опорочить репутацию Николая Орлова. А с папочки стребуешь в приданое ряд доходных предприятий и земли, на которые мы укажем. Пора клану перебираться поближе к столице.

Клан! Везде и во всем следовало соблюдать интересы клана, а потом уже собственные. Интересно, а на самом деле так кто-нибудь поступал? Или это всего лишь громкие слова, предназначенные для молодежи, еще не вкусившей жизни без запретов? Тереза лишь приоткрыла дверцу, вдохнув манящий воздух свободы, а я выросла, не признавая подобных ограничений.

— Сделаю для этого все возможное! — постаралась, чтобы голос звучал убедительно. Но по глазам поняла, Карл не поверил.

— Идем, у нас уже все готово. Учитель ждет, — подхватив меня под локоток, молодой человек настойчиво подтолкнул к выходу.

Последняя фраза меня насторожила. Где? Ждет? Я ведь просила Ольгу не высовываться. Одна неосторожная фраза может стоить ей жизни. Еще и этот… кровопийца вцепился клещом. Наверняка на коже потом синяки останутся.

На обратном пути, когда спустились вниз с жилого этажа и миновали кухню, вместо пустующего склада и коридора, ведущего к алтарному залу, мы вышли на улицу. Во дворе нас ожидал монструозный автомобиль с затемненными стеклами пассажирского салона, хромированными вставками вдоль кузова и гербами чужого рода на дверцах. За рулем восседал мордоворот, состоящий на службе клана. Глава нарочно подбирал не самых умных, но исполнительных наемников, делая упор на физическую силу. Такие беспрекословно исполняли любой приказ и собой прикрывали при необходимости. Людей Далиани только использовали и ничего не давали взамен.

За охрану и обеспечение безопасности в семье отвечал двоюродный дядя Терезы, Йозеф Далиани. Обычно он сам сопровождал главу на важные мероприятия, но сегодня пассажирское место впереди пустовало.

— Прошу! — Карл распахнул дверцу салона и, не дожидаясь ответа, грубо втолкнул меня внутрь.

Я не удержалась и, запнувшись о порожек, упала на пол, к ногам дяди Йозефа, устроившегося на удобном диванчике. Не успела я возмутиться столь вопиющему обращению, как Карл запрыгнул следом, захлопнул дверцу, и машина тут же сорвалась с места. Я только встала на четвереньки, чтобы подняться, как меня снова швырнуло под ноги начальнику охраны.

— Ты что себе позволяешь? — возмутилась я, когда меня бесцеремонно подхватили за талию и усадили на одиночное кресло по правую сторону салона.

Слева, пристегнутая к такому же креслу, со связанными руками и кляпом во рту сидела Ольга. Спалилась, все-таки! Одного взгляда на братца и дядю Терезы хватило, чтобы осознать: мы попались. Но сдаваться не в моих правилах. Если бы хотели убить, то расправились бы с нами на месте. А так, мы все же куда-то ехали, покидая территорию приюта.

— И что дальше? — гордо вскинув голову, посмотрела Карлу в глаза. Затем перевела взгляд на мужчину, который молчаливо изучал меня все это время.

— Ты убила собственного отца и учителя! — с ехидной ухмылкой заметил брат Терезы, которого этот факт, похоже, ничуть не расстроил.

— Как будто ты ни разу не хотел свернуть ему шею! — хмыкнула я, выуживая из чужой памяти яростные взгляды, которые иногда кидал молодой человек вслед бывшему наставнику.

— Не буду спрашивать, зачем, — внезапно заговорил Йозеф. — Но ты, Тереза, должна понимать, что произойдет, когда новость облетит членов клана. Поэтому я понимаю, для чего ты сохранила жизнь княжне, — задумчиво пожевав нижнюю губу, дядя добавил. — Что же, это умно с твоей стороны! Пока каратели будут охотиться за твоей старой оболочкой, ты выйдешь замуж и спокойно обустроишься в столице. Даже если Орловой удастся скрыться, через пару месяцев она все равно умрет, когда «Кровавый страж» довершит начатое. Ее светлость облегчила нам работу, когда активировала охранное проклятие.

— И ты не накажешь меня за убийство родного брата? — удивилась столь «щедрому» предложению.

— Густав многим из нас был, как кость в горле. Вдобавок, он намеревался выдвинуть свою кандидатуру на ближайшем собрании. Скажем так, мне только на руку, что он устранился с моего пути.

— На место главы метишь? — догадалась об амбициозных планах «моего» дядюшки.

Если смотреть на ситуацию в целом, то я оказала Йозефу неплохую услугу. Вот только он не спешил с благодарностью. Скорее нож вонзит в спину, чтобы убрать свидетелей, причастных к недавнему событию.

— Что это? — Вдалеке что-то ухнуло, отчего автомобиль подбросило на дороге. В салоне задрожали стекла, а снаружи активировалась защита.

— Алтарного зала больше нет, как и следов нашего пребывания в приюте, — самодовольно ухмыляясь, сообщил начальник охраны. — Не переживай, сам приют уцелел. У учеников в это время проходили занятия на свежем воздухе. Так, может, поцарапался кто-то случайно, но не смертельно.

— Заметаешь следы? — Тут и гадать было нечего.

Княжну Орлову будут разыскивать. Среди обитателей приюта обязательно найдутся те, кто видел, как Ольга уезжала перед взрывом. Претензии у княжеского рода появятся к семье Зарубиных, чьи графские гербы украшали автомобиль.

Впрочем, судьба незнакомого рода меня мало интересовала. Сейчас решалась моя собственная. Я бы не стала верить на слово человеку, который спускал на тормозах убийство брата. Дело даже не во мне, а в Терезе и той игре, что затеял Густав Далиани. Спонтанный план по захвату и обмену телами с княжной Орловой, ее скоропалительный брак с Егоровым — такие комбинации не совершаются в одночасье. Следовало тщательно продумать план, взвесить риски, выйти на контакт с заинтересованными сторонами и договориться с ними. Нутром чую, все это звенья одной цепи, ведущие Густава к власти. Осталось только понять, как мне, Тане Ивановой разобраться в сложившейся ситуации и выжить при этом.

Что мне подсказывала чужая память? Отец Терезы поддерживал политику Феликса Далиани, нынешнего главы клана, и не стал бы лишний раз перед ним выслуживаться. А вот в характере Йозефа всегда прослеживались завышенные амбиции. Карл, собственно, от него и нахватался идей, что клан должен занять достойное место в империи. Видно, забыли, каким гонениям род подвергся в прошлом. И что выжили, в основном, те его члены, что проживали за границей или вдали от клана и никак не афишировали связей с семьей.

— Не без этого, — Йозеф посмотрел на меня оценивающе. — Надеюсь, не нужно объяснять, что мы теперь в одной лодке?

— Нет, мне все предельно ясно, — я натянуто улыбнулась. — Думаю, тебе подойдет должность главы клана, дядя, — польстила его самолюбию. — Я готова тебя поддержать при одном условии. Даже двух, но второе проистекает из первого.

— Слушаю! — Йозеф удивленно вздернул бровь.

Прежде Терезе в голову не пришло бы оспаривать решение старшего мужчины. Да и на отца она не вздумала бы покушаться. Наверное.

— Ты найдешь другого козла отпущения на роль убийцы моего отца, а мне поможешь избавиться от проклятия и вернуться в собственное тело. Оно, знаешь ли, мне очень дорого.

— Хм, признаться, ты в роли княжны Орловой устроила бы меня гораздо больше. У настоящей Ольги Николаевны слишком строптивый характер. — Перевел насмешливый взгляд на девчонку, которая покраснела от натуги, силясь вырваться из оков. Но освобождать ее никто не собирался. Договаривался Йозеф только со мной. — Ты обязуешься год пробыть в теле княжны, выйти замуж и, при удачном стечении обстоятельств, родить наследника. После я лично проведу ритуал, и ты вернешься в собственное тело.

— Как скажешь, дядя, — сделала вид, что согласилась, раз уж от этого зависели наши жизни. — Надеюсь, ты не будешь возражать, если Ольга останется со мной?

Глава 4

Йозеф ничего не ответил на последний вопрос, выразив мнение неопределенным жестом, который можно трактовать, как угодно. Настаивать на ответе я поостереглась, понимая, что и без того вела себя вызывающе для девушки, воспитанной в духе подчинения старшим. Но это не означало, что я не вернусь к этой теме позднее. Ольга мне нужна, как и я ей.

Откинувшись на спинку кресла, я прикрыла глаза, делая вид, что заснула. Хотя бы так избавилась от необходимости лицезреть ухмыляющуюся рожу Карла. Вдобавок, у меня уже мозги закипали от водоворота завертевшихся событий.

Тут бы собственную смерть осознать! Такое ведь не каждый день случается. Я вздрагиваю каждый раз, когда вместо родного отражения вижу постороннего человека. К такому нелегко адаптироваться за пару часов. Не потому ли природой так предусмотрено, что рождается человек с чистым сознанием, лишенный памяти прошлых жизней? Ребенок растет, постепенно усваивает правила нового мира, изучает язык и привыкает к собственному телу. Подобное развитие минимизирует риски и облегчает нелегкий путь под названием жизнь. Для меня же теперь очевиден факт, что слово «жизнь» в отношении уникального сознания, которое я отождествляю с собой, это непрерывный цикл перерождений.

Я невольно вздрогнула, ощущая, как по телу побежали мурашки. Возникло чувство, будто прикоснулась к тайне, которую мне не положено знать.

Ну, в самом деле, что еще оставалось думать? Кто даст ответ, мое перемещение в чужое тело и даже мир было запланированным? Или же это стечение обстоятельств? Божественная ошибка?

Густав Далиани осознанно затеял ритуал перемещения душ, зная заранее, к какому результату тот приведет. Он руководствовался магическими практиками, направленными на подобные манипуляции с живыми людьми. А для меня сам факт существования магии переворачивал устоявшийся мир с ног на голову. Если уж человек способен усилием воли управлять огнем, поворачивать воды вспять и тому подобное, то и остальное возможно.

Второй, и не менее важный вопрос, нужна ли мне Тереза? Скорее — да, чем нет. И причина не только в том, что со мной осталась ее память. По возрасту мы с ней гораздо ближе, чем с княжной Орловой. Ольге уже давно за тридцать перевалило — состоявшаяся личность, тогда как Тереза молода и свободна. В плане личных привязанностей, семьи или друзей. Клан Далиани в данном случае — паразит, от влияния которого следовало избавиться. Думаю, родственные связи княжны в этом помогут. Но прежде надо еще дожить до того момента, когда получится воспользоваться этими связями. Значит, придется во всем соглашаться с дядюшкой Йозефом и двоюродным братцем Карлом. Собственно, я с самого начала интуитивно придерживалась этой тактики, только теперь делала это осознанно.

Осталось донести эту правду до Ольги, а то она уже дымится от ярости и, наверняка, считает меня предательницей.

За темными стеклами автомобиля мелькали деревья, каменные насыпи, редкие дома. Местность гористая, но, вроде бы, так и должно быть в этих краях? Далеко ли еще ехать, я не спрашивала. Если в конечной точке нас ожидает жених, пылающий жаждой мести, то лучше, чтобы встреча состоялась как можно позже. Однако всему приходит конец. Вот и машина вскоре замедлила ход, притормаживая перед массивными коваными воротами. Парковая аллея, вдоль которой мы проехали, а затем и открывшийся вид на белоснежный дворец, утопающий в зелени, наводил на мысль, что здесь проживает принц, как минимум.

Но нет, как позже выяснилось, это поместье — загородная вилла графа Зарубина, чей герб красовался на автомобиле, воротах и дверях главного входа в здание.

— Карл, проследи, чтобы невеста не опоздала. Полтора часа осталось до назначенного времени, — распорядился дядя, первым покидая салон машины.

Я выбралась самостоятельно, Карл даже руки не подал. А Ольгу вытащил охранник — такой же мордоворот, как и водитель. Он закинул связанную девушку на плечо и молча пошел следом.

— Дамы вперед! — язвительно произнес братец, кивком указывая на дом.

Оглядевшись, я оценила количество охраны, выстроившейся живым коридором от дверцы автомобиля до крыльца, тяжело вздохнула и потопала по мощеной дорожке.

Услужливый лакей на входе поклонился, приветствуя нас. Я лишь кивнула в ответ и молча последовала в указанном направлении. В обход просторного холла, сияющего позолотой и хрусталем, по боковой лестнице поднялась на второй этаж. Дальше мы слегка поплутали по коридорам и проходным комнатам, пока не попали в купальню, совмещенную с будуаром. Там, выстроившись в ряд у стены, нас ожидали девушки в одинаковых синих платьях с белыми передниками.

— Надеюсь, обойдешься без глупостей? — поинтересовался Карл. — Охрана будет за дверью, на окнах — решетки, служанки связаны клятвой и скорее умрут, чем нарушат приказ.

— Не переживай, не сбегу я никуда, — заверила брата и добавила мысленно: — Пока не представиться такая возможность.

— А вы, сударыня? — удовлетворившись моим ответом, Далиани развернулся к Ольге. — Если будете вести себя благоразумно, то даже поприсутствуете на собственной… хе-х, свадьбе.

Я сделала страшные глаза и закивала, чтобы княжна соглашалась. Нельзя нам разъединяться.

Полыхнув взглядом, девушка с явной неохотой кивнула. После этого Карл подошел к Ольге и вытащил кляп изо рта.

— Хотелось бы удостовериться, что мы друг друга поняли правильно. Вы не будете шуметь, привлекать внимания, пытаться сорвать свадьбу или сбежать? В противном случае, договоренность дяди с Терезой потеряет силу.

Фу-х! — я невольно выдохнула. — Значит, договоренность все-таки есть.

— Я. Не. Доставлю. Проблем, — княжна с трудом выдавила из себя ответ.

— Вот и умница! — Карл потрепал девушку за щечку, отчего Ольга брезгливо вздрогнула, но удержалась и смолчала. Удовлетворенный мнимым превосходством братец направился к выходу, насвистывая под нос задорную мелодию.

Едва за мужчиной закрылась дверь, как служанки налетели на нас, как стервятницы. Причем, и действовали так же нагло, будто имели дело с падалью. Раздели, бесцеремонно стащив всю одежду, и отправили в купальню. К тому, когда тебя обмывают незнакомые женщины, а ты при этом не беспомощный ребенок, еще привыкнуть нужно. Я возмущенно шипела, когда чужие руки касались там, где не положено. А вот княжна воспринимала их действия как должное. Привыкла, наверное. Вымыв нас до скрипа, с мылом и мочалками, служанки переместили меня в отдельно стоящий чан, наказав ни в коем случае не окунаться с головой. Я даже и не думала этого делать, потому что запах у водички ощущался тухловатый. Причина для такого омовения выяснилась позднее, когда с тела осыпались лишние волосы. Затем последовала еще одна ванная, на этот раз благоухающая приятными ароматами, и только потом настал черед массажного стола.

Ольге в этом плане досталось меньше внимания, но она сама изъявила желание пройти процедуру депиляции. На доставшемся мне от нее ухоженном теле волос практически не наблюдалось, а вот Тереза за этим моментом совершенно не следила. Ванночка — оптимальный метод, быстрый и безболезненный.

После массажа служанки занялись одновременно прической, макияжем и маникюром. Если прикрыть глаза и не обращать внимания на обстановку, то возникало ощущение, будто я попала в дорогущий салон. Косметики наносили не так много, лишь подчеркивая натуральную красоту. Но я интуитивно понимала, что на Земле подобных средств для ухода попросту нет.

Отведенные на сборы полтора часа пролетели незаметно. Я уже и забыла, что поначалу возмущалась действиями служанок. Стоило только принять происходящее, как накатило расслабляющее чувство удовольствия от того, как я преображалась под воздействием нехитрых манипуляций.

Свадебное платье село идеально и облегало фигуру, как вторая кожа, а от колена и ниже расходилось струящимися волнами. Темные волосы, уложенные в сложную прическу и перевитые жемчужными нитями, создавали яркий контраст с белой сияющей тканью и молочной кожей. Дополняли облик оголенные плечи, атласные перчатки, длиной до локтей и туфельки на каблучке, украшенные стразами. Фата, короткая спереди, за спиной ниспадала воздушным каскадом до самого пола. Передвигаться в таком платье было затруднительно. Получалось только семенить маленькими шажочками.